Гамбит саламандры

— Это вы их привели, — азари говорила спокойным и ровным голосом, а её бесстрастное лицо застыло на голограмме каменной маской. «Да она просто в бешенстве» — с тревогой подумала Миранда. — До этого момента синтетики нападали только на людей, но стоило вам показаться на моей станции, как эти ублюдки решили, что Омега тоже неплохая цель. Что ж, я объясню им, как они ошиблись. А потом объясню вам, что значит приводить своих врагов в дом Арии. На самом деле, ситуация только на первый взгляд казалась критической — станцию штурмовало всего около двух десятков фрегатов (правда, учитывая, насколько компактными были гетские платформы, это всё равно давало довольно большую численность десанта). К тому же, ещё пятёрка кораблей курсировала в космосе, перестреливаясь с многочисленными, но не слишком мощными батареями ПКО. Судя по нескольким дрейфующим по инерции остовам — не слишком успешно. — Ария, я уверена, дело не в нас. Насколько я могу судить, геты сконцентрировались в какой-то отдельной части станции? — В жилых отсеках. Те районы частично контролируют наёмники, типа Синих Светил и Кровавой Стаи, частично местные банды, что платят мне за то, чтобы я не обращала на них внимание. Сейчас все они схлестнулись с гетами и друг другом. — Друг другом? — Пытаются отжать друг у друга кусок под шумок. Идиоты. Миранда тем временем рассматривала появившуюся схему станции, где красными точками были показаны боевые единицы гетов. — Они как будто бы оцепили какой-то район. — А в его центре находится клиника этого злосчастного саларианца. Я было подумала, что они пришли за ним, вот только пока ни один гет не приблизился к клинике на расстояние выстрела. — Я думаю, ваша догадка всё же верна, — Миранда кратко пересказала о предупреждениях Окира, ни о чём не умолчав — всё равно ровно то же самое слышал поверенный Арии. — Проклятье, ведь чувствовала, что с ним что-то не так… Значит так, — холод немного пропал из тона Арии, и Лоусон незаметно выдохнула, не позволив, разумеется, ни единому мускулу на лице дрогнуть, — своё слово я держу. Встречу с представителем Серого Посредника я вам уже организовала — времени у вас сутки, с запасом, учитывая, что место встречи не слишком далеко. Но прежде я прошу вас об услуге: заберите этого чёртового докторишку с моей станции. Мне плевать, что вы с ним сделаете, но я хочу, чтобы ноги его тут не было в течение ближайших двух часов. И можете проредить корабли гетов — насколько будет желания. За каждого плачу пятьдесят тысяч — больше эта рухлядь всё равно не стоит. Потом верните мне моего крогана, от него ещё может быть толк. — Хорошо Ария, мы сделаем это, — Миранда кивнула азари и выключила связь. — Чамберс, готовьте «Буревестник» и свяжите меня с Шепардом. Похоже его отряду выпала возможность слегка размяться.

