Цвета Радуги

      Поздним вечером, когда за окном сверкали рекламные вывески на офисных небоскребах недалеко от общежития Зейн доделывал своё затянувшееся на неделю задание по физике, когда в комнату ворвался Коул. Тяжёлым грузом он рухнул на свою нижнюю кровать. Он тихо простонал. Потом ещё раз чуть громче. В третий раз это был демонстративный стон, чтобы привлечь внимание сосредоточенного на домашней работы блондина.       Зейн лишь тяжело выдохнул и лениво бросил взгляд на своего соседа, что уже сидел на кровати, вальяжно раскинув ноги чуть ли не на всю комнатушку.       — Я устал от этих занятий, — начал он вновь старую добрую тираду, что приходилось каждый вечер слышать Жульену.       — А как же прекратить на них ходить? — задал резонный вопрос блондин. Он рад, что его друг чем-то занят, но слушать порой было его невыносимо. Хотелось скорее выйти в окно, чем выслушать, как вновь ему нанесли удар со спины на занятии, как неудобно в руке лежит боккен и так далее по списку. При чем список не сильно отличался день ото дня.       — За мной следить одна особо каждый день. Ты точно придёшь сегодня? — он изобразил тонкий голосок. — Словно бы что-то изменится, если я не приду на тренировку сегодня или завтра.       — А кто это? Если не секрет, — Зейн развернулся в его сторону, сейчас ему действительно стало интересно. За Коулом не мало людей, видимо, следило. С этой точки зрения, он просто золото для многих.       — Да, ты её, наверное, не знаешь, — замялся брюнет, отводя взгляд куда-то в потолок. Зейн было расстроился, что их беседа пришла к тупику, так как сосед случайно ляпнул не то, что хотел в конечном итоге сказать.       — Может и знаю, — разочарованно произнес блондин и вернулся к формулам в тетради, которые уже плыли перед глазами в диком танце. К тому же ныла рука и жглась на шве между локтем и металлом. Он недовольно закрыл тетрадь. Зейн так и не решил проблему с охлаждением протеза.       Взявшись подолом футболки за руку, он аккуратно открепил её и бросил в воду на подоконнике, которая тут зашипела. Он устало бросил взгляд на кусок металла, что мирно покоился в тазике.       — Вообще никак не получается? — устало спросил Коул, разлегшийся уже на кровати.       — Я работаю над этим, — протянул он, смотря на лестницу, ведущую на второй ярус. Он испытывал нечто сравнимое с яростью, когда приходилось подниматься наверх. Раньше с этим не было проблем, и ему это даже нравилось. Однако сейчас всё иначе. — Почему мы с тобой не поменялись до сих пор?!       — Потому что мы оба боимся, что я раздавлю тебя, если кровать мен не выдержит, — ответил Баккет, уткнувшись в свой смартфон.       — Это так не работает знаешь ли, Коул, — фыркнул Зейн, приложив усилия подтягиваясь на одной руке вверх. Узенькая железная лестница была непрактичной в подъёме и уж тем более на спуске. Сложно было ухватиться за скользящие серые бруски стали, пока пытаешься закинуть ногу на первую ступеньку.       С трудом поднявшись, Зейн рухнул на мягкий матрас, приложив горячую щеку на холодную подушку. Его оставленный включенным на столе светильник выключил сосед, запрыгнув после обратно на кровать, от чего конструкция пошатнулась. Жульен как-то привык этим кочкам на лежачем месте. Минус был лишь в том, что наверху не было розетки, чтобы отписаться Пиксал о сегодняшнем дне или листать новостную ленту перед сном, как это делал Коул. Нет, он всегда оставлял свой телефон внизу на столе. Однако и у этого были свои плюсы он быстрее засыпал и легче просыпался по утрам.       Оно же и начиналось с беготни в коридоре опаздывающих парней и девушек на предстоящее занятия. Зейн никогда никуда не спешил, никуда никогда и не опаздывал. Даже в самый последние минуты он сохранял хладнокровие, спокойно направляясь в кабинет, где состоится их урок. Однако этим утром всё начало идти не в его пользу.       Встал блондин необычно рано для себя, чтобы откалибровать руку, наладить какие-то системы. Соседа тогда уже не было. Насторожившись, он бездумно смотрел на часы в телефоне. Время было половина шестого, солнце только-только выглянула за розовым горизонтом и стеклянным здания, а Коула уже не было. Для себя Жульен решил, что друг отправился на те самые загадочные занятия с утра или хуже того… На пробежку.       