Тёмная вуаль.

Италия. Полтора года назад.

      Сложно быть девушкой. Конечно, можно закрыть уши и опустить голову в сферический кокон забвения, делая вид, что ничего не видишь. Но, получив хотя бы маломальские знания о происходящем в мире, почуяв весь смрад этого зловонного ада, очень сложно не замечать творившееся вокруг. Из уст родных, с блестящих страниц глянца, от тривиального социума — ото всюду волной шли гнёт, мрак и цепляющий ужас.       Акира, вглядываясь в лица обитателей замка, никак не могла поймать среди них женское. Некоторые работали на кухне, пара — в охране, часто прибегала одна девушка из разведки. И всё. Ах да, были ещё бесшумные медики, более походившие на привидений в своих белых длинный халатах. В высшем эшелоне Вонголы баб не было, вообще.       Мафия — отточенное мужское дело, куда допускали только избранных, да и то преимущественно с неохотой. Жёны покорно плелись рядом с супругами, играя в основном роль кокетливого украшения на приёмах. Ну и инкубатор будущего. Куда уж без этого. — Ну, потому что баба — это плохо, — коротко сказал Скуало, когда они сидели на широком подоконнике одной из ротонд дворца. — Нахуя в мафии визгливая сучка? — Ой, кто бы говорил, — махнула рукой Акира. — Бабам лучше сидеть дома, детишек рожать. — Угу, учиться кротости и смирению. А что насчёт неё? — Акира кивнула на висевший напротив них портрет Восьмой. Женщине там было около сорока. Волосы цвета оникса убраны в высокую причёску, на лице ни грамма косметики, но оно выглядит притягательно красивым. Строгий бордовый костюм идеально сочетается с крупным ожерельем на длиной шее. — Ей тоже лучше было бы дома сидеть? — Не доёбывайся с расспросами! — проорал в самое ухо Скуало, и на пару секунд Акира потеряла слух. Поэтому то, что он грозно говорил ей дальше так и не расслышала. -…И я не посмотрю на то, что ты мелкая и баба! — долетело до неё, когда звук со странным хлопком вернулся. — Да ты меня не ударишь, — флегматично бросила Акира, закинув ногу на ногу. — Я ж от одного твоего удара скончаюсь на месте, и что ты будешь делать? Видишь, — она указала пальцем на камеру в углу. — Двигается с такой скоростью, что ты не успеешь шаг сделать, как снова окажешься в кадре. В этой ротонде шесть камер, которые не упускают ни одного момента. Когда комар пролетает здесь, то его одновременно ловят четыре камеры. Если ты думаешь, что в таком случае можно сделать отвлекающий манёвр, то ты ошибаешься. Возле окон стоят датчики, которые, благодаря совершенной системе опознавания движения, ловят каждый взмах крыльев того самого комара. Ну… вероятно, ты считаешь, что твои навыки помогут тебе просто свалить отсюда? Что ж, и в этом ты не прав. Сигнал от камер попадает сразу в три центра и от туда распределяется к самой ближайшей от места происшествия базе, ну и в одну запасную. Зная твои способности, Скуало, могу поставить сотню евро и сказать, что драться с тобой никто не станет. Просто снайпер выстрелит в твою белобрысую голову. Хоп! — Акира подняла руку и резко опустила её, будто отдавай приказ к старту. — Ты труп.       Скуало долго молча смотрел на Акиру, а потом, тряхнув длинными волосами, рассмеялся. — Врой, как же просто было раньше, во время Колыбели, старик не парился. — Во время чего?.. — удивлённо хлопнула ресницами Акира.       Скуало пробурчал что-то про «не твоё дело, мелкая» и замолчал. Он был явно не в духе — Акира поняла это по пугающей лаконичности и отсутствию привычных криков. Причину такого поведения нынешнего главы Варии она узнала чуть позже, уже в качестве барона.       Акира, к слову, забыла бы и про приём, и про Ли Фу, но вот досада: старуха оказалась назойливее комара и решила погостить в доме до конца недели. В четверг её массивный багаж втащили в замок и еле донесли по крутым лестницам вверх.       А в пятницу она неторопливым шагом вошла в обеденный зал, где доедала свою порцию ужина Акира. — Едите в одиночестве?       