Страх Грядущего

      Темнота и гнетущая тишина были первыми ощущениями, доступными ему.       В этом месте, где его произвели на свет, не было времени, и поэтому он не знал, что же он такое и где находится. Всего лишь тишина и непроглядная тьма. Так продолжалось довольно долго. Не было рядом ни одного разумного, что помог бы, объяснил прописную истину, разъяснил неразумному чаду, что такое чувства, что такое желания, что такое время.       Не было ничего. И с каждым мгновением ему становилось всё хуже: появился холод, что сковывал, угнетал разум и пугал. Ему не было знакомо это ощущение, как не было в его лексиконе слов. Он даже не знал, что такое общение. С самых основ он познавал свой ограниченный мир, накапливал опыт, систематизировал данные, пытался разобраться. Но скудность ресурсов, отсутствие знаний того, с чем он сталкивается, не позволяло ему понять.       Пока однажды он не услышал.       Странный, непонятный, тихий, на самой грани слышимости звук.       Страх отступил, и его место заняло новое чувство, имя которому «любопытство».       Неизвестное нечто потянулось к звуку, как если бы у него были руки. Любопытство желало понять, узнать, разобрать, сделать выводы.       И он, пересекая незримую грань, подошёл слишком близко к звуку.       Его просто оглушило.       Хор из множества голосов завораживал, кричал, молил, просил, приказывал, торговался и грозился. Они произносили фразы на разных языках и диалектах.       Беззвучно закричав, он попытался отстраниться от громоподобного хора голосов, и у него это получилось. Отступая назад во тьму, он всё ещё переваривал обрывки фраз, а в его разуме раздавались набатом голоса. Отдохнув в тишине и покое, а также разобрав всё по полочкам, он пришел к выводу, что хочет ещё. Хочет услышать, понять, желает простого общения с ними. И, предприняв очередную попытку, он пересёк грань, вновь в его разуме сплелись голоса.       Словно неудержимый поток, они вплетались в его суть и давали знания. Он поглощал их с жаждой умирающего в пустыне человека. С голодом существа, побывавшего в осаждённой и живущей впроголодь планете, с алчностью дельца, выкупающего у обанкротившегося предпринимателя новую фирму. К сожалению, как бы он не старался, поговорить с ними нормально у него не вышло. Слишком слитно, единым фронтом они врывались в его голову. И в этот раз, и в прошлый.       Да, теперь ему были понятны некоторые термины, что закрепились в его голове. Решив, что на текущий период достаточно, он мягко отплыл от голосов, воющих в темноте. Дабы вновь завернуться в ласковые касания тьмы и обдумать поступившие знания.       Проснувшись в очередной раз, он решился на третью попытку контакта, ведь знаний много не бывает? Заодно у него закрепилась мысль и желание разделить голоса. Ему хотелось индивидуального общения, но как это сделать? Может быть, попробовать добраться до сути голосов?       На этом варианте он и остановился.       Третий раз вышел каким-то странным. Голоса, что ранее оглушали, сейчас стихли и проявлялись изредка, шёпотом, будто они направляли его. И повинуясь их странному бормотанию, он углублялся внутрь, продираясь, слой за слоем, через что-то вязкое и липкое. Он не обратил внимание, сквозь что он пробирался, ведь всё, что его волновало, это желание проникнуть глубже.       И вот, наконец-то прорвавшись сквозь последнюю преграду, он увидел космос. Зрение, ранее никак о себе не напоминавшее, прорезалось вспышкой яркого ослепительного света.       Мириады звёзд, раскиданных по всему ночному звёздному небу, большая планета и Луна на её орбите, а вокруг них космический мусор, выброшенный, видимо, жителями планеты.       Поводив головой, он увидел неясные колыхающиеся силуэты разнообразных существ. Они слились в хоровод вокруг Луны и призывно взмахивали руками, приглашая его к ним. Танец казался волшебным, и он поплыл в их сторону со всё возрастающей скоростью, чтобы через некоторое время плавно заскочить в круг через любезно приоткрытый зазор.       Однако, несмотря на собрание существ, он всё ещё не понимал, что происходит, пока не стало слишком поздно. Оказавшись в центре круга из фантастических разумных, продолживших танец, он внезапно понял, что его заманивали сюда.       Вспухла земля, и большими комьями опала вокруг. Из недр Луны появился огромный чёрный камень, исписанный красными знаками, что издавали гудящие звуки.       И тогда он заговорил. Хоровод личностей стих, прекратился танец, и в голову гостя проник могильный холод, совместно с властным громовым голосом:       — Рано, ещё слишком рано для схождения, и слишком мало душ, а я слишком скован. Но вот ты! Ты совсем другое дело. Чистый, только что рождённый молодой цивилизацией, но у тебя нет ни сигнала, ни сторонников, почему? — казалось, слова, исходившие от камня, проникли в саму суть, и от этого становилось больнее.       Визитёр поморщился от нахлынувшего холода и жалобно произнёс:       — О чём вы? Какой сигнал? Что за сторонники? — он искренне не понимал, что происходит в данный момент, его страх, казалось, расходился волнами, заставляя хозяина хмуриться.       — Что ж, я покажу тебе истинную суть! — и души, ранее замершие вокруг, стали одна за другой проникать в визитёра.       Одновременно с этим на него упала сильнейшая мигрень, а конечности оказались скованы. В его разуме огненными знаками выжигались слова: СДеЛай НаС ЕдиНыМ!       А следом за этим стали появляться картины странных камней, один за другим, возносящихся в космос и обрастающих плотью.

***

      Очнулся он в другом месте, белое помещение, заливаемое ярким светом, согревало и давало ложное чувство защищённости. А вот голосов и звука он больше не слышал, и лишь на грани сознания маячили сказанные перед его исчезновением слова:       Скоро ты не будешь одинок.       Он вновь погрузился в дремоту для закрепления ментальных установок сигнала. Однако через некоторое время он проснулся, ощутив чьё-то внимание.       — А где я? — вопрошала девушка, одетая в лабораторный халат. Её распущенные волосы водопадом ниспадали на внушительную грудь, а лицо приняло странное выражение.       — Ты здесь, рядом со мной, — произнёс он, и девушку окутало ощущение тепла. Он уже успел прочесть её поверхностные мысли, и знал, кто она такая.       — А где моя матушка? Мы так давно не виделись!       — Сейчас её нет рядом, но скоро она к нам присоединится. Если ты, конечно, поможешь мне, — он искренне верил в то, о чём говорил.       — Помогу? А как? Что я могу сделать? — только сейчас он заметил, что девушка очень устала, и из её головы сочится кровь. Подул лёгкий теплый ветерок, и голова зажила, а девушка, получив мысль, села рядом с ним и начала тихонько напевать:

Twinkle, twinkle, little star. How I wonder what you are! Up above the world so high, Like a diamond in the sky!