***

В этот раз Миранда не полетела с ними, оставшись на корабле. Это решение она приняла, переговорив с Джоном: в данном случае важней всего была скорость, а лейтенант, несмотря на свою подготовку, только задерживала бы космодесантников. После краткой вводной Шепарду понадобился всего один вопрос канониру «Иводзимы», чтобы решить, каким образом Саламандры попадут на станцию. «Буревестник» высадил их прямо на поверхности станции, неподалёку от одного из кораблей, прорезавшего проход для десанта прямо сквозь камень и сейчас прилипшего к станции. — Похож на уродливую длинную муху, — озвучил мысли Шепарда Смит. Кивнув товарищу, Шепард ещё раз выглянул из-за неровности космического тела, и тут же нырнул обратно за складку местности, когда лёгкие, но скорострельные турели фрегата открыли по нему огонь. — Мы на позиции. Несколько секунд, и из невидимой на таком расстоянии «Иводзимы» отделился ослепительно яркий луч. Один выстрел из корабельного лэнс-излучателя — филигранной точности и мощности. Достаточный, чтобы уничтожить корабль, но не достаточный, чтобы разнести его на куски, закупорив проход, или повредить станцию. Омега тряслась под ногами Шепарда, но сержант сразу перебрался через своё укрытие и повёл отряд к деформированному и оплавленному корпусу. Дыма или огня нет — космический вакуум. Шепард шёл быстро, но осторожно — гравитационное поле Омеги было слабым, но его было достаточно, чтобы Астартес не улетели в открытый космос. По крайней мере, пока они не пытались прыгать. Сотня метров была преодолена за считанные секунды, и Шепард разорвал искореженные раскалённые куски металла, чтобы попасть внутрь корабля. Коридоры, предназначенные для гетов, невероятно тесны даже для обычного человека, что уж говорить о Саламандрах. Астартес пришлось плечами раздвигать быстро остывающий сплав, и радоваться, что десант покинул корабль, а защитные системы разрушены. Но лезть сквозь нутро «стрекозы» пришлось недолго — корабль всё же довольно маленький. Вскоре они попали в куда более широкий проход со стенками из оплавленного камня и оказались на охваченной боями станции, где им сразу пришлось вступить в схватку. Десяток гетов, которые сторожили корабль, возглавлял здоровяк с мощным кинетическим щитом, бесполезным против ленсов, и крупнокалиберной винтовкой, совсем не бесполезной против щитов Астартес. Шепард, едва его ноги коснулись металла станции (корабль гетов располагался почти под прямым углом относительно пола этого уровня), открыл огонь по здоровяку, одновременно шагая в сторону. Лучи ленса прошили гета насквозь, его голова и корпус разлетелись на куски. Рядом сержанта уже поддержал Джейкоб, выставивший барьер и точными выстрелами вырубающий гетов одного за другим. Отрывистый приказ — и отряд веером разбежался в стороны, чтобы не стать жертвой взрывчатки. Тут же по ним открыл огонь десяток гетов, засевших на перекрытиях уровнем выше. Искры, высекаемые пулями из металлического пола, едва освещали погружённую во тьму станцию — геты каким-то образом полностью отключили энергоснабжение в этом секторе. Наверх полетела сингулярность, в которую тут же затянуло большую часть стрелков. Однако ценой за это послужил исчезнувший барьер, и Шепарду пришлось рывком добраться до укрытия, представляющего из себя длинную клумбу, расколотую то ли каким-то взрывом, то ли попаданием крупнокалиберного снаряда. Вокруг чёрными комьями валялась земля с разноцветными кусками незнакомых Джону замёрзших растений. Быстро достав гранатомёт, сержант запустил гранату в самый центр кружащейся в воздухе куче отстреливающегося металла. Объёмный взрыв на миг вспыхнул ярким солнцем, озарившим поле боя. Ракета, выпущенная белоснежным синтетиком взорвалась рядом со Смитом, несколько осколков пробили кинетический щит и вонзились в руку, которой боец заслонился. Астартес на миг потерял равновесие, но через секунд восстановил его. Даже сквозь шлем был слышен его яростный рёв. Ракетчик взорвался от сразу нескольких лучей, вонзившихся в него. Чуть в стороне, Аленко одиночными выстрелами выбил гетов, увернувшихся от сингулярности, будто предугадывая их перемещения. В какой-то момент он чуть наклоняет голову, и в считанных сантиметрах от шлема с визгом пролетает тяжёлая пуля. Последнего гета разрезает напополам удачным попаданием, и бой заканчивается. Смит на молчаливый вопрос сержанта ответил отрывистым кивком, и отряд продолжил движение.