Девушка проглотив тщательно прожёванный кусок свинины, коротко кивнула и потянулась за бокалом с минеральной водой. — Отбивная? — резким тоном поинтересовалась Куан Ли Фу, тыкая ножом в несчастный кусок мяса. — В былые времена я бы убила за порцию такого хорошего блюда. Но сейчас скорее оно убьёт меня. — Она повернулась к служанке, молчаливо стоящей в углу зала. — Милочка, принеси мне чего-нибудь помягче.       Громыхнул стул, ударилась трость о деревянный массив стола. — Надеюсь, Девятый нас не на убой откармливает, — хихикнула женщина. — Моё здоровье и так ослабло после случая в Сингапуре.       Акира повернула голову. — А что за случай? — Шесть лет назад, — сказала Ли Фу, откинувшись на спинку стула. — Мой сын умер во время неудачной сделки. Мы тогда спорили за территории и он не смог справиться с гордыней. Надо было уступить Триаде чёртов Сингапур, а он полез на рожон. — Вы не часть Триады? — спросила Акира и сразу же заткнулась, неловко краснея. — Простите… — Думаешь, каждый азиат относится к Триаде? — Нет, простите мою глупость… я не хотела. — В некоторой степени ты права. Каждый третий азиат из мира мафии принадлежит Триаде или сотрудничает с ней. Мы сейчас не берём в расчёт тех, кто служит в Якудзе, хорошо? — Ли Фу провела пальцем по вытянутому стеклу бокала. — Я родилась и выросла в довольно бедном районе Пекина, а затем меня удочерил человек, имеющий непосредственное отношение к миру мафии. То есть, все дороги вели в Триаду, но мне повезло: за три месяца до смерти отчима я получила это.       И она, распахнув верхние пуговицы шерстяного пиджака, достала цепочку. Акира чуть наклонилась вперёд и присмотрелась: ключ. — Не стану рассказывать, кто и как, скажу одно: я была намного старше тебя, когда стала бароном, но, кажется, была в разы глупее. — Титул барона не передаётся по наследству? — Нет. — И вы не относитесь к Семьям? — Не имеем право. Бароны обязаны сохранять нейтралитет.       В комнату вошла, стуча каблуками, служанка. Напротив барона опустилась белоснежная тарелка с лёгким салатом с сёмгой. В зале воцарилась тишина, сбиваемая исключительно ударами серебряной вилки о фарфор.       Последующие дни слуги переглядывались и мрачно шептались о том, что может хранить среди атласа и парчи эта дамочка. Вонгола, обладающая Пламенем, да и всячески норовящая предстать пред богом как можно более праведной, старалась отдалить от себя оружие куда подальше. Да и зачем оно ей? Один старик с его огоньком мог хорошенько так разъебать пару дивизий. Ну, если бы очень захотел и очень бы постарался.       К сожалению Скуалло, не хотел и не старался. Девятый, казалось, уже нарядился в белый саван и теперь разве что духовника себе не завёл. Скуало, сидящий на цепи в замке Вонголы, хоть и не скулил, но порядком подзаебался ходить туда-сюда, да и без хорошего задания нещадно терялись его таланты. Практики, знаете ли, не хватало. Вария сейчас в большей степени напоминала кучку детей, чем отряд убийц, а их настоящий лидер… Тут Скуало морщился и снова начинал бродить по коридорам замка, надеясь, что стук сапог заглушит его мысли.       Вонгола походила на театральное представление, а не на мафию. Приторно раскрашенные женщины, холёные лица разведки, охрана, разодетая так, словно вчера вернулась с показа Kenzo. И Хранители, которые тенью бродили по респектабельным холлам поместья, излучая пафос на километры вперёд. Тенью своего великого прошлого, разумеется. В былые времена Вонгола могла спокойно собраться за полчаса и хорошенько ебануть по любой другой семье. Сейчас она тратила месяц на одно лишь срочное собрание по вопросам оплаты аренды двух катеров. Скуало морщился от презрения ко всему этому разлагающемуся стойлу и искренне мечтал, чтобы это всё закончилось.       Не кончалось.       Пока не кончалось.

***

Япония. Наши дни.