Отбросив прочие мысли, он сосредоточился на руке. Минуты и секунды шли, утекая сквозь пальцы, словно песок. За дверью началась привычная слуху беготня, но даже это его не насторожило. Было упорное желание разобраться с нависшей проблемой, однако с каждой безуспешной попыткой Зейна покоряла неистовая ярость, что рвалась изнутри, как клубок красных горестных ниток. Блондин бросил руку во входную дверь.       — Бесполезный кусок металла, — процедил он, вскочив со стула и толкнув его к окну. В какой-то момент ему показалось, что комнате стало в разы холоднее, словно система отопления дала сбой и вместо тепла им начали подавать холод. Куда страннее стало, когда на щеку разгорячившегося парня упала крохотная снежинка. Наблюдая за маленькой зимой в комнате, он и не заметил стихший топот и выкрики студентов. Только уведомление на телефоне, привело его в сознание.       До занятия осталось десять, а то и меньше минут. Впопыхах он натянул на себя форму и злосчастную руку и выбежал из комнаты, на ходу закидывая выхватившие со стола учебники и тетради. Зейн бежал, что есть силы. Мимолётно показал свой пропуск вахтёру, пролетел переход, сталкиваясь и извиняясь студентами. Всё время он смотрел на время быстротечна, на сменяющихся цифрах электронных часов.       Он влетел в кабинет после звонка, что стало поводом его остановить у жёлтой лакированной двери в кабинете прикладной физики, преподаватель которой был не из самых простых и лёгких людей в колледже. Мужчина восседал над студентами за своим дубовым столом в твидовом пиджаке, поправляя периодически очки и оглядывая небольшой класс сквозь них.       — Опаздываем, мистер Жульен, — произнес он, словно плескался ядом на него.       — Я опоздал на пятнадцать секунд, — уточнил парень, пытаясь отдышаться после марафона. Он оглядывался в аудитории. Три ряда парт на каждой стоял набор для практической по статическому электричеству: батарея, амперметр, вольтметр, ключ, лампочка и красные, синие провода. Всё за пять минут успели разбиться по группам. Смуглая девушка с серебренными волосами, что оттеняли её сиреневые глаза. Она неверно улыбалась Зейну, морально поддерживая в этом небольшом инциденте.       — Сегодня пятнадцать, завтра минута, потом час, а после и во все пропуски, мистер Жульен. Все с чего-то начинают, — проговорил он спокойно, раскачиваясь на своем столе и положив сцепленные руки на стол. — Эх, садитесь. Минус пять баллов.       — Извините за опоздание и спасибо, — проговорил Зейн, сев возле Пиксал, которая лишь своим видом давала знать, что ей очень жаль.       — Все нормально, подумаешь минус пять, — приободрила девушка.       Но даже она понимала о чем шла речь. Баллы определяли то, куда он попадёт на практику в следующем месяце, то есть через неделю. И даже один крохотный минус отдаляет Зейна от заветной стажировку у Борга, к которой стремились они вместе с Пиксал.       — Итак, как вам известно, на следующей неделе меня не будет, поэтому список направлении я обозначу сегодня, — произнес громко он. Зейн напрягся и вжался в стул. — Итак, Пиксал Борг — Борг инк, Джереми Дуглас — Чэн индустри, Зейн Жульен — Рэнд компани, а был так близок к Борг инк.       Далее слушать смысла не было. На букве «Р» что-то внутри парня треснуло: его доверие и вера. Он не был из тех, кто обижался на жизнь и людей. Но на профессора Уилмана ненависть он питал. Всё же это было нечестно. Зейн опоздал всего на пятнадцать секунд. Это ничто, за это время он лишь говорит: «Здравствуйте» или делает глоток кофе. Он не смел лишать его такой возможности. Не смел.       — Как-то холодно стало, не находишь? — вывела его из размышлений девушка. И вот, вновь этот холод. Он не имеет природного происхождения, словно бы тот был создан.       — Есть такое, — произнес блондин, слегка успокоившись.       — Не расстраивайся, Зейн. Подумаешь Рэнд компани. Они ведь дочерняя компании моего отца, — она лёгким движением коснулась его плеча.       — Да, но не этого я хотел, — ответил он, накрыв её руку своей ладонью. Кажется, в самые печальные и горестные моменты его могла утешить лишь Пиксал. Какой же она несуразной была, когда они лишь познакомились. С годами ничего толком не изменилось, но девушка вытянулась стала изящнее, сохранив прежний взгляд на этот мир. Кому хотелось огорчаться, когда рядом было такое солнышко?!       На обеде они сидели одни, так как Джей, Коул и Ния сидели с Ллойдом за одним столом. Его немного удивило, ведь никто прежде с этим парнем толком не общался, а сейчас к нему тянулись. А стол вроде как всё ещё работающего клуба робототехники пустовал.       Зейн отторжено игрался с горохом в тарелке, пока Пиксал рассказывала, как прошли её выходные.       —… В общем, он чуть целую лабораторию не спалил, — завершила долгую историю девушка, едва сдерживая смех. Блондин же слабо улыбался и издавал смешок. День казался ему изрядно паршивым.       — Можно к вам подсесть? — спросила розоволосая девушка, подойдя к их столу.       — Да, конечно, Клэр, — ответила Пиксал. — Это, что теперь стол клуба настольных игр?!       — Похоже на то, — улыбнулась девушка.       — А почему ты не с ними? — спросил Зейн, не отрывая взгляда с соседнего столика.       — Я не из их среды, к сожалению, — тяжело вздохнула Клэр. — Моя обязанность лишь следить за ними. Мастер шпионажа и всякое такое.       — Где проходишь практику? — спросила Борг, пытаясь сменить тему.       — У своего дедушки. Месяц валяния дома, не прекрасно ли?! — ответила Робертсон.       — А почему так?       — Ну, он вроде как держит музей, которым заправляет моя двоёродная бабушка. К тому же Ву видел времена, когда только родились ваши бабушки и дедушки, — проговорила она, поглощая салат.       — Интересно, — протянула Пиксал, заглядываясь на Зейна, что не мог оторвать взгляда от своих друзей. Клэр настороженно оглянулась вслед за Зейном. — Почему ты на них смотришь?       — Просто интересно. Из-за их занятий мы практически не собираемся, а конкурс очень скоро, — холодно ответил парень.       — А почему вы просто не представите твою руку? — указала вилкой девушка на механическую руку.       — Она не законченная. Вечно перегревается.       — Охлаждай её сам, — сказала, зевая, Клэр, чем вызывала непонимание со стороны пары.       — Что?       — Что слышал. Повторюсь, я мастер шпионажа. За людьми я не просто так слежу. Ну… За тобой я не следила, даже не думала об этом. Но поступила наводка со стороны, что ты вполне вероятно такой же как они, — она указала на соседний столик.       — В смысле «такой же как они»? — обратилась Пиксал к Зейну.       — Понятия не имею, честно говоря, — ответил тот, пребывая в непонимании.       — Вы историю на своем направлении вообще изучаете? — слабо улыбнулась девушка.       — Не глубоко, а что?       — А то, что надо бы знать историю образования острова Ниндзяго и его основателе. ПМК был мощным магом. У него всего три наследника осталось на данный момент. Вся же остальная мощь после смерти рассеялась по контенту, наделив определенных людей магиями стихий. Позже они же объединяются в Альянс, чтобы изгнать из этого мира другую главенствующую расу — Серпентинов. Если так подумать, за границами городов в диких лесах полно различных смешанных животных. Но это другая история, — закончила трапезу девушка. — Обычно я такое не рассказываю носителем, но тебя я хоть из клуба знаю и понимаю, как ты отреагируешь. А остальные меня немного пугают. У них одни из самых мощных сил.       — Ты приводишь эту беседу к тому, что я мастер холода? — заключил Зейн, вспоминая сегодняшний день.       — Да, во всяком случае тут так написано, — девушка бросила ему пожелтевшую папку. — Если бы сразу кинули стопку этих папок, я бы не мучилась с остальными.       Зейн осторожно открыл её. На первой странице была его детская фотография из роддома. Непонятно, откуда у владельцев этой папки взялась вся информация о нем: о месте рождения; семейном древе по стороне биологических родителей; о которых он особо и не размышлял; какие-то сводки из новостей. Всё это вызывало смешанные чувства: недоумения и некого рода страх, что такие папки существует на всех персон, у кого-то одного человека в руках.       — Откуда? — выдал он, сорвав голос.       — Понятия не имею. Самое стрёмное, что такие папки есть на многих людей, в том числе и на меня, — ответила девушка с серьезными тоскливыми глазами. — Представь, что кто-то нарыл запись с камер в тот день, собрал такую базу о Коуле и Ллойде. И пустит по экранам школы в отместку за любого студента, что пострадал в тот день.       — Бум, — завершил Зейн, закрывая папку и возвращая её Клэр.       — Действительно, бум, — Робертсон убрала папку в сумку. Зейн перевел взгляд на Пиксал, которое кажется переваривала всю услышанную тут информацию. Как обычно это бывало пустыми глазами. После она резко оживала и мотала головой.       — Что?! — вскрикнула студентка. — Я ничего не поняла из вашей беседы.       — Думаю и не нужно, Пиксал. Ради своей же безопасности, не вдавайся в подробности, — заверила розоволосая девушка, закончив трапезу. — После занятий перед зданием колледжа, Зейн.       Слова девушки не выходили из головы до конца занятий: что, как и зачем? Он попрощался с Пиксал перед зданием их колледжа и, поглядывая на часы ожидал девушка. Зейн и представления не имел, куда собралась его отвозить Кларисса да зачем.       Девушка вылетела из школы, чуть не споткнувшись у самого начала лестницы. Она резко остановилась и более спокойно спустилась по ступенькам.       — Не само изящество, после больницы набрала вес, скинула, а потом вновь набрала. Теперь меня за это упрекают, — добавила девушка, как ни в чем не бывало.       — По-моему, ты какой была такой и осталась, — произнес Зейн.       — О, спасибо. Но и я как-то не против, однако это немного мешает моим тренировкам, — сказала Клэр, направляясь к остановке.       — Так, ты тоже тренируешься с ребятами? — спросил блондин, следуя за девушкой.       — Что?! Нет-нет-нет, отдельно. Мы сейчас поедем ко мне, познакомишься с другими мастерами и сенсеем, — энергично замахала руками девушка, вместе с тем поднял и небольшой теплый ветер, которого не должно было быть по прогнозам.       Вдоль горизонта сгущались тёмно-серый тяжёлый облака, а в городе стояла духота и жара, в противовес которой и был тот самый ветер. Зейн оглянулся к зданию их колледжа: часть студентов потоком покидало её через входную дверь, часть через стеклянный переход над проспектом. Из маленьких заведений и магазинов в перемешку доносилась музыка, где-то гудели машины и автобусы в пробках.       Такая же невыносимая жара стояла в вагоне трамвая, что мчался по железным путям, возвышающимся над городом. Блондин стоял у окна, откуда дул ветер, рядом стояла запотевшая девушка, снявшая плотный школьный пиджак.       — Терпеть не могу эту форму, — отметила девушка, убирая мокрую прядку волос со лба.       — А мне нравится. Не приходится париться с внешним видом и не выдавать отсутствия у тебе денег на брендовую одежду, — отметил Жульен. — По статистике школьники часто обращают внимание на то, где была куплена тот или иной элемент гардероба. И дешёвая футболка с рынка, какой бы классной она не была, вызывает к себе негативное отношение.       — Ну, подростки и дети сами по себе очень агрессивные существа, с ними лучше не ссориться в лишний раз, — пожала плечами студентка, очевидно, сконфуженная ответом блондина.       Зейн перевел взгляд на сменяющиеся пейзажи за форточкой. Его качнуло пару раз на повороте и спуске. Вышли они как раз ближе к концу маршрута напротив трёхэтажного низенького дома, где все окна на третьем этаже были открыты и доносилась музыка.       — Дедушка отошёл что ли?! — спросила себя вслух девушка. Вопрос очевидно не требовал ответа.       Они поднялись на третий этаж и вошли в единственную дверь на лестничной площадке. Скинув сумку и сняв обувь, Клэр побежала в дальнюю комнату в конце коридора. Зейн же медленно, оглядываясь по сторонам, снял ботинки и прошел чуть внутрь, остановившись у открытой двери, откуда и доносилась вероятно музыка. Как оказалось это был целый оборудованный под дзюдо зал с на половину мягкими полами. Вдоль стен стояли муляжи оружия и тренировочные манекены. В углу находился хороший музыкальный центр и стеллаж с пустыми полками. У окна сидели два человека: Джей и Ния, которые даже не заметили Зейна. Он направился туда, куда ушла Клэр.       