Вечное лето

Тяжела доля бедной родственницы – такой бедной и такой дальней, что ты скорее прислуга, чем член семьи,- так бы подумала Рукия, если бы у нее была хоть минутка на размышления – особенно сегодня, в день Испытаний. Беги туда, загляни сюда, принеси то, унеси это… Приказания так и сыплются на тщедушную девчонку, похожую на букашку со своими огромными глазами и двумя вихрами, вечно падающими на лоб. Еще бы – в поместье сегодня гости! Вон, уже съезжаются, торжественно, в богато украшенных паланкинах (ничего ведь не случится, если передохнуть немножко на дереве, наблюдая за приездом важных персон!). Вот Укитаке-сенсей, такой красивый в белом капитанском хаори, с серебряными волосами, заплетенными в длинную косу. Гамбатте, Бьякуя-сама и Ренджи-сама, не посрамите своего учителя! Капитан Кьораку, разумеется, рядом – поддерживает своего возлюбленного безо всякого смущения, обнимает за тонкую талию. Хорошо им, богатым и могущественным – живут, как хотят, и в ус не дуют. А вот и Ямамото Генрюсай, Главнокомандующий Готей-13 и глава Академии шинигами. Жуткий старикашка, хоть и давний приятель Гинрея- сама… Преподаватель кидо из Академии – Рукия не помнит, как его зовут, хотя тот тоже часто бывает в доме, пара незнакомых шинигами, судя по манерам, из благородных… А кто этот парень с лейтенантским шевроном рядом с Укитаке-сенсеем и капитаном Кьораку? Стройный, лицо улыбчивое, солнечное… Эх, достанется же кому-то такое чудо! Рукия аж привстала на месте от любопытства, все силясь рассмотреть незнакомого лейтенанта. Сухая ветка затрещала, жалуясь даже на ее комариный вес - и обломилась, а девчонка кубарем покатилась прямо под ноги предмету своего любопытства! - Не ушиблась, маленькая? - лейтенант обнимал ее за плечи, аккуратно отряхивая белую пыль с простенького кимоно. -Н-нет…- чуть слышно прошелестела Рукия, не отводя взгляда от открытого молодого лица. – Кажется, не ушиблась… - Как тебя зовут, птица? – улыбнулся парень, ласково глядя в глаза. -Рукия. Кучики Рукия. -Кучики?.. Так ты член семьи? - Не совсем. Просто дальняя родственница, по хозяйству помогаю… - Лейтенант тринадцатого отряда Готей Шиба Кайен, прошу любить и жаловать,- браво отрекомендовался парень. – Надеюсь, еще увидимся, Воробушек. Осторожней на ветках! Через мгновение он уже спешил вслед за остальными гостями, и даже ни разу не оглянулся. «Шиба Кайен... Кайен» - повторяла Рукия, улыбаясь неизвестно чему. А в ворота тем временем внесли еще один паланкин,- темно-красный, с легкими газовыми занавесками, украшенными перламутровыми бусинами. Занавеска откинулась – и, опираясь на руки носильщиков, оттуда вышли две женщины. Одна из них, пожилая и полная, производила впечатление компаньонки из богатого дома, но вторая - о, эта дама была ослепительно, невероятно красива! В многослойных шелках, с высокой прической, убранной серебряными гребнями, хрупкая и большеглазая, она напоминала статуэтку из тонкого китайского фарфора, из тех, что стоят в покоях госпожи Шидзуки. Ей навстречу спешил сам Кучики Гинрей, улыбаясь и протягивая руки. -Добро пожаловать, госпожа Хисана, добро пожаловать! - У вас, как всегда, чудесно, Кучики-доно,- вежливо склонила изящную головку девушка – ну точь- в-точь цветок под легким ветерком! - Я рад, что вам нравится наш скромный дом. Я счастлив принимать прекрасную невесту моего наследника,- ответил Гинрей, и красавица Хисана снова слегка поклонилась. «Надо же - невеста» - думала Рукия, снова спеша по бесконечным