Три дня пригорода: Подмосковная элегия

— Это точно где-то тут? — я с удивлением покосился на дверь, к которой шла наша более чем колоритная группа. — Помнится мне, да — Север, или САО-кун, как его следовало называть по аналогии с остальными, хмуро глядел на дверь, покрытую всевозможными отпугивающими мимокрокодилов знаками. Тут и камера, и «Посторонним вход…», не хватает только объявления про злых собак, или злых метрокрыс, что тоже сошло бы. — Мы успеваем — Антонин зевнул и потянулся. — Давай попробуем. Если будут совсем зло приставать — у меня пушка есть. — И не стыдно тебе, Мособл — с укором посмотрел САО — Это же работники царства подземного. Они же нас почти подсознательно боготворят. Ты не примечал такого? — Да шучу. Ладно, пошли уже — отмахнулся кошак. Мы зашли сквозь дверь как к себе домой. Даже навстречу никто не выбежал. — Ах, да, маскоты, вы пропуска-то приготовьте — с этими словами СЗАО сняла берет, явив миру коричневого цвета кошачьи ушки. Антонин стянул шапку, а Север покопался в волосах и высвободил уши, которые, судя по всему, держались на защелкивающихся заколках-«невидимках». Они, чему я ни капли не удивился, были волчьи. Стало быть, не одним только видом славна фауна имиджбордных зверей земли Московской. За поворотом налево нами была обнаружена дверь местной комнаты отдыха, где гоняли чаи две женщины средне-старого возраста. Увидев нас, одна из них попятилась и прикрыла рот рукой, а вторая встала по струнке и достала откуда-то пакет, похожий на те, которые выдают в самолётах, чтобы легендарная аэрофлотовская курочка не пустилась в полёт по всему салону после неудачного переваривания. — Звери! — прошептала попятившаяся — Точно звери! — Звери — это те, кто мясом и кровью сыт, да понимания о душе не имеет, мать — чинно сказал Север — А мы — люди. Женщина икнула и завалилась на диван без чувств. Вторая же с увлеченным выражением лица попыталась натянуть пакет на голову, а он, чего никто не ожидал, оказался ей мал. Попытки длились несколько секунд, но в итоге Мособл остановил его жестом. Женщина нервно вздохнула, достала откуда-то бумажку и выпалила: — Суп, а́ноны! Охотный_ряд… — тут она вгляделась в бумажку ещё пристальнее — Ц. Цхан… — Не. — Аня засмеялась — это читается как «чан», а произносится как «тян». Но вам надо использовать «сама». По возрасту ближе. — Сама́? — переспросила женщина. — Нет, са́ма же! — А. Прошу прощения. Охотный_ряд-сама приветствует вас на… — тут она вгляделась ещё сильнее. — Охотнорядиче? Я подавился смешком. Мособл с умилением расплылся в улыбке и склонил голову на бок. — У вас отлично получается, Ирина Семеновна — СЗАО подпрыгнула на месте — Продолжайте, пожалуйста. — Проходите, будьте как дома — она вытащила из-под стола ещё один пакет и протянула в мою сторону. Я послушно взял — Напоминаю, что немаскотам на территории Кремлевской запрещено находиться без наголовных пакетов. Я пожал плечами и покорно надел пакет на голову. Между глазами оказалась удобная тесьма для регуляции расстояния, чтобы всякие люди с черепом как у травоядных чувствовали себя уютно. — По традиции немаскотам следует полностью переодеваться в костюм двутарда… — начала ОхотныйРяд-сама, но Аня доверительно взяла её за плечо. — Братья, идите, я вас догоню на этаже.