Мальчик - который - мой

— Эдди, детонька, ты очень славный мальчик! — старенькая миссис Гилл одобрительно похлопала маленькой, сухонькой ладошкой Эду по руке. — И красивенький такой, прямо как мой дорогой Томми в молодости! Счастья тебе, детонька. И любви. Ты добрый, замечательный мальчик! — Спасибо вам, миссис Гилл, — Эдди слегка смущенно улыбнулся. — Всегда готов вам услужить, мадам. — Какое чудесное воспитание! — продолжала восхищаться пожилая леди. — А речь! Я даже не думала, что такое возможно теперь, в среде нашей развращенной молодёжи! — О, миссис Гилл, вы меня вводите в искушение поверить вам и возгордиться, — Эдди продолжал смущенно улыбаться, не забывая при этом сгружать купленные миссис Гилл продукты в ее небольшой, аккуратный автомобильчик.       Это не входило в его обязанности, но миниатюрная, похожая на полупрозрачного паучка миссис Гилл, всегда набирала столько продуктов, что его совесть не позволяла ему не помочь старой женщине. Денег он с нее никогда не брал, хотя она каждый раз старалась запихнуть их ему чуть ли не силой. Хотя, какие там могут быть силы у древней старушки? — Доброго вам пути, миссис Гилл! — Эд аккуратно захлопнул дверцу ее машинки и одарил пожилую даму очаровательной, вежливой улыбкой. — До скорой встречи в нашем магазине, мадам! — Спасибо тебе, детонька, ещё раз. И до свидания, мой дорогой! — она помахала ему морщинистой, тоненькой ручкой и дала по газам. Эдди в который раз подивился некоторому лихачеству, которое старушка демонстрировала в управлении своим автомобилем. Сам Эд, как ни пытался, но вспомнить как водить машину так и не смог. Скорее всего, это было тоже последствием его амнезии.       Эдди вздохнул. Вот и время работы магазина закончилось. Теперь осталось только закрыть его и поставить на сигнализацию. Наконец-то! Скорее бы уже добраться до ванной и сбросить сексуальное напряжение, мучившее его вот уже порядочное количество времени. Благо, у него для таких дел была заныкана фотография голого по пояс Дэна. Он был на ней такой красивый. Расслабленно полулежащий на белом песке и загорелый, почти до шоколадного состояния. Идеальный контраст… Эдди не смог не присвоить себе эту фотографию. Она была сделана во время летнего отдыха Дэна на океанском побережье и была одной из самых удачных. Мастурбировать с ней в руках стало в разы занимательнее. Что Эдди и делал, когда уже было невмоготу терпеть. А терпеть приходилось часто — возбуждение рядом с Дэном стало теперь его почти постоянным спутником.        Дэн. Красивый. Самый лучший. Недосягаемый. И даже не догадывающийся, какую бурю чувств он вызывает в Эдди… Чем, интересно, он сейчас занят? Наверное, уже вовсю физически доказывает свою любовь этой девчонке Лиз. А сможет ли она в полной мере оценить любовь такого парня, как Дэн? Такого потрясающего парня? Разве женщина, даже самая лучшая и умная, сможет полностью погрузиться в мир мужчины, которого она якобы любит? Конечно же нет! Эти взбалмошные создания с грудью и вагиной зациклены только на себе и на особом к ним отношении! Но Дэнни натурал и он должен быть очарован женским полом. Эду в любом случае ничего с ним не светит.       Эдди попытался сглотнуть горький комок, моментально образовавшийся в горле, и отогнать от себя все эти непрошенные мысли.       Дома. Он подумает об этом дома. А сейчас просто нужно закончить свою работу и все. Без отвлечений на всякую любовную лирику.       Зайдя в помещение магазинчика, Эд уже было направился к пульту блокировки дверей, когда колокольчик, висевший у входа и возвещавший о каждом новом посетителе, вдруг весело заблямкал. Эдди оглянулся, чтобы сказать опоздавшему, что магазин уже закрывается и замер на месте, в нехорошем предчувствии.       Ввалившийся внутрь магазина амбалистый чернокожий тип в низко надвинутой на глаза темной бейсболке и чересчур большой для его размера одежде, на обычного покупателя не тянул совсем. Мазнув по Эдди безразлично-пустым взглядом, он вразвалочку двинулся в его сторону. Шёл он не быстро, как будто бы даже лениво, но весь его вид говорил сам за себя. Угроза, исходившая от этого человека, была весьма и весьма осязаема. Во всей его пластике было что-то опасное, звериное, дышащее тупой агрессией и жестокостью. Как и в выражении его лица.        Эдди был просвещен Дэном на тему существования таких людей. Тех, которые любят забирать чужое, вне зависимости от того хотят им что-либо отдавать, или нет. И что такие люди могут быть очень опасны и непредсказуемы. Эдди был совсем один в магазине и если что, то преимущества и в весовой категории и психологически были явно на стороне незнакомца. Паника заметалась в сердце и передавила горло. Ситуация казалась безвыходной. — Мы уже закрыты, сэр. — Голос Эдди был на удивление спокоен и невозмутим. Он даже поразился сам себе — откуда в нем эта выдержка? — Время работы маркета закончено, будем рады вас видеть в любое другое время, сэр!       «Сэр» смерил Эда ничего не выражающим взглядом, но тут же хищно осклабился и вдруг, со всей дури, не глядя, пнул по стойке с солцезащитными очками, находившейся рядом с ним. Видимо, решил продемонстрировать Эдди свои истинные намерения более красноречиво. Стойка жалобно хрустнула и с размаху рухнула на пол, погребая под собой явно сразу же пришедший в негодность товар.       «Бежать!» — спасительная мысль несколько запоздала, но попробовать все же стоило. Если учесть, что в руках у грабителя блеснуло что-то похожее на нож или кастет.       Эд развернулся, чтобы бежать, но было уже поздно. Чернокожий в два прыжка нагнал его и приложил чем-то тяжелым ему по шее. Не удержавшись на ногах, Эдди полетел прямо на полки с консервацией. С размаху въехав носом в угол одной из полок, он едва не потерял сознание от острой боли, ярким фейерверком взорвавшейся у него голове. Он практически ослеп от неё. По лицу, пульсирующими струйками, потекло что-то горячее и липкое. Белая пелена боли, окутавшая его с головы до ног, стала постепенно затягиваться алым, жгучим маревом, медленно расплывающимся перед глазами … * * * — Зелье отчужденности? — профессор Снейп оторвался от пыхтящего в котле варева и удивленно уставился на Драко. — Вы сейчас именно это сказали, мистер Малфой? Я не ослышался? — Вы не ослышались, профессор. — Драко кивнул. Он сейчас излучал уверенность и даже какую-то исступленную решимость. — Именно это зелье я сейчас прошу у вас. — Вы хотите… хм отвыкнуть от некоего предмета? Я правильно понял? Побороть некую зависимость? — Именно так, профессор. Мне это сейчас жизненно необходимо. — Драко говорил все так же уверенно и его лицо было абсолютно непроницаемо. — И чем быстрее вы снабдите меня этим зельем, тем будет лучше. Прошу вас, сэр! — Драко, но ты же знаешь, что могут быть побочные действия? — Снейп пронзительно посмотрел в глаза крёстника, но тот даже и не подумал отводить взгляда. — Ты можешь навсегда потерять интерес к предмету и тогда… — Именно на этот эффект я и надеюсь, сэр. — По лицу Драко пробежала тень, он на секунду отвел глаза и, как показалось профессору, подавил судорожный вдох, но тут же собрался и снова стал самим собой — самоуверенным и слегка высокомерным молодым человеком. — Эта побочка была бы весьма кстати. Если честно, я на нее и рассчитываю, сэр. — Драко, я не смею тебе указывать в этих делах, но здесь нельзя действовать хорошо не подумав, ведь больше может никогда в жизни не случиться чего-либо подобного. Ваша… хм… ваша зависимость… я и сам не в восторге от неё, но… — Профессор, если я избавлюсь от неё навсегда, все от этого только выиграют. Вы как никто другой должны понимать это! — На лице Драко не дрогнул ни один мускул, но в его взгляде засквозила такая неприкрытая тоска, что у профессора перехватило дыхание. — Драко, но я не могу… — Профессор, если вы мне его не дадите, то я попытаюсь сварить его сам! — перебил его Драко нетерпеливо. — А вы знаете, как это опасно для зельевара не такого высокого уровня, каким являетесь вы. Удушение ядовитыми парами при варке именно этого зелья — частая смерть неопытных. Яд акромантула и сок беладонны слабопестрой — самые опасные ингредиенты, как вам известно. Тут даже чары от удушья не помогают. Вы хотите такой смерти для своего крестника? — Драко, ты находишься на такой грани отчаянья? — Снейп с тревогой всмотрелся в лицо Драко. — Что даже уже не ценишь свою жизнь? Почему? Ты не хочешь быть зависимым от него? Я тебя очень в этом понимаю и даже приветствую это твоё решение, но пойми… — Профессор, я прошу у вас зелье, а не советов, — холодно отрезал Драко. Он уже стал заметно раздражаться. — Вы знаете моего отца почти всю жизнь, а меня вы знаете с самого моего рождения и вы так же знаете, что решения, принятые Малфоями никогда не меняются, не так ли? Чтобы вас потом не мучала совесть, вам просто нужно дать мне это зелье и все. Я бы мог купить его, но доверяю только вашей руке, сэр. — Как знаете, мистер Малфой. — Профессор снова склонился над котлом и принялся механически помешивать слабо булькающее варево. — В делах сердечных я полный профан и действительно ничего не могу вам советовать. Но я много раз находился на грани, на которой находитесь сейчас вы, но я так и не решился… лишиться всего того, чем жил. — И, наверное, зря… — тихо, как будто сам себе сказал Драко и тут же добавил: — Профессор, прошу вас!       Снейп щелкнул пальцами и достал из воздуха хрустальный фиал с темно-синей, искрящейся жидкостью и молча протянул его Драко. — Благодарю вас, сэр! — Драко подхватил фиал и благодарно посмотрел на профессора. — Срок действия как обычно — три дня?       Профессор кивнул. Весь его вид стал поникшим и даже каким-то жалким. — Ты не забыл, что в зелье надо кинуть и растворить частичку от этой твоей… зависимости? — глухо спросил Снейп. — Волосок или ещё что-нибудь… — Да, сэр. Я помню и у меня уже есть эта частичка. — Драко, но все же подумай, я… — До свидания, сэр!       Драко, не оборачиваясь, вышел, а профессор бросил в зелье самопомешивающую ложку, оперся о стену спиной и обессиленно закрыл глаза. Ему было о чем подумать в этот вечер.