Ab igne ignem

Насколько человек побеждает страх, настолько он — человек. Томас Карлейль

      Купе двадцать пять было намного меньше остальных. Его бордовые сиденья и бледно-розовая стена сужали пространство, отчего ехавшим там людям казалось, что они находятся внутри длинного разноцветного корыта. — Мы как в гробу честное слово! — Заявил Рон усаживаясь возле входа. — Хорошо, что хоть окно есть.       Гарри молча продвинулся к маленькому запотевшему окошку и, тихо поставив свой чемодан под стол, аккуратно присел на край потертого кресла. — А хотел ехать в последнем? В пятьдесят девятом?       Гермиона была именной той девушкой, что могла одним вопросом расставить все на место. Она присела напротив Рона и как-то отчаянно на него посмотрела. — Не забывай, — Уизли скрестил руки на груди, — мы тоже маги и у нас тоже есть палочки. — А у них есть разрешение на насилие.       Грейнджер говорила спокойно, вроде так и надо. Возможно, она свыклась за пять лет с таким обращением, но вот Поттер — избранный мальчик, покрепче сжал кулаки.       Эти сукины дети не должны были получить это сукинское разрешения! Фадж- старый маразматик, вечно лижущий задницу за деньги, не должен был этого делать! Не должен, но он сделал.       Он продал разрешение на насилие всему Слизерину. — Мы люди. — Вдруг промолвил Поттер. — Такие же как и они. — Не все, — заявил Уизли, — есть и гря…       Рон осекся. Он исподлобья взглянул на рассерженную Гермиону. — Прости, милая, — вымолвил рыжий, — не принимай все близко к сердцу. — Какой же ты урод, Рональд!       Не желая ничего слушать Гермиона отвернулась к окну. Девушка сжала кулачки от обиды, а её глаза наполнились слезами. Такого от друга она не ожидала. — Я не хотел никого обижать! — Просто молчи. — Вступился Гарри, прерывая минутную тишину. — Давайте не будем ссориться. Учебный год только начался, а вы уж…       Речь Гарри перебил громкий стук в дверь. Пожав плечами Рон приоткрыл двери купе: на пороге стоял Невилл и неуверенно топтался на месте. В его руках была большая клетка с толстым серым котом. — Привет, ребят. — Привет, Невилл. Тебя уже выписали из Мунго? — Уизли явно не ожидал встретить здесь Лонгботтома. — Мне можно приходить на занятия. Колдомедики конечно ничего не обещают, но сказали, что смогут мне помочь. Бабушка сейчас отправилась в Румынию, там говорят есть хороший врач.       Невилл неуверенно присел возле входа, большущая клетка поставилась на пол, кот недовольно мяукнул. — Это Расли. Мне его бабушка подарила.       Гарри взглянул на бедного паренька и в горле застрял комок боли и жалости к Невиллу, к самому беспомощному.       Невилл попался.       Попался слизеринцам так же как и Гермиона. Шрамы издевательства красуются на парне до сих пор, а отрезанные пальцы на левой руке и выколотый глаз до сих пор доставляют удовольствие Малфою и его дружкам. — Его правый глаз…- зашептала Гермиона. — Он и на него совсем плохо видит. Мне рассказывала Патил, что Невилл всегда ходить только с бабушкой и со своим Расли. Зря он вернулся в школу. — Гермиона, у Невилла есть мы. — Поттер приобнял подругу. — Мы его защитим. Хватит терпеть гнет этих уродов.       В купе повисла тишина, лишь стук колес нарушали воцарившуюся, как может показаться, идиллию.       Пейзаж за маленьким окном менялся молниеносно. Деревья то были ярко оранжевыми, то зелеными с неким проблеском желтизны, то выгоревшие.       Некоторые деревни, которые лежали по пути к Хогвартсу, были разграблены пожирателями, и теперь проезжая их, Гарри мог замечать лишь пепел и жалкие остатки.       