- Она обернулась к работнице — Ирина Семёновна, вы читали те материалы для ньюфагов, которые я вам оставила? Мы пошли вперед — с остервенением чешущий ухо Север, Антонин с джокондовской улыбкой, и я, трясущийся от сдерживаемого чувства. Путь вел через коридор, освещенный тремя фонарями, с боковыми дверьми, исписанными странными аббревиатурами и наименованиями. Потолок неожиданно резко опустился, и Северу пришлось идти, пригнувшись. Впереди была ещё одна дверь, обитая листовой жестью, с зарешеченным рабицей окошком и массивным замком. Антонин обошел меня, приблизился к замку и просто потянул послушную дверь. Замок оказался фальшивым. За дверью зажегся свет. Позади доносилось: — Я пыталась! Это были, как вы говорите, хэдшоты? — Тредшоты. — Да. Текст интересный, но там… там были картинки… Они мешали читать. — А что на них было? — Ну эти… Как вы их называете… ора́пы? — Нигры. И что вас напугало в них? Я скрючился, беззвучно рыдая от смеха. Мособл коротко хихикнул и вошел в помещение, шелудивый волк, пригнувшись чуть ли не в два раза, последовал его примеру. Мы оказались в металлической коробке площадью метров в восемь, на одной из стен висела кнопочная панель. Антонин жестом указал на неё мне. — Так это лифт — тихо произнес я. — Ты мудрец — уважительно пробасил Север и уставился на протянутую руку моего спутника — Брат, как ты когти выпрямляешь? У меня постоянно вниз загибаются, даже почесаться трудно. — О, да запросто — Мособл плюхнулся на стоявший около панели стульчик. Я пока со взглядом идиота рассматривал панель с двумя кнопками, подписанными зеленым маркером как «Охотный Ряд» и «Тебе сюда, ушастый: 3». — Сначала немного нагреваешь на газовой конфорке, чтобы покраснели. Потом берешь молоточек, ставишь ноготь на край стола и бьешь по нему. Ты же кузнец, должен понимать. — Правду глаголишь, брат, но я кую более смертоносное оружие, в ратных делах потребное. Антонин всплеснул руками и засмеялся: — Для кого? Для толчков и реконов? Потребное в ратных делах?! — На уд срамной следуй — усмехнулся САО-кун — Как твой труд с цифровыми баталиями поживает? — И не напоминай! — кошак махнул лапой. Мне показалось, что я услышал свист. Я снова поглядел на панель. Явно самодельная, как и весь лифт. Выглядит крайне кустарно. Сейчас я полностью ощущал, что картина происходящего окончательно выпала за мою систему координат. Вот странно: ушастые торчки, призываемые из воздуха мотриссы — это нормально, но лифт в метро — перебор. -…А от паразитов советую специальный шампунь. У СВАО вроде остался, он его по дешевке продаёт. В помещение лифта влетела запыхавшаяся СЗАО. — Центральная не особо умеет подбирать кадры. Она поставила в качестве будущего руководителя станции женщину, которая боится хуйцов. — А вторая? — Мособл уперся головой в ладонь — Ты её видела?! При нашем виде в обморок падает! — Да она постоянно это делает, лол. Раз пятый уже. Мне кажется, что Ирина ей потом рассказывает, что у той глюки случились, видимо, хочет кого-то из своей родни на её место поставить. Может, кого помоложе и посообразительнее… Жми, Макс. Я нажал. Двери закрылись и мы медленно поплыли вниз. Лифт ехал действительно долго. Минут пять или около того я этого не замечал, но потом почувствовал, что явно задержался в этой коробке. Стало неуютно, самую малость. Аня и Север стояли в углу и, приблизившись друг к другу, о чем-то тихо щебетали. Антонин ковырялся в смарте, я просто откровенно скучал. В окошке в одной из дверей лифта, которая совпадала с входной, мелькали грубые трафаретные цифры, между которыми проходило по несколько секунд. Не по себе мне стало, когда цифры перешли за сотню. Мособл проследил мой взгляд. — Йепп — коротко и самодовольно ответил он — Ты всё верно понял. Это метры. Что же находится так