Полдюжины танцев (Half a Dozen Dances)

      Джон зевает, спускаясь по лестнице, и обдумывает возвращение обратно в постель. Он уже не так молод как раньше, и бессонные ночи берут своё. После короткой внутренней дискуссии яркий аромат кофе переубеждает. Если повезёт, Шерлок ещё не выпил его весь.       Джон видит друга на кухне, одетого в синий шёлковый халат и хлопковые пижамные штаны, сосредоточенного на фотографиях, застилающих большую часть кухонного стола. И там действительно свежий кофе в его любимой кружке.       — Твой завтрак в духовке, тёплый, — отвлечённо бормочет Шерлок, перебирая фотографии.       Джон моргает, поднося кружку ко рту, и с его губ срывается шёпот: «Шерлок приготовил завтрак?»       Ватсон осмотрительно принюхивается, пытаясь уловить запах дыма или химических веществ, но обнаруживает только затяжной аромат тостов и бекона. Что ж, квартира на месте, ничего не кажется повреждённым. Он достаёт тёплую тарелку из духовки, которая тоже выглядит безопасно.       Джон решает не садиться за стол, на данный момент выступающий в качестве витрины, а опереться на противоположную столешницу.       Немного насладившись виднеющимся под халатом торсом Шерлока, он, прихлёбывая кофе, стремится вернуть свой мозг обратно в строй и, наконец-то, спрашивает:       — Что это?       — Эти снимки тел мне переслала Молли. У обоих наших жертв незадолго до смерти был анальный секс. Также у обоих — отметины на спине. Скорей всего, царапины от ногтей. Достаточно глубокие, Джон, что должны были кровоточить, но крови не обнаружено ни на одном из тел.       — Могли быть царапины сделаны уже после смерти? Тогда бы не кровоточили.       Шерлок держит фотографию на расстоянии вытянутой руки, щурится, крутит со всех сторон, пока не находит подходящий для него угол.       — Нет, я так не думаю, — Холмс берёт другую фотографию и поворачивает её рядом с первой. — Однако, лучше проверить. Идём Джон, мне понадобится твоя помощь.       Джон оставляет свой завтрак и следует за Шерлоком в гостиную.       — Ложись на пол.       — О, я снова должен быть трупом? Обожаю эту роль. — Ватсон усаживается на ковёр.       — Давай без сарказма, Джон, тебе не идёт. На этот раз ты будешь убийцей. Мне нужно, чтобы ты лёг на спину.       — Хорошо, что ты — ахх! — Джон издаёт неприличный стон удивления, когда Шерлок садится ему сверху на бёдра.       Вот чёрт. Нет. Нетнетнетнет. Мёртвые щенки. Гноящиеся раны. Представь что-нибудь!       — Шерлок, что, чёрт возьми, ты делаешь?       — Я должен определить точную позицию и угол, под которым были сделаны отметины. Положи руки мне на спину и согни пальцы, как будто царапаешь меня в момент страсти. — Шерлок схватил запястья Джона и направил себе за спину.       Только тонкий шёлк халата отделяет пальцы Ватсона от тёплой кожи Шерлока и гибких мышц за ней. Господи, когда это стало моей жизнью? Думай, думай, думай. Автокатастрофы. Дикие животные. Майкрофт.       Шерлок начинает поворачиваться телом туда-сюда, как бы в поиске соответствия позы, но в действительности вызывает только много совершенно ненужного трения.       Боже, нет. Толстые женщины. Злые толстые женщины. Отрубленная голова в холодильнике на прошлой неделе. О, пожалуйста, пусть я не выставлю себя полным идиотом.       Шерлок слегка наклоняется вперед и выгибает спину.       Да ты издеваешься надо мной! Спасение-репутации-стратегиями-лицо Джона испарилось в никуда. Голова закружилась, когда кровь опустошающе покинула мозг, очевидно, решив, что имеет срочное дело в другом месте.       Нет абсолютно никакой возможности скрыть реакцию тела без физического отстранения от себя Шерлока, но Ватсон парализован сочетанием возбуждения и чистого, абсолютного ужаса. Выражение его лица застывает, глаза плавно закрываются, покоряясь неизбежному.       Шерлок сидит неподвижно. Джон знает, что тот уловил суть вещей.       