Кровь и шоколад

      Чтобы подняться, вы должны упасть, чтобы обрести, вы должны потерять.       Ошо

      Ехать на поезде до штата Нью-Джерси мне предстояло два дня. И эти дни, как назло, шли мучительно медленно.       Получив постельное белье от проводницы, я зашла в свое купе и, достав ноутбук, решила поискать что-нибудь интересное. Я вбила в поиск «красивые места Готэма» и начала просматривать картинки. Что на них только не было изображено! И красивые музеи, и густые леса, даже улицы города в ночное и дневное время. Посмотрев на них, даже не скажешь, что это город преступников. Как правительство могло допустить такой беспорядок? Видно их больше интересовали свои дела, а не города. Тихонько вздохнув, я продолжила листать фотографии. Больше всего мне понравился парк. Я смотрела на него и представляла, как сижу на скамейке, наслаждаясь видом на озеро и снимаю эту красоту на камеру, чтобы потом перенести все на картину.       Рисовать я любила с детства. Сперва это были простые каляки-маляки, как у обыкновенных детей четырехлетнего возраста. Но потом, уже подрастая, я начала развивать свое увлечение: мои рисунки стали больше походить на оригинал. Заметив это, мама отдала меня в художественную школу. И с этого момента появилась моя настоящая любовь к рисованию. Сначала я училась рисовать портреты. Все были в восторге от того, насколько реалистичными они получались. Но я не желала останавливаться на этом. Мне хотелось достигнуть большего, тогда я сама лично накопила деньги и купила себе фотоаппарат. Снимая природу, я начала рисовать пейзажи. И мне это так понравилось: я показывала всю красоту и величие окружающего мира. Рисовала то, на что люди обычно не обращают внимания, проходя мимо, не желая видеть, что красота может быть во всем. Даже в упавшем осеннем листке. Когда я окончила школу, то решила поступить в университет искусства. И, тщательно поискав в интернете, я нашла подходящее место. Оно было в Готэм-сити. Другие бы люди плюнули на это и все. Но я — не они. Я знаю, что очень сильно рискую, отправляясь туда, но жизнь без риска — не жизнь. И вот, собрав все свои вещи и попрощавшись с родными, я еду навстречу своей цели, надеясь, что все будет хорошо.       Всю дорогу я умирала от жары. Кондиционера, к сожалению, в купе не было, а форточка, что находилась надо мной, не приносила никакого результата. Чтобы хоть как-то получить ветерок, мне пришлось обмахиваться газетой и молить, чтобы мучения прекратились.

