Игра Империи: Еще один шанс

Брызги соленой воды. Запах соли, дерева и смолы. Завывания ветра и трепет паруса. Бескрайняя синяя гладь, на которой с едва слышимым скрипом скользили четыре длинных, чешуйчато-золотых корабля длиной почти в сотню метров. Привычная тяжесть доспехов на плечах, из всех моряков знакомая или богатым капитанам, или эльфам. Горизонт, таящий за собой очередную работу, выполнить которую – долг и капитана, и его команды. И разговоры, разговоры, разговоры… Разве может капитан не знать, чем живет его корабль? - Ну-ка, орленок, расскажи мне, какие у нас там корабли? Вот сейчас мы на каком плывем? – добродушно улыбнулся эльф-боцман, неспешно раскуривая трубку. Вид у него был абсолютно не эльфийский. Низкий рост, кривые ноги, покрытое шрамами лицо. Кусок уха не то отрезан, не то оторван. Речь – грубая, простая, незатейливая. Одежда – такие же кольчуга и белые стеганки, как и у остальных бойцов. От матроса вопрошающий от отличался лишь количеством оружия и металла в броне. Молодой матрос, недавно принятый в состав флота Ультуана, поежился от порыва ветра, и, хмуро встретив ироничный взгляд своего более опытного собрата, ответил: - Какие-какие, господин Ашен… На «Орле» мы сейчас плывем. Настоящем Орле, а не этих, новых уродливых… Корытах. Большой, здоровенный корабль с сотней членов экипажа и сотней солдат морской стражи. Тридцать орлиных когтей, стрелы бронебойные, бронебойно-разрывные против монстров и зажигательные против кораблей. Еще таран из особого металла. Обшивка из звездного дерева. Жуть какое прочное, дерево это. На чешую дракона похожа. Вот. - Красивая? – усмехнулся боцман. - Агась. И трогать ее приятно. Гладкая такая, немного теплая. Как будто и впрямь дракона трогаешь, - немного смутился матрос. - Да… Не скоро такие корабли у нас еще будут. Ой, не скоро – вздохнул старый воин, и с сожалением погладил ближайший орлиный коготь, с любовью смотря на оружие, не раз и не два спасавшее жизни десятков моряков. - А еще… Ну, вы же спрашивали… У нас ястребки есть. Небольшие. Ходят по морю, и всех клюют, стало быть. В жопень! – улыбнулся «орленок». - Эх ты, деревня. При дворе Короля-Феникса тебя бы на смех подняли… «Жопень». Там даже «филейная часть» - жуть какое некультурное слово. А ты «жопень»… Из какой деревни тебя призвали хоть? – боцман осуждающе покачал головой, хотя и тоже улыбнулся краем губ. - Из Тарела, что в Эатайне. Рядом со столицей. И нет той деревни уже. Орки сожгли, еще до того как мы оттуда пришли, - зло буркнул молодой, насупившись. - Эх… Не злись, брат. Все мы через это проходили. Теперь у тебя есть шанс отвести душу на местных пиратах. Надеюсь, наш старина Эйслинн знает, что делает. Впрочем, как и всегда. А, к слову! Чем он ловить этих вертлявых морских змеек ты знаешь? – опытный воин своевременно сменил больную для всех эльфов тему на более практичную. - Так ястребками же – нахмурил брови «орленок». - Да, верно. Ну а если понадобится красного феникса подпустить? - Так там десант есть. Тоже лотернцы, хотя туда не только их берут. Двадцать человек, а ежели что – еще двадцать из экипажа, да 4 орлиных когтя. Один на борту, один с жоп… То есть тыла, и еще два по бортам. Стало быть, один на один ястребок любую посудину местных того же размера заклюет. Да даже если три на один, и все – с камнеметами. От большой удерет, маленькую нагонит. Обшивка у него не из звездного дерева, но тоже хорошо слажена, так просто огнем ее не взять – там зелья специальные да господа маги что то наколдовали. Вроде все сказал, - неуверенно пожал плечами матрос. - Все, да не все. Самое важное то, да позабыл. Сколько у нас ястребков этих да орлов? И про один корабль ты все-таки забыл! – нахмурился боцман. - Э… Сорок орлов, сотня ястребков. Ну и… А, точно. Драконы ж еще есть. Это, господин Ашен, силища, да! На одном только корабле с одного борта сотня орлиных когтей. Одним залпом город может снести, или целый флот! Вот только нет у нас сейчас ни одного такого в строю. Все разобраны, и говорят, что собирать будут еще очень долго. Быстрее драконов настоящих пробудить, чем эти собрать. - Тут ты прав. Не скоро еще драконы поплывут врагов наших жрать да сжигать. Что настоящие, что эти, - вздохнул старый воин. Поморщившись, он стряхнул пепел из трубки за борт, а затем кивнул молодому на швабру с ведром, которые