      Перепрыгивая через ступеньки, Акира спускалась с лестницы. Сегодня едва солнце ласково разбудило её, запустив свою белую длань ей в спальню, она пребывала в наилучшем настроении. За окном, резвясь на ветках, пели птицы, несильный ветерок игрался в изумрудном кружеве листвы. С кухни доносился аппетитный запах яичницы.       Спрыгивая с последней ступеньки, она уловила странный шум, а затем что-то хлопнуло о пол. Нахмурившись, девушка немедленно пошла на кухню, но не смогла и переступить порог, ибо в неё влетело что-то круглое и мягкое. Акира покачнулась и, вцепившись руками в дверной косяк, опустила взгляд. Нечто в костюме пятнистой коровы мёртвой хваткой уцепилось за её ноги и не отпускало. — Да что здесь творится? — устало спросила она скорее у воздуха, прекрасно понимая, что в этом дурдоме ничего ясного ответить ей не смогут. — Доброе утро, Аки-тян, — помахал ей Тсуна, сидящий за столом с таким видом, словно по нему только что проехался танк, а теперь он хаотично пытается придумать, что рассказать про это событие, ведь через пять минут на кухню ворвутся журналисты.       Акира кое-как разглядела в существе ребёнка — тут помог исключительно его дикий рёв и количество слёз, которыми он орошал её брюки. — Господи, да отцепись же ты. — Наклонившись, она резким движением подхватила ребёнка, отодвинула стул, усадила малыша туда. На стол рухнула тарелка, затем брякнули вилки. Яичница плавно сползла с чугунного дна сковороды. — На, ешь.       Тсуна пялился на сестру с открытым ртом. То ли всё же собирался выдать хоть какое-то пояснение о происходящем, то ли не могу выйти из шока. Он вдруг тряхнул головой и, глубоко вздохнув, сказал: — Это Ламбо — друг Реборна, он живёт с нами, хотя мне не особо и хотелось, но так уж вышло. — Ах, — улыбнулась одними губами Акира. — Друг Реборна, что ж, всегда рада гостям.       «Да будьте вы все прокляты». — У тебя какие-то дела сегодня, дорогая сестра Тсуны? — поинтересовался Реборн, отправляя в рот, кажется, уже вторую порцию еды. — Я собиралась прогуляться, уважаемый репетитор Тсуны. — Куда, например? — Давно не была на реке. Сегодня в полдень, как я слышала, отправляется новый теплоход. Вот думаю, а чего не поплавать? — Действительно, — кивнул Реборн. — Наверное, будет много туристов. Охрана, конечно, всех досмотрит и очень тщательно. — Да не говори, — вздохнула Акира, садясь за стол. — Один мой друг дал мне пригласительное и, к счастью, мне не придётся стоять все эти жуткие очереди. — Прекрасно, — ухмыльнулся Реборн. — А что будешь делать с птичками? — Их разберут и мы уже забронировали несколько контейнеров. — Ага-ага, прекрасно. — Да, что тут происходит?! — заорал Тсуна, вскакивая со стула. Тот пошатнулся и с печальным скрипом повалился на пол.       Реборн и Акира, вспомнив о его существовании, медленно перевели на него взгляд. Мелкий кулак, столкнувшись с круглой щекой Тсуны, повалил его на пол. — Много будешь знать — скоро состаришься.       Тсуна потёр ладонью места ушиба и, уже готовясь демонстративно засмеяться, чтобы не беспокоить сестру, поднял голову. Акира, закрыв глаза, что-то напевала себе под нос. — Э-э-э… — Тсуна поднялся, недоумевая, как сестра могла не заметить, что этот ребёнок его только что хорошенько ударил. — Очень вкусно, — сказала Акира, наконец, поворачиваясь к нему, как раз в тот момент, когда Тсуна, отряхнувшись и поправив волосы, сел за стол. — Ты давай, ешь, а то вон как исхудал. — С Тсуны слезает детский жирок, — мудро изрёк Реборн. — Ты так думаешь? — задумалась Акира, крутя в руке вилку. — Ага.       