Поэзия и проза

Шерлок проснулся среди ночи. Джон спал рядом, и только его тёплая рука обнимала Шерлока за талию. Шерлок хотел заснуть в объятьях Джона, но не мог. Он слишком привык к одиночеству и ко сну в тёмной комнате под своим одеялом. Он ласково сдвинул Джона на другую сторону кровати. Джон был в полудрёме и, казалось, не обиделся. Они были одеты в пижамы. Шерлок очертил плечо и спину Джона через рубашку, вспоминая, как он целовал, покусывал и облизывал все шрамы Джона. Тот глубоко вздохнул, но не проснулся от прикосновений Шерлока. Шерлок встал и решил отправиться вниз, чтобы посочинять. Прежде чем уйти, он тихонько прикрыл дверь в ванной, но не раньше, чем Редберд вылетел оттуда пулей. Дверь мягко захлопнулась за ним, когда Шерлок пробрался в кухню, чтобы налить воды и пройти в кабинет. Он бегло просмотрел книжные полки: вся классика, ещё больше современных книг, включая собрание Стивена Кинга и Джеймса Паттерсона. Над камином висела награда за лучший детективный роман рядом с подписанной фотографией, на которой был Джон и автор бестселлеров Дэн Браун. Шерлок покачал головой. Он ненавидел Дэна Брауна. Шерлок прочитал главу из одной его книг, что-то про код, и отправил её в мусорку. В углу возле большого окна, выходящего на заднюю веранду, стоял стул и маленький столик семидесятых годов, со старой электрической печатной машинкой на нём. Шерлок обошёл его кругом и присмотрелся: предположительно столик с машинкой служили декоративной цели, но в машинке были листы, а рядом пачка бумаги. И целая коробка со стопкой отпечатанных страниц. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это безупречная машинопись. Без следов штриха или перепечаток, без перечёркнутых крест-накрест слов. В открытом ящике рядом со стулом лежала пачка блокнотов, полностью исписанных заметками и справочной информацией. Джон от руки писал свою книгу, затем перепечатывал. Он прилагал немало усилий от начала и до конца. Из прочитанных заметок стало ясно, что Джон также был дотошным к деталям и обстоятельствам дел, и следил, чтобы все сюжетные линии были логически обоснованны. Джон относился к написанию очень серьёзно. Шерлок вспомнил несколько своих наиболее суровых критических замечаний, которые опубликовал у себя в блоге. Его лицо горело от стыда. Шерлок уселся за машинку и напечатал несколько бессмысленных страниц. Набрал несколько своих стихотворений. Он забыл ощущение от печатания, стук клавиш, щелчок валика, пересекающего страницы, глухой звук клавиши возврата. Привыкнув к машинке, он напечатал письмо для Джона. Он продумал каждое слово, прежде чем написать. Дорогой Джон, я провёл здесь две ночи. Мы знакомы очень недолго, по большому счёту. Но уже признались друг другу в любви. Знаю, я, по правде сказать, должен притормозить. Но не хочу. Ты заботился обо мне, когда я заболел. Мы узнавали друг друга на протяжении последних недель. Я посвящал тебе стихи. Я люблю тебя. Я люблю быть с тобой. Я люблю твою собаку. Я хочу сопровождать тебя в морге, когда ты изучаешь темы для своих книг. Пожалуйста, прости меня. Я знаю, что ты уже простил. Я люблю все твои книги. Не знаю, что руководило мной, когда я писал в своём блоге все те злые слова о тебе. Это всё неправда. Мои стихи иссякли. Когда я встретил тебя, поток слов и чувств ворвался в мою жизнь. Без преувеличений. Я был так одинок. Сейчас ты спишь. Собираюсь отдать тебе это письмо, когда ты проснёшься. Я хочу тебя. Хочу заняться с тобой любовью, безоговорочно, и стать твоим. Ты не обидишь меня. Я знаю тебя. Я люблю тебя. Как я могу иначе? Шерлок Шерлок выпустил Редберда на задний двор на несколько минут, пока перечитывал письмо. Когда Шерлок остался доволен, то поднялся обратно по лестнице, оставив Редберда за дверью спальни на этот раз. Собака гавкнула на него и спустилась вниз. Небо подёрнулось лёгкой синевой, лишь намёком на восход, когда Шерлок свернулся рядом с Джоном, прижимая письмо к груди.