Интермеццо II
14 сентября 2019 г., 13:41
— Значит, сами вы королеву не видели, мы правильно вас поняли? — Хакет перевёл взгляд с голоснимков, зависших над столом, на маленькую голограмму сержанта с забинтованной головой.
— Так точно, сэр!
— Капитан, Совет Цитадели уже в курсе? — гранд-адмирал посмотрел на единственного спутника раненой женщины.
— Никак нет, сэр. СПЕКТР Крайк в данный момент летит на «Нормандию» на челноке. Как только он прибудет, мы будем вынуждены связаться с его начальством.
— Расскажите им всё без утайки, — мужчина обвёл взглядом остальных собравшихся — лично или в виде голограммы — в поисках возражений, однако сейчас с ним были согласны все, даже Крейг, — в данных обстоятельствах, нам выгоднее сотрудничать с Цитаделью. Как минимум, пока мы не выясним, насколько велика угроза рахни.
— Так точно, сэр. Куда нам направляться теперь? — спросил командир «Нормандии».
— У нас нет никакой новой информации о передвижениях Сарена или Бенезии. Геты также не предпринимали никаких новых действий, так что работайте с теми уликами и данными, что у вас есть. Адмирал Хакет, конец связи.
Отсалютовав командованию, синие фигурки офицеров рассыпались.
— Сначала геты, потом эти непонятные «Жнецы», теперь ещё и рахни, — мрачно протянул гранд-адмирал Крейг, — как-то очень быстро Сарен из угрозы иллюзорный превратился в угрозу реальную и притом весьма серьёзную. Чем занималась наша разведка? И я говорю о вас обоих! — раздражённо добавил он, заметив, что напрягся только Франц Рихтер. — Новерия — это ваша зона ответственности, Харпер. Если бы вы занимались своим делом, а не пытались отобрать у Рихтера его хлеб, то мы бы не имели сейчас в трёх прыжках от Земли практически захваченную рахни планету! Почему в этой «Байнери» не было ваших людей? Тем более что компания была связана с Сареном, а его позиция известна уже давно, — не давая генералу оправдаться, Тиберий повернулся к главе военной разведке. — А вот это уж ваш провал, Франц. Вы должны были следить за Сареном и другими радикалами Цитадели, чтобы они не выкинули без нашего ведома подобный фортель. Да и то, что вторжение гетов застало нас врасплох — ваша вина!
— Думаю, сейчас не лучшее время для поиска виноватых, — примирительно произнёс Корнилов, — нужно решать, что делать дальше. Думаю, все согласны, что план «Халдик» окончательно откладывается. Теперь, когда к рахни присоединились геты, нам придётся сотрудничать с Цитаделью, как бы нам ни хотелось обратного, — последняя фраза была обращена прямо к бывшему имперскому капитану, который уже успел открыть рот, но, махнув раздражённо рукой, всё же промолчал. — А потому нам следует решить, как наилучшим образом перетасовать наши силы. На данный момент ситуация такова, — над столом зависла карта той части галактики, что была подконтрольна Федерации. — Первый флот адмирала Хакета проходит перевооружение в Местном Скоплении. Генерал-фабрикатор, сколько ещё времени займёт модернизация?
— Полная модернизация потребует двести тридцать семь дней, плюс-минус три дня стандартной погрешности. Если же сконцентрировать наши мощности в первую очередь на дредноутах, то они смогут вернуться в строй через сто четыре дня, плюс-минус один день стандартной погрешности. Напоминаю, что в состав Первого флота входит восемь дредноутов, из них пять — типа «Легат» и три более новых, типа «Маршал». Кроме того, все три корабля типа «Эверест», перестроенные в крейсера огневой поддержки, также приписаны к этом флоту и уже сейчас готовы к службе. Из более мелких кораблей…
— Достаточно. Мы тут до вечера будем перечислять все корабли, что входят в мой флот, — махнул рукой Хакет, — что там с твоим флотом, Акаму?
— Второй флот по большей части, сейчас занимает позиции вдоль границы с пространством Цитадели. Из пяти его дредноутов один «Легат», все остальные — «Маршалы». Кроме того, ещё один «Легат» с небольшой флотилией контролирует границу с Системами Терминуса, — доложила вместо гранд-адмирала Фио.