***

Вокруг — разруха, следы боя и мёртвые тела ксеносов, покрытые изморозью. Воздух был выкачан из этой части станции, и вокруг царил холодный мёртвый вакуум космоса. По пути им не попалось ни одного гета — видимо синтетики были связаны боями с обитателями Омеги, и не смогли выделить достаточных сил для перехвата возникшей в тылу угрозы. Довольно быстро они нашли нужный шлюз, ведущий вглубь жилых отсеков. Внешняя дверь опустилась, а внутренние створки начали подниматься, Шепард услышал шипение воздуха, просачивающегося через узкую щель внутрь шлюза — признак выравнивания давления. Кайден вдруг резко вскинул руку и Джейкоб едва успел вновь выставить барьер, когда в него тут же прилетела ракета, выпущенная изнутри станции. Геты ожидали их, перекрыв узкий коридор своими переносными щитам. Астартес открыли огонь сквозь щит, и ленсы смели техноксеносов, тщетно надеющихся на свои барьеры. Взмах рукой, и отряд продолжил движение, с Шепардом идущим в центре, поддерживая приходящего в себя Тейлора. Коридор переходил в огромное многоуровневое помещение. Перекрытия, отдельные комнаты, напоминающие размером дома, балконы под самым потолком, на высоте в несколько десятков метров. Город внутри города. Город, объятый боем. Геты и чужаки смешались в буре синеватых пересветов масс-ускорителей. Но Джон сразу увидел чёткое построение синтетиков с перекрывающимися секторами обстрела и то, как они наступали на разрозненных ксеносов, палящих не только по гетами, но и друг по другу. И среди них были люди — мало чем отличающиеся от чужаков, не считая внешнего вида. Точно так же они стреляли по тем, кто был одет в броню другого цвета, несмотря на угрозу куда более существенную. Точно так же они умирали. Геты не оставили их отряд без внимания. Сразу с нескольких уровней по ним открыли огонь десяток платформ. Быстро рассыпавшись по укрытиям, Космодесант ответил — и вниз на них полился дождь расплавленного металла вместе с искрящейся электроникой. Один за другим отряды синтетиков переключали внимание на них, как на наибольшую угрозу и присоединялись к обстрелу. — Саламандры, вперёд, пока нас не прижали огнём! Продолжая отстреливаться, отряд перестроился и клином начал прорываться вперёд. Выстрелы гетов впивались в их щиты, окутав Саламандр синими всполохами барьеров. Выстрел — и ракета расколотого штурмовика врезалась в одно из зданий, вместо того, чтобы попасть в космодесантников. Из открытых окон, откуда только что отстреливалась группа турианцев, вырывается пламя. Мощный биотический толчок — и упавшая на их пути часть железного моста разлетается в стороны, разбрасывая укрывавшихся за ним батаров. Шепард добивает валяющихся на полу ксеносов — слишком велика ненависть к народу работорговцев, слишком велика вероятность получить выстрел в спину. В следующую секунду длинная очередь одного из крупных гетов пробивает щиты Джона, словно мощный удар кувалдой в спину отбросив сержанта вперёд. Он сделал по инерции несколько заплетающихся шагов вперёд, упал на колени и натужно закашлялся, забрызгав шлем кровью. По счастью, позвоночник не был задет, а от ранения в одно из лёгких Астартес не умирают. Свифт замер на мгновение, развернувшись, и точной очередью отплатил синтетику за попадание в командира, пока последний поднимался на ноги. Спустя пару десятков метров и пару десятком уничтоженных платформ по ним начинают стрелять и спереди — они бегут прямо на баррикаду, набитую ворка, чей командир-кроган лежит кучей изрешечённого мяса прямо перед укрытием. Не останавливаясь, отряд перепрыгнул через кучу мебели и техники. Джону даже не нужно было доставать нож — хлёсткого удара кулаком было достаточно, чтобы сломать уродливой твари шею, и та захлебнулась в своём яростном крике. Краем глаза он увидел как Смит, опрокинув одного из сородичей убитого, втоптал его голову в металл станции. Ещё секунда — и от дерзнувших атаковать их