Цвета Радуги

      Нежные прикосновения весеннего ветра заставлял вздрагивать девушку от каждого порыва. В стеклянной теплице были открыты обе двери и несколько форточек. Солнечные лучи рассеивались радугой через потрескавшиеся стекла. Звенели колокольчики над дверью.       Она сидела на вымощенной серо-голубыми булыжниками дорожке. Горшки с цветами ярусами поднимались под самую крышу теплицу на деревянных полках. Какие-то растения извивались по старой веревке подвязанной к железной балке. Нарциссы на нижних полках во всю цвели и благоухали, с ними же расцветали бутоны розовых, красных, жёлтых тюльпанов. Вьющиеся цветы восходили к солнцу и небу, ожидая своего дня одним летним днём.       Девушка бережно относилась к саду на крыше, что подарил когда-то ей дедушка. Изначально он желал тут растить овощи и фрукты, но с первым цветком у маленькой темноволосой девчонки появился и интерес ко всему не вечному и цветущему. На следующий год появилась одна общая дорожка, полки и деревянная табуретка с небольшой железной голубой лейкой. Она ни на что не годилась, но для девочки было под стать, чтобы научиться заботиться об этом местечке. С годами Клэр приноровилась и сама ухаживала за райским уголком, что благоухал в начале лета и пестрел разными цветами.       Розоволосая слушала в наушниках тихую музыку, зарисовывая картину по её сюжетам: влюбленная пара — музыкант, создающий весну и приносящий цветение, и голодная девушка, вечно ищущая еду для них. Каждый верит в силы парня, и весна точно когда-нибудь наступит. Главное не обернуться в самый неудачный момент, чтобы не упустить свою любовь, которую уже не удержать в подземной тьме. Вечная, грустная история о любви.       Всё руки были в угле, а его обломки лежали у подола голубой шифоновой юбки. Она небрежно убрала выпавшую прядь волос за ухом, обмазав её черной пылью и оставив на щеке короткую линию. Работа с углем была не из самых чистых и аккуратных, стоило бы беречь одежду, на которой оседали крупицы осыпавшегося угля. Но в порыве вдохновения девушка забылась. Разум представлял из себя идеально чистый лист без не одной кляксы плохих идей и помыслов. Всегда бы было так.       Из столь хорошего и приятного вакуума вырывает её чьё-то лёгкое касание оголённого плеча. Тело покрылось гусиной кожей от холода тянущегося от руки. Она вскочила, вытащив из ушей наушники и выронив все принадлежности на дорожку. Пару мелков угля раскололись, ударившись о камни.       Перед ней стоял блондин в серой футболке и спортивных брюках. Светлые локоны стали короче после их последней встречи, а цвет лица свежее. Кажется, после тренировок он начал высыпаться. Казалось, что события трёхмесячной давности начали потихоньку отпускать его. Ллойд входил в прежнее русло реки жизни.       — Да? — Клэр рефлекторно отшатнулась от него, чего не хотела. Однако тело само старалось держаться от него на безопасном расстоянии. В ней боролись эти две крайности, что вынуждали её страдать. Вместе с тем появлялись мысли о том, что это невероятно глупо. Всегда нужно сохранять холодный расчётливый ум. Ни одна наивная влюбленность не должна сбивать тебя с ног, от твоего пути к достижению цели. Правда, какова была сама цель?       Ллойд заметил это странное сбитое и неловкое движение назад девушки, отчего немного помрачнел и отвёл взгляд куда-то за спину девушки. Она сама делала всё только хуже. Клэр даже не читала то его письмо в сети, оно так и лежит там. Было немного даже стыдно перед ним из-за этого.       — Тебя Сенсей позвал, — отстранённо ответил он и вышел из теплицы, направляясь к лестнице вниз.       Девушка бросила свои вещи и догнала его у самой лесенки, схватив его за руку, но тут же отпустив Ллойда. Рука дрогнула в тот момент. Само естество боялась повторения того дня, когда она осталась под завалами в спортзале в мертвой тишине, в ожидании медленной смерти. От каждой жуткой мысли ветер поднимался всё сильнее и становился холоднее, отчего Ллойд несколько сжался. Сама она этого холода не чувствовала, правда.       — Я не хотела обижать тебя, — произнесла девушка с затишьем ветра. — Оно само так выходит. Не по моей вине.       — Да, хорошо. Я понял, — закивал блондин. Но этот ответ нисколько не устраивал Робертсон.       — Точно? Просто, между нами появилось какое-то холодное пространство, чувствуешь?! — поддавшись эмоциям, она не совсем обдумывала свои слова, что жалили парня, как осы. Он поморщился. Звучало всё как издёвка.       — Да неужели?! Ты только сейчас это заметила? — саркастично произнес он, разводя рукой. — Если ты реально хочешь обсудить нависший вопрос, изучи предварительно матчасть, Кларисса, и подбери другое время для этого. Ребята не из самый терпеливых.       Он спустился вниз и завернул у кухни. Девушка покрылась румянцем. Она ощущала себя глупо, вместе с тем появилось раздражение. Ударив по камешкам на крыше и пнув часть из них, Робертсон махнула куда-то рукой, после чего раздался треск разбитого глиняного горшка на стульчике, у входа в теплицу. Расколотый пополам, он лежал в куче чернозёма. Выругавшись и оставив всё как есть, Клэр побежала вниз, где у лестницы оставила свои кеды.       Она в спешке влетела на кухню, где собрались ученики дедушки, ряды которых пополнялись с каждым разом. Уже неделю с ними занимался и брат Нии, и две недели Коул. В целом, это была удивительная компания со своими *шутками* и внутричками. Первое время Смит старший думал, что не впишется в компанию подростков, однако часть шуток и подколок поступали именно с его стороны. Смотря на ребят, Клэр казалось, что не хватает ещё одного человека. И это точно была не она. Командная работа была не про неё.       — Что случилось? — спросила девушка, встав в дневном проёме.       — Приглашаем тебя на чаем, — улыбнулся Ву. Девушка разочарованно фыркнула, ожидая чего-то поинтереснее, чем это.       — Который я соответственно и должна приготовить, — она подошла к полке, на которой стояли подписанные банки с разным чаем.       — Тогда не было бы чаепития, — ответил старик, снимая свою шляпу.       — Боже, я будто официант в этом доме, — тихо себе под нос сказала девушка, доставая с верхней обычный черный чай. Сегодня она была не в расположении духа, чтобы разбрасываться дорогими чаями для гостей. Лучше бы уж она отправилась в парк, или раньше поехала в центре на встречу с Зейном Жульеном, который что-то хотел ей рассказать.       Благо кто-то поставил чайник на раскалённый уголь, и он во всю кипел и бурлил. В одну из фарфоровых чайников голубого цвета она насыпала сушеные листья чая отдающие едва ощутимой отдушкой. В ином случае они бы сами его сделали, но на даче ни Ву, ни Клэр не были уже два года. Каждый раз как она невзначай вспоминала о маленьком домике в соседнем селе, ей представлялась выцветшая потрескавшаяся краска на фасаде и заросшие дворик и сад.       Взявшись прихваткой за ручку, девушка залила кипятком чайные листья. Когда-то сам процесс стал особым ритуалом для неё. Она видела и слышала лишь то, что было перед глазами. Мысли и посторонние звуки не беспокоили её. Клэр и не замечала, что её зовут, когда-то не ударил по деревянному столу.       — У себя дома постучишь по столу, — рефлекторно выпалила она с грохотом поставив чайник мимо доски. «Бля», — заметив это, она резко переместила его на угли.       Все молчали и смотрели на неё непонимающе. Возможно, она иногда забывала одевать личину милой девушки для всех остальных, когда раздражалась. Клэр разлила чай по чашкам и раздала его гостям, а сама направилась к двери.       — Ты к нам не присоединишься? — спросил девушка, пока остальные, уткнувшись в свои чашки, молчали. Девушка пробежалась глазами по гостям:       — Нет. Мне нужно идти на встречу, — холодно ответила она. — До вечера, дедушка.       Клэр собрала свои вещи и взяла один из подаренных когда-то неизвестным родственником браслетов. Он не был особенным и ляпистым. Простой круглый железный браслет с голубым отливом. Она знала, что сам металл был редкостью для Ниндзяго и имел особые свойства: блокировал силы. Таскала она его всюду, стараясь не снимать, но сегодня Робертсон забыла о нем после душа.       Через час она сидела в кофейне, ожидая Зейна, в самом углу зала. У кассы стояла очередь из пяти человек. Само заведение было маленьким и был скорее ларьком. Клиента заходили за кофем и уходили. Столиков было мало и внутри зала. Два высоких столика стояли у кассы, был один узкий стол вдоль панорамного окна, что выходили на оживлённую улицу, такие же столы были в нише от двери с мягкими высокими стульями. Клэр сидела возле розетки, скрытой от большинства посетителей. Убранство кофейни было простым и минималистичным. Основными цветами были белый и черный.       