Важная часть мозаики исчезла!

- Тсу-кун, вставай! – нежным голосом, Нана уже минут десять пыталась разбудить своего сына, который уже довольно таки сильно опаздывает в школу, и если он сейчас не поторопится встать, то можно говорить «пока» спокойному утру, так как Хибари Кея не прощает опаздывающих. И вот, не видя нужного эффекта, Нана решила физически добудиться сына. Она подошла ближе к кровати, на которой лежал будущий десятый босс Вонголы, и начала его будить, тряся за плечо. – Ну же, Тсу-кун, просыпайся! Ты опаздываешь! – даже слова о возможном опоздании не помогли. Ну, разве что чуточку. Да и то - не сильно. В ответ на подобное действие, Тсунаеши лишь буркнул что-то под нос и перевернулся спиной к матери и снова засопел, погружаясь глубже в мир Морфея. Женщину это, конечно же, не обрадовало и, тогда она силой повернула сына к себе лицом. – Ой, Тсуна, ты какой-то красный, - она поднесла руку ко лбу, дабы проверить горячий он или нет. - Тсу-кун, ты очень горячий! У тебя жар! – взволновано вскрикнула Нана. – Я сейчас принесу градусник, - панически произнесла женщина и попыталась удалиться из комнаты, дабы принести прибор измерения температуры тела, но ее остановила хрупкая рука, схватившаяся за край одежды. - Где… Реборн? – тяжело дыша, хриплым голосом спросил Тсуна. – Куда он… ушел? - Думаю градусник уже ни к чему. Нужен врач и как можно скорее! – обеспокоенно сказала Нана, подойдя к сыну. – Сынок, Реборн уехал два дня назад. Ты что, не помнишь? – в голосе женщины слышалось удивление. Она с нежностью поглаживала сына по голове, как бы успокаивая. – Если не помнишь, то не стоит напрягаться, у тебя сильный жар и поэтому тебе нужен отдых. Так что отдыхай, сынок, а я пока вызову врача на дом, - ласковым голосом шептала Нана. Когда она увидела, что Тсуна закрыл глаза и, вероятней всего, уснул, она осторожно отстранилась от сына и удалилась из комнаты. - Мама… я хочу увидеть Реборна, - тяжело дыша, Тсуна выдавил из своих уст слова, которые предоставлялись уже ушедшей Нане. Открыв глаза, Тсунаеши никого не увидел и тогда он попытался встать. Сесть у него получилось без проблем, но вот встать на ноги, у него вышло с трудом, очень большим трудом. Когда ему все же удалось встать, он не смог преодолеть и двух метров, как начал падать, но ухватившись за спинку кровати, он предотвратил падение. Восстановив равновесие, Дечимо сразу же в медленном темпе направился к двери, придерживаясь за стенку. С горем пополам у него получилось добраться до выхода и, уже открывая дверь, он натыкается на Ламбо. - Ламбо пришел играть! – радостно, почти во весь голос, заявляет хранитель грозы. На что Савада лишь морщится от раздавшегося громкого голоса, который явно не собирается утихать, и только помогает усилиться головной боли. Проигнорировав столь громкое заявление, Тсуна попытался обойти ребенка в костюме коровы, но этот детёныш и не думало отпускать беднягу Тсунаеши, а лишь продолжало преграждать путь и кричать, что он хочет играть. Тогда Савада силой начал отодвигать Ламбо с загороженного пути, и на это действие ребенок начал реветь и достав гранату, хотел устроить очередной взрыв. Но ему помешала неожиданно схватившая его руку, в которой была граната, Нана. - Ламбо, иди, поиграй с И-пин! – требовательно, проговорила женщина, забирая гранату из рук ребенка, на что тот лишь с воплями о мести и слезами на глазах убегает. – Тсу-кун, я же просила не напрягаться! Твое состояние сейчас не в лучшей форме и тебе нужен отдых! – с беспокойством начала отчитывать она своего непослушного сына. Видя, что он вот-вот упадет, она подхватила его и, помогая дойти обратно к кровати, она его уложила в постель. На что Тсуна начал возникать, мол, он в порядке и хорошо себя чувствует. Полчаса