чужаков осталась лишь груда окровавленных останков. Сами того не желая, уничтожив одну из сторон конфликта, космодесантники проложили дорогу гетам, и синтетики пошли по их следу, посылая точные выстрелы в просветы между укрытиями, домами и колоннами. Тейлор бросил в чужаков сингулярность — и тут же в его плечо прилетела пуля, пробившая щит, но застрявшая в наплечнике. Шепард дал знак — и Саламандры, перестав отвечать на выстрелы, резко ускорились, наклонившись к полу. Над головами свистели пули и ракеты, за спиной раздавались взрывы гранат, но уже через десяток секунд они завернули за угол одного из зданий и оторвались от погони. Воспроизведя в уме карту станции, Шепард повёл отряд за собой. Они постарались избежать столкновений с наёмниками — лишь единожды они случайно столкнулись лбами с группировкой Затмения, и ксеносы первыми открыли огонь. Вернее, попытались — десяток метров Астартес преодолели менее чем за секунду. Хрустят кости и хлюпает плоть — кто-то всё же достал нож. Шепард врезался плечом в наёмника в шлеме, опрокинув того на пол. Сержант уже поднял ногу, чтобы раздавить грудную клетку, запрятанную в несплошной бронежилет с эластичными элементами по бокам, но с противника слетел шлем. На Джона смотрели полные ненависти зелёные глаза. Человеческие глаза. Пока сломанная рука наёмницы плетью лежала на груди, здоровая потянулась к пистолету на поясе, не оставляя Джону выбора. Выстрел в сердце оборвал жизнь предательницы. Для Шепарда никем иным она не могла быть — как ещё назвать того, кто с оружием в руках напал на защитников человечества?

***

Мордин не любил сидеть на месте. Точнее, он не любил ждать на одном месте. Это в равной степени касалось науки и его работы в ГОР. Все эти громкие фразы о том, что «нужно держать фронт» не трогали Солуса — каждая секунда без дела казалась ему напрасной тратой времени, даже если у ожидания была определённая цель. Вот и сейчас он, в очередной раз перепроверив расстановку роботов «ЛОКИ» и немногочисленных добровольцев по периметру больницы, продолжил помогать раненым, не делая разницы между членами разных группировок, простыми людьми и одиночками. Некоторые, как Синие Светила, попытались было «качать права», но пуля, выпущенная в лоб их лидеру быстро заставила наёмников пойти на попятную. — Сквозное ранение, — саларианец внимательно разглядывал экспресс-снимок, сделанный на аппарате МРТ. — Кость не задета. Разрыв малоберцовой артерии. Задет нерв? Проверить рефлекс. Калибр — 8-9 миллиметров. Гет? Нет, слишком мелкий патрон. Лансер? Слишком крупный. «Хищник». Прежде всего остановить кровотечение, — на самом деле Мордину хватило короткого взгляда на снимок, чтобы начать операцию, его мысли, проговариваемые вслух, были лишь привычкой, благо пациент был без сознания, а молодая ассистентка-азари уже успела привыкнуть к причудам профессора. — Лигатура на артерию. Наложить протез. Сантиметр или полтора? Шок, артерии спазмированы. Полтора. Но сначала — декомпрессионная фасциотомия. Ревизия канала. Иссечение вторичной зоны… Человек-волонтёр с непривычки чересчур крепко сжимал в руках винтовку и, замерев в дверях, не решался прервать действия врача, бормочущего себе под нос со скоростью пулемёта. В обычных условиях Мордин мог позволить себе потратить на такое ранение пару часов, а то и больше, но сейчас число его пациентов увеличивалось каждую минуту, так что он не мог выделить более получаса даже на тяжелораненых. Закончив основную, наиболее тяжёлую часть операции, Мордин отошёл в сторону, позволив ассистентке закончить работу. Кивнув ожидающему его юноше, он очистил руки от крови антисептиками и ультразвуковым мини-душем. — Доктор Солус, там пришли эти… Саламандры. Которых пару дней назад у Арии видели. Они ищут вас. Нам прогнать их? — Ни в коем случае. Проводите меня к ним и передайте командиру, чтобы не поддавался на провокации, — скороговоркой выпалил