глубоко?! Лифт щелкнул и встал. Двери разъехались в стороны, являя моему взору коридор без дверей, ровного серого цвета, уходящий за угол. Я задумчиво почесал отсутствующую бороду через пакет и пошел вперед. Остальные устремились вслед за мной, не разговаривая и даже не переглядываясь. За углом я обнаружил двойную дверь ржавого вида, открыл её, шагнул вперед и снова пришел в состояние глубочайшего удивления. — Да что же это такое — прошептал я И было отчего. Я стоял в помещении размером не меньше зала ожидания вокзала, слабо освещенном двацативаттками, а то и более тусклыми лампами. Лампы в основном висели на стенах справа и слева от меня, высвещая ещё одну странную деталь. Рвы по бокам. Кверху стены скруглялись, но самого потолка было не видать. Догадка пронзила меня подобно игле. — Это Метро-2! — прошептал я, прикрыв рот рукой. — Не, ты что-о. Метро-2 — это жалкий миф-ф. Высокий мужской голос, переливаясь всеми оттенками неадекватности, скользнул от моего правого уха к левому. В этот же момент чья-то уверенная рука быстрым и лёгким движением поправила мой пакет, который начал съезжать. Я, ощущая угрозу, завертел головой и быстро нашел источник проблем. — Это Метро-0 — полуседой, с недельной щетиной, мужчина в упор поглядел на меня из полумрака. Он был облачен в нечто черное, но неуловимо-военное, от него всего жутко несло полковничьими звёздами, самодовольством и зашкаливающим садизмом. На голове человека красовалась пара ушей темного цвета (левое рассечено надвое, правое лишено шерсти и частично отсутствует). За спиной беспокойно ходили в разные стороны сразу два хвоста, к каждому из которых был привязан фонарик. — Его пос-строили задолго до первого. И ОЧ-ЧЕНЬ секретно — продолжил он, и голос его разносился по всему помещению искаженным эхом. — Вот для чего только непонятно. Вполне в стиле царя… Я Аугустас. Можно просто Август. Твой брат по ложу называет меня просто Северо-Восточным Мудаком. Так меня не называ-ай — ты не настолько няша-очароваша — мужчина зашелся в приступе лающего смеха и чуть не согнулся пополам. — У вас тут нет простых имён — я пожал когтистую трясущуюся лапу Августа и пропустил мимо ушей его подколку — А почему я об этом метро не слышал? — Да кто тебе расскажет — Август ухмыльнулся и поправил Узи на поясе. Я с опозданием заметил, что у него в одних только поясных кобурах виднелось по стволу. Зраки Аугустаса были невероятно огромными — Нигг… Диггеры разве что… Но только один, ОДИН был настолько храбр, чтобы прийти сюда и навестит-ть старичка! Ред-кост-ный неадекват ещё тогда был, ооо. Я обычно свидетелей нашего маленького секрета пускаю вниз по уровню организации материи, так сказать. Но тут… Черт, он был хорош-ш. Я загнал его в темноту, гонял по ней два часа, а когда он начал молить о пощаде — врубил Люстморд мой любимый… и всю ночь рассказывал ему из разных углов ДРЕВНИЕ ЛЕГЕНДЫ! про огромных крыс, зиккураты, тайные ветки метро, крокодилов в канализации. Хорошо так, с интонацией, со скримерами. В общем, вернулс-ся на поверхность он с проседью и не совсем здоровым. Зато теперь его даже по зомбоящику показывают. СВАО жестом поприветствовал Мособла и норд-норд-вестовскую парочку. — У нас сегодня не все прийти смогли. — Август достал косяк из одного из множества вшитых карманов, которые я успел разглядеть, начал его шумно раскуривать — У ЮАО младший брат старый в мус-с-сарник загремел за колюще-режущ-щие, он теперь думает, как его оттуда вытащить, не спалив нии-чану, что ж-живой. ЮЗАО решает вопросы