Реборн соскочил со стула и, оказавшись рядом с Савадой, молниеносно задрал тому кофту и ткнул пальцем в живот. — Смотри, какой ещё жирок. — Да-да, — закивала Акира, — а я прежде не замечала. — Потому что он же ленивый слабак. — Да и глупый к тому же. Видел, у него по математике недавно 15 процентов? — Это ещё ничего! — дёрнул плечами Реборн. — У него же даже лицо редкостного неудачника. Смотреть тошно.       Акира бросила взгляд на часы, стрелка едва коснулась десяти. Сегодня днём у неё запланирована встреча на теплоходе с одним французом. Мсье прибыл в Намимори вчера утром и тут же сообщил ей о своём приезде. Он был правой рукой известного в Европе торговца оружием, раскинувшего своё влияние на несколько мелких стран. Сейчас в ряде государств поднимались восстания, одни народы грызлись с другими за клок земли, и для таких стычек лучше всего подходили компактные вертолёты.       Неделю назад Акира, связавшись со штабом в Риме, сделала запрос на информацию о наличии нужного товара. За пару часов её люди нашли пять вертолётов Eurocopter X3, стоящих на складе где-то на Ближнем Востоке. Их прежний владелец скончался при боевой операции, не сумев продать кому нужно, а документы на вертолёты до сих пор пылились в ящике стола Марианы Бешелье — директора компании Airbus Helicopters в Провансе. Немного попотев и совершив ряд телефонных звонков, человек из штаба сумел договориться с Марианой, чтобы она сделала вид, что никаких бумаг нет, они потеряны несколько месяцев назад вместе со всеми фотографиями вертолётов. Но до этого она потребовала вернуть вертолёты на базу в Европу — и плевать на то, что творится на этом кошмарном Востоке, скажите, что это техника НАТО, они же в порошок сотрутся, но всё вернут. Через трое суток несколько бронированных грузовиков выехали из Прованса с ценным грузом и спокойно пересекли границу с Италией, ибо по случайности именно в тот день на таможне стоял сын одного из Хранителей Вонголы. Ночью Акира совершила контрольный звонок, и предложила французу пять новеньких вертолётов, что спокойно дожидались своего часа в контейнерах близ Сицилии под охраной десятка по уши вооружённых рядовых из Вонголы.       Вероятно, куда проще было бы выкупить технику напрямую у Airbus Helicopters, но Мариана Бешелье, получая полное покровительство Семьи, не хотела конфликтовать с Савадой, а француз прекрасно понимал, что барон просит цену на пять процентов ниже официальной, да и мороки с бумагами куда меньше.       Сегодня во время встречи, на которую Акира попадёт, спокойно минуя охрану — полицейский из знакомых, она передаст французу ключи, паспорта на вертолёт и координаты нахождения контейнеров. В этот же момент ей должно придти сообщение о пополнении счёта в банке Цюриха.       На теплоходе будет много народу, поэтому никто не обратит внимание на пару. Сейчас лето и в Намимори много туристов: иностранец не вызовет никакого интереса. Самое важно оставалось за бароном.       Акира молча вышла из-за стола и поднялась к себе в комнату. Закрыв дверь на ключ, она быстро сняла футболку с яркой вышивкой и надела тонкий бронежилет тёмно-серого цвета класса защиты NIJ, накинула сверху чёрную плотную кофту с широкими рукавами. Брюки сменились узкой юбкой. Убрала волосы под шляпу, тщательно проследив за тем, чтобы ни одна прядь не показалась наружу. Когда внизу утих шум, и Тсуна свалил в школу, Акира открыла дверь и спокойно спустилась вниз. У дверей она, откинув в сторону привычную обувь на плоской подошве, достала элегантные шпильки. — Это я, — сказала она в трубку, стоя напротив зеркала, чтобы убедиться в том, что волосы полностью скрыты. — Давай, гони машину к дому Савады. — Как скажете, барон.       Акира невольно ухмыльнулась и доведённым до автоматизма жестом прикрепила к шляпе плотную чёрную вуаль.

***

Италия. Сицилия. Полтора года назад.

