Смогли ли понять?

POV Глеб

Мы переместились за компьютер. Мне оказалось её очень мало. Она смотрела на меня своим бархатным взглядом. Я до сих пор не верил, что заслужил это все. Я впервые решил связать себя с женщиной настолько серьёзно. Я дышу ею. Я пока что не понимаю, почему именно так она делает, но кладу свою руку сверху, а второй обнимаю за талию. — Голубин, если ты продолжишь так делать… мы тогда песню сегодня не запишем. — говорит мне она. — У тебя есть с собой текст? — спрашиваю я. — Всегда с собой. — отвечает она, открывая Заметки. Так много. Я пробежал глазами по текстам. Чудесно. Красиво, грамотно, чётко, резковато. Даже лучше, чем мои. Я вдыхаю ее запах и не могу сосредоточиться. Она плавно нажимает на мышку, потом на клавиши. Она начала писать бит. Такой манящий. Я начал помогать ей в сведении. Она такая… Я думаю уже вовсе не о музыке. Мне становится сложно сидеть так близко. Я резко убираю руку. — Что с тобой? — спрашивает она. — Я думаю совсем не о музыке. Но ты сосредоточена сейчас на ней. Меня будто не замечаешь. — говорю я. — Да откуда ты… Тебе… С чего ты так решил? Ты хочешь что бы я сейчас бросила начатое и что? — возмущается она. — Да. И была со мной. — вздыхая отвечаю я. — Но я и так с тобой. Ты сам привёл меня сюда. Естественно я пишу музыку. А ты рассчитывал на что-то другое? Ты что, ревнуешь меня к музыке? Любовь ты ревнуешь к любви? — спрашивает она. — Думаю, что да. — отвечаю я. — А как же я? Как я? Моя самореализация? То, что я люблю? Моя мечта? — как она права, веду себя эгоистично. — Я привыкну, обещаю. Сейчас я должен побыть один. — отвечаю я. — Ты волком на меня не смотри. Стой. Иди сюда. — говорит она. Я подхожу к ней. Она медленно кладёт свои руки мне на плечи. Одной рукой она гладит меня по лицу. Двумя руками гладит. Я не отвожу взгляд от неё. Она смотрит бархатно в мои глаза. Она запускает пальцы в мои волосы. Я прикрываю глаза. Ощущаю легкую дрожь. Она сажает меня на диван и садится сверху. Она берет в руки мое лицо и нежно целует меня. Я глажу руками ее спину, спускаясь ниже. Как приятно. Я глажу ее ноги. Я беру и меняю позицию, нависая над ней. Я снимаю футболку, она гладит мои руки, мою спину, нежно целуя в шею. Я прикрываю глаза и издаю еле слышный стон на выдохе. Я снимаю с неё топ, юбку и белье. Сам снимаю все лишнее. — Ты занимался этим здесь и поэтому об этом думал? — спрашивает она. — Нет, здесь небыло. Внезапное желание одолело меня. Позволь мне. — говорю я. — Хорошо. — сказала она. Ее рука соскользнула чуть ниже живота. Я закатил глаза и поднял ее руки наверх, придерживая их. Я укусил ее за губу, чувствуя солоноватый привкус крови. Я углублял поцелуй снова и снова, не позволяя ей пошевелиться, и мы резко соединились, от чего она вскрикнула. Она медленно гладила мою спину, мои руки. Я нежно убрал пряди волос с ее лица за уши. Она стонала тихо, дышала прерывисто, улыбалась. — Громче... — шепчу я, и она стонет громче. — А теперь скажи... — шепчет она. — Что сказать... — отвечаю я. — Скажи о том, что чувствуешь... — говорит мне она. — Удовольствие и любовь я чувствую. Чувствую то, как мы стали близки. Это меня радует и огорчает одновременно. Но сейчас я хочу думать только о тебе. — отвечаю я и награждаю ее красноватым следом на шее. — Запомни... Что я с тобой ровно настолько, на сколько ты готов... — сказала она. — Как ты мне дорога... — говорю я. — О, черт... Ты оставил мне засос на шее... Похоже, что и у тебя он появился... Прости. — сказала она, выдыхая. — Не проси прощения. Я даже рад. Наконец-то и ты оставила на мне отметину. Ты так смотришь на меня. Я хочу, что бы ты всегда так смотрела на меня. Всегда. Что бы ни случилось. — говорю ей прерывисто я. — Хорошо, Глеб. Ох, не делай так... — она смотрит на меня одухотворенно. — Когда ты так говоришь... Это значит, что я все правильно делаю. — отвечаю я. Все сжимается внутри. Сердце колотится. Я сплёл свои руки с ее руками. Нас накрывает горячей волной несколько раз подряд. — Не стесняйся больше просить меня. — говорю ей я. — Пожалуйста, ещё немного... — отвечает мне она. Мы взлетаем до небес. Я исцеловываю каждый миллиметр ее лица. Кровь закипает. Она выгибается и прижимает меня как можно сильнее к себе. Я беру ее за шею, она целует мою руку. Я глажу ее волосы. Я провожу пальцем по ее губам, плечам, ключицам. Своими руками она убирает мне волосы за уши. Я целую ее страстно и нежно, продлевая каждый поцелуй. Ещё немного — и нас накрывает волной. — Любимы-ы-й... — кричит она. Во мне все разлетается на осколки. Мы выдыхаем горячий воздух друг другу в губы. Она горячеет и резко холодеет. Она ложится мне на грудную клетку и целует её. Я обнимаю ее обеими руками крепко. Слезы текут ручьём у неё и у меня. Мы неспешно их вытерли. Она начинает вставать, но я не выпускаю ее из объятий. Я крепко обнимаю ее сзади за шею. — Ну отпусти. — говорит она, смеясь. — Не отпущу, посиди немного. — отвечаю я. — Очень люблю тебя... — говорит она. — И я тебя люблю. — отвечаю я, улыбаясь. Мы одеваемся. Она разворачивается ко мне и крепко обнимает. Она гладит меня руками по спине. Я чувствую ее сердцебиение. Она дрожит. Мы садимся на диван и я ложусь ей на колени. Она нежно гладит меня. Я чувствую себя самым живым.