с взбеленившимся подчинен-ным. Я знаю методы этой дамы — подчинённого найдут по ф-ф-всей! столице! ВАО вообще всё без раз-зницы традиционно, она пытается с дис-сером своим разобраться, хотя на какое имя она его будет оформлять — я не знаю, мертва ведь девочка, непопреподаёшь особенно. ЗАО обещал приехать, но думается мне, ему сейчас не до нас — новый год, бухло, вещества, няшные девочки-хикки из соцача… Половинчатый состав, сказать можно. — А центральная? — Север снова начал чесать ухо, но Аня схватила его за руку. — А она — да. Уже пришла — СВАО повернулся в глубину зала — Эй, Ц-центр! Кончай жопу морозить, мы почти все собрались! Одна из теней, которую я принял за мусорный мешок в конце зала, медленно поднялась, повернулась и пошла в нашу сторону подпрыгивающим шагом. При ближайшем рассмотрении она оказалась рыжей женщиной лет 55 на вид, с длинными, свисающими по бокам ушами типа феньковых, вся обмотанная разноцветными вязанными тряпками, без обуви и в каких-то звенящих браслетах. — Чего кричишь? — спокойно сказала она — Медитировать мешаешь. У меня от твоего голоса прана гниёт. Замолчи. Наркоман несчастный. Посмотрела на меня, неожиданно улыбнулась и обнажила нехилые клыки. — А кто это у нас тут с фиолетовенькой аурой, а? Кто это у нас тут такой энергичненький? Я опешил. Центр повернулась с Мособлу и так же спокойно произнесла: — Это мне? — Нет, ЦАО! — выкрикнул Мособл — Моё! Это мне! То есть, не мне, а со мной! — он резко покрылся румянцем. — А, черт — ЦАО почесала затылок — А я было подумала… Продолжая что-то разочарованно бормотать, она удалилась в середину зала и заняла место за круглым столом. — Кого ждем? — спросил я у Севера, как вдруг в зале возникли ещё двое. Один под пакетом, но явно мужчина, в костюме делового вида и не в лучшей физической форме, вторая — высокая, темноволосая и парадоксально неприметная женщина с короткими кошачьими ушами. Завидев её, Север и Аня почти синхронно взяли под козырёк, а Мособл вытянулся по стойке смирно. — Я понял ваше указание — продолжал мужчина в пакете — Мы предоставим вам все нужные площади… — Женщина жестом прервала его. — Никого не ждём — пробормотала женщина — Маскоты — за стол. Ты и ты — она указала на меня и шедшего рядом с ней мужчину — в коридор. Мособл, после общего собрания останешься. В коридоре совершенно неожиданно была обнаружена маленькая скамейка, куда уселся я и пакетный человек. Дверь за нами была быстро закрыта. С несколько минут мы тупо молчали. Наконец пакетный нарушил тишину. — Видел этого, с двумя хвостами? — Ага — кивнул я — СВАО его зовут. — Да уж… — вздохнул собеседник — К такому меня не готовили. Помню, первый раз я отправился станцию проверять, так он меня на пол-пути похитил. Раскидал охрану, одного так перепугал, что он до сих пор ходит под себя и вертит глазами. Если бы об этом кто-то узнал из иностранных коллег — засмеяли бы, не иначе. — А ты здесь давно? — мужчина показался мне крайне странным. Я как будто уже слышал его голос до этого. — Да не знаю. Может, года два, как меня впервые сюда «пригласили». Убеждали сотрудничать сначала, но я не понимал ничего, орал, на языке высоком говорил. Тогда они начали показывать мне борды. — он достал сигарету из кармана пиджака — Не возражаешь? Я помотал головой. — Я вообще не курю — пакетоголовый проковырял пальцем дырку в пакете и просунул туда сигарету — Но в последнее время что-то начал. Не знаю, почему так. Пару раз звали на собрание в этом огромном зале, задавали мне какие-то вопросы, особенно эта