Он понятия не имеет, как Шерлок может отреагировать. Затаив дыхание, Джон ждёт острой фразочки, удивления, душераздирающей неловкости или любой из тысячи других реакций. Единственное, в чём он точно уверен, так это в том, чего Шерлок не станет делать — игнорировать происходящее, оставив Джона с каплей достоинства.       Минута проходит в молчании. Ещё одна.       Затем, прямо там, напротив своего паха, он чувствует ответный импульс.       Ощущение настолько удивительное, что Джону нужно время, чтобы разобраться, что именно произошло, и в этот момент чувство набухания другого члена напротив своего становится ещё более выраженным. Глаза Ватсона автоматически распахиваются, встречаясь с теплом, отражающимся в голубовато-зелёных очах партнёра.       Руки Джона по-прежнему сжимают спину Шерлока, ногтями впиваясь в гладкую кожу через незначительный шёлковый барьер, но ему всё же удается прекратить подталкивать свои бёдра к его.       Взгляд Шерлока секундно становится пустым, за чем незамедлительно следует озарение.       — Да, — говорит Шерлок с придыханием. — Это было идеально, Джон. Спасибо.       Детектив легко поднимается на ноги и уходит обратно на кухню к своим фотографиям.       — Они находились именно в этой позиции, когда появились отметины, следовательно, были живы на тот момент. Но зачем мыть тело перед тем, как избавиться от него? Сама по себе кровь не была бы важна. Что помимо крови нужно было устранить?       Потрясённый Джон лежит на полу. Интересно, Шерлок осознанно игнорирует только что произошедшее, или он был настолько отвлечён головоломкой, что уже это удалил? Не то, чтобы это имело сейчас значение. Как бы то ни было, всё закончилось, и Джон знает, что Шерлок в любом случае не примет случившегося. Не его сфера.       Поднявшись на ноги, Джон делает медленный глубокий вдох и так же медленно выпускает воздух из лёгких. И идёт на кухню закончить завтрак.       — Я не знаю, приятель. На что ты уже сделал анализ? ***       Джон уныло вытирает чей-то пролитый напиток и наблюдает за Шерлоком, который снова ведёт кокетливый разговор с белокурым красавцем прошлой ночи. Детектив наклоняется, не прикасается, но определенно намекает, чего хочет.       Так хорошо начавшаяся ночь становится всё более и более невыносимой.       — Не относись к этому слишком серьёзно, приятель.       Джон оборачивается, всё ещё сжимая в руках полотенце, и видит у себя за спиной Патрика.       — Господи, Патрик, ты должен прекратить вот так подкрадываться!       Владелец бара улыбается ему понимающей улыбкой.       — У меня бы не получилось, если бы ты не был настолько сосредоточен на нём. — Патрик указывает подбородком на место для влюблённых на другом конце комнаты. — Это всего лишь работа. Большинство танцоров, у которых есть партнёры, не разрешают им приходить в клуб, когда те работают. Знать, чем занимаются их бойфренды и видеть — это две большие разницы, и немногие в состоянии справиться.       — Мы не партнёры. Эм… не в этом смысле. — Джон говорит тихо, осматриваясь вокруг барной зоны, дабы удостовериться, что в пределах слышимости никого нет.       — Ты забываешь, Джон, я видел, как ты смотришь на него во время выступления, — глаза Патрика игриво мерцают. — Я узнаю ревность, когда вижу её. Я также узнаю актерство. Мои танцоры занимаются этим каждую ночь. И прямо сейчас Шерлок актерствует. Блестяще, должен отметить.       Патрик наклоняется чуть ближе.       — Знаешь, когда я недавно говорил с инспектором твоего детектива, он сказал мне, что в вашем тандеме Шерлок — мозги, но ты ведь тоже не дурак, Джон. Мужчины в клубе видят в нём только красивый кусок мяса. Ты и я — единственные, кто знают, чем он в действительности занят, и он отлично делает свою работу. Он хороший человек.       Джон смеётся:       — Обычно люди так не говорят.       — А что обычно говорят люди?       — Что он заноза в заднице.       Патрик смеётся в ответ.       — Хорошо. Но человек всё равно хороший.       