Black Arrow

«О, Улитка! Взбираясь к вершине Фудзи, можешь не торопиться… Там на вершине Фудзи улиток полно и так.»

Виктор Пелевин        Вставать пришлось, и как бы грустно это не звучало, чтобы учиться. Позавтракав в кругу ближайших из оставшихся родственников, Настя вышла из дома, где Диггл ждал ее за рулём хорошенькой «Тайоты», с желанием поскорее отвезти племянницу друга в университет.       Поездка прошла без происшествий, если не брать в расчёт то, что Джон не замолкал, не замечая того, что Ровенская была в наушниках. — Вот, приехали! — повернулся мужчина в кресле, обращаясь к Насте.       Ровенская растеряно вылезла из автомобиля, заострив внимание на здание, к которому они подъехали. В эстетическом плане русскому человеку остается ностальгировать по дореволюционной классике и послереволюционному модерну. В Питере, проблемы с красивыми строениями не было, но всё же Насте всегда было приятно осмотреть богатые здания, представляя, что они находятся в её частной собственности. Фантазии Ровенской было не отнять.       Институт был построен в строгом классическом стиле, Насте было интересно наблюдать за тем, что было хотя бы капельку не похоже на постмодернизм.       Стоит сделать оговорку: качественно проектировать в классическом стиле могут единицы. Это как играть классическую музыку: невероятно сложно, необходим огромный опыт и практика. Классика не прощает ошибок. Малейшая ошибка в пропорциях — и всё развалится.       У парадного входа стояло огромное количество машин, из которых выходили студенты, одетые в форму. Настя тяжело вздохнула: дресс код — это не то, что было ей сейчас по карману, а просить денег у дяди не самое приятное занятие, учитывая то, сколько он для неё сделал.       Попрощавшись с Джоном, девушка направилась прямиком в здание, где на крыльце её уже поджидал Питер. Её сердце тут же упало вниз, создав неприятный комок в желудке, увидев, что Паркер тоже был в специальной одежде института. — Ты не в форме? Разве тебе не сказали? — поинтересовался парень, открыв дверь перед блондинкой, и пропуская её внутрь. — Не сказали, — буркнула Настя в ответ.

***

      Первой парой была классическая британская литература. Насте, не очень-то хотелось вновь слушать про Оскара Уайлда, о котором она знала практически всё. Поэтому девушка решила осмотреть окружающих её студентов. Рядом, например, сидел парень блондин, атлетического сложения, который усердно конспектировал вслед за лектором, записывая буквально слово в слово; слева от него сидела хорошенькая смуглая девочка, которой тоже, по-видимому было неинтересно слушать про Уайлда. Её занятие было более увлекательным: она рисовала. Рисовала девушка простым огрызком карандаша в небольшом блокноте; но Настя издалека могла увидеть знакомое лицо, глядевшие на неё с бумаги.       «Это же Питер Паркер!» — мысленно воскликнула Ровенская, удивляясь, как скромный парень мог закадрить такую красотку, да и знает ли он об этом вообще.       Дальше разглядывать не хотелось, да и наступил долгожданный перерыв, в течении которого Настя решила пойти покушать в местную столовую.        Но сделать ей этого не дали. — Стоять, — вдруг сообщил голос откуда-то сверху.        Обернувшись, девушка уперлась в чей-то пиджак, а подняв голову выше, встретилась со злыми зелёными глазами, которые угрожающе смотрели на неё. Но почему именно на неё?!       Осознание своих проблем пришло слишком быстро. Всё дело в форме, а точнее, в её отсутствии. — Думаю, ты сама всё поняла, — хмыкнул противный молодой человек, весьма экзотической внешности.       Во-первых, он был кучерявым блондином, с зелёными глазами, но почему-то в целом азиатской внешности. Во-вторых, Настя не могла понять, почему он был высокого роста, когда обычно все азиаты не особо большие. Да и, в-третьих, когда он представился, девушка вообще перестала понимать, к какой национальности его относить. — Акихиро Хоулетт. Председатель студсовета. — Анастасия Ровенская. Не бейте за форму, она будет в ближайшее время, - отрапортовала Настя, вытянувшись по струнке. — Смотри у меня, — неприятно улыбнулся парень, направляясь к выходу из аудитории. — Vielle noix, — достаточно громко сказала девушка, вдогонку Акихиро, на что тот быстро обернулся.       Сказала она это просто для злой шутки, да и чтобы парень понял, насколько он дурак, что французского не знает; которым, к слову, Настя тоже не очень-то хорошо владела, но прибавляла его к списку своих выученных языков, только для того, чтобы выделится среди окружающих. Мол, смотри какой я полиглот. — Я канадец, — злобно заключил парень, вновь разворачиваясь и уходя уже окончательно. — Да с какого-же ты такой загадочный, а? — прошептала девушка.       Она понимала, что теперь проблем явно не избежать, сейчас ли, чуть позже, но они настигнут её неминуемо. А пока проблема была лишь одна — противный японско-канадско-американский староста студсовета, с явным британским акцентом.