У черты.

Казалось, после того, что произошло между ними в Выручай-комнате, мир поменялся. Гарри радовался собственному чувству беззаботности: его мало волновали косые взгляды, шепотки за спиной, переглядывания и горящие, пронзительные взгляды в спину, бывших друзей. С плеч упал тяжелый груз, а на душе стало необъяснимо легко. Оказывается, скинув ярмо мнимой дружбы, можно было жить и дышать дальше, радуясь каждому дню. Роуз просто летала. Ее веселость без причины и больше, чем обычно, притягивала к себе. Она даже стала менее неуклюжей: раньше все острые углы, лестницы были «ее», а теперь у нее лучше получалось держать равновесие и быть более аккуратной и внимательной. Любовь сильно меняет человека. — Роуз! — крикнул Гарри, махая рукой девушке; он стоял в толпе, которая медленно брела на утренние занятия, — я здесь! Девушка поспешила к нему. Но тут ее будто бы толкнули в спину. Она, не удержавшись на ногах, рухнула вниз. Гарри успел выставить щит — откуда ни возьмись, мерцанула красная вспышка оглушающего заклятия. Спасла только его молниеносная реакция. — Что за черт?! — Гарри поднял ее за рукав, выставив палочку в оборонительной позиции. — Кто осмелился??? — прорычал он, но тех, кто с палочкой в руках, он в толкучке не заметил. — Не знаю, — проговорила голубоглазая блондинка, отряхиваясь от пыли. — Но меня хотели грубо оглушить… — Пусть только кто попытается, — прошептал Гарри, мертвой хваткой сжав руку Роуз, тем самым притянув тело девушки к себе, — до тебя дотронуться! Я им быстро ребра и кости пересчитаю! Ты только моя! — Да, — проговорила девушка. Жезл силы тыквы Золушек принял в ее руке свою форму: она была очень зла. — Я действительно… только твоя… Губы жадно встретили другие губы. Оба вцепились друг в друга, без намерения отпускать любимого человека в самые ближайшие часы. *** — Если бы не ты, то меня затоптали там, — выдохнула Золушка когда они сели за факультетский стол. — Да, — просто сказал юноша, — кто-то очень сильно против наших встреч… — Но у нас есть преимущество, — проговорила Золушка, и открыто взглянула на шею Гарри — тот чуть улыбнулся, обнажая грубую цепочку, на которой болтался костяной жезл, точнее его набалдашник. Он напоминал костяную голову какого-то существа. — Сила Ужаса, — шепотом заметил Гарри. — Ты научился… — Тс-с, — прижал палец к губам Гарри, — сбавь обороты. Действительно кое-кто из рядом сидящих уже начал прислушиваться к из разговору. Поттер очаровательно — с хитрецой, улыбнулся, и быстро поцеловал Роуз Золушку в щеку. Получил при поцелуе (боковым зрением он это различил) три мрачнейших взгляда от трех разных девушек. — Приятно… Спасибо. Сила Ужаса была недавним «приобретением» Гарри. Его жезл выбрал его. Теперь Поттер владел всеми силами, что якобы есть на празднике Хэллоуин.* Например, он мог призывать летучих мышей, создавать ужасы (миражи, устрашающие тени), а еще, что обрадовало Роуз, делать из тыкв яркие фонарики. Гарри показалось это весьма символичным. Хэллоуин много-много лет назад перевернул его жизнь.** И теперь это шло с ним за руку всю его жизнь… *** Они с Роуз специально вечером тайно убежали на башню Молний ото всех — чтобы испробовать новую силу Гарри. Гарри, сняв цепочку с шеи, невысоко подбросил жезл и крикнул: — Сила Ужаса! Через полминуты Гарри Поттер стоял в черном облачении, сжимая белую костяную ручку с искусной резьбой. Верх напоминал череп диковинной клыкастой птицы, сжимающий зубьями черный камень. — Круто-круто-круто! — захлопала в ладоши младшая Золушка. — А покажи чего-нибудь! Поттер взмахнул, и отовсюду налетали летучие мыши. Они, пища, по приказу — очередному взмаху жезла Гарри, выстроились в фигуру «сердце». — Как мило! — Роуз захлопала в ладоши. — Люблю тебя, — проговорил Гарри отпуская мышей — делая их не зависимыми от своей воли. — Я тоже тебя люблю…