Так переписывается история.       Рон молча смотрел альбом присланным от брата из Словакии. Гермиона подошла к Невиллу и теперь они вдвоем гладили пушистого кота, а Гарри — мальчик, что зря выжил, неподвижно сидел и смотрел на небеса, которые меняли свой цвет от голубого до темно-серого.       Новый приказ Дамблдора: небо над Хогвартсом всегда должно быть темным, как перед самой страшней бурей.       Угнетающими цветами и погодой легче сломить человека. — Почти подъехали. — Заявил Невилл, — странно, «Левиафаны» не пришли с проверкой. — А почему должны? — поинтересовался Рон убирая альбом. — Мне их и в школе хватает. — Вы не знали? Вот так дела. — Невилл засмеялся, — Дамблдор назначил их старостами. Говорили, что они будут проходить с проверкой и переписью по всем купе, но, видимо, у них появился какой-то другой план. — Невилл, почему ты об этом так спокойно говоришь? — Гермиона вздрогнула от услышанного. — А смысл противится, Гермиона? Посмотри, что случилось с нами? С тобой, со мной…я стал никому не нужным калекой, и все почему? Потому что противился. Я принял все это как должное. — Не говори так. — Грейнджер замотала головой. — Нет, нет! Когда-то мы их победим. Справедливость восторжествует! — Гермиона, успокойся. У стен есть уши. Не нужно создавать себе проблемы еще даже не войдя в школу. — Рон покрепче сжал плечи Гермионы усаживая её возле Гарри. — Попей воды. — Он протянул ей бутылку. — И успокойся, истеричка. Невилл говорит правильно, лучше помалкивать и оставаться живой, чем умереть в муках, зато героически.       Гермиона тяжело всхлипнула и сердце Гарри сжалось от жалости к этой ранимой девушки, что вечно хочет показаться сильной.       Тяжелый стук, из-за которого дверь пошла ходуном всполошила сидящий учеников в купе. Гарри посмотрел по сторонам: его друзья, как и он сам, сейчас больше походили на загнанных зайцев, которых нашли лисы. — Так-так, — дверь демонстративно открылась, на пороге появилась Лаванда Браун в розовом платье. — Невилл, тебя искала Макгонагалл. Я так сразу к вам и пришла, знала что он здесь.       Рон взглянул на свою бывшую девушку и поморщился: она ему была противна. Гермиона по-быстрому стерла слезы чтобы не показываться слабой перед Браун и, скрестив руки на груди, выпрямила спину. — Это все, что ты хотела сказать? — голос Грейнджер дрожал. — Нет. Ронни, милый, наш малыш передает тебе привет. Знаешь, он у нас такой уже умный, а ведь ему всего лишь годик.       Лаванда хрипло засмеялась. Её противный смех больше смахивал на карканье вороны. Было видно, что это все наигранно.       Специально, чтобы еще сильнее задеть Гермиону.       Это было два года назад. Тогда Рон признался в любви Гермионы, но девушка была сильная занята учебой и отвергла парня. Гарри помнит, как Уизли злился проклиная все и вся. Помнит так же как напился в Дырявом котел и переспал с Лавандой.       Конечно, потом они с Гермионой помирились. Стали парой. Уизли-младший обещал забыть ту ночь с Браун и прозвал её «самой глупой ошибки в жизни». Но все оказалось не так-то легко.       Поттер помнит как они с друзьями вышли подышать свежим воздухом после Трансфигурации. Как Гермиона нежно и бережно снимала снежинки с Ронового шарфа и задорно смеялась.       Гарри запомнил каждую деталь того дня и самым ярким пятном была Лаванда Браун в своем фиолетовом пальто. В один момент она стрела улыбку с лица каждого.       Она была беременна от Рона. — Это твой малыш, Ронни. Я его оставлю. Он будет подтверждением плода нашей любви.       