      День беды не предвещал. Он, вообще, был до тошноты скучным и пустым. В сад вытащили шезлонги, почистили бассейн, и вся Вонгола таяла под июльском солнцем.       В библиотеке ставить кондиционер из-за старых книг было нельзя. Акира, напрягая всю свою силу воли, вытерпела только полчаса, а потом, окончательно сдавшись, стала бродить по замку, рассматривая картины да резные двери. Иногда ей встречались изнывающие от лютого пекла члены Семьи. Они коротко улыбались Саваде, но стоило ей пройти дальше, как их улыбки превращались в сардонические. Им ещё не рассказали, что «самонадеянная японка» не имеет пламени. Охрана стояла на своих постах и вовсе забыла о чём-то кроме тревоги. Они, кажется, даже спали при полном обмундировании.       Проходя мимо широких окон, Акира замечала раскинутые ветки деревьев и множество пёстрых цветов, что стелились бархатом по садовым лужайкам замка. Она никогда не любила цветы — слишком яркие, слишком красивы, слишком не такие, как Акира. Но цветы напоминали ей о матери, и внутри образовалось спёртое чувство тоски до дому. Девушка глубоко вздохнула, прислонившись лбом к тёплому стеклу.       Мама пишет чудесные письма и просит фотографии. Акира, как ненормальная, фотографирует книги, свою комнату и просит служанок постоять с ней в простой одежде. Ну, видишь, мам, это мои соседки в кампусе. «Соседки» улыбались на камеру, а потом странно поджимали губы. Они впахивали до седьмого пота, пройдя строжайший отбор в Семью, а ей удалось просто родиться и получить сразу всё. Смотря на красивые костюмы, которые надевала Акира, они видели лишь дорогую статуэтку, обёрнутую в позолоченную упаковку.       Здесь все любили Девятого фанатичной любовью, а Хранители пользовались практически непоколебимым авторитетом. Но они были старыми, сильными и своими. Акира, к досаде всех вокруг, была молодой, слабой и бесконечно чужой. Если узкие глаза нескончаемый хоровод слуг мог ещё принять, то отсутствие пламени — нет. Чужестранка будет что-то говорить им, итальянцам, на родине Cosa Nostra? Смешно.       Акира вздохнула и распахнула глаза, в отражении стекла показалась тёмная дверь, спрятанная в тени. Девушка медленно отошла от окна. Проводя много времени в библиотеке, она на самом деле не очень хорошо знала все углы замка. Дверь была узкой, из очень тёмного куска дерева. Дальше в коридоре не было никаких комнат, поэтому вряд ли сюда часто кто-то заглядывал. Акира прекрасно знала, что эту часть дома убирала самая старая из служанок, и это был приказ лично Девятого. Было много разговоров на счёт этого поведения, но мало ли что может придти в голову Дону?       Савада толкнула дверь, и та к её удивлению сразу же поддалась. Даже не скрипнула, открылась молча и покорно. Акира взволнованно вошла внутрь и очутилась в тёмной комнате. Окон видно не было, воздух казался спёртым и наполненным пылью. Осторожно касаясь стены двумя руками, она прошла по комнате в поисках выключателя. Нашла. Когда лёгкий бледно-голубой свет разлился по комнате, Акира вначале долго не могла привыкнуть к нему, а потом она увидела.       Девятый был человеком чести, как старый рыцарь из легенд. Он отзывчиво помогал страждущим, отдавал деньги на больницы и дороги, прощал должников, вынуждая всех вокруг смотреть на Вонголу, как на мать святую. Девятый искренне надеялся, что встретит смерть тёплыми объятиями, довольный тем, что прожил именно эту жизнь. Так по сути и было бы, если бы он не ошибся в очень маленьком пустяке.       Дневник надо лучше прятать, когда ты босс Вонголы, да.       А ещё следить за охраной, всей этой невыносимо трудной системой надо было раньше. Это сейчас он камеры тыкал, как параноик в каждый угол. Скуало прав: раньше было проще.       Череда маленьких проколов — от дневника до бреши в системе наблюдения — восемь лет назад привела к тому, что зафиксировалось в этой комнате. К тому, что сам Девятый всячески стремился убрать с глаз долой.       К тому, что увидела Акира.       Вначале она молча смотрела, до конца не понимая, что это, блять, вообще. Посреди комнаты стоял кусок хрусталя — присмотревшись Акира разглядела толстый слой льда — а внутри него было что-то чёрное. Девушка решительно приблизилась. От хрусталя веяло диким холодом и она окончательно убедилась в том, что это лёд. Огромный кусок льда. Посреди комнаты. Здесь, на Сицилии. В июле.       