что у людей, что у гномов, что у эльфов были почти одинаковы. Только тут швабра и ведро были сделаны красиво и изящно, вот и все отличие. - Вроде все. А ну теперь живо палубу драить! Поговорили и будет. Вижу, что знаешь самое важное. Молодец. Но палуба сама себя не выдраит. Так что марш за работу! - Так ить чистая она, господин боцман! - И что, что чистая? Чистая она, ишь! Коли в Морском Уставе написано, что драить каждый день – будешь драить каждый день, и все тут! Ты не абы где, а на корабле самого Морского Лорда Эйслинна служишь! Знаешь, сколько ему лет? - Кораблю или адмиралу? – уныло вздохнул «орленок» в ожидании скорой и тяжелой работы. - Обоим! Да эти доски старше тебя раз в десять! А то и в сто! Чего уж говорить об адмирале. Иди и мой, словом. Бой в любой момент может начаться, а у тебя доски не драены. Непорядок! – строгим голосом отчитал подчиненного боцман. Эйслинн улыбался, слушая этот диалог. Когда-то и он был таким вот «орленком» и драил палубы под присмотром боцмана. Все аристократы на эльфийском флоте начинали одинаково. Во всяком случае, в его времена. Возможно, благодаря этому эльфийский флот, в отличие от армии был сильнейшим флотом во всем мире? Сейчас этому флоту предстояло показать себя и местным морским разбойникам. Да, не Норска. Не Мариенбуржцы. И уж тем более не предатели друкхаи. Но все же… Раньше за спиной был Ультуан, а в подчинении сотни кораблей. Теперь же – 40 Орлов и 100 ястребов. Этого хватит на… Караван раз в полгода. Может, два каравана. Еще прикрытие вод Лората. Все. Да, есть еще почти пять сотен ястребов, сотня орлов и даже семь драконов в полуразобранном состоянии. И собирают их со скоростью два ястреба в год и орел – раз в три года. Может быть через десять лет еще «дракона» соберут. Это еще если повезет. А местные клепают пусть и обычные деревянные корыта, но десятками в год, а с опытными мастерами и при достаточном финансировании и раз в месяц-два. Да, каждый из эльфийских кораблей даст фору большинству местных по вместимости, скорости, прочности и артиллерийской мощи. Но их слишком, слишком мало! Только эльфы по настоящему озаботились вопросом сохранения своего флота и смогли благодаря магии, опыту кораблестроения и матам мастеров и рабочих разобрать большую часть своего флота и перевезти его через портал всего за 2 месяца. Имперцы и гномы так не смогли, и теперь вынуждены пользоваться услугами эльфов, лихорадочно строя свой собственный флот, строительство которого займет долгие годы. Часть предприимчивых и склонных к риску эльфов решилась использовать местные суда… Вот их-то в основном и грабили местные пираты. Как правило, они терпели неудачу – даже на местных судах эльфийские воины и их «коллеги» мариенбургские, нордландские, прочие имперские моряки и даже некоторое число моряков гномов без особых потерь разбивали превосходящие их числом силы противника. Причиной этому был не сколько опыт (хотя и он тоже имел свое значение), сколько лучшее снаряжение – пушки и орлиные когти превосходили стрелометы и камнеметы местных в дальности и убойности. Какие-то шансы были лишь у многочисленных брандеров или ночных десантов, но благодаря эльфийскому слуху и небольшим магическим уловкам, вроде магического обнаружения живых существ застать врасплох можно было разве что самых бедных или беспечных авантюристов. Это уже не говоря о личном оружии, - даже продукт массового производства был у рядовых моряков Союза Порядка лучше, чем у пиратов, вооруженных чем попало. Вот только жил близ Вестероса один народ, который в последнее время доставил немало проблем чужеземцам с Маллуса. Люди этого народа звали себя «железнорожденные», а свои земли – Железными Островами. Острова эти были бедны всем, кроме рыбы да железа. Но было у них иное богатство – отчаянные и дерзкие люди, что привыкли грабить, насиловать и убивать всех, кто слабее них. Люди, твердо знавшие – если они не вернутся на свои земли с богатой добычей, то лучше бы им не возвращаться вовсе. Все равно убьют во время дележа хлебных крошек или там рыбной требухи. Не раз и не два железнорожденным везло, и они разоряли побережье Старков и Арренов. Порой еще и на юг и юго восток заплывали, за богатствами Баратеонов и на Ступени за богатствами купцов Эссоса, за что их люто ненавидели все вышеперечисленные. Как правило налеты свои эти хитрые