Мальчик - который - мой

      Гарри внимательно рассматривал карту Мародеров. Точки под именем «Драко Малфой» на ней не наблюдалось. Хорька почему-то не было в Хогвартсе. Куда запропастился этот змееныш? Когда не надо, он всегда рядом, бросает испепеляющие взгляды и шлет записки, а когда возникает необходимость срочно поговорить, сразу исчезает без следа! Умеет же Хорек все делать наперекор, даже не осознавая этого!       Как начать этот разговор и что именно говорить Малфою, Гарри не знал. Тут его фантазия отказывала и трусливо делала ручкой. Хорек ведь даже предположить не мог, в каком дерьме оказался благодаря своему врагу. Малфой явно и не думал, что у Гарри могут родиться к его персоне какие-нибудь чувства, кроме ненависти, иначе он не стал бы так подставлять себя.       Чем руководствовался слизеринец, запуская магический обряд помолвки, Гарри не знал. Может быть, действительно какой-то одному ему понятной выгодой, но теперь ситуация складывалась совсем не в пользу Хорька. Теперь он оказался в полной зависимости от Гарри. Захоти он прямо сейчас расторжения помолвки, и Драко лишился бы магии. То, без чего жизнь такого сильнейшего мага, как он, просто потеряла бы смысл! А в том, что это случилось бы, Поттер был уверен на все сто процентов. Он влюбился в этого змея и наконец-то нашёл смелость сам себе в этом признаться.       И это было очень плохо. Для Малфоя. Что там говорила Гермиона? Если хоть один из них будет влюблён, то при расторжении помолвки, магия накажет того, кто первым запустил этот процесс. В частности, надел кольцо. И это был Драко.       То, что он решился на такое, ещё раз подтверждало тот факт, что сам Малфой ничего к Гарри не испытывал и даже не собирался. Но он ведь не идиот, неужели в его умную, блондинистую голову не пришла такая наипростейшая мысль, что неопытный в любовных делах герой может втрескаться в Его Величество по самые уши? Ведь имеется же у Малфоя такая огромная толпа почитателей, что, как он выразился, на три Хогвартс-экспресса хватит. Так почему же его ненавистный враг не может стать очередным пассажиром? К тому же, парни тоже влюбляются в него. Взять, хотя бы, того же Эдварда…       Гарри тяжело вздохнул. Как? Ну как он все это скажет Хорьку? Это же ведь практически признание в любви! Малфою не привыкать, а у Гарри это все в первый раз. Да этот невыносимый сноб сначала посмеется над ним, а потом возненавидит, когда поймёт в какую зависимость попал! Лучше умереть, чем идти и позориться перед Хорьком! Но избежать этого неприятного разговора не удастся. Иначе Малфой потеряет магию, а это… это для него сродни медленному угасанию или быстрой смерти от недоброжелателей, которых у него столько, что и пять Хогвартс-экспрессов всех не вместят!       После того, как Нарциссу и Драко оправдали, а Люциусу дали не особо большой срок со всякими скидками и привилегиями, многие маги ополчились против семьи Малфоев. Как с одной, так и с другой стороны. Поэтому, отдавая древнейший защитный артефакт предков своему врагу, Драко сильно рисковал…       Гарри дезактивировал карту Мародеров, прошептав: «Шалость удалась!», и остановился в нерешительности. Идти в гриффиндорскую гостиную не хотелось, Хорька он так и не отловил, и на душе было муторно. Пойти покормить Клювокрыла, что ли? Или даже полетать на нем? Хагрид давно уже разрешил Гарри брать Клювика на вылеты в любое время, когда ему заблагорассудится. Да, пожалуй, в данный момент, это самое лучшее решение!       Общение с животными всегда успокаивало Поттера. Особенно трепетные отношения у него сложились с этим героическим гиппогрифом. Перед ним теперь даже не приходилось раскланиваться. Тот, едва завидев Гарри, несся к нему на всех парах и принимался с восторгом скакать вокруг, подобно щенку или жеребенку. После, нежно курлыкая, он пытался отрыгнуть пищу прямо Гарри в рот, как делал бы со своими птенцами-детенышами. Поэтому приходилось в первые минуты ставить защитные заклинания, чтобы не быть затоптанным или насильно накормленным мерзкой жижей из зоба Клювика.       