Перенос

Шум помешивания металлической ложки внутри эмалированной кастрюли, вытяжка, щебетание со специально приоткрытой форточки — весь этот шум привлек юношу зайти на кухню. Светлые стены, побеленные оконные рамы, простая деревянная мебель и мужчина в пастельно-желтой одежде, что умело орудовал на кухне. — Строите из себя заботливого папочку и делаете мне завтрак? — вместо пожелания доброго утра, он врывается на кухню с этой фразой. — Строить из себя заботливого папашу я начал давно, — спокойно отвечал Билл, переворачивая оладьи. — А готовить — только сегодня. — Стоять, что? Вы впервые за плитой? — Диппер чувствовал здесь долю вранья, так как запахи доносились вкусные, да и вид готовых оладьев и карамели в пиале, сырной булке с нарезкой и свежевыжатого сока заставили мальчика начать испускать слюни. — Да. Никогда сам этого не делал. Если бы не доля ответственности, которая у меня появилась в виде тебя, продолжал бы этого и не делать вовсе, — под конец он дмухнул на свою прядку волос, что норовила попасть в глаз. — Не верю, что за тридцать с лишним лет вы так и не разу не стояли у плиты. — Сколько помню себя, мне всегда готовили женщины, либо ел в заведениях. — Блин, повезло… Но готовите вы так, словно всегда это делали. — Не хочу с тобой откровенничать, но по правде говоря, у меня есть чувство, что я знаю как приготовить что угодно, при этом практики нет вовсе. Нет, забудь, не поймёшь. — Это связано с вашей магией? — Рядом. Садись завтракать, — на этой реплике мужчина покрыл стол белой тканевой скатертью и начал раскладывать тарелки. Диппер сел напротив окна, с которого просачивалось яркое небо, в него втыкались верхушки тепло-зеленых деревьев. Сочная трава на солнце цепляла взгляд, где нигде прорастали дикие цветы и все это объединялось песнью птиц. На моменте, когда Диппер отпил свежевыжатого сока и откусил кусочек пряного сыра, смакуя, он посмотрел на ясное лицо своего опекуна, следом на вид из окна и ощутил себя в гармонии с происходящим. Казалось, все проблемы растворились и он действительно живёт как в своих мечтах, в уютном доме у леска, где водятся только добрые существа. В этом доме его любят и не бьют, он не чувствует себя одиноко. Распростертая белая простынь мельтешила от ветра, сквозь нее еле просачивалось солнце. Билл закинул ее на верёвку и закрепил прищепками, после чего потянулся за следующей мокрой вещью. Мальчик, бегающий рядом за рыжим котёнком, что живёт в здешних дворах, временами всматривался в силуэт мужчины через ткань, заново влюбляясь. Не смотря на наружную маскулинность, Билл изящно взбивал одежду об воздух и запрокидывал ее. Вечно согнутые к верху руки придавали женственности. Диппер, не долго думая, обходит сохнущую простынь и подходит в упор к мужчине, заставляя его обернуться. — Что-то нужно, дитё? — с слегка уставшим взглядом. — Не-а. — Ты хочешь помочь? — на это мальчик кивает. — Тогда подавай прищепки. — Это слишком просто, — Диппер достает из таза мокрую кофту и резко вытряхивает лишнюю влагу, после чего подал ее с двумя прищепками. — Как хочешь, — Билл довольно развесил ее. Все шло хорошо, пока Диппер не дошел до огромной простыни. Из-за поднявшегося ветра, тонкие слабые руки просто ее не удержали и под возгласы «Нет, нет, неееет!», она эпично улетает. Оба кинулись ее ловить и так получилось, что один преднамеренно, второй случайно, но оба завалились телами прямо на простынь, прижимая к густой зелёной траве. — Фух… Ещё б чуть-чуть, — мальчик сильно испугался, но вместе с этим не вставал с мокрой простыни из-под которой чувствовались стебельки и камни. — Правда, снова придется стирать… Вы же не будете меня ругать? — Нет, — Билл повернулся к нему боком, чтоб наблюдать лёгкий страх в его мимике. — И даже не накажете? — мальчик с удивлением подвелся. — Ты же не специально, тем более я сам виноват — не уследил за тобой. — Вот это да… — Диппер запрокинул ножку по ту сторону мужчины и навис над ним. Кудри мальчика спадали вниз, лучи солнца очерчивали его голову золотым контуром, в тени Билл смог рассмотреть веснушчатое личико, полное негодования. — Это на вас не похоже. Вам только повод дай меня наказать, что же сейчас? — А, ты, видимо, привык к кнуту и не против сам. Расслабься, все просто, — Билл сам подвелся, и помог встать мальчику. — Берта ведь говорила тебе про мой ритуал получения эмпатии? — Так вот почему вы так переменчивы! — до Диппера дошло. — Выходит, до ритуала и после я живу с разным человеком? — Не совсем, просто после ритуала я более мягок к тебе и проявляю больше внимания, не путай. — Вот бы вы таким были всегда… — Диппер склонился над тарой с мокрой одеждой, но от грустного желания, что он сейчас произнес, так и не встал. Мужчина сложил мокрую простынь, что была ранее на земле и положил к пустому образовавшемуся месту среди остальной стирки, после чего присел на корточки рядом с мальчиком. — Не грусти, я стараюсь быть к тебе мягче, как только могу. Я никогда не имел дел со столь нежными созданиями, как ты, — он смотрел в слезливое лицо, боясь сболтнуть лишнего. — Вам стоит учиться быстрее, уже полгода вместе живём… — произнес Диппер дрожащим голоском и вытер тыльной стороной ладони влажность в глазах, после посмотрел на Билла серьезным взглядом. — Вы далеко не моя мама, вы любите меня… Но я всё равно страдаю от вашего обращения ко мне. Я… — Эй, малыш, вставай, — Билл, разогнув ноги, протянул к нему руку. — Пойдем со мной, я тебе кое-что покажу. — Вы перебили меня… — Не дуйся и пойдем. Я прекрасно понимаю, что ты хочешь сказать, но… Не имеет смысла. — Но… — Диппер, опираясь на свои колени, встал. — Проблема же есть. А вы сами говорили, что ее надо решать. — Боже, с тобой столько хлопот… — мужчина взял мальчишку за руку и повел за собой. — Сами знали, кого похищали! — Знаю, знаю. Я думаю, мы медленно, но верно идём к компромиссу, что поможет нам сожительствовать дальше, так ведь? — Это то да, но вы себя настоящего не показали, и я недоволен. Даже сейчас я мало о вас знаю. — Ну все, все, не злись. Обязательно узнаешь, — он на секунду остановился и ткнул мальчика за кончик носа. — Ух-х-х, вы злите меня, когда так делаете! — Поэтому и делаю, — продолжил шагать, отчего Дипперу пришлось перейти в полубег, чтобы догнать. — У нас с тобой много времени, чтоб ты меня узнал. Вываливать все карты сразу неинтересно, так ведь? — Долго скрываться и блефовать тоже выматывает! И вообще, много времени? Вы сами сказали, как только я стану взрослее и чуточку маскулинее — бросите меня, — глаза вновь наполнились слезами. — Я тут кое-что осознал, так что не волнуйся, солнце. Ты — душа моя, будешь всегда со мной. Я тебя не отпущу… — Что это вы вдруг… — Диппер уже в который раз смутился. — Да так… Сложились некоторые обстоятельства таким образом, что я изменил свои цели. Теперь мне нет смысла скитаться по штатам, выискивать нечто, о чем я тебе никогда не расскажу. Да и зачем? Я принял решение, какое бы принял любой человек моего возраста — осел бы в одном месте и доживал бы свои года в спокойствии. — Так говорите, словно вам не под сорок, а под семьдесят… — А чувствую я себя на все сто, понимаешь? — Билл широко улыбался. — Вы ещё относительно молоды. — Только внешне. И то, человеческое тело имеет кучу изъянов… — Опять говорите, словно не человек… — Ну-ну, не выдумывай. — Не выдумываю, это у вас проскальзывает часто. — Быть может. — Эх… И куда мы идём? — мальчик всматривался на светлую глиняную тропу, сквозь которую через силу прорывались отростки травы. — К одной поляне, тебе там понравится. В последнее время ты был очень хорошим мальчиком и я решил, что пора тебя поощрить, так что… — ладонью повел в сторону красивой зелёной