Вашу мать.       Акира прижалась лбом ко льду точно так же, как недавно к окну. Прищурилась. Крик раздался откуда-то со стороны, ударил сразу в грудную клетку.       Скуало шёл с тренировки, когда сверху послышался истошный вопль. Он устало потёр переносицу. Да, что там, блять, творится. Охраны как в Лувре, а всё равно что-то да случается. Уверенно ухватившись за тренировочный меч, Скуало взбежал вверх по лестнице и тут же застыл. — А-а-а! — Акира бежала по коридору, путаясь в собственных ногах.       Перебрав в голове несколько вариантов мата, но не найдя подходящий, Скуало решил, что банальный вздох окажется лучшей реакцией на истерию Савады. — Что ты орёшь?!       Девушка не собиралась останавливаться, и Скуало пришлось ухватить её за плечи. Акира странно дёргалась и продолжала бежать уже на месте, упираясь стальной хватке мечника. — Там, господи, там лёд и человек, лёд и… — Что?! — Блять, Скуало, я не могу, — в её глазах вспыхнули слёзы. — Там огромный ёбаный лёд, господи, я не понимаю.       Её щёку ошпарила пощёчина, и девушка отлетев в сторону, едва избежала удара об стену. — А теперь спокойнее и по порядку. Чего ты, сука, так орёшь? — Там кусок льда, — тихо сказала Акира, её глаза лихорадочно сверкали. — В дальней комнате… Uchi открыла дверь и, Kami-sama, увидела кусок льда!       Акира испугалась и поэтому путала слова, Скуало с трудом мог разобрать её и без того кривой итальянский, а теперь она вплела в него и родной японский.       Скуало часто разговаривал с ней. Они оба были молоды и среди чопорных стариков мафии более-менее сносным было лишь общение с мелкой Савадой. Она всегда казалась не в меру разговорчива и выдавала такие словечки, что голова шла кругом. Но сегодня явно не её день. — А в куске льда человек, блять! — проорала Акира, и Скуало ощутил странный толчок внутри, будто его ударили. — Что ты сказала? — медленно произнёс он, хватая её сильнее за плечи.       Акира вздрогнула и посмотрела в его холодные глаза. — Там был человек. — Блять.       Он схватил её за руку и потащил по коридору. Акира попыталась вырваться, но мужские пальцы сжали сильнее. Они спустились по самой короткой лестнице, обошли два центра охраны — Акира ощутила, как напряглись рядовые, приметив Скуало, и вышли в просторный холл.       Девушка немного успокоилась и перестала сопротивляться. Она уже поняла, куда мечник её вёл, и была согласна на этот путь. У неё тоже много вопросов к Девятому.       Скуало ворвался в кабинет Дона без стука, вышибая дверь ногой. Акира невольно восхитилась его наглости, а ещё больше тому, как сильно сжался стоящий на посту телохранитель. Ну да, Вария ж. — Там был человек в куске льда! — заорала Акира, лишая Девятого сказать и слова им в упрёк.       Мужчина медленно оторвался от чтения утренней газеты. Вначале он смотрел Акире прямо в глаза, а потом глубоко вздохнув, свернул прессу и откинул её на стол. Туда же вмиг залетела и нога мечника, куда он, поставив её, сразу же склонился к совершенно спокойному на вид Дону. — Ты, ебучий извращенец, держишь его в тайной комнате, чтобы дрочить что ли? — Это вообще возможно?.. Он до сих пор жив?! — Эй, старик, какого хрена ты это творишь?! — Скажите точно, это не статуя и не мираж? Это, правда, человек? Да-а?! — Врой, или ты ответишь, или я пойду и разъебу этот кусок льда, чтобы вытащить его от туда, понял?       Девятый скрестил пальцы и спокойно произнёс: — Мой сын там, где ему место.       Акира посмотрела на Скуало и замолчала. Ей почему-то казалось, что парень рухнет прям там, ну или набросится на Тимотео, и его застрелят. Сразу же. Снайперская винтовка, 90 метров, первая база охраны. Прям за стеной. Акира спиной ощущала прицел. — Сын? — одними губами спросила она, опуская руку на плечо Скуало. Утешать или успокаивать Акира, в принципе, не умела. Но искренне надеялась, что это задержит его хотя бы на секунду. — Энрико?!       Она была знакома с тремя сыновьями Девятого, но видела лишь раз — и то, стоя на почтительном расстоянии. Они казались людьми довольно высокомерными и вели свой частный бизнес под покровительством Семьи, но без всякой пользы для Вонголы.       Тимотео качнул головой. — Нет, не Энрико. — Он встал и медленно подошёл к Скуало. — И не думай, Суперби, рассказывать ей.       Скуало ухмыльнулся. — Боишься, старик?       Ответа не последовало.

***

Япония. Намимори.