— Повторяю своё предложение, — подал голос сам Кохаку, — усилить группировку «Терминус» и перевести её ближе к Вуали Персея. Сейчас там только Четвёртый флот и его сил недостаточно для эскадренного боя с полноценными силами вторжения.
— Мы решим этот вопрос сегодня, Акаму, — кивнул товарищу Стивен Хакет и обратился к техножрице, — раз уже про него вспомнили, что там с Четвёртым флотом?
— Дредноутов в своём составе не имеет, как и тяжёлых крейсеров или носителей, только семнадцать лёгких крейсеров типов «Мидуэй» и «Ютланд» и тридцать три фрегата различных типов, в основном «Верден». Рассеян по всей территории Федерации, выполняет задачи патрулирования.
— Флот-адмирал Натеш Сингх эти утром предоставил доклад о потерях после атаки гетов, — знаком приостановил итальянку Хакет, — в основном это фрегаты, уничтоженные в тех схватках, где у гетов были подавляющее превосходство в силе. Суммарно, он потерял восемь фрегатов, ещё пять получили тяжёлые повреждения и нуждаются в ремонте, как и один крейсер. Сингх согласен с Кохаку, его флота недостаточно, если геты введут в бой тяжёлые суда.
— Про свой флот я и сам могу рассказать, — не дал продолжить генерал-фабрикатору Крейг. — Три «Маршала, четыре «Легата» и мой «Доминатор», который вы упорно продолжаете называть дредноутом.
— А что поделать, если он крупнее даже новейших звездолётов, — позволил себе доброжелательную ремарку Стивен, — господин Порфирий, а что с флотом Ордена?
— На данный момент, кроме «Молота Горна», мы располагаем четвёркой новых тяжёлых крейсеров типа «Рыцарь» и пятёркой модернизированных «старичков» типа «Нью-Дели», — библиарий слегка улыбнулся, — а, и один дредноут, почтенный брат Ив’тан.
— Не могу не поинтересоваться, когда же к нам присоединиться командор-регент? — подчёркнуто вежливо поинтересовался Джек Харпер, пока остальные отреагировали вежливыми улыбками на незамысловатую шутку. — Ситуация изменяется с каждым днём, и мы находим несколько… странным, что он всё ещё посылает вас на наши собрания, и это, при всём уважении, господин Порфирий, вызывает у меня беспокойство.
Космодесантник тяжело посмотрел на голограмму безопасника, и нехотя признался:
— Командор на данный момент… не в состоянии присоединиться к нам.
— Что с ним произошло? — искренне озабоченным тоном быстро спросил Крейг.
— Он уже пошёл на поправку и, если сочтёт нужным, лично сообщит вам. Пока же я вынужден выполнять его обязанности, — прикрыв веки, ответил астартес.
— Это печальные новости. Мы все желаем скорейшего выздоровления командору, — подытожил Хакет, — но, боюсь, ни геты, ни Сарен, ни рахни не будут его ждать, поэтому давайте вернёмся к насущным проблемам. Гранд-адмирал Крейг, сколько вам ещё понадобится времени, чтобы дожать батарианцев в Пределе?
— Клянусь, в течение недели падёт последний их оплот! — с жаром ответил имперец, взбудораженный новостями о своём коллеге по путешествию сквозь время и пространство. — В том числе и на Камале!
— Она всё ещё не занята? — удивлённо спросила Пиколло.
— Та часть города, что находится на поверхности уже полностью под нашим контролем. Ксеносов из города мы вывезли, либо уничтожили. Однако под землёй, как оказалось, на многие километры раскинулась сеть бункеров и оружейных заводов, которые производили снаряжение для обороны города. Саламандры и группы N7 продолжают зачищать их, несмотря на сильное сопротивление. К сожалению, чтобы их гарантировано уничтожить взрывчаткой, зачастую требуется сначала захватить, а в таком случае это уже не имеет смысла. Пусть лучше фабрики ксеносов заработают на нас, верно? — мрачно усмехнулся Тиберий. — Однако остаётся открытым вопрос с вторжением в метрополию.
— С учётом угрозы гетов, сейчас не лучший момент. К тому же, программа «Троян» близка к окончанию подготовительной фазы, — взял слово Рихтер, — вскоре мы начнём внедрение. Поэтому, я предлагаю ограничиться блокадой. Перекроем ключевые ретрансляторы, а тех кто проскочит, встретит Четвёртый флот.
