Let the games begin

- Ты покажешь мне ваши владения, Клаус, я слышала, там так красиво, - умоляет она, встретившись с ним в коридоре. Он ухмыляется, качая головой: - У меня есть более важные дела, чем развлекать тебя, Кэролайн. Он уходит, смеясь про себя, оставив позади удрученную девушку. *** - Он, кажется, совсем меня не любит, - говорит она, почти плача, когда однажды ночью они прогуливаются с Элайджей в саду. Он старается не расстраиваться из-за ясно звучащей печали в ее голосе. - Клаус никого не любит, - Элайджа отвечает честно, но в голосе звенит грусть. Она улыбается, взяв его за руку, и они продолжают прогулку. *** - Почему ты так меня ненавидишь? – спрашивает она лорда Никлауса, когда однажды вечером они остаются наедине. - Я не ненавижу тебя, - холодно отвечает он. - Но выглядит так, будто ненавидишь, - она стоит на своем, и он резко оборачивается к ней, черты лица искажены холодом и жестокостью. - Для ненависти требуется, чтобы я хоть что-то к тебе чувствовал, а я не чувствую ничего. Ты не имеешь значения для меня, Кэролайн. Ты здесь только потому, что мой брат тобой увлекся. Не обманывай себя, думая иначе, - шипит он. Она не хочет перед ним плакать, потому, поднявшись на ноги, бросает ему натянутую улыбку и выходит из комнаты. *** - Элайджа говорит, что кроме вас в семье было еще трое детей, - говорит она однажды вечером, сидя за ужином и глядя на Клауса этими своими льдисто-синими глазами. - И? – он делает жест рукой, заинтересовавшись, что же она может сказать. - Вы были счастливой семьей? – на этот раз Кэролайн обращается к Элайдже, зная, что от Клауса не получит ничего, кроме взглядов. - Нет. Вообще-то нет, - уклончиво отвечает тот. - А вы были счастливой семьей? – вклинивается Клаус, в его голосе издевка и насмешка, и, проигнорировав предупреждающий взгляд Элайджи, он продолжает: - До того, как мы их убили. В ее взоре буквально на миг вспыхивает волнение, но после она смотрит ему прямо в глазах без капли страха. Он никогда не видел ее такой взрослой. - Да, моя семья была очень счастлива. Я – нет. Мой отец – не отец мне, мать – не мать, а сестры – не мои сестры. Я сирота, он нашел меня в лесу и решил привести домой к жене и трем другим детям. Нет, не для того, чтобы помочь мне, не потому, что он почувствовал жалость или потому, что просто хороший человек. Нет. Просто его привлекла моя белая кожа, синие глаза и золотистые волосы. Он собирался продать меня какому-нибудь псу за бешенные деньги. Я была для него источником дохода и ничем больше. Как по-твоему, звучит так, будто я была счастлива? Он смотрит на нее, кажется, вечность и не понимает, почему чувствует сожаление. Элайджа в знак утешения кладет руку ей на плечо, и она улыбается ему, прежде чем, извинившись, отказаться от ужина. Она похожа на него. Ненужная и отверженная. *** Он не знает, что завладело им, когда позже Элайджа спрашивает о его мотивах, говоря, что им будто овладел дьявол, позже понимая – сам он и есть дьявол. Но что-то изменилось и, чтобы избавиться от сожаления, которое он никогда в жизни не признает, он показывает ей земли, как она хотела, и даже позволяет гоняться за бабочками.