усердствовала, седая которая. А тебя как сюда занесло? — С другом пришел — задумчиво произнес я, созерцая клубы дыма, упирающиеся в потолок — С Мособлом, так его зовут? — Ну типа того — я выпрямил ноги и несколько раз устало моргнул. Почему-то уже хотелось спать. — Я его помню. Доски мне некоторые показывал. Я даже не знал, что такое существует, а он на них свободно перемещается. Интересный мир. Я уже дома и на работе почитываю. Там такие вещи иногда про меня пишут, что диву даешься. Мужчина замолчал и уставился в стену. Я достал смарт и погрузился в размышления. Пакетный молчал. Я молчал. Со стороны лифта послышался шум, а вслед за ним — торопливые гулкие шаги. — Мам, я в Метро-ноль, тут связь не очень. Пока список составь, что тебе нужно, меня Ауреола подвезёт до Ашана, я всё куплю! Даже, может, успею до часа пик. Чмоки! Пока! — О, эта девочка из пасты — проговорил человек в пакете — Странно, она обычно не опаздывает. Из-за угла выскочила фигура с коричневыми длинными волосами, в темной юбке ниже колена, из-под которой виднелись забавного вида подштанники, и такого же цвета рубашке. На ногах замечались туфли бабушкиного вида. Девушка с лёгкой азиатинкой во внешности помахала нам рукой. — Привет, Макс! — произнесла она, снимая заколку-невидимку и высвобождая левое ухо вслед за правым — Привет, Удонов! — Привет, Юля — тихо ответил мой собеседник с плохо скрываемым раздражением. — Привет — пробормотал я, смутно начиная узнавать эту девушку. Ну-ка, ну-ка… — А откуда ты знаешь моё имя? — Да мне Антон написал — она улыбнулась и села рядом со мной — Я Юля, но… Я сфейспалмил. — Ты ЮВАО, да? — только и смог из себя выдавить — Ага — ответила она и снова улыбнулась — Меня пару анонов даже на улице узнавали, со скрытыми ушами. Хорошо разошлись картинки. — Ты почему опаздываешь? — ворчливо вклинился мужчина. — Москва-сама сказала, что я могу не посещать основное собрание, достаточно только занести ей отчет — она продемонстрировала флэшку на цепочке — Я вообще Центр-тян жду, она единственная из нас на колёсах. Дверь со скрипом отворилась. — Я тоже! на колёс-с-ах — заметил появляющийся СВАО — Мы закончили. — Быстро вы! — вздохнула в восхищении Юля и пролезла в дверной проём — Аури, подожди меня на выходе, окей? Из глубины зала донеслось бормотание. — Удонов, пош-шли отсюда! — СВАО улыбнулся и сделал жест рукой — Сегодня твоя консультация не потребо-ва-ла-сь. Тебя твои уже заждались там, они как раз через час-с в себя придут. Надеюсь… — Я не Удонов! — проворчал мужчина, с трудом встал на ноги и привычным жестом повернул пакет дырками для глаз назад — Меня зовут… — Да без разницы, Рамэнский, ты же меня понял — СВАО хихикнул и цепко взял человека за предплечье — Пошли на р-работу! На работу, городом управлять! — Осторожно с когтями! Как я буду городом-то управлять с перерезанными мышцами? — Да когда я тебя царапал? Ну, прошлый раз не считается. Вырываться не надо было, десу. Я спокойно сидел, ощущая иррационально нарастающую тревогу и наблюдая, как Августус и неожиданный знакомый уходят к лифту, и как туда же, весело болтая, уходит Север, обнимающий Аню и ЦАО-тян, глядящая в мою сторону и облизывающаяся. — А жаль — сказала она и капнула слюной на бетонный пол — Ладно, бывай, мешок с костями, не трону. — И тебе пока — помахал я рукой. Наконец, появилась Юля. — Где там Мособл-то? — спросил я с явным беспокойством — У него с главной свои дела — ЮВАО улыбнулась. — А вы с ним… Ну… — Что ну? — переспросил я, уподобивши лицо DAFUQ-парню. — Давно? — она