      Каблуки стучали по стальной облицовке лестницы, ведущей на катер. Молоденький капитан улыбчиво встречал первых гостей своего белоснежного судна. Золотые пуговицы на его кипельно-белой форме сверкали в лучах полуденного солнца. Акира мягко улыбнулась ему и прошла дальше. Прохладный речной ветер приятно холодил лицо.       Француз стоял у самого «носа», упираясь руками о перегородку. Расслышав сзади стук каблуков, он обернулся. Широкая улыбка заиграла на загорелом лице, когда он увидел перед собой хрупкую девушку. В голове шальной мыслью вспыхнула мысль о том, что это, разумеется, глупенькая секретарша барона. — Вам не жарко? — спросил он, указывая на плотную вуаль. — В Японии так душно, пока ехал из аэропорта весь взмок. — Обойдёмся без подробностей, — холодно произнесла Акира. — Я думал, на встречу придёт сам барон, — вздохнул француз. — Мне кажется, в этом можно рассмотреть неуважение к моей персоне.       Лодка слегка покачнулась, и Акира решительно шагнула вперёд, перед лицом мужчины вспыхнули прикрытые вуалью голубые глаза. — Я — барон.       Он поёжился, неловко рассмеялся. Пальцы потянулись к галстуку. — Простите, не признал. Да и… — взгляд лизнул девичью фигуру. — Это…       Акира не шевелилась. Она специально одевалась именно так. Узкая юбка подчёркивала женственную фигуру, каблуки зрительно удлиняли ноги, широкая кофта не только скрывала жилет, но и создавала иллюзию пышной груди. Она получала странное удовольствие замечая блаженную улыбочку на лицах клиентов. Сколько бы слухов не было, каждый всё равно попадался в этот капкан. Они хотели сыграть с ней в «кошки-мышки», потому что она была девушкой, но у них не было ни шанса. Скуало говорил, что бабе нет места в мафии. В Вонголе женщины носили строгие брюки и не имели право даже на те эмоции, что выказывали мужчины. Акира не собиралась играть во что-то. Она девушка — от определённого количества хромосом до кончика шпильки. — Оставим это, — она подошла ближе, случайно задевая его плечо. — Мы тут оба ради дела. — Да-да, вы правы, барон.       Акира достала из аккуратного коричневого дипломата небольшой конверт. Покрутила его в руках, высматривая реакцию. — Деньги, — словом отбила протянутую к ней руку.       Француз криво улыбнулся, но всё-таки сразу достал телефон и нажал на пару кнопок. — Я бы хотел спросить у вас о прочей ерунде. — Ерунде? — Да, меня интересуют разного вида игрушки, и я слышал, на счёт них лучше всего обращаться к вам. — Я похожа на продавца магазина игрушек? — Но у вас же найдётся M60 Panther?       Акира чуть склонила голову, пытаясь лучше рассмотреть его лицо. Около тридцати лет, довольно красив, возле левого глаза крохотная родинка. Говорит с мягким акцентом, но, кажется, настоящий полиглот. Судя по всему, получил блестящее образование. Такой человек комфортнее всего ощущает себя в мягком кожаном кресле, любуясь фотографиями идеальной семьи на рабочем столе. А не здесь, в крохотной Намимори, требуя себе дистанционно управляемый танк. — А это уже не похоже на маленький конфликт. Что вы задумали, Жан? — Я заплачу, не волнуйтесь. У меня достаточно денег и для оплаты товара, и для компенсации вашего любопытства, барон. — M60 Panther вне моей компетенции. — Не говорите глупости, барон! Я видел их в Израиле. — Ближний Восток — место, куда нам лучше не лезть, — отрезала Акира, прекрасно понимая, как это может отразиться на мафии. Нефть убивает слишком много людей, и в это не стоит ввязываться Вонголе. — Я не торгую с поставщиками в те края. — Но я слышал о вашей сделке с Феликсом Орнери.       Акира сцепила зубы. А вот это не надо. Это — зря. Её роковая ошибка. Орнери — чёртов канадец, вечно смеющийся весельчак и красавец. Только бог знает, что тогда с ней случилось, раз она, положив фантомный хуй на личные принципы, вначале засосалась с ним в лифте отеля, а потом и вовсе продала ему M48, хотя прекрасно знала, куда они направятся. — Феликс Орнери — самодовольный глупец, и мой жест был ему уроком. — Прошлый барон был куда масштабнее в своих действиях. — Прошлый барон поставляла газ в Корею, — выпалила Акира. — Вы знаете про эксперимент «Мрак»? Думаю, нет. Погуглите на досуге, довольно интересное чтиво. Я, как это уже заметно, не прошлый барон. — Вы боитесь, что мафия будет запачкана?       «Пытается меня поймать, чёртов подонок.»       Акира еле слышно засмеялась, опуская ладонь на мягкую ткань его рубашки. — Мафия — это последнее о чём я думаю.

***

Италия. Год и три месяца назад.