***

      Приехала я рано утром.       Выйдя на платформу, я достала мобильник и вызвала такси. Сев в приехавшую машину, я назвала город и адрес моей новой квартиры. Услышав место, куда надо ехать, водитель странно на меня взглянул через зеркало заднего вида и, посчитав, что, может, я ошиблась, переспросил:       — Готэм? Девочка, а ты в курсе, что там делают с такими, как ты?       Боже, ему-то какая разница?       Я закатила глаза. Дорога утомила меня, нервы были уже на исходе. Хотелось поскорей доехать до квартиры, сходить в душ и лечь отдохнуть. Чтобы не сорваться на водителя, я крепко сжала ладони в кулаки и произнесла сквозь зубы:       — Да. В курсе. Но вас не должно это касаться. Поехали.       Услышав мои слова, водитель покачал головой, не говоря ни слова, завел машину и мы наконец-то тронулись.       Такси мчалось по магистрали очень быстро. Водитель даже не притормаживал на поворотах, из-за чего, сидя сзади, я наклонялась в разные стороны так, что даже ремень не помогал.       Но, увидев впереди знак «Готэм», машина резко снизила скорость — я наклонилась вперед и резко назад, больно ударившись о спинку автомобильного кресла.        «Слава ремням!»  — подумала я и хотела уже выказать все недовольство этому любителю быстрой езды, как резкий кислый запах остановил меня.       — Чем так пахнет? — я зажала нос.       Водитель усмехнулся и тоже зажал нос, ведя машину одной рукой.       — Здесь рядом канализация.       Выглянув в окно, я увидела грязную речку, в которую из разрушенной трубы, хлюпая и журча, вытекали отходы.       Поморщившись, я отвернулась.       Туман вони так и не исчез, когда мы проехали речку, но, попав в замызганный участок, он стал не таким резким.       — Это старый Готэм, — оповестил меня водитель, осторожно оглядываясь по сторонам. — Гиблое местечко.       Я удивилась. Что-то я не слышала о нем, хотя специально по пути сюда решила прочитать в источнике об этом городе, и там слово «старый Готэм» не встречалось ни разу. Мне захотелось расспросить о нем.       — А что случилось с этой… частью города? И что, есть еще и новый Готэм?       — Конечно! В новом как раз и живут люди. А в этом гадюшнике, как известно, прячутся преступники, преследуемые законом.       Улица, по которой мы ехали, была такой узкой, что скорее напоминала проулок. Некоторые здания были сильно разрушены. То ли они стали такими от времени, то ли от людей, «проживающих» здесь. Время от времени, все еще двигаясь по этой улице, я слышала крики и звуки бьющихся предметов. Мы ехали так медленно, что слышался даже смех — холодный, неискренний, от которого по телу бежали мурашки.       Я быстро закрыла дверь на защелку. Мало ли.       Взглянув на таксиста, я заметила, что его руки крепко сжимают руль и дрожат.       В глубине души мне даже стало жалко этого человека. Ему-то еще назад ехать, может случиться все, что угодно.       Я с облегчением вздохнула, когда мы выехали на широкую улицу, обрамленную с обеих сторон большими стеклянными зданиями.       Я и без своего таксиста поняла, что это и есть новый Готэм. Все так, как на фотографиях в интернете: город был большим и красивым. Повсюду здания-великаны. Магазины разных вещей для души. Всё люди, попадавшиеся нам по пути, были заняты своими делами: одни просто проводили время, гуляя по магазинам, другие — спешили по делам, разговаривая по телефону. И не скажешь, что эти люди боятся здесь жить. Или это просто маски? Хотят ли они скрыть весь страх и опасность, что над ними висит? Все это мне предстояло узнать или даже почувствовать.       Мы подъехали к высокому зданию, в котором находилась моя квартира. Мы с мамой сразу выбрали этот район, потому что он был самым жилым, и в нем, как описывалось, самая низкая статистика преступлений. Мы решили (я решила!), что следует переехать туда за три недели до начала учебы. Это для того, чтобы я успела освоиться, узнать город получше и обрести хоть каких-нибудь знакомых.       Заплатив таксисту и пожелав ему удачи (ведь она ему пригодится), я взяла чемоданы и вошла внутрь. Поднявшись на лифте на пятый этаж (всего в здании насчитала тринадцать этажей), я нашла свои ключи в рюкзаке и открыла квартиру.       Бросив багаж перед входом, я сняла обувь и пошла вперед по коридору, по пути заглядывая в комнаты.       Квартира мне сразу понравилась. Она была небольшой: всего лишь ванная, в которую я сразу направилась, маленькая кухня и спальня. Что еще нужно человеку, который живет один?       Умывшись, я зашла в спальню и, не разглядывая толком комнату, плюхнулась на просторную мягкую кровать. Дорога слишком сильно вымотала меня, глаза слипались так, что хоть спички вставляй. Плед приятно щекотал кожу лица, ещё немного повозившись на кровати, я провалилась в сон.       Проснулась тогда, когда на улице начало темнеть. Взглянув на наручные часы, я увидела, что сейчас шесть вечера. Я проспала четыре часа! Повернувшись с правого бока на спину, я уставилась в белый потолок.       Голова болела от такого долгого дневного сна (я не привыкла спать в обед), рот пересох и слегка подташнивало.       Решив выпить таблетку, я поднялась с кровати, как перед глазами появились темные пятна.       Ну что, выспалась? Теперь мучайся!       Протерев глаза, я потопала в коридор. Притащила чемодан, в котором, как я правильно помнила, лежали лекарства. Пришлось хорошенько покопаться, но через несколько минут я их отыскала на самом дне, зажатыми между каким-то платьем и полотенцем.       Выпив таблетку, я села на край кровати и уставилась в окно. Из-за того, что скоро наступит осень, темнеть на улице начинало быстрее, и городу уже приходилось зажигать свои вечерние огни. Вспомнив, что рядом находился парк, я решила сходить прогуляться и осмотреться. Сейчас вечерний прохладный воздух мне бы не помешал.       Но сперва я решила разобрать свои вещи. Достав все, что было, я быстро разложила их по местам, ощущая себя при этом настоящей хозяйкой. Приятное чувство. Начала я с кухни, закончила ванной. Вещей у меня было не так много, всего лишь четыре чемодана, в одном из которых находилась одна одежда. Перед тем, как повесить ее в шкаф, я выбрала из кучи синие джинсы и рубашку и кинула их на кровать. В этом я решила пойти на обследование территории.       Одевшись, я решила посмотреть свою почту. Что-то мне подсказывало, что там меня ждали письма… чутье не подвело. Они были. Три письма. И все от мамы.       

13:34.       Ева, как ты? Хорошо добралась? В поезде не тошнило? Я очень сильно переживаю, надеюсь получить от тебя письмо.       С любовью мама!

      После него шло другое письмо.

      16:23.       Ева, почему ты не отвечаешь? Я же волнуюсь! Если ты не ответишь через час, то я завтра же лечу к тебе.       Мама.

