Влюбиться в эгоиста

       Как тяжело просыпаться вечером, когда заснул днём. Ощущаешь чувство потерянности. Так некомфортно почему-то. Особенно, когда засыпаешь в позе эмбриона на диване. Спина болит — кошмар. Сколько времени? 18:41, мать его. КАКОГО ЧЁРТА?! От Туманова ни слуху ни духу. Он должен был прийти ко мне ещё четыре часа назад! Так, а когда он был онлайн? В 13:05 был в сети. Он поехал ко мне и заблудился? Или что? Или это очередной развод для лохушек? Мог бы хотя бы написать, что пошутил, я бы не так сильно заморачивалась. Экая наглость! Лгун! Ну и ладно, я и в одиночку скушаю, этот прелестный торт.

***

POV Илья.        Эти мрази хуячат по нашим головам, отбиваюсь, как могу. Удар за ударом. Блок за блоком. Ловя очередной кулак и успевая защитится, я краем глаза замечаю, что Вани позади нет. Блять, его где-то бьют, я не могу его оставить. Надо вернутся. Надо ему помочь. Я пробиваюсь из толпы назад. Что это? Нет. Нет. Мне в глаза бросается лужа крови и блондинистые волосы. Твою, сука, мать. Это Ваня! Ублюдки! Я вас сотру с лица Земли. Ярость закипает во мне мгновенно. Ярость и обида, боль и злость. Он лежит, я даже не знаю мёртвый или нет. Дышит или нет. На глаза наступают скупые слёзы. Но гнев перебивают их. Я неистово бью в морду этим сукам. Каждый, блять, каждый поплатится за моего брата. Я лично задушу того, кто это сделал. Ублюдки так и лезут под руки. Швыряю их налево и направо, швыряю одного в другого. Мои глаза залились кровью от вселенского гнева. Я наконец-то выбрался из толпы. Кричу, зову его, а признаков жизни так и не проявляются, лишь одна улыбка на лице. Его руки, мои руки все в крови. Всё в крови. Хочется орать до потери голоса, хочется убить нахуй этих тварей, хочется сдохнуть. Ком в горле скопился. Снимаю с себя футболку, рву её по швам и крепко-накрепко завязываю запястье, алая кровь пропитала кусок ткани. Он ещё дышит, дышит. Слабый пульс есть. Я быстро вскакиваю и поднимаю Ваню на ноги, облокачивая его руку на плечо. Кричу так сильно, насколько есть мочи, на помощь. Жека оборачивается и видит нас. Он нахуй расталкивает этих нелюдей. И во всю глотку орёт: «СТОП!» Все останавливаются, затихают, замалкивают. — Вова, звони в скорую, быстро! — скомандовал Платов, — Блять, Клык! Выходи, падла, выходи, мразь, иначе я твою бошку оторву и скормлю собакам! — свирепо прорычал он. — У-у-у, какие мы злые. Что такое? Изрезали вашего плешивого? — гадко пискнул Клык. — Ты — покойник, мразь. — единственное, что успел услышать этот конченый, поскольку Жека буквально полетел к нему и моментально зарядил серию ударов в лицо. Клык свалился, все лицо в крови. Месиво. Слышится мигалка скорой и… полиции. Эти ироды как услышали приезд полицейский, гурьбой свалили нахер в лес, мудаки. Ваню положили на носилки. А полиция стала допрашивать каждого из нас, кто, что видел. Орудие преступления сразу нашли — перочинный ножик, весь в Ваниной крови. Допрос продолжался ещё около часа. Конец POV.

***

       Жевать в одиночестве шоколадный тортик очень грустно, знаете ли. Обидно, что Туманов, даже не предупредил меня. По-любому где-то в клубе бухает во всю и тёлок клеит. Где же ещё может быть наш звёздный мальчик? Фу, противно. Я ведь считала его порядочным, а я как всегда наивная, слепая дура. Розовые очки только сейчас стали трескаться. Скушав три кусочка сласти, оставшееся я убрала в холодильник. Эх, придётся отрабатывать это «шоколадное чудо» завтра вечером. Ля, точно, завтра же универ. Вот чёрт, как выходные быстро пролетели. А что хоть задали.? Та-а-к, надо бы… О, Юлька звонит. — Алло, Юль, привет, — начинаю я, — не поверишь, представляешь, значит, готовлю тортик, и тут Туманов пишет, что он тоже хочет лакомство, ну я по инерции пригласила его к себе, представляешь? Я. Пригласила. Адрес дала. Торт готов. Сижу жду, час, два, никого, в итоге заснула. Ну и что ты думаешь? Проснулась время уже семь вечера! Такую наглость я в жизни не видела, как можно так? Ну разве это нормально? -… — Алло, Юль, ты меня слышишь? — Туманов в больнице.