заметно сбилась и засмущалась. — Сейчас времени сколько? — я поглядел на смарт и удивился. Было уже почти восемь вечера — Ничего себе как у вас тут время летит. Тогда около суток. — Сутки как… — она снова сбилась — Сутки как знакомы. А что? — Ну… Я давно его знаю. Не делай ему больно, хорошо? И не обижайся. Он иногда ведет себя как совсем мелкий ребенок. — Я и не собирался — Я вгляделся в глаза кошкоподобной — А с чего мне обижаться? — Он просто несколько более откровенный, чем… — она просто достала из кармана оранжевый смарт и потыкала в него пальчиком. Когтей она не носила. — Короче, вот. Я увидел на экране… — Что-что-что? — только смог произнести я, созерцая селфи обнаглевшего кошака на фоне меня с хэштегом #сфоткалпарняпокаонспал #люблюего. — Ах он… — Всё, удачи! Няшных праздников! — ЮВАО натянуто улыбнулась и поцокала к лифту, который как раз затих. Весь сердитый и тяжело дышащий, я двинулся в сторону двери станции. Стоило срочно разобраться, когда мы вернемся домой. Приоткрыв дверь, я замер и прислушался, прислонив ухо к образовавшейся щели. — А что ещё? — взволнованный голос Мособла — Я спрашивала у губернатора. Он ответил, что ничего не может сделать. — это, похоже, была та женщина, которую они назвали маскотным мэром. — А кто тогда может?! — Ты, очевидно же. Ты допустил ошибку, когда не разобрался со всем ещё в мае, после объединения. — А что я тогда мог сделать? Ты сама дала мне указание найти человека на роль маскота и я его выполнил. Москва-сама, послушай… — Я не имею возможности ничего изменить, Антонин-кун. Закон №53/2014-ОЗ был принят. Срок подходит к концу. У нас на одного маскота больше, чем нужно. ЦАО прогнозирует, что после наступления 2015 года в первые же дни может произойти коллапс лакуны или перераспределение обязанностей. Ты понимаешь, что это завершится гибелью одного из нас. Я не имею права этого допустить. Я поёжился, настолько холодно прозвучал её голос. О чем они говорят… — И что мне сделать? Убить? — тихо, на пороге слышимости, проговорил Антонин. — Ты говоришь мне, что я должен убить одного из них?! — Не изображай драму, Мособл. Это стандартная процедура. Средство я тебе передала ещё на прошлом собрании. Выбирай. Или ты уже сделал свой выбор? — Ты же знаешь, чем это закончится, Марина… — Я уверена, что твоего профессионализма хватит на то, чтобы не спасовать перед угрозой. Я на тебя надеюсь. А теперь… прошу меня извинить. Аудиенция окончена. — Прощай — выдавил из себя мой хвостатый друг — До свидания. Встретимся в середине января. Приятных праздников. Я вовремя отошел от двери — её распахнул на полную вылетевший со станции всклокоченный Мособл. Его нижняя губа дрожала, взгляд был устремлен в землю и не выражал ничего хорошего. — Антон… — проговорил я и обеспокоенно взял его за плечи — Что с тобой? Что случилось? Он мгновенно собрался и посмотрел на меня в своей обычной манере — озорно, ласково и насмешливо. — Ты о чем, Максик? А, это… — Ты зачем со мной селфи сделал, а?! — я вспомнил изначальную причину и изобразил сердитость (уже изобразил, ведь самой не осталось) — Прост)) Где все остальные, ушли уже? Пошли тогда, времени уже дохрена. Мне ещё кое-куда зайти надо, ты не против? — Не — я проматывал список дел в голове. Еды хватало, за мобильник и интернет можно будет заплатить на обратной дороге, родители с этой их гиперопёкой думают, что я сижу дома и носа из него не кажу. Окруженный невеселыми мыслями, я полуосознанно взял кошака за лапу и пошел к покрытым серой краской дверям.