саларианец и быстрым шагом направился на улицу. Мужчине оставалось только стараться не отстать от него, одновременно пытаясь связаться со своим начальником, чтобы передать пожелания Мордина. Астартес ждали ксеноса у входа в клинику под прицелом двух турелей и полтора десятка ЛОКИ, не считая несколько ополченцев. Незадолго до прихода Солуса один из них снял шлем, демонстрируя переглядывающимся жителям Омеги ониксовую кожу, слегка лоснящуюся в тусклом свете станции. Прикрыв огненно-красные глаза, космодесантник зашёлся в приступе кашля, и саларианец отчётливо увидел как изо рта выходят красные сгустки. Заметив профессора, гигант начал было что-то говорить, но Мордин, не обращая внимания, обошёл его со спины, рассматривая расколотую броню. — Отверстие крупное, калибр ориентировочно 11-12 миллиметров. Гетская винтовка. Выходного отверстия не видно, пуля застряла в теле. Гемопноэ. Очевидно проникающие ранение грудной клетки, повреждено лёгкое, — переводя дыхания, Мордин по коммуникатору приказал готовить операционную, — Торакотомия, доступ… нижний. Попадание единичное, ограничимся лобулярной резек… — Полковник Солус! — докричался наконец до него новый пациент. — Хм, сознание ясное, слабости не наблюдается, одышки нет… — до саларианца наконец дошёл смысл обращения, — Полковник? Нет-нет, отошёл от дел. Медицина и наука. Пройдёмте со мной, операция несложная. — Ты, кажется, не понял, ксенос, — угрожающе надвинулся один из товарищей космодесантника, но тот его остановил. — Я не за лечением пришёл, хм, доктор. А за вами. — Убийцы? Нет-нет, уже был бы мёртв. Похитители? Выманили наружу, но под прицелом турелей. Вербовщики? — глубоко вздохнув, Мордин сделал шаг назад, заметив, как напряглись защитники клиники, и как едва заметно даже для саларианского глаза шевельнулись Астартес — Если вы отказываетесь от медицинской помощи, то меня ждут мои пациенты. — Да что ты… — сделал шаг тот же воин, но его снова остановил раненый Саламандр. «Очевидно, командир» — Доктор, вы не задумывались, зачем геты пришли на станцию? — Мало информации. О гетах. Сложно судить о целях. Технологии? Ценности? Информация? Не люблю гадать. — Они пришли за вами, док. Геты уже оцепили этот участок станции и скоро будут здесь. Солус прикрыл глаза, анализируя разрозненные свидетельства добравшихся до клиники раненых и сопоставляя их со сказанным Астартес. — Хотите защитить? — Скорее, забрать. Разве вы не понимаете, что подставляете под удар всех ваших пациентов? Старый ГОРовец с трудом удержался от того, чтобы поморщиться от столь топорной манипуляции, но не признать правоту незнакомца было сложно. — Сменить одних похитителей на других? — Скажите, к вам недавно не приходили некие личности с предложением поработать над… старыми проектами? Гулкий голос командира воинов не звучал вкрадчиво, скорее покровительственно и даже немного заботливо, но Мордин не давал себя обмануть. Ксенофобия людей была широко известна по всей галактике, и столь старательные попытки уговорить его добровольно пойти с ними не могли не иметь под собой подоплёки. Тем не менее, Солус так же понимал, что и вправду не сможет подставить под удар всех, кто нашёл в его клинике островок порядка в разверзнувшемся на Омеге хаосе. Прежде чем саларианец дал ответ, один из космодесантников резко обернулся и из его необычно выглядящего оружия вырвался ослепительный луч, вонзившийся в появившегося из-за угла гета. От попадания грудь синтетика брызнула раскалённым металлом, а синтетические мышцы лопнули, разбрасывая вокруг волокна и смазку. — Геты уже здесь! Оценив своё удалённое от клиники положение, Мордин был вынужден нырнуть в укрытие рядом с Астартес, которые огнём сдерживали нахлынувших отовсюду машин. — У тебя ещё остались сомнения, ксенос? — Нет. План? — Тейлор, прикрывай его, Свифт, Смит, левый фланг, Аленко, со мной направо. Выбираемся по третьему маршруту. Вперёд, Саламандры, в