спустя, приехала скорая помощь, и, прежде, чем обследовать больного, его нужно было разбудить, что Нана и сделала, через не хочу. Тсунаеши так сладко спал, что будить его совсем не хотелось. Разбудить его получилось на удивление быстро. И врач не тратя время, попросил раздеться больного до пояса и лечь на спину, после чего начал обследовать больного. Закончив, врач разрешил Тсуне одеться. Когда он напялил на себя футболку, то доктор попросил показать горло и Савада покорно подчинился. После полного обследования, доктор определил, что Тсунаеши болен гриппом и выписал нужные лекарства, после чего уехал. Нана же пробежалась глазами по списку и охнула. Выписано было много препаратов, и все они наверняка были дорогими. Положив список в карман, она помогла сыну удобней лечь в кровать и, дождавшись пока он уснет, она ушла переодеваться, дабы сходить в магазин за продуктами и за выписанными врачом таблетками. Ведь когда Тсуна проснется, у нее не будет такого шанса. По крайней мере, до тех пор, пока он не поправится, она не должна его оставлять в одиночестве. Купив все, что нужно, Нана с тяжелыми пакетами, в которых лежали продукты и таблетки, направлялась в направлении дома. Было очень тяжело, но за многие годы она уже привыкла носить такие тяжести. После ухода Емитсу, ей приходилось делать все самой. Нана, была сильной и делала все, что в ее силах, но иногда ей все же не хватало своего мужа. - Хибари-кун, какая неожиданность! – Нана, увидев знакомого, сразу же окликнула его. Знакомым оказался Хибари Кея - глава дисциплинарного комитета, который в данный момент явно не следил за порядком, а лишь прогуливался по улицам с задумчивым видом (по крайней мере, именно сейчас он выглядел задумчивым). - Здравствуйте, Савада-сан, - вежливо проговорил хранитель облака, отвлекаясь от своих мыслей. – Сумки наверно тяжелые, давайте я вам помогу их донести. Даме не подобает носить тяжести, - сегодня, Хибари слишком вежлив. Это можно заметить по его поведению и манере разговора, которая совершенна отличается от обычной. - Не стоит, тут идти осталось совсем немного, - так же вежливо, женщина отклонила предложение Кеи. Она не привыкла к чужой помощи, поэтому столь неожиданное проявление заботы к ней, было ей не привычно. - Мне не сложно, так что давайте сюда пакеты, я донесу их, - хранитель облака продолжал говорить в вежливой манере, и не теряя времени забрал у Наны тяжелые пакеты с продуктами и таблетками. – Зачем вам столько таблеток? – поинтересовался Кея, заметив большое количество разных медикаментов. - Это для Тсу-куна, он заболел, - с волнением ответила Нана и ускорила шаг. Хибари последовал за ней. Все дорогу до дома они шли в тишине. А в это время, Тсунаеши неожиданно очнулся. Чувствовал он себя немного лучше, чем утром, видимо таблетки подействовали. Когда Савада никого не увидел в своей комнате он решил спуститься вниз, что вышло у него с трудом. Пока он спускался то до него доносились радостные голоса веселящихся детей, что находились в гостиной. Так же до него донесся звук ключа, открывающего входную дверь. - Тсу-кун, я же сказала тебе лежать в кровати и не вставать! - женщина явно была недовольна поступком своего сына. Обреченно вздохнув она подошла к сыну и поддерживая его, пыталась отвести обратно в комнату и уложить в постель. - Ты болен и тебе нужен постельный режим! - отчитывала Нана непослушного ребенка. - Прости мама, просто я забеспокоился, когда не увидел тебя в комнате, - хрипло оправдывался Тсунаеши, поднимаясь в комнату. Вдруг, позади раздалось шуршание и Тсуна решил проверить, что это был за звук. Когда он оглянулся назад, то увидел у входной двери своего хранителя облака, держащего два пакета в руках, и очень этому удивился. - Мам, а он?.. - Тсуна кивком