поляны, освещенной солнцем. — Полянка как полянка, что мне тут, бабочек ловить? — Диппер недовольно покривил лицо. — Возьми это и пройди на середину поляны, — Билл всунул Сосне свёрток с ягодами. — Это зачем? — Диппер искренне раскрыл глаза. — Просто сделай так, — мужчина погладил того по голове, — тебе понравится. Все, иди давай. Пока Билл стоял за столбом древа и наблюдал за идущим мальчиком, с близ растущих кустов показались звериные мордочки. Как только мальчик пришел на середину полянки, он развернул свёрток и стал выжидать, в то время как Билл настраивал объектив своей камеры. Включив ее, он направил ее на силуэт мальчика, к которому уверенно подходили… — Оленята?! — Диппер расплылся в улыбке и сам пошел к ним на встречу, тем самым слегка спугнув их. — А, ой… Не уходите… Смотрите, что у меня есть! Остановившись, утонченные парнокопытные вернулись и сразу же рванули мордочками к ладоням мальчика. Они были ручными, видно, человека не боятся вовсе, ели себе ягоды и были довольны. Диппер в одной руке ощущал лёгкое полизывание, второй аккуратно проводил по каштановой шерстке, тыкал пальчиком на белые пятнышки на спинке, в целом радовался с ними встречи. Один из оленят принял облизывать его лицо, от чего мальчик, засмеявшись от щекотки, отворачивает морду от себя и мимолетом замечает, что на макушке у одного из них прицепился жёлтый одуванчик. Мальчик сразу же взял его себе в нагрудной кармашек. Билл все это фотографировал и испытывал эстетическое удовольствие. Вышли солнечные, живые фотографии, где юноша в белой блузе и серых шортах, сидя на сочной траве, общался с лесными зверями. По взгляду, репликам, создавалось впечатление, словно мальчик действительно с ними разговаривал как диснеевская принцесса. — Ух-х-х, это было что-то с чем-то! — говорил мальчик, возвращаюсь уже домой под руку с Биллом. — У них такая шелковая шерстка и такие красивые глаза! И их так было много и они меня не боялись! — Я рад за тебя. — Скажите, а вы специально решили выкупить дом рядом с местом, где водятся олени? — Нет, это было совпадением, поверь. Лет десять назад я обжился здесь, дом был дешевым и я мог тогда себе его позволить. Но потом пришлось переехать в Пьемонт. Собственно, когда ты сказал, что любишь лесную местность, я уже задумывался над тем, чтобы сюда тебя привезти. — Да что-ж вы смущаете меня… — Не смущайся, прошу… — Не могу. Я слишком счастлив об мысли о том, что вы делаете такое для меня… — Неужели я так мало тебя радую? — Нет, часто, просто сейчас… Это было сказочно. Скажите, я могу сюда сам уже возвращаться? Ой… — после этих слов Билл непроизвольно сжал ладошку Диппера. — Только с одни условием — по этой тропе и никаких отклонений от нее, хорошо? — А что так категорично? — Я боюсь за тебя. — Думаете, я сверну не туда, и меня загрызет гризли? — Да. — Что?! — В этом лесу всякое водится, во-вторых, я уверен, здесь ты встретишь новые галлюцинации. Если, конечно, уже их увидишь… — Вижу, на самом деле. Их полно. Но пока я делаю вид, словно их не вижу, они меня не трогают, Билл. Они ж меня не знают, пока что. Вот в Пьемонте и Гравити Фолз по детской неопытности я реагировал на все сразу, по этой причине эти твари ко мне тянулись. — Хм, интересно, ещё что-то новенькое. Надо будет внести данные. Что-ж, вот мы и у дома. Если ты надумаешь снова вернуться на ту поляну, ты должен меня уведомить. — Ага. А когда вы сделаете фотографии? — Думал завтра ехать в город, нужно закупить продовольствия. Заодно и сделаю. А что, они тебе нужны? — Ну… Да, я же там запечатлен! Мне бы хотелось, чтобы и у меня были копии, — юноша надул губы. — Ну ладно, ладно, не дуйся, будут тебе фотографии. — А, кстати… Где здесь ближайшее отделение почты? — Иди в край улицы, выйди на главную дорогу и сверни направо, как идти будешь, слева от тебя будет светло-голубое здание — оно. — О, спасибо, — мальчик как раз разулся за это время и стремительно побежал к себе в комнату, вернулся он в одежде попроще, вроде футболки и шорт, в руках держал конверт. Все это время Билл стоял у дверного проема и наблюдал. — Дорогой, это ты до сих пор с тем парнем обмениваешься письмами? — мужчина приостановил его за плечо. — Вы что-то имеете против? — Нет, но будь предельно аккуратен, чтобы он не догадался о том, что ты Диппер Пайнс. Ты уже как пару месяцев в розыске. — Знаю — Диппер сел на порожек и обратно начал обуваться. — И фотографий своих ему не отсылай. Ты же поэтому хочешь копии, так ведь? — А это почему нет? — Чтоб ты лишний раз перед глазами не мельтешил, он же может понять. — Что-ж, спасибо хоть на том, что разрешили продолжить с ним списываться… — в голосе послышались грустные нотки. — И да, по дороге зайди в магазин садоводства, купи семена глазастых цветов, — в этот момент Билл, надев на себя перчатки, принялся доставать пересушенные мертвые цветы, что росли под окнами. — Глазастые цветы? — Скоро увидишь, они быстро растут. — Магазин по пути, так ведь? — Даже если и нет, спроси у любого, тебе ответят. — Хорошо! Я ушел! — Давай. Расписавшись в бланке отправки посылки, Диппер довольно выходит из отделения почты и осматривается — всюду частные дома, много зелёных зон, везде ухоженно и тихо. То, что людей мало, не могло не порадовать, вот только сейчас, когда он в поисках цветочного магазина, это было не кстати. Слава богу вдали показалась девочка, немного младше Диппера, в одной руке была тканевая сумка с продуктами, во второй — надкусанный пончик. Шла она припеваючи, глаза были устремлены мечтательно в небо. Но это до тех пор, пока перед ней не предстал юноша. — Ой… — Привет, можешь помочь, пожалуйста? — Помочь? — Я ищу здесь ближайший цветочный… — А-а, я могу тебя провести! — девочка сразу же обернулась вести, мельтеша своими русыми косичками. — О, могла бы просто сказать дорогу, но, спасибо, — парень последовал за ней. — А как тебя зовут? Не видела тебя здесь раньше, ты приезжий? — девочка зыркала на парня зелёными глазами, параллельно у нее румянились щеки. — Что-то около того. Меня зовут Стивен Сайфер, можешь называть просто Стив. — Сайфер? Знакомая фамилия. Меня зовут Люси. Хочешь пончик? — Нет, спасибо. — А ты к нам надолго? Обычно на каникулы приезжают, а ты посреди семестра. — О, я уже не учусь. И приехал я сюда навсегда. — Так странно, — подметила девочка, всматриваясь вдаль. — Переезжать сюда навсегда, в такую глухомань… — Так захотел мой папа. Он сказал, что так лучше будет для моего здоровья. — И то правда. Здесь хорошая экология. — Скажи… Ранее ты говорила, что фамилия Сайфер для тебя знакома. — Да, слышала ее просто до этого, ничего особенного. — Да? — Ага. Кстати, а зачем тебе в цветочный? — Нужны семена глазастых растений. — Глазастые? Ты что, в темном замке живёшь и хочешь поработить мир? — Чего? — Темные это растения, словно для злодея, — поделилась девочка своими ассоциациями и указала на зелёный магазинчик. — Нам туда. — Не удивительно, что мой папа именно их и захотел посадить. — Возьми ещё средство против бабочек-вредителей, они пригодятся с этими цветами. — О, спасибо. Добрый день, — Диппер поздоровался с продавцом, парнем, примерно его возраста, худым как смерть. — У вас есть в наличии семена Глазастых растений? — Глазастые? — продавец посмотрел на Диппера сквозь русые пряди волос, сглотнул, услышав название, его глаза в миг поникли. — Ага. Ещё средство против вредителей, — Диппер рассматривал витрину. — О, нет… — продавец указывал футболку Диппера трясущимися пальцем. — Нет-нет-нет!.. Только не он… Только не он, он нашел меня! — закричав, продавец кинулся внутрь магазина, оттуда выскочила женщина, сильно похожая на него, обеспокоенная. Она подошла к прилавку с вопросом на лице, но не осмелилась