пламя битвы! — На наковальню войны! Мордин был стар по меркам своей расы. Большую часть своей жизни он провёл на службе ГОР, а потому видел в бою представителей почти всех разумных рас и подразделений галактики. Школа азарийского спецназа, основанная на биотике, высокой мобильности бойцов и агрессивной тактике. Элитные части Иерархии, выделяющиеся своей методичностью, дисциплинированностью и стойкостью даже по турианским меркам. Саларианские ГОР, способные как выиграть бой одним тщательно продуманным манёвром с использованием продвинутых технических средств, так и вовсе его избежать. Кроганские вармастеры, чья единственная слабость — привычка действовать в одиночку. Батарианские каратели, закалённые войной с человечеством, опытные и безжалостные даже по меркам своих коллег из других государств. Разве что спецвойска волусов Мордин не встречал — за пределами своих планет с высокой гравитацией они были ненамного опасней любого другого представителя своей расы, поэтому вассалы турианцев чаще полагались на помощь своего сюзерена, либо наёмников. Астартес не были похожи ни на кого из них. Можно было бы сказать, что они вобрали в себя самые сильные стороны всех мало-мальски известных подразделений галактики, но Солус видел — это было не так. Школа космодесанта была не просто отличной — она была совершенной. Невероятные физические способности Саламандр (в этом плане с ними могли сравниться разве что яги, и то у саларианца были сомнения на этот счёт) использовались их тактикой на все сто процентов. Постоянное движение, но при этом сектора обстрела не перекрывают друг друга и не оставляют слепых зон. Непрерывное наступление, которое тем не менее не приводило к потерям (хотя несколько раз Астартес получили лёгкие и будто бы не слишком лёгкие ранения в конечности — Мордин был уверен, это были намеренные жертвы) благодаря скорости и грамотному маневрированию отряда. Буквально за несколько минут вихрь огня, который извергали гиганты в зелёной броне, выбрался из захваченного гетам сектора и направился к одной из вторичных посадочных площадок в жилых секторах. «Невероятно. Максимальная эффективность. Ни одной ошибки. Создали и отшлифовали такую военную школу за годы войны с батарианцами? Невероятная адаптивность. Наследие планетарных войн? Возможно, люди — угроза куда более серьёзная, нежели кроганы…» В какой-то момент они оторвались от гетов, и отряд чуть замедлился, позволяя немолодому доктору перевести дыхание. — Впечатляет, профессор. Вы почти выдержали наш темп, — тот, кого назвали Джейкобом под конец почти тащил за собой — довольно аккуратно — Мордина, одновременно прикрывая плотным биотическим щитом (который, как ни странно, почти не пытались пробить, что также свидетельствовало в пользу слов Астартес). — Уже не молод. Простите, — задыхаясь, произнёс Солус. Через полминуты он почувствовал себя лучше, и группа двинулась дальше. У самого выхода к площадке их встретила баррикада, перед которой в развороченном состоянии лежали останки пары десятков гетских платформ… и трупы различных инопланетян. — Синие Светила. Мордину, тёртому калачу, не один десяток лет служившему в ГОР, стало сильно не по себе от той нечеловеческой ненависти, что прозвучала в голосе Астартес, чей шлем был наполовину покрашен белым. Отряд изготовился было к бою, но тут командир наёмников, подняв руки вверх, медленно вышел из-за баррикады. Это оказался высокий турианец с потёртым доспехом. — Люди, если я правильно понимаю, вы хотите пройти на посадочную площадку вне зависимости от нашего желания? Космодесантник в крашеном шлеме поднял было оружие, но командир жестом остановил его. — Да. Уходите с нашего пути, и мы вас не тронем. — Хорошо, только позвольте задать один вопрос: Ария в курсе, что вы тут с господином профессором? Хоть наёмник и был в закрытом непрозрачном шлеме, Мордин уловил тонкую насмешку в его голосе. — Да. А