делам. «Невеста нашего Бьякуи, вот бедняжка!» Полигон заново засыпан белым сейретейским песком. Белый песок, белые капитанские хаори, белый солнечный зной. Как много белого! Слишком много. И посреди белого – Бьякуя и Ренджи – оба в черном, сосредоточенные, строгие. Это не соревнования, хотя задания оба будут выполнять по очереди, но Ренджи ни за что не хочет уступить молодому Кучики, не хочет ударить лицом в грязь – перед ним? Перед важными гостями на скамьях? Перед самим собой? На этот вопрос ответить всегда сложно. Ради чего он сражается? Кого и зачем он так хочет победить? Вопросы, вопросы… И ответов на них пока нет. Жара иссушает, хочется пить. У Бьякуи над верхней губой блестят капельки пота, он дышит, чуть приоткрыв нежный, как у девушки, рот. Волосы забраны высоко, кончик «хвоста» едва касается основания открытой белой шеи. Сам Ренджи стянул свою лошадиную гриву в жгут на макушке, закрепив сооружение двумя грубыми бронзовыми шпильками. Головная повязка скрыла острые линии клановых татуировок на лбу. Время от времени он чувствует на себе острый взгляд Бьякуи, от него по телу бегут мурашки, и что-то подается, плавится внутри. «Не проиграю. Ни за что не проиграю тебе!» - твердит про себя Ренджи, точно мантру. Гонг. Началось. Метание копья и стрельба из лука с лошади и с земли. Ренджи очень ловок на коне, со своим Рыжим они словно одно целое. Все стрелы, кроме одной, ложатся в цель – и то лишь потому, что вместо мишени он почему-то засмотрелся на то, как Бьякуя рукавом утирает потное лицо в ожидании своей очереди - небрежно, словно простой крестьянин на рисовой делянке. Ренджи мысленно надавал себе по щекам и закончил упражнение без ошибок. Бьякуя намного лучше владеет копьем и луком на земле, нежели верхом- с лошади несколько стрел ушли «в молоко». Зато в кидо Кучики не в пример искуснее Ренджи – он поистине творит чудеса, в то время как Абараи сносно освоил лишь несколько самых распространенных приемов. Но все это лишь прелюдия. Самое главное – одолеть тренировочных Пустых, созданных двенадцатым отрядом на базе последних экземпляров, недавно отловленных живьем. Гонг. Первая часть испытаний окончена. Отдых. …-Все сделано, Акира? Младший внук Кучики Гинрея опускает глаза. - Сделано, матушка. - Вот и хорошо, мой мальчик. Очень хорошо. Скоро тебя назовут наследником, сынок. И тогда уже никто не сможет нам навредить. Искусственные Пустые, хоть и не очень крупные, оказались верткими и довольно сильными. Похожие одновременно на людей и гротескных насекомых, они яростно щелкали жвалами и выбрасывали вперед увенчанные зазубренными клешнями лапы, нападали сразу вдвоем и поодиночке, вовсю используя отвлекающие маневры – и Ренджи пришлось изрядно потрудиться, прежде чем он упокоил свою пару. Сигнал гонга возвестил, что испытуемый Абараи уничтожил противника, при этом уложившись в отведенный срок. Под аплодисменты собравшихся Ренджи присел на скамью, отирая головной повязкой пот и кровь из пары легких царапин. Ранения, даже пустяковые, отнимали у него баллы, но сейчас он об этом не думал, потому что на полигон вышел Бьякуя. Прозвучал очередной сигнал – и бой начался. Ренджи жадно ловил каждое движение человека, которого почитал за своего соперника. Твари Бьякуи были совсем другие. Они скорее напоминали пару волков с голыми черепами на месте голов и мелкими костяными иглами вместо шерсти. Двигались они так проворно и осмысленно, что не верилось в то, что это просто искусная подделка… Вот один из них угрожающе