POV Диана

Глеб сегодня самый нежный. Я... Никогда прежде его не ощущала именно таким. Впервые мне было так... более чем прекрасно. Впервые я писала с ним музыку. Впервые сейчас он лежит у меня на коленях. Слезы текут ручьём, я не могу их контролировать. Я нежно глажу его. — Ты плачешь? — спрашивает он. — Я? Нет... — отвечаю я. — Плачешь. Знаю, почему. Потому, что я редко такой. Буду таким чаще. — отвечает мне он. — Знаешь сколько раз я думала о том, что у нас может не быть продолжения? Столько раз, сколько ты уходил. И сегодня-завтра ты тоже уйдёшь. Что бы побыть одному. Я понимаю это. Но вот каждый этот раз ты задумываешься о том, все ли правильно, а я... о том, надолго ли. Но по-другому просто не бывает. Найди в себе силы так не делать. И не смотреть иногда волком на меня. Ты же не такой. Ты не тот, кем ты хочешь казаться. Таким агрессивным, с другой манерой речи, со взглядом пофигиста. Не такой. Ты такой живой, настоящий. Просто боишься, что раню. А на самом деле кто ещё кого. — говорю ему я. — Ты права. Сейчас я полежу ещё немного и уйду. А на рассвете вернусь. Собери вещи. Ты всегда найдёшь что сказать мне, что бы отбросить меня в размышления. Иногда я думаю, почему я выбрал тебя. А потом понимаю, что... — говорит мне он. — Что до сих пор не отучился от своих привычек? — спрашиваю я. — Нет, не это. Я пойду. — говорит мне он. Он встаёт, его взгляд меняется на холодный. Я собираюсь, но он закрывает меня в студии. Я барабаню в закрытую дверь. Мне приходит сообщение. « — Так будет лучше.» Минут через двадцать я вижу сообщения в директе. Глеб в каком-то баре, пьёт. А в каком... никто не пишет. Я набираю Панку. — Панк, привет. Слушай, у тебя нет ключей от студии? Меня Глеб запер здесь, сам пьёт в каком-то баре. Найди его, и меня открой. Только ему не говори. — говорю я. В течении получаса он приехал и открыл дверь. — А что здесь было? Диван помят, стоит иначе. Бит недописан. — сказал Панк. — Мы здесь... писали бит, но потом... — говорю я. — А, понял. И он ушёл, запер тебя. А что так? Плохо было? — спросил он. — Наоборот. Было намного лучше, чем всегда. — отвечаю я. — Вот как, хорошо. Вот ключи, сейчас я его найду и привезу. Закрой студию и езжай домой. — говорит мне Панк. — Ты скоро? — спрашиваю я. — Ты на себя не гони. У него такое бывает. Если сталкивается с чем-то новым либо его что-то привязывает — он сразу уходит. Что бы ты ему не сказала — это совсем не твоя вина. Я его привезу к вам на квартиру. Жди там. И не забудь собрать вещи, вы завтра улетаете. — говорит он. — Панк... Спасибо. — отвечаю я. — Да за что мне... Тебе спасибо... за Глеба. — отвечает мне он. Я остаюсь дописывать бит и записать демку песни. Вариант сырой, но годный. Я закрываю студию и вызываю такси.