      

17:42.       Ева Грин, ты хочешь моей смерти? Вся в отца пошла! Ответь мне, я же переживаю! Почему ты не берешь трубку? Что случилось? Я места себе не нахожу. Не надо было отпускать тебя одну. Если с тобой что-то произойдет… я не переживу… Ответь мне письмом или перезвони.       Твоя мать.

      Я была просто в шоке от своей мамы и в то же время переживала за нее. И поэтому, решив не медлить, я написала ей, дабы успокоить.

      19:21       Мама, все хорошо. Успокойся. Сейчас все тебе объясню.       Извини, что так долго не отвечала, просто я сразу после долгой дороги уснула. Очень уж сильно устала.       Приезжать сюда не надо. Чего это ты удумала? Ты же замечательно знаешь, что я сама решила сюда поехать. Я должна научиться вести взрослую, самостоятельную жизнь (только прошу, не плачь)… В гости ты можешь приехать, но только потерпи чуть-чуть. Я хочу сперва изучить город, чтобы, когда ты приехала, показать тебе все места.       Трубку я не брала, потому что телефон находился в другой комнате. Знаю, ты, наверное, сейчас будешь говорить: «Зачем я его тебе покупала и т.д.» Но, увы, ты же знаешь, что я не люблю его таскать с собой. И меня не исправить)       В одиннадцать я тебе позвоню, и мы обо всем поговорим. Только больше не надо за меня так сильно переживать, ладно? Со мной ничего такого опасного не случится) Если что, газовый баллончик всегда с собой) Ладно, а сейчас я пойду. Хочу чуть-чуть прогуляться. Мама, только вокруг дома и все. Не дальше.       Люблю тебя. Твоя дочка.       P.S. Жди звонка.

      Нажав на отправку, я подождала пока появиться галочка и закрыла ноутбук.       Теперь можно спокойно пойти погулять.       На улице было хорошо: дул легкий ветерок, а солнце уже спряталось за горизонтом, оставляя после себя нежные цвета на небе. Была тишина. Вот именно в такое время я люблю гулять. Ведь только в сумерках ты можешь попрощаться с уходящим днем и насладиться вечерней свежестью.       Походив по дорожке в парке, я завернула на детскую площадку, находившуюся за зданием.       Людей на ней не было, что меня обрадовало. Сейчас хотелось только тишины. Сев на качели, я начала тихонько раскачиваться. Голова почти не болела, а от тошноты вообще ничего не осталось. Таблетка и свежий воздух сделали свое дело.       Рядом с детской площадкой находилась трасса и, качаясь, я наблюдала за движением машин. За время моего присутствия проехало только четыре автомобиля. Видно, ночью движения в городе почти не было. Вдохнув прохладный воздух, я еще немного посидела и уже собралась пойти к себе в квартиру, как громкий противный скрип привлек мое внимание.       По трассе на полной скорости мчалась темная дорогая иномарка, из окна которой выглядывал мужчина, то и дело оглядывающийся назад. Как я успела заметить, боковые зеркала заднего вида отсутствовали, а сама машина была очень побитой. Бампер автомобиля еле-еле держался, противно царапая одним концом асфальт. Вслед за этой машиной промчались полицейские, пытаясь остановить нарушителя.       Вот и первый преступный случай, который я увидела. Решив, что на сегодня с меня хватит прогулок, да и как-то резко похолодало, я пошла домой.       Раздевшись и умывшись, я легла на кровать. Я позвонила маме и, отвечая на ее расспросы, рассказала в подробностях, как прошел мой день. Случай, увиденный мною вечером, я решила опустить. Меньше знаешь — крепче спишь. Попрощавшись с ней, я положила телефон на тумбочку. Спать не хотелось. Да и как тут заснешь? На новом месте, да еще плюс после увиденного? Разные мысли так и лезли в голову.       Выпив валерьянку, я попыталась заснуть, думая о завтрашнем дне, но вместо этого мои мысли шли в другом направлении. К маме. Что она сейчас делает? Наверное, как всегда, после ужина пойдет купаться, чтобы успеть на свой сериал, а потом отправится спать. Зайдет ко мне в комнату, чтобы пожелать приятных снов, но не застанет меня. И с грустным лицом, закроет дверь и пойдет к себе.       Я почувствовала, как прохладная слеза стекает по моей щеке. Не выдержав, я заплакала. Горящие слезы, что я пыталась сдерживать все эти дни, вырвались наружу, получив свободу. Я не пыталась себя успокоить, понимая, что мне это нужно, чтобы на душе стало легче. И только под утро, когда солнце уже появилось на востоке, я смогла заснуть. Все слезы иссякли, и сон смог прийти ко мне.