указал на стоящего в дверях гостя. - Ох, Хибари-кун, отнеси пакеты на кухню, - наконец вспомнив, что пришла Нана не одна, она попросила отнести покупки на кухню. Кея сделал, так как ему сказали. И когда женщина осталась наедине с сыном она продолжила: - Я встретила Хибари-куна по дороге сюда, и он предложил помочь мне отнести продукты домой. Знаешь, Тсу-кун, я была очень удивлена, ведь раньше Хибари никогда не предлагал помощь, причем так настойчиво, - теплым голосом с нотками удивления говорила Нана. – Ладно, тебя нужно уложить в кровать, - женщина попыталась возобновить шаг, но вдруг Тсуна начал терять равновесие и падать. Нана его не смогла удержать, и Тсуна полетел вниз. Зажмурив глаза, он начал готовиться, к болезненному соприкосновению с жестким полом, который явно норовит оставить на теле Савады синяки. И вот, прошла минута, а контакта с полом он так и не почувствовал, а наоборот чувствовалось тепло. Тогда он медленно начал открывать глаза, и когда он их полностью открыл, тут же пожалел и залился краской. Он лежал на своем хранителе облака, который каким-то образом оказался под Савадой и этим спас хрупкое тело от повреждений. - П-прости, ты не ушибся? – обеспокоенно спросил будущий десятый босс Вонголы, на что Хибари лишь хмыкнул и начал потихоньку вставать. Тсунаеши попытался слезть с Кеи, но это вышло у него лишь на мгновение, ведь как только ГДК встал, то сразу же подхватив Тсуну, понес его в комнату. – Что ты д-делаешь? Отпусти! – подобные действия, шокировали подростка и заставили еще больше смутиться. - Не дергайся и дай мне тебя донести до кровати, - совершенно спокойно сказал Кея, продолжая нести «зверька». Савада, не имея сил для сопротивления, успокоился и позволил Хибари нести его до постели. Придя, Кея осторожно, с некой заботой, положил Тсуну на кровать. Тот же удивился столь заботливому, не свойственному для хранителя облака, поведению. - Хибари, а может ты тоже заболел? – «зверек» потянулся рукой ко лбу Кеи, дабы проверить, горячий он или нет, но ему не позволили завершить начатое. - Хибари-кун, присмотри, пожалуйста, за Тсу-куном. Мне бы хотелось приготовить еды, но оставлять Тсуну одного нежелательно, и раз уж ты здесь, ты мне очень поможешь, присмотрев за ним, – мило улыбнувшись, после сказанного, женщина ушла, оставив мальчиков наедине. - Возвращаясь к твоему вопросу, почему ты думаешь, что я болен? – спокойно спросил Кея. Хотя, это только внешне было видно, что он спокоен, но в душе он был удивлен. С чего это ему и быть больным? Он уже довольно долгое время не болел, а лучше сказать, что он с малого детства не болел. - Просто ты сегодня странный, слишком вежливый и добрый, - со всем спокойствием говорил Тсуна, поправляя подушку и ложась на нее, укрываясь одеялом. - Тебя что-то не устраивает? – вот теперь на лице Хибари отчетливо читалось удивление. - Нет, просто это слишком странно… - с каждой секундой, голос Савады был все тише и тише, а когда он внезапно пропал, хранитель облака еще удивленней смотрел на уже спящего «зверька». Почему удивленней? Потому что он не понимал, как так за долю секунды можно уснуть. Вздохнув, Кея сел на предмет похожий на стул и стал наблюдать за спящим Тсуной. Наблюдать пришлось долго, до самого вечера, пока Тсунаеши, наконец, не очнулся. Когда Савада открыл глаза, первое что он увидел - это внимательно наблюдающее за ним, лицо Хибари. Встретившись глазами с хранителем, он тут же перевел взгляд на окно. За окном было темно, наверное, уже вечер. - Как долго я спал? – вдруг неожиданный вопрос со стороны сидящего на кровати человека, разрушил тишину. - Около девяти часов, - спокойно ответил Кея. – Вот, измерь температуру, - он протянул Саваде градусник и тот, забрав его, начал измерять температуру. После