Гарри до сих пор вздрагивает вспоминая лицо Браун и слезы Гермионы.       После того дня Грейнджер и Уизли старались не смотреть друг на друга. Они решили остаться просто друзьями. Хотя, кому врать? Гермиона до последнего надеялась, что Браун врет. Но, когда в один жаркий июльский день, Лаванда родила рыжего мальчика, Грейнджер резко замкнулась в себе. Много пришлось пережить, чтобы Гермиона снова стала разговаривать с Роном. Такого предательства она не ожидала. — Я послала колдографии твое маме, Рон. — Произнесла Лаванда оперевшись на косяк. — Ей так нравится наш Джуниор. — Лаванда, это все что ты хотела сказать? — Гарри прервал блондинку. — Иди отсюда. Тебя никто не хочет здесь видеть. — Да? — Браун усмехнулась. — Ты так уверен, Гарри? Мы с Роном снова вместе, поэтому не тебе указывать мне. Правда, конфетка?       Поттер непонимающе посмотрел на друга, что сейчас пристально смотрел в пол. — Как ты мог? — зашептал Гарри. — Ты же обещал нам. Ты обещал ей.       Гермиона сидела неподвижно.       Её предали. Снова. Опять. — Гарри, это долгая история. Я же тебе сказал, что ненавижу мать. Как видишь, есть из-за чего. — Ладно, конфетка, развлекайся, встретимся в школе. — Конфетка? Серьезно? — Гарри повысил голос, его дыхание сбилось. — Ронни? Ронни?! Ты издеваешься? Ты же нам обещал! Ты хоть знаешь с кем она связана?!       Уизли молча кивнула. Он знал. Он понимал. Но ничего не мог с этим поделать. Или не хотел? — Гарри, не стоит читать ему лекцию. Он того не стоит. — Гермиона была спокойна. Она судорожно перебирала край своей старой юбки и лишь иногда томно вздыхала. — Он того не стоит. И ничего не говори, Рональд, я тебя слушать не буду. Кстати, Невилл забыл своего кота. — Грейнджер кивнула в сторону клетки. — Я его ему отнесу. — Сказал Гарри. — Все равно мы уже прибыли.       Поттер вытер запотевшие очки и выгляну в окно: экспресс остановился на полуразваленной станции. Из окна Гарри видел аккуратно повешенных «предателей магии» как про них говорил Фадж. Иногда ветер колыхал их бездыханные тела, отчего Поттеру становилась дурно.       Рон вышел из купе первым, за ним пошла обреченная Гермиона, последним вышел Гарри. Кот недовольно взглянул на парня, но все-таки разрешил поднять себя.       Выйдя на перрон Поттер первым делом глубоко вздохнул запуская в свои легкие холодный ветер осени. Кот свернулся в клубок — на улице становилось холоднее. — Невилл, ты забыл своего кота. — Поттер радостно помахал Лонгботтому, что стоял возле скамейки. — Бабушка…нет…не может быть…- бормотал себе под нос парень. — Эй, Невилл, что с тобой?       Но парень не обращал внимание. Он смотрел вперед нервно сжимая свой шарфик. Гарри поставил клетку с котом рядом с Невиллом и заглянув в его глаз: с него сразу же скатилась одинокая слеза, которая упала на кота вызвав у того неудовольствие. — Невилл, что слу… — Отойдите, мистер Поттер, Невиллу пора отправляться.       Строгая Миневра Макгонагалл отодвинула Гарри в сторону и, взяв Лонгботтома под локоть, повела его к карете. — А кот? — спросил Поттер. Но его уже никто не слышал. Фестралы быстро помчали Невилла в неизвестном пока для всех направлении. — Что с тобой делать Расли? — Я возьму его себе. — Сзади появилась Гермиона со своим чемоданом. — Пока Невилла не будет, я за ним буду следить. Ты согласен котик? — тот поднял на девушку свою пушистую морду и довольно замурлыкал. — Пойдем, Гарри, а то можем опоздать на ужин.       