Поэзия и проза

Шерлок проснулся с затёкшей шеей и чувствовал себя особенно тепло. Он открыл глаза, когда Редберд спрыгнул с него. Он оглянулся и позвал Джона. — Я здесь, Шерлок, — Джон сидел на дальнем конце дивана с блокнотом на коленях. Солнце клонило к закату. Джон придвинулся ближе и прикоснулся к щеке Шерлока. — Как долго я спал? — Час или может чуть дольше. Шерлок продолжал вращать шеей, словно пытаясь скинуть петлю с неё. Джон положил руку ему на загривок: — Иди сюда, попробую снять боль. Ты спал под странным углом. Шерлок придвинулся, а Джон пропустил руку, прижимая Шерлока к себе. Шерлок расположился как в колыбели в руках Джона и между его бёдер. Джон костяшками потёр шею Шерлока с обеих сторон, добавляя лёгкое давление кончиками пальцев на заднюю часть. Шерлок испытывал большое желание прижаться к Джону как можно сильнее. Он отклонился назад ещё больше, основание спины слегка касалось паха Джона. Джон прекратил массаж и обхватил Шерлока руками, прижимая его ещё плотнее. Джон покрывал лёгкими поцелуями его шею. — Стало получше? — Джон слегка перебирал пальцами по его рёбрам. — Да, — голос Шерлока дрогнул. — Это ничего? Что я тебя так держу? Шерлок развернулся лицом к Джону, крутясь, нечаянно потираясь об Джона. — Господи, Шерлок, осторожнее, — Джон улыбался, приспосабливаясь к долговязому поэту, так что Шерлок оказался сверху, и они почти лежали друг на друге. — Джон, почему я нравлюсь тебе? Джон ответил крепким поцелуем в губы, затем посмотрел в его глаза, откидывая волосы с его лица: — Ты напоминаешь мне самого себя. Когда я вернулся из армии, я был так одинок. Я отгородился от всех. Мой друг Майк Стэмфорд помогал мне в самые трудные времена. Я просто считаю тебя своим возлюбленным. Джон остановился, нахмурив брови и сжав губы. Он открыл рот, затем закрыл его. Он взял лицо Шерлока в руки и, наконец, спросил: — Что-то случилось, Шерлок? Если не хочешь говорить об этом, всё нормально. Шерлок на минуту задумался, слегка пробежавшись ладонями по рукам и груди Джона. Он почувствовал, как Джон шумно выдохнул. — У меня был парень — Дэнни, он был моим первым. Я поймал его за изменой, и был раздавлен. Я любил его. Я начал принимать таблетки, потому что он был моим единственным другом. Я был в реабилитационном центре, где взялся за сочинительство. Я переспал всего с несколькими людьми. Казалось бессмысленно, — Шерлок прижал Джона к себе, — меня никогда не называли возлюбленным раньше. — Я безнадёжный романтик. И я любитель брюнетов, которые пишут. Я буду называть тебя возлюбленным каждый день, если хочешь. Шерлок на минутку положил голову на грудь Джону. Джон напевал под нос, как будто утешая ребёнка, и Шерлок почувствовал, что снова засыпает. — Мы можем… — начал Шерлок, закусив губу, глядя вверх на Джона, — просто пойти в кровать? В смысле поспать? Я так устал. Думаю, это всё из-за постоянного окружения людей. Я вымотался. — Да, — Джон шутливо нажал Шерлоку на нос. Никто не прикасался к нему так с детства. — Но, знаешь, ты прекрасно читал. Я чуть не умер, когда услышал, как ты читаешь своё стихотворение, и ты был тем же самым человеком, с которым я набрался смелости заговорить в кофейне. Они осторожно съехали с дивана, Шерлок помог Джону подняться. Встали, недолго держась друг за друга. Джон отстранился, взял Шерлока за руку и повёл его к лестнице. Шерлок услышал клацанье лап Редберда, когда тот последовал за ними. Когда они добрались до спальни Джона, он положил сумку Шерлока на свою кровать королевских размеров. Шерлок озирался, чтобы получше рассмотреть большую комнату. — У тебя здесь камин. Могу я? — Шерлок указал на полку, на которой стояло множество фотографий и несколько литературных наград. — Да, давай расскажу. Шерлок брал каждое фото, пробегаясь по ним пальцами, когда Джон рассказывал о них. Его отчуждённая сестра, родители (покойные), множество его портретов, и одна большая фотография, на которой коренастый мужчина стоял рядом с Джоном, оба в военной форме. Голос Джона дрогнул, когда он говорил об этом фото: — Это Алан, мы встретились в Афганистане. Мы были вместе, насколько это возможно на войне. В тот день, когда меня подстрелили, мы были в засаде, и его убили, - Джон дотронулся до лица Алана на изображении, его черты выточены загаром афганского солнца. – Я думал, что никогда не переживу его потерю. Вот почему я начал писать. Джон с тоской посмотрел на фото. Шерлок поставил её на место, провёл пальцами по лицу Джона, по его скулам, покрывая поцелуями всё лицо, сцеловывая его солёные слёзы. — У тебя красивые руки, — сказал Джон, беря его руки, целуя его пальцы, ладони, притягивая снова ближе, — Руки музыканта. Ты играешь на пианино? Шерлок обхватил его шею, наклоняясь вниз, прислонился лбом ко лбу Джона: — Я играю на скрипке*. Глаза Джона расширились: — Ты потрясающий, — и нежно поцеловал его, язык Шерлока мягко проник в рот Джона. Несколько минут они просто целовались, пока Шерлок не обхватил его бёдра и прижал их к своим. — Пожалуйста, отведи меня в постель, правильно, — прорычал Шерлок на ухо Джону между жаркими поцелуями. Джон отстранился, взял лицо Шерлока в руки. — Я полностью помешан на тебе. Но не тороплю тебя. Ты останешься на ночь здесь. А я собираюсь закрыться в гостевой спальне. Не потому, что я не хочу сделать это, или потому, что мне плевать на тебя. Ты мне небезразличен, и нам надо подождать. Если мы начнём, я буду не в состоянии отпустить тебя. Джон поцеловал Шерлока, подержал его пальцы напоследок, перед тем как уйти. — Я закроюсь, но разбуди меня, когда сам проснёшься. Ванная здесь, сбоку от камина. Как бы Джон ни старался, он не смог заставить Редберда отойти от Шерлока. Собака свернулась в клубок под огромной кроватью, оставив Джона одного в гостевой спальне.