В кухне никого не было, а на углях кипел чайник. Девушка беспечно поглощала свой полдник на тарелки, сидя на кухонной гарнитуры.       — Садись, сейчас сделаю чай, — ответила она полным ртом. Поставив около себя тарелку Кларисса подбежала к огромному стеллажу, заполненный различными чайными коробками. — С чем будешь?       — А с чем есть? — спросил Зейн, растерявшись.       — Эм, всего не перечислить. Могу предложение с медом и имбирём? — парень кивнул. Она достала из холодильника нечто вроде фруктового льда и бросила его в чашку и залила кипятком, после протянув его Зейну. Себе же в стакан она кинула другое мороженое. — Не говори остальным, что у меня есть такой чай.       — Почему? — удивился парень, размешивая свой получившийся чай. На дне чашки плавали кусочки имбиря и какой-то ягоды. Он сделал глоток и жгучее тепло потекло по всему телу. Странное, но приятное ощущение.       — Этот чай очень затратный, я его обычно делаю для себя. Ву не понравилось, когда я впервые дала ему его, — прошептала она, выпивая чай. Из зала начали доноситься громкие голоса и смех. — Пришли.       Звучало это немного досадно и раздражительно.       — Я ничего против не имею, правда, только они не используют меня как официант, что подаёт чай, — улыбнулась девушка. Она посмотрела за спину Зейна, из-за чего он посмотрел последовал за её взглядом. По лестнице спустился старик в белом кимоно с тростью.       — Уже вернулась? — протянул он, проходя на кухню. Он сел рядом с Зейном. — Здравствуй. Зейн полагаю.       Парень кивнул. Клэр протянула чашку старику.       — А вы?       — Сенсей Ву, буду тебя обучать, — проговорил он.       — Чему?       — Кларисса, ты разве ему не всё объяснила? — он обратился к девушке.       — Сами всё и объясните, — улыбнувшись она, удалилась.       — Управлять твоей силой, — тяжело вздохнул он. — Интересная у тебя рука, Зейн.       — Она механическая, своей у меня больше нет, — сконфуженно ответил блондин, не до конца понимая, что происходит. Мужчина лишь томным взглядом изучал его и ровно дышал. Почесывая свою длинную седую бороду, он заключил:       — Не беда. Знавал я одно мастера боевых искусств, интересный мужичок был. Мог любого уложить и без рук, которые ему отрубило, как на цеху. Сколько крови-то было, — Ву помотал головой и усмехнулся, когда Зейну история не казалась нисколько веселой, от неё у него свело живот и, кажется, визуализации отрубленных рук пошла ему не на пользу. — Идём, познакомишься с остальными.       Сенсей неспешно, опираясь на трость пошел по коридору до того самого зала, предварительно заглянув в одну из комнат рядом с ним. Из неё выскочила Клэр в зелёной короткой рубашке и оливковом комбинезоне. Она ошарашено посмотрела на Зейна, отчего ему стало не по себе и тут же скрылась за дверью. Как показалось парню, девушка ругалась за ней.       В зале уже была вся компания из столовой и ещё один парень, что был на вид старше всех здешних школьников. Они расположились на подоконниках с открытыми окнами, в ожидании начала занятий. Как только Ву переступил порог, ребята выстроились в ряд по росту, прекратив все разговоры.       — Представляю вам последнего мастера, — он указал на Зейна, что чувствовал себя несколько неловко в этом зале. Он нервно дёргал свою рубашку на левой руке, пытаясь как-то скрыть руку. — Зейн, мастер Льда. Прошу принять его тепло.       — Привет, — протянул парень. Он взглянул на своего соседа, что стоял с самодовольной улыбкой, а темные глаза блестели. Возле него Зейн и встал, так как подходил по росту.       — Сегодня у нас необычное занятие, — произнес мужчина. — Азы вы уже знаете, оружие подобрали более или менее. А теперь вам предстоит первый бой на бокенах.       — С кем? — подал голос самый старший в ряду. Зейн перевел взгляд на него: взъерошенные каштановые волосы, широкие плечи и загорелая кожа, под правым глазом был едва заметный шрам.       — Хороший вопрос, Кай. Я не завершил. Бой будет проходить раундами. Сперва вы сразитесь друг с другом и потом с нашим гостем, — спокойно ответил сенсей. — Так как, Зейн, ты у нас новенький. Тебе придется лишь смотреть.       Зейн кивнул. Ко всему прочему его внешний вид был явно не рассчитан на битву: рубашка и классические брюки. Он отошёл в самый край зала у входа и сел на низкую скамью. Всё разделились по парам и Коулу в конечном итоге остался один. Он размахивал бамбуковой катаной, ударял по пустоте. Пару раз переглядывались с Зейном, который показывал большой палец и скромно улыбался.       Неожиданно рядом с ним материализовался девушка в черном кимоно с зелёными тиснениями, сама рубаха была повязана на талии. Зейн вскинул бровь, на что Клэр лишь отмахнулась.       — Терпеть не могу его, — ответила она себе под нос.       — Почему? — спросил блондин пытаясь разобрать элементы на брюках, пока сама же девушка заматывала свои руки белой лентой.       — Оно, безусловно, красивое, но меня столько раз прилетало в нем бамбуковыми катанами. А это знаешь ли дико больно.       — Ясно, будешь мягче с ребятами?       Девушка лишь загадочно улыбнулась и достала с крайней стойки деревянный меч с серо-зеленой рукоятью и орнаментом на «лезвии». Она лёгкими движениями рассекла воздух и весьма уверенно держала бокен в руках. Часть ребят так и не заметили её, кроме Коула, что подошёл к Зейну. Он весь горел и сиял, чуть ли не прыгая на своем месте.       — Обсудим, это в общаге, — холодно отрезал Зейн, ожидая поток вопросов соседа. Коул немного осекся и стоял уже более спокойно.       — Я даже сказать ничего не успел, — раздосадованно произнес Баккет и вернулся тренировке.       Спустя минуты пять все уже сидели на скамье, а Ву стоял перед ними, объявляя кто с кем сразиться. Зейн отодвинулся ближе к окну, так уж получилось, что все эти сражения ему были скучны, и он с удовольствием бы посмотрел на недвижные монотонные дома, за которыми дымили старые заводы. За черными столбами дыма надвигались тяжёлые грозовые тучи, грозно оповещая об этом громом и проблесками молний. В этой тишине иногда мелькал трамвай, мчащийся по дорогам обратно в город, и несколько детей, что беспечно гнались друг за другом на велосипедах.       Зейн вновь вернулся лицезреть первый бой ребят, который казался обречённым по тяжёлому взгляду их учителя и лёгким победам его внучки. Казалось, что даже ей это было скучным. Она устало отбивала удары и на два движения отнимала бокены. Действительным, противником ей выступил Кай, что упорно старался нанести удар по ней или же отбить оружие. Никто из них не сдавал позиций, и девушка очевидно проигрывала ему. Всё увлеченно включились в битву, даже Ву начала поглядывать на всё с некой надеждой.       Раздался гром, потрясший целое здание, а в зал рванул холодный ветер. Стекло в одном из окон разбилось с ударом рамы о стену. Это отвлекло Кая и Клэр ударила бокеном по пальцам, после чего тот выронил свое оружие, махая и ругаясь себе под нос. «Бамбуковые катаны больно бьют», — подумал Зейн, наблюдая за довольной девушкой.       В какой-то миг размышляя над этой короткой минутой, блондин посчитал странным, что ветер весьма удачно ворвался в комнату, в ту самую пору, когда Клэр проигрывала. Нахмурившись, Зейн оглядел всех сидящих здесь. «Могла ли быть Кларисса сама мастером?», — задался он вопросом. Ответ он могу узнать, возможно, лишь у двоих: у неё самой и сенсея Ву.       — Завершим на этом наше занятие, надвигается сильная гроза вы можете не добраться до дома. Для безопасность, предлагаю вам и во все остаться у нас на ночь, — произнес учитель.       — Нет, мы поедем домой. Благодарим за урок и предложение, — ответила Ния, утянув с свой Кая. Соответственно, все решили разойтись домой, кроме Ллойда, которого Ву всё же уговорил остаться.       Пока все разошлись по квартире, Зейн вернулся в прихожую, где ожидал своего соседа, который вскоре присоединился к нему.       — Классно же, скажи? — произнес он, выходя из дома.       — До свидания, сенсей Ву, — громко попрощался Зейн с новым учителем, пересекая порог дома.