В стойле Клювокрыла не оказалось. Гарри удивлённо поозирался, теряясь в догадках, куда мог подеваться гиппогриф. Может Хагрид повел его на выпас? Или, точнее, на охоту? Сам Клювик не смог бы куда-нибудь улететь — на здании загона и примыкающей к нему территории стояла защита. То есть животное могло спокойно пастись и греться на солнышке, но только вблизи своего стойла. Гарри уже собрался уходить, но тут высоко в небе замаячило что-то, подозрительно похожее на летящего гиппогрифа. Гарри снял очки. Если честно, они только мешали. Он уже давно хорошо видел и без них. Спасибо Воландеморту за его прощальный подарок.       Двигающееся «что-то» начало медленно снижаться, и теперь уже не оставалось сомнений, что это был летящий гипогриф с сидящим на нем всадником. И на Хагрида этот всадник похож не был. Кто этот сумасшедший? Или чересчур уверенный в себе?       Герой инстинктивно прижался к стене здания, спрятавшись за густыми зарослями высоких кустов, росших тут же. Было любопытно посмотреть на смельчака, но обнаруживать себя почему-то не хотелось. Клювокрыл, а теперь не оставалось сомнений, что это был именно он, плавно спикировал вниз, снижаясь, и резко забил крыльями, приземляясь на полянку у загонов.       У Гарри отвисла челюсть, когда он узнал этого сумасшедшего любителя небесных высей. Кто бы сомневался? Это был Драко Малфой собственной персоной!       Теперь понятно, почему карта не показывала Малфоя, — этот слизеринский идиот болтался на такой высоте, на которую действие карты не распространялось. Хорек действительно ищет способ самоубиться? Или это просто его снобистская самоуверенность, что с таким великолепным и неподражаемым им ничего плохого случиться не может? И как Клювокрыл подпустил его к себе? Ведь раньше любви между ними не наблюдалось! Хорьку пришлось даже лежать у мадам Помфри, после того страшного ранения, которое нанес ему Клювик.       Малфой между тем спешился, стал что-то нежно нашептывать гипогрифу и ласково трепать его по клювастой морде. Гарри похолодел. Малфой даже не поклонился Клювику, ещё секунда и… Додумать Гарри не успел. Он пулей выскочил из-за кустов и, наставив палочку, срывающимся голосом проорал:       — Протего!       Драко отбросило от прозрачной стены, образовавшейся между ним и гипогрифом, но упасть он не успел — Гарри схватил его в свои объятья и буквально вдавил в себя. Так они и стояли некоторое время, молча обнявшись и слушая сумасшедший стук сердец друг друга.       — Поттер, ты чокнулся? — как-то неуверенно сказал Малфой. — Я знал, что ты стукнутый, но…       — Он бы тебя покалечил, идиот! — Гарри все еще не отпускал от себя Малфоя, а тот, странное дело, не сопротивлялся.       — Поттер, я польщен. Герой бросился меня защищать! Да я теперь просто умру от счастья…       — Я искал тебя. — Гарри поднял глаза на слизеринца. — Это ты стукнутый придурок, Малфой! Как ты мог так с собой поступить?       — Не беспокойся, Поттер, не ты один можешь находить общий язык с животными! — Голос Малфоя засочился ядом и он попытался оттолкнуть от себя Гарри.       — Я не об этом, Драко! — Гарри намеренно назвал Хорька по имени. Тот всегда смягчался, когда слышал свое имя из уст Поттера. Ну почти всегда.       — А о чем тогда? — насторожился Малфой. Его голос действительно стал мягче.       Гарри отстранился от слизеринца и опустил глаза.       — Ты слал мне записки. — Он пока решил переменить тему. Ту щекотливую, про чувства, он боялся поднимать.       — Ну слал, — хмыкнул Хорек. — И что?       — Вот и я хотел тебя спросить — чего тебе от меня было надо?       — Ничего мне от тебя не надо, Поттер! — вызверился вдруг Малфой и оттолкнул Гарри. — Плевать я на тебя хотел!       — Нам надо с тобой кое-что обсудить, Драко! — Гарри продолжал намеренно называть Малфоя по имени.       — Нечего мне с тобой обсуждать! — зло выплюнул Малфой. — Ты игнорировал мои послания, а теперь уже я не желаю общаться со всякими там гриффиндорскими кретинами!       Он отвернулся от Гарри и, больше ни слова не говоря, направился в сторону замка. Их важный разговор срывался.       — Драко, подожди! — Поттер нагнал слизеринца и схватил его за плечо. — Мы должны серьёзно поговорить! Дело касается нашего с тобой обмена кольцами!       — Нашего обмена кольцами? — Малфой смерил Гарри презрительным взглядом и с досадой сбросил с себя его руку.       — Ну… это… это получилось что-то похожее на магическую помолвку… — жалко проблеял Гарри и принялся мучительно краснеть. — И я… я…       — Поттер! Хватит тут мямлить, слушать тебя противно! Какая магическая помолвка может быть между нами, если мы друг друга ненавидим? — Малфой насмешливо уставился на Гарри, сложив руки на груди. — Не беспокойся, через две недели можешь делать предложение своей рыжей! Неужели так не терпится трахнуть её веснушчатое тело?       — Да как ты смеешь, сволочь! Не смей трогать Джинни! — Ярость вспыхнула, забилась, запульсировала в венах. Гарри, не помня себя, бросился на слизеринца с кулаками, но был тут же ловко скручен и прижат к телу слизеринца.       — О-о-о, какая страсть! Рыжей Уизли повезло иметь такого ярого защитника! — прошипел слизеринец ему прямо в ухо. — Маленькому девственнику так хочется засунуть свою плоть в ее чавкающее нутро?       — Заткнись, Хорек! Или я за себя не ручаюсь! — злобно прохрипел Гарри.       — Что ты мне сделаешь, придурок? — нахально ухмыльнулся слизеринец. — Ты правильно сказал, детка! Для магии мы с тобой… хм будущие супруги и навредить друг другу не можем ни при каких обстоятельствах. Магия не позволит. Надо же быть таким несведущим идиотом! Я даже не…       — Да, Малфой, все-то ты рассчитал и просчитал! — в тон Малфою прошипел Гарри. — Только такой бессердечной гадюке, как ты, и в голову не может прийти, что некоторые вещи случаются вне зависимости от ее невъебенных расчётов!       — Что ты такое несешь, Поттер? — Малфой, казалось, был озадачен.       — А то! Ты идиот, Малфой! Самый идиотский идиот на свете! — отчаянно проорал Гарри. — Ты заигрался! Заигрался, придурок!       — Поттер, ты правда сошел с ума? — Малфой повернул Гарри лицом к себе и принялся тревожно его рассматривать.       — Я не сошел с ума, Малфой! Хотя, чего уж там! Сошел! По тебе сошел, слизеринская ты гадина! — Гарри обессиленно опустил голову и закрыл глаза.       Воцарилось молчание. Малфой все еще не отпускал от себя Гарри, только теперь он не сжимал его тело в железном захвате, а почти нежно прижимал к себе.       — Детка, ты просто устал, — наконец сказал он. — Пойдём к мадам Помфри, и она даст тебе успокоительных.       — Драко, ты можешь потерять магию, если я сниму кольцо, — убито сказал Гарри. — И я не буду снимать его, пока… Пока все это не пройдёт. Ты не заслуживаешь всего этого…       — Чего я не заслуживаю, Поттер? — замороженно проговорил Драко. — Твоей любви?       — Нет… ну… стать сквибом… Ты ведь маг, Драко, и не заслуживаешь этого.       — А ты уверен, что тебе не показалось? — Голос Малфоя дрогнул. — Ну, что ты меня?..       — Нет, такое у меня впервые.       — А как же малышка Уизли? — На удивление, в голосе Малфоя не было издевки. — Ведь ты её любишь?       — Люблю! — уверенно кивнул Гарри, и рука слизеринца, обнимающая его за плечи заметно напряглась. — Как сестру!       — Я не знаю, что ты там навоображал себе, Поттер, в своем героическом и малость пристукнутом мозгу, — Драко оттолкнул от себя Гарри, снова становясь обычным собой. — Мне не нужна ни твоя жалость, ни твои подачки. Я вполне способен сам о себе позаботиться. Или ты хочешь…       — Да заткнешься ты когда-нибудь, идиот? — Гарри рванулся к Малфою и бесстрашно прижался своими губами к тонким губам слизеринца.       — Поттер, ты все-таки сошел с ума? — изумленно прошептал Драко Гарри в губы и тут же попытался отпихнуть его от себя. — Или ты специально морочишь мне голову, чтобы повторить то, что мы с тобой сделали в Гринготтс? Так ты только намекни. Я же не откажу герою. Зачем врать мне про чувства?       — Да пошёл ты, Хорек! — Гарри тяжело отвалился от Драко. — Таким, как ты, действительно не понять, что можно испытывать что-то, кроме похоти! Надеюсь, со временем у меня это пройдет, и я смогу освободить тебя от этой никому не нужной помолвки!       — Куда мне понять. Ведь только герои способны на великие чувства и только герои могут жертвовать собой. — Голос слизеринца был подозрительно спокоен. — А что остается нам — простым смертным? Только похоть. Ну так иди ко мне, детка, и я покажу тебе небо в алмазах! За чем дело стало? — Малфой призывно облизал губы и ощерился в хищный улыбке.       — Ты хочешь показаться хуже, чем ты есть, Драко? — Гарри устало потер лоб, а точнее, свой знаменитый шрам. — Не пойму, зачем ты это делаешь? Хочешь произвести отрицательное впечатление? Но я знаю тебя столько лет, и мне известно, что ты не такой плохой! Иначе бы я не… не… — Гарри резко смутился, замялся и начал снова стремительно краснеть.       — Иначе бы ты не влюбился в меня? — Малфой скептически вскинул бровь, но в его глазах горело что-то, что Гарри никак не мог понять. — Ты действительно втрескался в меня? Я тебя правильно понял, Поттер? Герой у моих ног. Кто бы мог подумать!       — Ты, придурок, Малфой! Мои чувства к тебе ничего не значат! Можешь даже не заморачиваться! Ты бы никогда не узнал об этом, если бы тебе не угрожала опасность! — с горячностью воскликнул Гарри.       — Нда-а-а, — протянул Малфой. — Могу даже не заморачиваться? Как мило. Более идиотского признания в любви у меня ещё не было. Но это и не удивительно, если учесть от кого оно. Поттер, может, ты просто не выспался и бредишь наяву? Ты осторожней с этим! Я ведь и поверить могу!       — Как же ты достал меня, Хорек проклятый! — взорвался вдруг Гарри. — Мне плевать на то, веришь ты мне или нет! Мне плевать на твоё ядовитое шипение! Мне плевать на то, что я в твоих глазах выгляжу распоследним идиотом! Пойми одно: я не буду расторгать помолвку! Не буду и все!       — Да кто же тебя просит, детка? — хмыкнул слизеринец. — Не хочешь — не надо. Быть женихом Героя очень выгодно. Хотя бы недолго. Как же расстроится девчонка Уизли, когда узнает, что женишка увели прямо из-под её веснушчатого носа! — Малфой сморщился, как будто съел что-то гадкое. — Но пока ты будешь считаться моим женихом, никакая козявка к тебе на выстрел не подойдет. Ты готов на такие жертвы, Поттер? Я вот даже согласен трахаться с тобой.       — Да пошёл ты! — с отвращением выплюнул Гарри. — Можешь трахаться с кем захочешь! Это не настоящая помолвка, а временное недоразумение, которое скоро должно пройти!       — Временное недоразумение… — зачем-то повторил Малфой и усмехнулся чему-то своему. — Отказываешься от траха со своим женихом? Не знаешь, что теряешь, малыш!       Гарри молча повернулся спиной к Малфою и поплелся в сторону замка. Внутри заворочалась обида, зазноздила горечью и разочарованием. Комок подкатил к горлу и никак не сглатывался, отдаваясь тупой болью, словно Гарри напихали в глотку песок, смешанный с щебнем и осколками стекла. Добраться бы сейчас до гриффиндорской спальни и забыться сном. Разговор со слизеринским гаденышем вымотал его.       — Поттер! — окликнул его Малфой, но Гарри и ухом не повел. Разговаривать с Хорьком больше не хотелось. — Поттер, придурок! — В голосе Драко послышалось нечто странное, сильно смахивающее на отчаяние. Малфой в два прыжка нагнал Гарри, резко развернул его к себе и схватил его плечи. Вид у него был то ли растерянный, то ли виноватый, то ли то и другое вместе. — Поттер, если бы ты знал, как я тебя ненавижу, идиот! — прохрипел Малфой. Вид у него был еще тот: лицо и даже шея слизеринца покрылись некрасивыми красными пятнами, глаза лихорадочно заблестели.       — Малфой, что с тобой? — ошарашенно прошептал Гарри и инстинктивно попятился было от странно возбужденного слизеринца, но был тут же схвачен, смят и прижат к его груди. Сердце Драко заходилось в такой бешеной скачке, что Гарри даже на мгновенье показалось, что их с Малфоем сердца — одно целое и с одинаковой скоростью мечутся из одной грудной клетки в другую.       — Если бы я мог знать, что со мной, гриффиндорский идиот! — почти простонал Драко. — Ты достал меня, Поттер! Ты достал меня, понимаешь? — Драко слегка отодвинулся от Гарри, с силой сжал ворот его мантии и снова притянул героя к себе. — Почему ты, Поттер? Почему? Почему ты всегда и везде? И теперь ещё эта помолвка!       — Прости, я не хотел… — прошелестел Гарри, бледнея. — Я обещаю, что постараюсь…       — Постараешься? Ты постараешься, Потти? О, Мерлин! Святая ты простота! — Драко закатил глаза, покачал головой и горько усмехнулся. — Скажи, Поттер, ты совсем дурак? Или просто наивен, как новорожденный книзл?       — Э-э-э…— замялся Гарри. Он все никак не мог понять, какую мысль хочет донести до него вдруг взбеленившийся Хорек.       — О, Мерлин, дай мне сил! — Драко почти с нежностью провёл пальцем по губам Гарри. — Тут и первое, и второе, похоже. Какой же ты глупый, мой идиотский герой.       — Драко, я… — начал было Гарри, но договорить не успел. Его заткнули поцелуем.