Давно заказанный кофе остыл и закончился. Оперевшись о стену, она рылась в телефоне. Её взгляд остановился на сообщение Ллойда. Клэр хотела его прочитать, но сил не хватало взяться за него. Оно пугало своим содержанием, своими мотивами и эмоциями, что могли внести раздор в единство разума и сердца. У девушки были опасные м серьезные планы на это лето, куда могли бы вписаться и эти ребята. …Вроде как у нас хорошо складывались отношения ровно до того самого инцидента. Мне очень жаль, что всё так кончилось для тебя и многих людей. Мне тяжело писать такое, ведь виной всему являюсь я. До всего этого у меня были большие планы, светлое будущее. Но одно действие разбило всё это в один миг. Мне хотелось, чтобы это не разбило хотя бы наши отношения. Я понимаю, что ты говоришь, что я не ужасен и тому подобное. Однако ты боишься, стараешься сторониться. Ни то, чтобы я не понимаю почему это так. Но откуда эта боль в груди? Не бросай меня хотя ты…       По щеке скатилась слеза, которую она вытерла внутренней стороной ладони. Потерянный ребенок, оставшийся без отца.       — Привет, — вывел из транса девушка блондин, сев рядом с ней.       — Приветик, — ответила Клэр, убирая свой телефон в карман. — Так, о чем ты хотел рассказать?       — В общем, кто-то хочет, скорее всего, распространить собственную версию того инцидента, — ответил Зейн, положив руки на стол.       — Допустим и что в этом такого? — удивилась девушка. Безусловно, ей не нравилось, что кто-то пытается поднять эту тему вновь. Вообще не нравилось.       — А то, что там фигурирует имя моего друг и соседа, Коула Баккета, и твоего парня…       — Он не мой парень, — перебила Клэр, опустив глаза.       — Хорошо, друга, Ллойда Гармадона, — завершил Жульен. — Они выступают инициаторами этого взрыва. Им приписывают злой умысел и прочие. Как мне кажется, это будут транслировать на телевизорах колледжа.       — Черт, — выдохнула она. — Отличный год просто выходит.       Она легла на столик, ударившись лбом. Клэр услышала тяжёлый вздох и едва слышный скрежет металла. Робертсон посмотрела на парня, что стабильно всюду носил белоснежную рубашку и жилетку в сине-голубую клетку. Он поставил около неё зелёную флешку.       — Как тебе живётся с новой рукой? — спросила Клэр, проявляя любезность к старому другу. Знакомы они были по клубу настольных игр, который организовала Пиксал Борг в позапрошлом году. Одна с декабря они больше не собирались. Зейн и Пикс ушли в свой ламповый маленький клуб робототехники, Клэр играла у себя дома и начала учиться рисовать, попутно разрабатывая один план.       — Я даже привык. Она хотя бы перестала перегреваться. Была бы у меня возможность попасть в более продвинутые лаборатории я бы снастил её какими-нибудь ещё функциями, — он вновь подвинул к ней флэшку. — Там, всё что я в тот день нашел в библиотечном компьютера.       — А кто за ним был? — Клэр убрала флешку во внутренний карман сумки.       — Темноволосая девушка, карие глаза в свитере.       — Вообще ничего не даёт это описание, — протянула девушка, вертя в руках бумажный стакан. — Таких в НИКНС каждая вторая. Возможно, она работала не одна. В любом случае, нужно предупредить Ллойда и Коула.       В нише, где они сидели, было тихо. Голоса посетителей и шипения кофеварки были будто где-то вдалеке. Девушка нахмурилась, рассчитывая возможных людей, но, не имея какой-либо другой информации, она не могла четко понять кто же это был. В любом случае это будет иметь серьёзные последствия.       Терпкий аромат кофейни успокаивал возбужденный разум Клэр Робертсон, в чьи проблемы вписался слив информации в общий доступ. А ей просто хотелось окончить этот год без каких-либо событий и, забрав документы, перевестись в свою старую школу, к которой она и относилась по месту жительства.       — Что случиться, если эти данные опубликуют? — прервал поток её мыслей блондин.       — Случиться что-то плохое, — мрачно закончила студентка.