морские разбойники устраивали не абы куда Морской Бог пошлет, а в уязвимое место – на владения ослабевших Лордов «зеленых земель». Большую часть своей истории железнорожденные становились сильны и богаты после очередной междоусобицы Великих Домов Вестероса. Длились эти богатство и сила до первого сильного Короля или даже Лорда, с удовольствием припоминавшего наглым морским разбойникам все былые обиды. Увы, к сожалению для властителей Семи Королевств, сколько бы Железные Острова не очищали от проживавших там бандитов, рано или поздно те все равно вылезали из многочисленных пещер и укромных бухточек, вырезали небольшие гарнизоны, доставали запасы награбленных древесины и оружия из надежных схронов и вновь выходили на промысел. Упорство, наглость, хитрость, беспринципность, опыт боев на море и «славные» традиции, передаваемые из поколения в поколения сделали свое дело. Даже наибеднейших оборванцев, принадлежавших к этому народу не стоило недооценивать. На данный момент среди железнорожденных как раз происходил переход от «побитых кальмаров» к «дерзким разбойникам». Прошлый раз укорот пиратам дал Джейхерис II Таргариен, вернувшийся с войны против девятигрошовых королей. Однако с тех пор прошло почти сорок лет. Успело смениться несколько поколений, и молодые, узнав о новой смуте среди «людей зеленых землей», захотели богатств и славы. Да, эссоские купцы на Ступенях в Узком и Студеном морях тоже давали неплохую прибыль, однако грабеж ослабевших Старков и Баратеонов сулил намного, намного больше. Напрасно взывал к миру с чужеземными купцами осторожный и старый король Квеллон Грейджой, прекрасно помнивший ту трепку, которую ему в свое время задали Таргариены и их вассалы Старки да Аррены. Молодежь дружно проигнорировала увещевания его и других стариков. А главным вожаком и заводилой у них был Бейлон Грейджой по прозвищу Смелый. Он первым начал грабить чужеземцев, первым вступил в схватку с эльфийскими кораблями, и первым же потерял почти все свои корабли в этих боях. Магический огонь с орлиных когтей кораблей охранения крупного каравана сжег его флот, и Бейлону долгое время приходилось восстанавливать потерянное. Однако молодой капитан умел учиться и делать выводы, и вскоре он взял с пары небольших караванов остроухих больше, чем за все его предыдущие грабежи. Сил на грабеж крупных караванов не было, но мало кто из крупных торгашей хотел делиться прибылью с мелочью. Купцы Союза Порядка не были исключением, и чтобы освоить новые рынки первыми, многим из них приходилось отклоняться от привычных маршрутов в составе крупных караванов. А это означает местные корабли в охране, больше трат на провизию и местных лоцманов. Как итог – меньше охранников и хуже снаряжение. Самое то для амбициозных пиратов. Все «сливки» с чужеземцев первым собрал именно Бейлон Грейджой. Первым взял в плен мастеров гномов и эльфов, первым выучил их языки, первым установил на свои суденышки пушки и стрелометы (не орлиный коготь, но уже лучше, чем то, что было раньше!), первым вооружил своих воинов громыхающими трубками. Все это принесло свои плоды – богатая добыча привлекала все новых и новых железнорожденных, и несмотря на чудовищные потери (вплоть до 2/3 экипажа), желающих послужить у Бейлона было хоть отбавляй. А Квеллон Грейджой был вынужден умолкнуть и негласно одобрить дальнейшие рейды. Хранитель Престола Тирион не был идиотом. Морской Лорд Эйслинн тоже. Или железнорожденные будут уничтожены в самое ближайшее время, или любая торговля кроме самой крупной будет почти остановлена налетами обнаглевших пиратов. Что поставит крест на амбициях и планах азур. В свое время именно Эйслинн был одним из тех высокорожденных, благодаря которому поселений норскийцев и прочих племен севера на Ультуане не было. А на востоке и юго-востоке Норски их было мало. Не переживали норскийцы соседства с Эйслинном, ох не переживали! И могли позволить себе расслабиться только когда друкхаи вновь наносили по Ультуану удар с запада. Так и мотался всю свою почти что тысячелетнюю жизнь эльфийский адмирал Эйслинн со своим флотом – с запада на восток и обратно. Все его жены как правило служили под его же началом, и умирали там же – как и его дети. Как-то так сложилось. Потому кроме моря, боев на море и очередного разоряемого или охраняемого побережья и порта на нем Эйслинн ничего