POV Глеб

Я уехал в бар, поразмышлять, да. Выпив несколько рюмок я вспоминаю, что она сказала мне, а я не договорил. « — Ты так смотришь на меня. Я хочу, что бы ты всегда так смотрела на меня. Всегда. Что бы ни случилось.» « — Ты не тот, кем ты хочешь казаться. Таким агрессивным, с другой манерой речи, со взглядом пофигиста. Не такой. Ты такой живой, настоящий. Просто боишься, что раню. А на самом деле кто ещё кого.» « — Иногда я думаю, почему я выбрал тебя. А потом понимаю, что...» Я безумно люблю ее. В бар влетает Панк. — Ты много выпил? И зачем? — сказал он. — Не успел ещё, только пару рюмок. — отвечаю я. — Значит так, сейчас я тебя отвезу домой на квартиру. Ты притворишься пьяным и заляжешь на кровать. Остальное я сам сделаю. — говорит он. — Зачем? Сейчас допью — и буду таким же. — отвечаю я. Я выпил ещё рюмок пять и перестал себя контролировать. Панк реально выводил меня из бара и сел со мной в такси. Мы приехали. Я вваливаюсь в дверь, мы чуть ли не падаем. Я подхожу к ней и кладу ей руки на плечи. — Я так много должен тебе сказать... Не отходи. — говорю я. — Потом скажешь. — отвечает мне она. Она и Панк ведут меня к кровати и кладут на неё. Я засыпаю. Тем временем Панк спасал мою душу.

POV Диана

Панк сел со мной на диван. Он очень серьёзный. — Он тебе может быть даже никогда бы и не сказал того, что я сейчас скажу... — начинает он. — Того, что ты влюблён в меня? — спрашиваю я. — Да. То есть нет. Я не об этом. Я хотел поговорить о нём. Только пообещай, что отнесёшься к этому серьёзно и сделаешь всё, что я скажу. — сказал мне он. Я была в замешательстве и в ступоре. Что я должна сделать? Чего он бы мне никогда не сказал? Ох. — Он всегда привык доминировать, особенно в отношениях, но давая свободу. Поэтому когда я узнал, что он закрывал тебя или не отпускал куда-либо — я был крайне удивлён. Он боится быть уязвимым. Всегда. Он любит быть отстранённым, проводить как можно меньше времени с людьми. Но ты — исключение. С тобой он хочет проводить даже слишком много времени. Он даже забил на наши дружеские собрания. Говорил, что слишком сильно любит тебя, но не скажет тебе об этом. Он считает, что это сразу же сделает его слабым. Он достаточно долго был неуверенным в себе, замыкался в себе. Для него очень сложно подпустить кого-то к себе очень близко. То, что он пустил тебя в свою жизнь после множества осечек и боли — это нонсенс. А теперь к сути. Сейчас ему нужна твоя роль в ваших отношениях. Ты должна стать с ним максимально ласковой и максимально окутать его любовью. Очень часто говорить ему об этом, чаще обнимать его, чаще затрагивать душевные темы. Намного чаще. Много раз в день. И всегда говорить все развёрнуто, подкреплять аргументами. Он не любит комплименты без них. Считает это лестью. Тогда он не будет бояться. Я понимаю, он говорил, что тебе это сложно даётся, что он часто это выбивает из тебя. Он никогда бы не сказал всего этого тебе потому, что считает, что таким образом он станет в твоих глазах маленьким мальчиком. Теперь вам нужно поменяться ролями. Ты понимаешь, о чём я? Если да, то кивни. — говорит мне Панк. Я киваю и нервно сглатываю. Какое откровение. Для меня. Я подозревала, но не знала, что все так серьёзно. Мне будет тяжело себя перестроить, ведь у меня тоже есть свои опасения. — Панк, ты сейчас оказал мне... нам очень большую услугу. Спасибо тебе за то, что не остаёшься равнодушным. — отвечаю я. — Это... самые серьёзные отношения моего самого близкого друга. Как я могу быть в тени? Начни с сегодняшнего дня. Я пойду. — я обнимаю его и он уходит. Я подхожу к кровати, на которой лежит Глеб. Он открывает свои прекрасные глаза и заметно трезвеет. Я обхожу кровать, Глеб хватает меня за руку. — Иногда я думаю о том, почему я выбрал тебя. А потом понимаю, что мне нужна была только ты. И что я ошибался только потому, что небыло рядом тебя. — говорит Глеб, выдыхая. — А если бы небыло всего этого? Если бы обстоятельства сложились иначе? Например, мы бы просто встретились в Москве. Ты бы общался вообще со мной? Дружил бы? — спрашиваю я. — Я бы сначала долго думал. Потом мы бы общались, но наша дружба долго бы не продлилась. Начались бы отношения. Всё всё равно было бы так, как сейчас. — он меня поразил. Я думала, что был бы другой вариант. Ошиблась. Он раздевается и ложится под одеяло. — Иди ко мне. Я хочу спать с тобой. Завтра рано вставать, нужно собрать вещи. Мы летим в Америку. — сказал мне он. В Америку? Это же... моя мечта. Я разделась и легла в кровать. Он обнял меня обеими руками и поцеловал в щеку. Я задрожала и затихла.