Поэзия и проза

Было так просто гулять с Джоном. У них была разница в росте, но их руки соприкасались, покачиваясь на ходу. Тротуары заполонили семьи, спешащие насладиться выходным, друзья пересмеивающиеся друг с другом, парочки на свиданиях. Джон крепко держал Редберда сбоку. Хороший пёс, он время от времени принюхивался, но держался рядом с Джоном и Шерлоком. Со стороны, подумал Шерлок, они выглядели как пара, выгуливающая собаку. Всю прогулку Шерлок мысленно оценивал свою квартиру. Ему есть чего стесняться? Самое худшее, что он вспомнил, было его собрание книг Джона Уотсона и несколько тарелок в раковине. И то, и другое не имело значения. Шерлок знал, что он был отшельником, но он и не представлял насколько, пока не застыл перед дверью своего дома. Он заметил, что часто и мелко дышит. Джон ласково положил ладонь ему на предплечье. — Джон, единственные люди, которые были у меня в гостях это — мой агент, он же парень моего брата, мой брат и мои родители. Редберд сел, виляя хвостом, выжидательно глядя на обоих мужчин. Джон придвинулся ближе к Шерлоку. — Шерлок, если тебе неудобно, я могу зайти в другой раз, или мы можем встретиться в кофейне на другой день… — Нет, нет. Я просто объясняю. Если я стану… почему я… Меня сложно понять, — Шерлок потёр загривок. Кожа была тёплой. — Кажется, ты немного обгорел, — сказал Джон, когда мягко коснулся носа и щёк Шерлока, - мы зайдём, просто поговорим, найдём что-нибудь от ожогов. Я же врач, в конце концов. Ничего не произойдёт. Всё будет в твоём темпе. Шерлок кивнул: — Но разве солнечный ожог не ниже твоего уровня? — Нет, Шерлок, не для тебя. Шерлок не уверен, он никогда не чувствовал себя так, потому что никогда не подпускал людей так близко или, потому что Джон на самом деле исключительный. У него нет понятия, почему такой чудесный человек добровольно проводит время с ним и преодолел такие препятствия, чтобы найти его. — Мой брат платит тебе… чтобы ты был со мной? Джон наклонился ближе: — Шерлок, он не подкупал меня, иначе я нашёл бы тебя быстрее. Пожалуйста, перестань анализировать. Ты нравишься мне, сам по себе, ты прекрасный. Пойдём в дом. Шерлок кивнул, с трудом повернув ключ в замке. Редберд от возбуждения почти протащил Джона вверх по лестнице. Шерлок подхватил Джона за руку, чтобы тот не упал вперёд. Их пальцы переплелись, когда они поднимались, а Редберд вёл их. Шерлок не убрал руку, даже когда было неловко открывать дверь в квартиру. Когда они переступили порог, Джон спросил, можно ли спустить Редберда с поводка. Шерлок просто отстегнул его, сел на пол и начал играть с собакой и гладить её. Джон присел рядом с ними, весёлый. Он оглянулся. — Что такое, Джон? Джон наблюдал, как Редберд прошёлся по кругу, а затем положил голову на колено Шерлоку. — У тебя есть только один стул, откидное кресло и письменный стол. Шерлок поглаживал уши Редберда пока объяснял: — Ну, они только для меня. Конечно, мне никогда не нужно было два. Джон посмотрел на Шерлока, наклонился вперёд на коленях, слегка провёл рукой по его щеке. Шерлок не пошевелился. — Шерлок, у тебя есть аптечка? Он кивнул, указывая под раковину. Джон достал её. Редберд, который обычно всюду следовал за Джоном, не поднял головы с колена Шерлока. Джону пришлось сдвинуть собаку, чтобы приблизиться к Шерлоку. Джон откопал маленькую бутылочку алоэ вера, и нанёс мягкими движениями на покрасневший нос, щёки и шею Шерлока. Шерлок сглотнул. Джон улыбнулся своей прекрасной сияющей улыбкой, и Шерлок на секунду прикрыл глаза. Он сосредоточился на мягких, но мозолистых пальцах Джона, пробегавшихся по лицу. Неприятный жар сменился потребностью потянуться за прикосновениями Джона. Редберд тяжело дышал ему в бедро. Шерлок, со всё ещё закрытыми глазами, сказал: — Спасибо. Когда он открыл их, Джон придвинулся ближе, разглядывая каждую чёрточку Шерлока. Он откинул несколько кудряшек, чтобы посмотреть Шерлоку прямо в глаза. — Ужасно романтично накладывать бальзам на твои солнечные ожоги? — сказал Джон ласково, пропустив пальцы через кудри, — не против, если я поцелую тебя, Шерлок? Один маленький поцелуй? Шерлок кивнул. Джон наклонился, Шерлок держал глаза открытыми. Когда он выдохнул, Джон нежно поцеловал его в губы. Он быстро разорвал поцелуй, но Шерлок наклонился вперёд, чтобы ответить. Шерлок держал Джона за руку, притягивая его ближе. Пёс всё ещё сидел возле Шерлока, и теперь Джон был точно также зажат. Он потянул спину. — Теперь я понимаю, почему люди покупают больше одного предмета мебели, — Шерлок улыбнулся Джону, и тот усмехнулся, — давай я покажу тебе, где я обычно сижу и думаю. Шерлок повёл его к своей спальне, и тот поднял бровь. — Нет… хотя это спальня… Я имею в виду… — Шерлок, всё в порядке. Иди вперёд, — улыбка Джона была великолепна. Однажды Шерлока спросили, почему он никогда не пишет любовные стихи. Он просто сказал, что они ему не нравятся. Будучи с Джоном, даже такое короткое время, его сердце и мысли ускорились. Он мог написать тысячи любовных стихотворений не останавливаясь. Шерлок отвернулся от Джона и глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Его потряхивало, когда он открыл окно в спальне, а затем шагнул на пожарную лестницу. Он ожидал, что Джон присоединится, но тот всё ещё оставался в комнате, оглядываясь. — Ты чуть выше меня. Не знаю, смогу ли вылезти. — Давай, — Шерлок помог Джону поднять ноги на край карниза и на металлическую конструкцию пожарной лестницы. Было невероятно неловко. Они разразились смехом, когда оба очутились на потёртом полу. Шерлок подложил свой пиджак, чтобы Джон мог удобно устроиться. Они сидели бок о бок, Джон ласково положил руку на плечо Шерлока. — Это твоё новое читальное дерево, да? — Шерлок почувствовал, как Джон пригладил его волосы и коротко поцеловал в лоб. Шерлок кивнул, вытащив кору своего дерева из кармана: — Вот что от него осталось. Я беру её с собой, когда мне приходится посещать скопления людей или чтения. Я трогаю её и вспоминаю… Видимо, я чувствую себя в безопасности. Джон обхватил Шерлока двумя руками, и тот опёрся на грудь Джона. — Шерлок, твоё стихотворение было о дереве. А о чём ещё? Шерлок вздохнул, подтягивая руки Джона ближе. Он повернул голову, так что его губы оказались прямо на челюсти Джона: — Я чувствую себя в безопасности, и чувствовал, с тобой. И я боялся, что испортил всё между нами, ещё до того, как мы начали. Джон посмотрел вниз на Шерлока. Шерлок чувствовал себя смелее под его взглядом. Он положил пальцы на основание шеи Джона и притянул его для поцелуя. Это был более глубокий, голодный поцелуй. Шерлок растерялся и слегка опьянел, когда они разорвали поцелуй. Они сидели в тишине какое-то время. Джон захихикал, и Шерлок почувствовал, как от смеха трясётся его тело: — Ну, так что, могу я заменить «Уильяма Холмса» в своём телефоне на «Шерлока Холмса», да? Шерлок кивнул, от смущения зарывшись лицом в изгиб шеи Джона. Редберд залаял, Джон последний раз сжал Шерлока: — Мне пора домой, нужно покормить Редберда. Я напишу тебе позже. Шерлок закусил губу: — Я сбежал, оставив все свои вещи. Они все на выставке. У меня нет телефона. Джон быстро поцеловал его в губы: — Ты глупый. Вот, держи мой. Попроси Грега или своего брата принести всё тебе. После того, как Джон ушёл, после коротких прощальных поцелуев, с Редбердом, рвущимся на поводке, Шерлок писал, пока не уснул за столом. Он проснулся, когда Грег принёс его вещи с выставки. После чего вышел из-за стола и забрался в кровать, где беспробудно проспал до раннего утра следующего дня.