Вернись ко мне

Призыв по родной крови показал мне, что Дадли находится в Северной Ирландии в небольшом городке Колайленд. Неожиданно. Я как-то даже не думал, что мой кузен в погоне за самостоятельностью заберётся так далеко от родителей. Видать, скандал, учинённый дядей Верноном, застукавшим своего сыночка в самый неподходящий момент с парнем, и в самом деле был жутким, раз Дадличек сразу сбежал из родного дома и не показывал там носа вот уже целую прорву времени. И, судя по всему, не собирается показываться дальше. Я криво усмехнулся собственным мыслям, прислушался к тишине дома, где буквально полчаса назад стоял дым коромыслом от того насколько темпераментно и бурно выясняли отношения Рон со своей белобрысой занозой в мягком месте, прощупал магический фон, наткнулся на заглушающие чары в районе спальни друга и кивнул сам себе. Если повезёт, то одной большой проблемой в ближайшем будущем станет меньше. А не повезёт — так тому и быть. Я им обоим не мамочка с папочкой, чтобы взваливать на себя всю ответственность за их жизни и отношения — пускай сами разбираются во всём, а я со своей стороны и так сделал всё, что мог. Не бывает на всё готовых решений. Посмотрев на карту, указывающую мне на место, где стоит искать кровного родственника, я вспомнил, какой бой мне пришлось выдержать, чтобы уволиться из Аврората, мрачно усмехнулся и пошёл собираться. Вряд ли Дадли придётся долго уговаривать вернуться к матери, особенно, если упомянуть, что его скандалист отец помер, так что с этим заданием я точно справлюсь на раз. Уж каким бы он ни был отвратительным братом — сын он не настолько плохой и не бросит мать в одиночестве. А когда возвращение блудного сына в родные пенаты состоится, я смогу, наконец, подумать и о собственной жизни, а также о том, что мне с ней делать дальше. То, что делать что-то необходимо, признавал даже я, потому что нельзя жить только прошлым и до бесконечности раздавать ему долги. Серия аппараций меня изрядно утомила, подточив мой магический резерв, но главное я оказался на месте. Вернее, почти на месте. На окраине городка в подворотне кипела драка, мимо которой мне просто не позволит пройти совесть — двое против одного, довольно успешно отбивающего все удары и явно держащего ситуацию под контролем. Я даже на несколько мгновений залюбовался рослым плечистым парнем, двигающимся на удивление легко и стремительно, словно большой хищник. Лицо у него было обезображено шрамом на левой щеке, на правой руке не хватало двух пальцев — мизинца и безымянного, а выправка выдавала с головой военного. Интересный тип. — Эй! Ты откуда тут взялся?! — окликнул меня явно нетрезвый тип, заставляя резко обернуться и отпрыгнуть в сторону. Заточка? Дело явно принимало нехороший оборот, достаточный для того, чтобы взбесить меня. Достав палочку, я приголубил всех троих не совсем трезвых личностей конфундусом и обливейтом и теперь думал, что делать со свидетелем. Его тоже приласкать заклинанием? — Привет, задохлик, — хмыкнул парень, поворачиваясь ко мне и криво усмехаясь, посмотрел мне в глаза знакомыми по детству светлыми глазами, в которых плескался адреналин и не нашедшие выхода азарт и злость. — Должен сказать, что ты на редкость вовремя появился. — Дадли? — не поверил я, вытаращившись на него. Он хохотнул, отряхнул испачканные в пыли брюки и кивнул. — Явно не тень отца Гамлета. Какими судьбами, Гарри? Что привело тебя в эту дыру? И кстати, пойдём отсюда, пока другие любители острых ощущений сюда не припёрлись. Здесь бар есть неподалёку. Посидим, поговорим, пива выпьем. А я уже успел забыть, что он тоже явный лидер, привыкший, что его слушаются, привыкший принимать решения и действовать в любой ситуации, пусть и не всегда правильно, но по-своему. Пожав плечами, я спрятал волшебную палочку в ножны на предплечье и пошёл следом за кузеном, поглядывая на его изуродованную щёку и недоумевая про себя выправке. Военный? Дадли и война вместе — серьёзная война, а не травля тех, кто слабее — настолько не укладывались в моей голове, что я не знал что и думать по этому поводу. Ведь он избалованный родителями, эгоистичный мальчишка, а там кровь, боль и потери. — Тётя Петуния сильно сдала, — проговорил я, усаживаясь на лавку в баре и беря в руки карту с сортами пива. Он остро взглянул на меня, словно желая посоветовать, не лезть не в своё дело, положил на стол руку с отсутствующими пальцами и несколько раз сжал-разжал в кулак, а потом встал и ушёл за пивом. Я остался ждать его возвращения, уже сейчас понимая, что моя миссия по возвращению блудного сына в лоно семьи может оказаться сложнее, чем мне казалась ещё недавно. В том числе сложнее и для меня. И какого рогатого овоща тот жирный поросёнок превратился со временем в довольно интересного мужика? — Я знаю, Гарри — видел маму издали месяца два назад, — составляя кружки с пивом, заявил он и плюхнулся на лавку рядом со мной. — Я сам только месяца три назад как вернулся на родину. — Дядя помер. Где ты был всё это время? Дадли жадно присосался к кружке с пивом, явно не желая говорить со мной на больную тему. Я последовал его примеру, чувствуя, что на трезвую голову мы серьёзный и обстоятельный разговор вряд ли потянем. — На востоке. Я был на могиле отца и даже попросил у него прощения за то, что нам с ним так и не довелось поговорить, как взрослым, сознательным мужчинам, а так же за то, что не проводил его в последний путь. С ним было подчас неимоверно тяжело, у нас были разногласия почти по любому поводу, но он мой отец и я должен был похоронить его. — Ты нужен матери, Дад. Она пока живая и выслушает тебя. и, может быть, примет любым. Голубые глаза кузена насмешливо сверкнули, когда он понял, на что именно я намекаю, а мне немедленно стало на удивление неуютно и неловко. Всё-таки воспитание в строгих рамках правильности и допустимости делало своё дело и я оказался не готов обсуждать сексуальные наклонности с почти незнакомым человеком. — Ты пришёл уговаривать меня вернуться домой? Самого совесть заела? Оставайся, Гарри. Переночуешь у меня, а потом скажешь можно ли мне возвращаться. Расскажи о себе. Вы как, победили своего злодея? Многие пострадали? Чем ты сейчас живешь? Тут в бар ввалились довольно нетрезвые, громко разговаривающие и широко размахивающие руками личности и я напрягся, предчувствуя скорые неприятности, вспомнив недавних отморозков. Три парня в косухах и девушка в довольно вызывающих джинсах, обтянувших её длинные ноги, словно вторая кожа. Дадли хмыкнул, привлекая моё внимание. — Что? — Отбой воздушной тревоги, Братик. Эти адекватные и, если их самих не трогать, больше не полезут. А я всё ещё жду твоего рассказа. Возвращаться даже мысленно в те тёмные для магов и многих магглов времена не хотелось, но мне отчего-то казалось, что он имеет право знать, как прошла моя война, и, вздохнув, я начал рассказывать.