истечения определенного времени, Тсуна вытащил градусник и посмотрел на цифру. - Тридцать семь и пять, - сообщил будущий десятый босс Вонголы, отдавая Хибари градусник. - Не слишком высокая, но проблематичная температура, - вставая с уже насиженного места, он подошел к кровати, где сидел Тсуна. – Идти сможешь? Или мне тебя понести? – на последнем предложении Кея усмехнулся. - Понеси! – Савада протянул руки вверх и хищно ухмыльнулся, заставив Хибари поежиться от пробежавших по спине мурашек. Было видно, что на уме у Тсуны созрел коварный план, не предвещающий ничего хорошего. - Я тебе не носильщик! – с каким-то обречением сказал Кея. Наверное, он уже знал, что эта хищность в Саваде неспроста и в дальнейшем он пожалеет, что предложил понести Тсуну. – Как принцессу, на спине, или предложишь иные варианты? – раз предложил, отвечай за свои слова, даже если знаешь, что потом пожалеешь. Пути назад нет. - Как принцессу! – недолго раздумывая, с коварной усмешкой заявил Тсунаеши. Кея лишь обреченно вздохнул и взял парня на руки. Тот же, сразу обхватил Хибари руками за шею и положил голову на плечо. Хранитель облака, недолго думая, направился на кухню, так как Нана просила привести сына, чтобы тот поел, ибо пища человеку нужна для поддержании жизни. Пару минут они шли в тишине, но Тсуне это надоело. Он приподнял голову и дунул Хибари в ухо, от чего тот недовольно поморщился, но ничего не сказав, продолжал идти. Игнорирование, Тсунаеши не обрадовало и, тогда он прикусил мочку уха, добиваясь хоть какой-то реакции Кеи. Добился. Хотя нет, тихий стон боли, вырвавшийся из уст Хибари, не считается, так как он продолжал игнорировать действия «зверька». Тогда Тсуна облизнул мочку и спустился ниже, проводя языком по шее, а потом в районе ключицы оставляя смачный засос. - Прекрати! – не выдерживает Хибари и грозно требует прекратить подобные действия. Но Савада лишь ухмыляется и тянется к губам за поцелуем. Кея резко отворачивается, дабы избежать соприкосновения своих губ с чужими. Тсуна с недовольством смотрит на хранителя облака, так как тот не дал себя поцеловать. В прошлый раз целоваться со своим хранителем было очень даже приятно, поэтому будущему боссу Вонголы, хотелось еще раз испытать это приятное чувство. – Сиди спокойно, а то полетишь вниз с лестницы! – сказал Хибари, смотря Тсуне в глаза, когда тот прекратил свои попытки украсть поцелуй. «Зверек» что-то буркнул себе поднос, но не стал продолжать доставать Кею. Когда они спустились с лестницы, хранитель облака поставил Саваду на пол и сказал, чтобы тот шел своими ногами. Будущий десятый босс Вонголы недовольным взглядом одарил своего хранителя и ушел на кухню. Там уже были Нана, Ламбо и И-пин. Дети сидели за столом и ели, а женщина стояла и смотрела за тем, как те с удовольствием употребляли пищу. - Тсу-кун, ты проснулся! Как себя чувствуешь? – с нежностью и лаской поинтересовалась Нана. До этого она даже есть не могла, так как очень сильно беспокоилась о сыне, но, как только увидела уже не настолько сильно бледного Тсуну, на сердце стало легче, и она с облегчением вздохнула. - Мне лучше, - улыбнувшись, нежно ответил Тсуна, проходя и садясь за стол. По сравнению с утром, он чувствовал себя очень хорошо, правда голова у него продолжала болеть и чувствовалась усталость. Но утром он даже стоять нормально не мог. - Хибари-кун, ты тоже садись, покушай с нами! – обратилась женщина к стоящему в дверях парню. Кея ей очень помог, присмотрев за Тсунаеши, и она смогла многое сделать. Приготовить еду, постирать и прибраться в доме. - Нет, я пойду. У меня дела, - Хибари мог и остаться, но он ушел, оставив много незавершенных дел. Поэтому ему нужно вернуться и доделать свою работу. – Я приду завтра, - напоследок заявляет Кея.