толком и не видел. Браавосийский Позор, он же «Месть Юнцов» (как негласно называли налет драконов среди старшего поколения высшего командного состава эльфийских армии и флота) он застал как раз сопровождая караван торговцев из Эссоса в Вестерос. Вернувшись, он детально разобрал ошибки прошедшей операции, благодаря чему рейд на нового противника был проработан куда лучше. Под видом «беззащитных» эльфийских переселенцев на Железные Острова попали агенты Эйслинна. Обреченные на смерть рабы в макияже и с пришитыми острыми ушами, «мужчины» эльфийских переселенцев умерли относительно быстро, - «заботливые жены» опоили яростным зельем, аккуратно направили на врагов и те до самой смерти бросались на железнорожденных с чем попало, создав убедительную обманку неудачливых, но яростно защищающих своих жен мирных жителей. «Женщины» же плакали, зная, что их ждет впереди. Ждало их много чего интересного – но воительницы Лотерна были готовы перетерпеть все ради своего народа. Тем более что дети от пиратов им не грозили, покорное поведение и высокая ценность снижала шансы гибели, а терпеть предстояло совсем недолго. Собрав информацию об обществе железнорожденных и их торговых партнерах, «рабыни» инсценировали несчастные случаи со своей гибелью, а затем добирались до своих. Добрались далеко не все, но те, кто согласился на рискованное внедрение знали, на что шли. В лотернской морской страже трусы надолго не задерживались. Затея была дерзкой, неслыханной для азур, но вполне в духе жестокого и хитрого эльфийского адмирала, уничтожившего десятки поселений норскийцев. Что поделать – специалистов было очень мало. Их хватило бы на то, чтобы снять часть часовых на железных островах, но не всех же одновременно! А стрелометов у железнорожденных хватало. И пускай валирийских стрел у них не было, а организация была хуже, чем у браавосийцев, Эйслинн хотел исключить даже малейший шанс гибели дракона. Ночью «несчастные рабыни», раздобыв оружие, которым с ним поделились проскользнувшие на Острова воины теней аккуратно, быстро и спокойно сняли часовых, которые могли бы поднять тревогу. После подали сигнал, отошли в заранее разведанные воинами теней убежища и заслуженно наслаждались представлением. Дракон был один – но на флот и деревянную часть города со двором замка его хватило. Налет продлился всего девять минут, но за это время были выведены из строя все стрелометы и большая часть флота. Особо долго дракон не задерживался, а, передохнув на специально оборудованных для работы небольших драконов кораблях, двинулся дальше, выжигать мелкие и большие порты и замки железнорожденных. После налета дракона на острова высадилась лотернская морская стража и методично вырезала все местное население. Часть временно брали в плен, допрашивали, выясняли местоположение убежищ, и… Нет, не оставляли там гарнизон – убежищ было слишком много, а азур слишком мало. Эльфы расчетливо и подло отравили источники воды в значительной части таких убежищ. По прикидкам Эйслинна, даже если какая-то часть железнорожденных и переживет эту бойню и отравленные источники воды, то вновь угрозу представлять будет лишь через сотню лет. Все таки ни Старки, ни Таргариены не устраивали тотальный геноцид – железнорожденные очень даже понимали язык силы, и исправно платили налоги с награбленного, если их как следует «попросить». Да и выгодны они были для междоусобиц Лордов и Королей, ой как выгодны… Пожалуй, большинство азур, особенно из числа знати в этом от них не отличались бы. Но Эйслинн был эльфом особого склада ума, - иного бы Король Феникс и не отправил на рейдерство по «мирным» поселениям норскийцев. Весь смысл жизни адмирала заключался в защите Ультана любыми возможными средствами. И геноцид был одним из его излюбленных инструментов (1). Хороший норскиец - мертвый норскиец. По другому старый воин поступать не хотел и не умел. За что и пребывал в почти что вечной негласной опале со стороны придворных Короля Феникса. Бейлон Грейджой, как раз таки и взявший богатую добычу в лице эльфийских дев отсутствовал на Железных Островах в момент этой резни. Узнав об этом, он поклялся отомстить азур в целом и Эйслинну в частности, и скрылся на Ступенях. За эту битву Эйслинн получил личную благодарность от Хранителя Престола Тириона, и всеобщую ненависть – от всех выживших железнорожденных.