его задать. — Прошу прощения за оказанные неудобства… Могли бы повторить ваш заказ? — Глазастые растения и средство к ним… — Секундочку, — выставив все на прилавок, женщина старалась не пересекаться с ним взглядом. — С вас… долларов. — Можно картой? — Ага… — пока продавщица настраивала терминал, Диппер решился поинтересоваться. — Прошу прощения, а парень до вас, он меня испугался? — Ни в коем случае, у него просто случился приступ паники, такое бывает. Ещё прошу прощения за неудобства. — Нет, нет, не нужно. Сам страдаю паническими атаками, могу понять… — Мы стараемся его обезопасить от стресса, но не всегда получается… — Это попросту невозможно, но… Рано или поздно недуг отступит. Спасибо за семена. — И вам спасибо. Отойдя чуть дальше от прилавка, Люси не отставала от Диппера, и все поглядывала на него. Он тем временем строил теории в своей голове, но вскоре не выдержал неловкого напряжения и задал нетерпеливое: «Чего?». — У тебя тоже панические атаки? — У меня много чего, Люси. — Оу… — А тот парень… — Томми? Тоже приезжий, как и ты. У него проблемы с головой, боится всего подряд. Вот твоей футболки особенно, как оказалось. — Может это из-за знака масонов, что выбито на ней? — Может. Странная, кстати, футболка. — Папа подарил. Томми, значит… Где-то я это уже слышал. — В каком смысле? — В том же, что и ты с моей фамилией. Кстати, спасибо, что отвела меня. Потратила на меня время… — У меня его предостаточно, не за что. Что-ж, на этом наши дороги расходятся, мне вот вперёд надо. — А я сворачиваю, на окраине живу. — Мы же ещё встретимся, Стивен? — Конечно. Можно сегодня вечером, я свободен. — Я тоже! Могу зайти к тебе, а потом показать тебе наш городок. — Тут есть что показывать? — Ну… Да, здесь красиво. — Ладно, уговорила. Приходи в любое время вечером, я буду у себя в саду, просто позови. — Хорошо! После этого мальчик довольно пошагал домой, пробираясь сквозь ветви деревьев, неровностей тротуара и лучей жгучего солнца. Проскрипя калиткой из тяжёлого черного металла, он сразу же побежал к окнам своего дома, где как раз сидел мужчина и прикуривал сигарету. — Что-то ты долго, — начал он, пуская клубу дыма. — Да, познакомился с девочкой одной, мы с ней заговорились. А ещё меня испугался продавец, настолько, что его заменял второй. — Странно, вроде бы ты выспался сегодня, почему ж испугался-то… — Ах вы-ж! Сами же сказали, по утрам я выгляжу хорошо! — Не дуйся ты, я пошутил. Оставь семена здесь, на сегодня ты свободен. — Билл, у меня вопрос. — Да? — А зачем вам эти жуткие цветы? — Не знаю… Чувствую, что это родные мне растения. Они должны расти рядом с местом, где я живу. В Пьемонте они тоже росли, как помнишь. — В Пьемонте было не до цветов… — Столько всего произошло с того времени… — Да. Иногда не верится, что я жил как-то по-другому. — Скажи, ты скучаешь по родным? — Ну, да… Мне бы хотелось встретиться с бабушкой Беатрис и дядей Фордом, и маму не прочь проведать. Жаль, это невозможно. — Что-ж, ты прав. Невозможно. На этом умолкли оба. Билл сказал, как отрезал и продолжать не собирался, а Дипперу нечего было ответить. Выдохнув, он зашёл в дом, заперся в своей комнате. Придвинув табурет к столу, он уселся, достал цветной лист бумаги, в этот раз пастельно голубой, разноцветные ручки, набор наклеек и одуванчик, что припрятал в кармашек ещё тогда, на поляне. Он хотел написать очередное письмо Вивьену и сделать это красиво. Отчего-то это занятие вызывало в нем восторг — оглавление красивым жирным шрифтом красного цвета, все остальное в черном, на полях наклейки растений и зверушек.под конец он не мог придумать, куда приклеить одуванчик, в голове он идеально сочетался с фотографией, жаль, Билл запретил их отправлять. Так мальчик и не решил, потому что из головы не мог вылезти продавец Томми из цветочного магазина. — Что-то это мне напоминает…