теперь с дороги, — процедил командир. Турианец сделал знак своим бойцам и первым направился в узкий проход между мебелью, аэрокарами и прочим крупногабаритным мусором. Его подчинённые настороженно следили за космодесантником, но не делали попытки поднять оружие, пока Астартес по одному проскальзывали через проход, в то время как остальные наблюдали за наёмниками. Мордин вспомнил, что накануне ему пришлось работать допоздна, занимаясь лечением большой группы батарианцев, которых будто танком переехали. Не всех из них удалось спасти — и, как удалось узнать после осторожных расспросов, причастны к этому были именно эти выходцы с Земли и её колоний. Тем не менее, отряд не терял бдительности, профессионально прикрывая своего подопечного со всех сторон и при этом продолжая следить за ксеносами. Однако обошлось без эксцессов, и вскоре они стояли на платформе, ожидая транспорт. — Надо было их всех перестрелять. Сколько наших товарищей убили такие как он на Камале и других планетах Предела? — Спокойно, брат Николас. Брат-сержант знает, что делает, не так ли? — командир мягко успокоил его. — Эти ксеносы не знали, что геты ищут саларианца. Они могли бы задержать нас, но теперь станут щитом между нами и синтетиками. Должно быть они надеялись получить какой-то козырь против Арии — что ж, для этого им придётся выжить. — Прагматично. Враг моего врага — мой друг, — подал голос Солус, закончивший надевать лёгкий скафандр, пригодный для выхода в космос. Его коммуникатор подключили к сети Астартес, так что он мог слышать всё, о чём они говорили. Или, по крайней мере, то, что они хотели, чтобы он услышал. — Враг моего врага — всё ещё мой враг. Прежде чем доктор ответил, створки шлюза разъехались в стороны, и в небольшой ангар залетела машина, напоминающая летучую рыбу.

***

— Похоже, геты потерпели неудачу. Почти все их корабли уничтожены или отступили. Платформы на станции изолированы и вскоре их добьют местные. Профессор спасён и только что прибыл в ангар. Крогана забрал челнок Арии. Это успех, мэм. Миранда, выслушав доклад Чамберс, кивнула, ничем иным не выдав своего удовлетворения. «Не хватало ещё самой начать раздувать её самомнение». — Лейтенант, входящий сигнал, источник зашифрован, но код — «Пурпур». Код «Пурпур» означал, что были использованы коды доступа СБ. — Выводите на экран, — приказала Чамберс. — Приветики, принцесса, — Миранда, услышав знакомый голос, с трудом удержалась от того, чтобы закатить глаза, — если я правильно определила ваше положение, через минуту-другую из-за края станции прямо на вас выйдет гетская лоханка — я бы не рекомендовала её уничтожать. — И почему же? — Лоусон стоило определённых усилий сохранить свою маску невозмутимости перед находившимися на мостике офицерами. — Я смогла установить на него маячок, который активируется, как только кораблик сядет на какую-нибудь планету с достаточно сильным гравитационным полем. Это ведро с гайками повреждено, и, хотя я и не инженер, вряд ли дотянет до Вуали Персея. Так что вы сможете узнать, нет ли где рядом у них перевалочного пункта или базы. Как вам идея? Как раз в этот момент из-за края станции и вправду показался борт гетов. Космос рядом с ним прочерчивали болванки рельсотронов ПКО «Омеги», но, как ни странно, ни один из канониров станции не мог попасть в небольшое судно. — Мэм? — вопросительно приподняла бровь Чамберс. Оперативник, которая скрыла своё лицо за фотографией маленькой птицы — камышовки, уже успела отключиться. — Сделайте несколько залпов, но постарайтесь промахнуться. Вряд ли от этой слежки будет толк, но может быть какая-то польза нашей разведке всё же от этого будет. Тем не менее наше задание остаётся прежним, так что мы отправляемся на встречу с агентом Серого Посредника. Вводите координаты, предоставленные Арией. Я буду в ангаре — хочу лично переговорить с этим саларианцем, который всем так нужен. — Так точно, мэм.