***

      Вернулась она домой ближе к вечеру, когда солнце зашло за дома и заводы, а на темно-синем небе с ободками голубого цвета засверкали звёзды. Когда Клэр вошла в квартиру, было тихо. А свет лился из кухни. Бросив сумку у двери девушка направилась туда, однако сенсея не обнаружила. Решив, что он медитирует на крыше, Робертсон вспомнила о разбитом горшке и брошенных принадлежностях в теплице, да в принципе её нужно было закрыть.       Поднявшись, она обнаружила вещи на стуле, а горшка не было на месте. Вероятнее всего, Ву их уже давно убрал. Девушка почувствовала холодок спиной и резко обернулась, готовясь нанести удар по человеку сзади. За ней стоял старик без своей привычной шляпы. Когда-то её пугала тишина, с которой передвигался Ву, но сейчас она как-то даже свыклась с ней. Однако это всё также выглядело жутко.       Робертсон расслабилась, но своё раздражение скрывать не стала перед старым учителем. Она взяла свои вещи и села на стул, ожидая, как заговорит дедушка и отчитает её.       — Зря дала слабину, Кларисса, — произнес он.       — В тысячный раз говорю, что биться с вами, дедушка, я не собираюсь, — ответила она.       — А зря. Всё же я знаю о твоих планах на это лето, — спокойно сказал Ву, смотря на девушку. Она особо-то и не сковало это.       — И? Запретите? Запрете? — Клэр вскинула бровь. Её отец исчез бесследно пятнадцать лет назад, оставив девочку у Ву. Возможно, его не было в живых. Да и Робертсон его не винила. Он сам был пылок и молод, гнался за несметными богатствами, мечтал о щедрых дарах судьбы. И уж тем более мужчина не был готов к семье и воспитанию детей. — Я в любой момент могу воспользоваться приглашением Лорда.       — Одного я уже отпустил туда. Ещё одного терять я не хочу, Кларисса, — прозвучало это с нотками грусти, не присущей вечному оптимистичному и мудрому сенсею Ву. — К тому же, в моем брате может и есть что-то хорошее, но осталось ли оно в нем спустя столько лет.       — Вряд ли если учесть, что он ни разу не навестил своего сына в течении последних десяти лет. Тем не менее он оплачивает всё это хозяйство, — ответила розоволосая девушка, встав со стула.       — Возможно, он так пытается откупиться от меня, — улыбнулся сенсей.       — Или от меня, оставив меня без отца, — произнесла девушка, взяв Ву под руку, раз уж тот оставил свой посох на кухне. Он старел медленнее обычного, но годы всё же брали своё.       — Я знаю, ты всё равно уйдешь без моего ведома. Я бы хотел продолжить твое обучение с остальными ребятами.       — Только не с остальными, дедушка. У них там своя туса. У меня своя, — помотала головой. — К тому же у нас появились кое-какие проблемы.

…Дорогой не дневник.       У нас проблемы, и они серьезнее, чем я полагала. Вместе с теми данными на флешке, всплыла и база мастеров стихий, о которой Зейн меня не предупреждал. Вместе с Ллойдом и Коулом ко дну пойдут все остальные. В готовой кем-то из студентов статье о происшествии фигурирует чуть больше человек, чем один. Риск большой, что его всё же опубликуют. Коул и Ллойд могут получить реальный уголовный срок за убийство двоих парней и теракт в том числе. Если это не уляжется, придётся идти на крайние меры…       Написать отцу Ллойда…