пригнулся к земле и заревел. Что это был за звук! Низкий, утробный, полный неутолимого голода, и одновременно такой тоскливый, что хотелось броситься ничком на землю, закрыв уши руками… Зрители на скамьях заволновались, пробежал тревожный шепоток. «Ну и умельцы этот двенадцатый отряд» - думал Ренджи, глядя, как ловко и красиво отбивает Бьякуя вражеские атаки. «Можно подумать, что они настоящие…» В это время твари бросились на Бьякую одновременно, и чьи-то зубы располосовали Кучики правый рукав. В разрезе показалась беззащитная нежная кожа - а миг спустя брызнула кровь. Алое на белом песке резануло глаза. Пустые завыли… «А мои не издавали ни звука- подумал Ренджи отстраненно. – Если бы не знал доподлинно, точно решил бы, что настоящие. Но искусственные твари лишены голоса – Укитаке-сенсей объяснял это совсем недавно…» - Бьякуя! Осторожно, они настоящие! – заорал Ренджи и выскочил на арену за секунду до того, как один из «волков» прыгнул Бьякуе на незащищенную спину, щелкнув в воздухе костяной пастью. Спина к спине – так обыденно, как будто они всю жизнь сражались вдвоем. В ближнем бою одинаково сильны оба, однако Пустые, кажется, сильнее. Бьякуя вторично ранен в руку, у Ренджи когтями располосована грудь - косодэ висит клочьями и кровь заливает черные татуировки, сбегающие за пояс хакама. - Остановите бой! – слышится, как сквозь вату, крик Укитаке-сенсея. – Это же настоящие Пустые! Ему отвечает громкий старческий голос, охрипший от команд: - Не останавливать! Они справятся. - Но, Главнокомандующий… - Не останавливать, я сказал! … Раскаленная жара, боль, кровь и пот. Вот что значит – быть воином. Твари все наскакивают, неутомимые, и никто не поможет тяжело дышащему за спиной Бьякуе – никто кроме него, Ренджи. Защитить. Вот для чего это все – шинигами должен защищать, и не важно, чужая это душа или… -Ренджи… послушай нас-с-ссс… Вот еще, совсем не ко времени,- досадливо сплевывает Абараи, удобнее перехватывая рукоять меча перед тем, как рубануть по метнувшейся в его сторону когтистой лапе. Кровь течет из раны, и сил остается все меньше. Клинок Бьякуи падает, выбитый из руки, но тот, в поисках опоры прислонившись к напарнику, уже шепчет заклинание и Абараи спиной чувствует, как от собирающейся рейацу тонко вибрирует все его тело. А еще он чувствует, какие острые у Бьякуи лопатки, как упруго движутся мышцы под кожей. Время! Бьякуе нужно время,- и Пустые тоже понимают это, накидываются с удвоенными силами. - Забимару! - гремит в ушах. – Наше имя – Забимару! Ты слышал?! Позови нас-с-с… -Бьякуя, держись – цедит Ренджи сквозь зубы и прыгает вперед, перетягивая внимание монстров на себя. - Реви, Забимару! И изящное лезвие катаны вдруг вытягивается, ощетиниваясь смертоносными зубьями, светится знакомым красноватым светом. Голос в голове заходится торжествующим воплем, полузвериным, получеловеческим, и Ренджи чувствует, как новые силы вливаются в него через теплую, словно живая кожа, рукоять. Ближний Пустой рассыпается в костяную пыль, сраженный ударом меча, другого сносит огненный вихрь – Бьякуя успел! - Шикай! Мальчишка выпустил шикай!- чей-то незнакомый голос, и его заглушает шепот изнутри: « Забимару! Запомни - Забимару!» …Они сидят на песке, поддерживая друг друга и тяжело дыша. Их кровь смешивается и впитывается в арену - алая на белом. - Я всегда буду тебя защищать,- шепчет Ренджи. – Но никогда тебе не проиграю! -Посмотрим,- отвечает Бьякуя и вдруг, теряя сознание, тяжело приваливается к его плечу.