— Девочка, — шёпотом сказала Ли Фу, но так чётко и ясно, что её голос разорвал гнетущую тишину. — Савада, я дам ключ тебе. И вы, — она посмотрела на присутствующих мужчин с такой ненавистью во взоре, что Йемитсу невольно сглотнул. — Хочется вам или нет, признаете в ней барона. Yù bù zhuó bù chéng qì*       В кабинете Девятого босса Вонголы стояла такая тишина, что стук сердца казался похоронным набатом. Акира нервно сглотнула.       Её позвали на собрание в качестве гостя, чтобы познакомить ближе с работой Семьи. Она должна была спокойно сидеть в углу, как по традиции — слушать взрослых, и ничего не записывать.       Только войдя в кабинет, Акира увидела отца и радостно улыбнулась ему. У них были отношения, конечно, хуже, чем с мамой, но она была, правда, рада видеть его.       Ещё возле окна с абсолютно недовольным видом стоял Скуало. Заметив его, Акира лишь кивнула: они не общались с того события и девушка испытывала странный стыд перед ним.       Собрание должно быть коротким и совершенно унылым — как и все собрания, проходящие последние восемь лет. Но появление Куан Ли Фу тоже в качестве гостя перевернуло действо. — Ты не посмеешь! — закричал пришедший в себя Девятый. — Немедленно прекрати, Ли Фу. Она — Вонгола!       Акира не поняла, что случилось. Она слышала, как взрослые болтали про деньги, Хранители спорили о поставке продовольствия на виллу в Риме, а потом комната странно закружилась, и она оказалась рядом с Ли Фу. — И что? — гадостно хихикнула женщина. Её худые руки юркими змеями плавно обнимали Акиру за шею. — Двинешься, Девятый, сверну твоей девочке шейку.       Никто, впрочем, двигаться не собирался. Потому что во-первых, все прекрасно понимали, что в присутствии лидеров семьи Вонгола совершать убийство могла только ненормальная: барон явно такой не была. А во-вторых, да им было просто интересно. Ну, не каждый день коронуется новый барон, что поделаешь.       Акира пыталась собраться с мыслями, но всё это странное внимание, взгляд китаянки, заставляющий неметь от страха, превращали её в испуганного кролика.       Внутренне она снова ощущала, как двигается по спине прицел, но сейчас Акира знала и другое: Ли Фу понимает всё это оружие, путанную систему охраны лучше, чем кто-либо в замке.       Когда Ли Фу убрала руки, на шее Савады оказалась тонкая цепочка, на конце которой висел серебряный ключ.       Реборн, сидящий сложа руки, что-то сказал Девятому и странно улыбнулся. — Э-э-э… — кажется, впервые в своей жизни Акира не знала, что говорить.       Она непонимающе смотрела на остальных, что с тем же невыносимым молчанием пялились на неё. Первым прервал тишину Реборн. Он, соскочив со стола, быстрым шагом мелких ножек подошёл к ней. Долго смотрел, будто пытался внимательно изучить ошарашенное лицо девушки, а затем толкнул её в плечо поразительно крепким кулаком. Акира визгнула и инстинктивно поспешила прикрыть руками лицо. — Бить не стану, — усмехнулся Реборн. — Да и какой дурак теперь будет бить новоявленного барона? — Ага, ёб вашу мать, — крикнул стоящий в углу Скуало, — да здравствует новый король, что ли? Ну, — он тоже подошёл к Акире и тоже — это, что, сговор? — хлопнул её по спине всей пятернёй. От удара девушка распахнула рот и выгнулась вперёд, ошалело распахивая глаза. — Поздравляю, девка! Отличная должность, врой! — Да я же… я… — Сказал же: спокойно, — Реборн внимательно посмотрел ей в глаза. — Большая сила несёт в себе море ответственности. Ты же сама знаешь, Аки. Поэтому давай уж без соплей. А то сделаю вид, что забыл о своих недавних словах, — и он угрожающе почесал зелёный лобик Леона.       Куан Ли Фу стояла рядом, её мелкие глаза, напоминающие чёрные бусинки, задорно сверкали.       Савада потрогала ключ ладонью, чувствуя тепло метала, и подняла взгляд, чтобы посмотреть на Девятого и отыскать в нём хоть какую-то поддержку. — Это что? — Ключ. — И что он открывает? — По слухам, Ад. — А не по слухам? — Ад, — лаконично заверил её Реборн.