Диджей объявляет, что Скотту пришло время появиться перед публикой, и оба, Джон и его сердцебиение, незамедлительно принимают тревожный сигнал. Все клиенты разворачиваются к сцене, а Ватсон обменивается усмешкой с Патриком и опирается бедром на стул, готовясь насладиться тем, что быстро стало лучшей частью его дня.       Включившийся музыкальный ритм — прочти как сердечный. Джон ощущает приятное волнующее предвкушение, затем видит Шерлока, одетого в облегающие коричневые кожаные брюки и тёмно-малиновую шёлковую рубашку.       Мужчина неторопливо выходит в центр помоста и начинает двигаться.       Верхняя часть его тела так же пластична, как и нижняя, грудные мышцы угрожают целостности пуговиц на типично приталенной рубашке. Движения медленные и чувственные, невероятно сексуальные.       На сцене в разных местах установлено несколько шестов, Шерлок игнорировал их ранее, однако, сегодняшнее выступление отличается от предыдущих.       Twisted this feeling walked out of shape       So tired of revealing the moves that I make       And I know, yes I know, but is this real?       And I know, yes I know, but is this real?       Feeling inconstant could drive me insane       Flesh to blood to bone to love       Twisted…       And I know, yes I know, but is this real?       And I know, yes I know, but is this real?       Шерлок расставляет ноги так, что шест, за который он ухватился, оказывается между ними, и выгибает спину. Положив вторую руку на задницу, он под бит подаётся бёдрами, словно при верховой езде.       И прежде, чем переместиться в другое место сцены, сверкает глазами в сторону Джона, одаривая его порочной полуулыбкой.       Боже, как это горячо.       Джон мысленно возвращается в момент, когда почувствовал эрекцию Шерлока прижатой к своей собственной, и его тело охватывает очередная волна желания.       And I know, yes I know, but is this real?       And I know, yes I know, but is this real?       Отбросив фантазии о внезапном превращении в металлический шест, Джон оборачивается и видит человека, машущего ему с другой стороны бара. Серьёзно? Обязательно сейчас? На лице Джона появляется выражение ледяной вежливости, и Ватсон пытается удержать его изо всех сил.       — Принеси Ньюкасл, приятель.       Это тот блондинистый незнакомец, у которого Шерлок ранее практически сидел на коленях.       Вблизи мужчина ещё более впечатляющий. Выразительные черты лица, яркие зелёные глаза, красивая одежда, дорогой одеколон…       От сильного запаха которого Джона слегка подташнивает.       Этот олух, даже делая заказ, не может отвести свои жадные глаза от сцены. Джон не думал, что способен испытать неприязнь к этому человеку сильнее, чем уже испытывал, но он с радостью признаёт, что ошибался.       Взяв пиво из холодильника, Ватсон открывает бутылку и безмолвно передаёт по барной стойке. Мужчина платит за напиток и поднимает его, приветствуя Шерлока на сцене, где тот томительно медленными движениями снимает брюки.       — Сам он несколько более откровенный, чем его движения, — говорит мужчина с оскалом извращенца.       Джон сжимает кулаки и с трудом сохраняет улыбку на лице.       — Конечно, приятель. Он точно… особенный.       И ты понятия не имеешь насколько особенный, кретин.       Джон оставляет светловолосого незнакомца с его выпивкой, и отходит на несколько шагов. Хочется перепрыгнуть барную стойку и вырубить этого шикарного козла. Останавливает лишь временное отсутствие доказательств, что именно он убийца, но Джон очень, очень на это надеется.       Не обращая внимания на мудака, он поднимает глаза обратно на сцену. Шерлок смотрит на него. Джон неопределённым жестом указывает в сторону олуха на другой стороне бара. Единственный в мире консультирующий детектив одаривает его загадочной улыбкой, такой, которая бывает у Холмса, когда Джон делает что-то умное. Возбуждение пылает в теле Ватсона, не смотря на то, что на самом деле он не заслужил комплимента «умный» в улыбке. Его недоверие к блондину основано, скорее, на личной неприязни, чем на гениальной дедукции. Впрочем, Шерлок должен согласиться, что на данный момент в их расследовании определился главный подозреваемый.       