Поттер кивнул. Укутавшись в мантию и накинув на шею шарф с эмблемой Гриффиндора, он смирно зашагал за Гермионой, что впервые за два года улыбалась гладя кота. — А где Рон? — Не спрашивай меня про этого предателя. Где же он может быть? — Грейнджер недовольно взглянула на друга. — Вся семейка у них такая. С Лавандой он, где же еще! — Прости. Не буду больше.       Вся семейка у них такая.       Гермиона это говорила еще три года назад, когда близнецы по собственной воле пошли в подчинение к Малфою. Гарри утверждал, что их заставили, пытался найти оправдание. Но когда его любимая Джинни стала встречаться с Ноттом и целоваться с ним у всех на глазах, Гарри понял всю суть этих слов. — Я видела Джинни. — Будто-бы прочитав мысли Поттера заговорила девушка. — Они продажные шкуры, Гарри, и не говори, что нет. Она сделала аборт.       Гарри тяжело вздохнул. Снова повисла тишина. Поттеру было все равно, что делает Джинни, но почему-то было больно.       Его, как и Гермиону, предали.       Тонкая дорожка через лес вела одного студента за другим к воротам Хогвартса. Иногда был слышен вой волка, иногда фырканье фестралов, которых стали разводить в школе, уханье сов. Каждый ученик старался перебирать ногами как можно быстрее. Некоторые останавливались чтобы передохнуть, а потом снова спешили устраивали перегонки друг с другом.       Гарри и Гермиона шли медленно никуда не спеша. О чем думала Гермиона? Гарри не мог узнать. Она научилась скрывать свои мысли. Возможно, она обдумывала историю Рона и Браун, возможно думала о «Левиафанах». Поттер мог гадать вечность. Сам же он посмотрел на темное небо из-за туч которых не было видно звезд, и на долю секунды вспомнил то беззаботное детство до Хогвартса. — Иди быстрее, Поттер, не хочу из-за тебя опоздать.       Гарри обернулся и взглянул на недовольного человека за спиной — Чжоу Чанг, некогда возлюбленная Поттера. — Привет, Чжоу. — Парень улыбнулся девушке, но та лишь отпихнула его и прошла вперед. — Привет, Поттер, мне некогда. Я не хочу опаздывать. Пропусти, Грейнджер. — Что с ней случилось? — Гарри непонимающе взглянул на Чанг, которая пробиралась вперед. — Ты не слышал сплетни, Гарри? Летом, когда она была в Косом переулке, на неё напал Забини. Говорят, он позволил себе непозволительное. — Она напугана. Как и мы все. — Полумна Лавгуд подошла сбоку. — Привет, ребят. — Привет, Луна. Рады тебя видеть. Говорили, что отец забрал тебя в другую школу. — Много чего говорят, ты не слушай их. Слушай лишь звезды, что у тебя внутри. — Лавгуд подмигнула Гермионе. — Твой кот? Такой хорошенький. — Невилла. Кстати, ты не знаешь, что с ним случилось? — С кем? С Невиллом? Никто не знает. — Лавгуд пожала плечами. — Хогвартс окутан тайнами.       Поттер смотрел на девушку, которая недавно была самой жизнерадостно из всех кого он знал и сейчас не мог поверить глазам — мрачный мир волшебства поиздевался и над ней. Луна теперь была не прекрасная блондинка, а лысая девушка, волосы которой каким-то образом сама по себе загорелась на смежном уроке со Слизерином. Её лицо так же пострадало при поджоге и оставило неприятный для глаза ожог на правой стороне лица.       Дойдя до высоких ворот, за которыми пряталась школа, Поттер на минутку остановился. А может убежать? Вернутся к магглам и зажить спокойно? Но это был не вариант. Его все равно нашли бы и повесили. Его в любом случаи когда-то убьют, но пока Гарри хочет оттянуть этот момент.       Возле дверей в Хогвартс стояли все профессора, что вышли поприветствовать прибывших учеников. — Добро пожаловать домой, дорогие. — Растянув улыбку проговорил Дамблдор, — мы рады вам. Мы вас ждали.       Двери отворились. Назад выхода больше нет. Гарри сделал шаг.