Джон смотрит, как Шерлок уходит со сцены, и дважды проверяет, чтобы телефон был поставлен на вибрацию, на случай, если ему придется действовать в любой момент. Слыша гул ожидающей толпы, он возвращается к своим обязанностям, половину внимания концентрируя на отслеживании передвижений подозреваемого.       Джон не упускает его из виду, адреналин непрестанно просачивается в организм. Но когда Ватсон в очередной раз поднимает глаза, то видит в зале Шерлока, на которого похотливо накинулся совершенно другой человек.        Итан.       Внутри всё переворачивается, сознание беззвучно кричит МОЙ!       Джон смотрит вниз на свои руки и настойчиво разжимает кулаки. Это для дела, идиот. Только для дела.       Может быть, он был неправ? Джон действительно предположил, что блондин — их подозреваемый, основываясь исключительно на реакции Шерлока. Тот казался таким уверенным.       Но если уже есть подозреваемый, тогда это… отдых?       Джон не может не оглядываться на пару, стоящую в обнимку. На лице Шерлока читается приглашение, когда он, направляя прикосновением к спине, ведёт Итана в сторону одной из комнат для приватных танцев.       Наверное, Итан работал вместе с тем мужчиной? Но Джон вообще ничего не заподозрил во время их общения в баре…       Итан, оглядываясь, бросает взгляд на Джона, затем опускает глаза в пол, краснеет, и за ними закрывается дверь.       Поезд мыслей резко и оглушительно останавливается.        Прямо в этот момент Патрик оповещает о последней возможности сделать заказ в баре перед закрытием, и поток клиентов серьёзно отвлекает. Когда же появляется шанс снова посмотреть в ту сторону, дверь в комнату оказывается открытой, и никого в поле зрения нет. Блондина он упустил из виду тоже.       Пожалуйста, пусть это будет для дела.       К моменту завершения работы клуба Джон спешно занимается своими заключительными обязанностями, и только всё закончив, он, наконец-то, чувствует вибрацию телефона.       Шерлок 3:02       Не жди меня. Есть некоторые дела. — ШХ       У Джона пересыхает во рту несмотря на то, что он только что пил воду.       Он стремительно выходит из клуба и в замешательстве бродит по тротуару, натянутый как струна необходимостью что-то сделать. Он готов к погоне, драке, к чему угодно.       отправлено 3:04       По работе?       Шерлок 3:05       Да. — ШХ       отправлено 3:05       Где ты? Я могу помочь.       Шерлок 3:06       Не с этим. — ШХ       отправлено 3:06       Что значит «этим»? Ты поехал к кому-то домой?!       Шерлок 3:07       Не надо. — ШХ       отправлено 3:07       Что не надо?       Шерлок 3:08       Не надо строить предположения. Когда нет всех данных. — ШХ       отправлено 3:08       Тогда расскажи мне!       Шерлок 3:10       Джон, мне нужно чтобы ты мне доверял. Пожалуйста. — ШХ       Джон тяжело вздыхает, чувствуя себя подавленно.       отправлено 3:11       Да, конечно, я доверяю. Что бы ты ни делал, будь осторожен.       Когда Джон возвращается на Бейкер-стрит, то падает на диван посмотреть какую-то дрянь по телевизору и притвориться, что не ждёт возвращения Шерлока. Он также пытается не представлять своего друга ни с кем из мужчин, которые сейчас могут быть вместе с ним. Без всякого успеха.       Время проходит в борьбе со сном.       Джон смотрит на часы. Пять утра. И до сих пор нет никакого намека на появление Шерлока. Он переворачивается лицом к спинке дивана, подтягивает колени к груди в немом страдании, подсознательно копируя позу обидевшегося Холмса. Глаза закрыты в поражении, но он не оставляет попыток услышать, как откроется дверь.        Звук так и не наступает, и Джон окончательно проигрывает битву с изнеможением в тусклом свете приближающегося рассвета.