— И кого же послать на блокаду? — задумался вслух Корнилов, а потом продолжил, что-то прикинув в уме. — Некоторые части Третьего Флота находятся на передовой больше полугода, им нужен отдых. Предлагаю часть кораблей оставить на блокаду, а часть отправить в Местное Скопление, для планового ремонта и отдыха. Постепенно будем осуществлять ротацию звездолётов и экипажей. А вторжение в Вуаль тогда ляжет на ваши плечи, гранд-адмирал Хакет.
— Мои бойцы — закалённые ветераны, их опыт был бы славным подспорьем в войне с гетами!
— Будьте милосердней к своим солдатам, — с трудом удержался от укоризненного тона Кохаку, — пусть отдохнут. К тому же, я нутром чую — рано или поздно Стивену понадобится помощь. И тогда вы присоединитесь к этому вашему «Крестовому Походу».
— Что ж, этот вопрос мы решили, — подытожил Корнилов, когда Тиберий с неохотой согласился, — насчёт усиления наших позиций рядом с Вуалью я поддерживаю гранд-адмирала Кохаку.
— В этом случае, надо дать отмашку Удине, — вставил Франц Рихтер, — а то в Цитадели заметно напряглись из-за его неопределённой позиции. Турианцы устроили внеплановые учения неподалёку от Цитадели, да и последнее время у них какая-то непонятная активность вокруг якобы законсервированных дредноутов. Пусть посол пойдёт на попятную, даст знать, что мы не собираемся с ними воевать.
— Показать чужакам слабость?! — возмутился Крейг.
— Пусть думают что мы слабы, — неожиданно поддержал своего оппонента Харпер, — нам же лучше.
— Нужно провести парад, — заявила вдруг генерал-фабрикатор, перед этим напряжённо размышлявшая над чем-то.
— Что? — после повисшего на несколько секунд удивлённого молчания, переспросил Стивен Хакет.
— Парад. На Камале. — Фио начала развивать свою мысль. — Таким образом, мы официально заявим о том, что наши цели в войне достигнуты, пиратская угроза устранена, границы в безопасности, а посягательства на внутренние территории Гегемонии всё это время были лишь домыслами противников человечества. Тогда батарианцам будет сложнее удержать население от восстания угрозой вторжения, когда «Троян» войдёт в ключевую фазу. В то же время, это может помочь усыпить бдительности Цитадели. И на Земле это поможет успокоить тех, кто просит мира, хотя они пока что и тихи.
— Таких немного, — поспешно заверил глава СБ, одной из обязанностей которого было контролировать лояльность и настроения всех человеческих поселений, насколько это возможно.
— И всё же. Что думаете? — женщина обвела взглядом собеседников из-под алого капюшона.
— Идея не самая плохая, — задумчиво покивал головой Хакет, — особенно та часть, что про публичное заявление.
— Заткнёт рот многим сторонникам вмешательства в конфликт в Пространстве Цитадели, — добавил Франц.
— По-моему это пустое бряцание оружием, — недовольно проворчал Крейг, — а этот ваш «Троян» — полный бред. Впрочем, пусть. Когда придёт время, ксеносов это не спасёт, — зловеще добавил он, не заметив быстрой переглядки двух других гранд-адмиралов.
— Есть ещё кое-что, — после затянувшегося молчания, начал глава военной разведки, — что там с "Иводзимой", Харпер?
Хоть лицо генерал-полковника ни на миг не дрогнуло, вопрос, видимо, застал его врасплох, потому что несколько секунд он молча собирался с мыслями, искоса глядя на Франца Рихтера.
— Семь часов назад «Иводзима» вступила в бой с кораблём противника, идентифицированным как аналогичный зафиксированному «Нормандией» у Иден Примарис. В ходе сражения оба корабля получили тяжёлые повреждения и были вынуждены отступить. На данный момент, фрегат через ретрансляторы направляется в Местное Скопление для ремонта, так как варп-двигатель был задет выстрелом, и его работу техножрецы не могут гарантировать, — наконец, ни на кого не глядя, чётко произнёс Харпер.
— То есть ваша миссия завершилась провалом? — с издевкой надавил Рихтер. — Информации о Коллекционерах вы не добыли и едва не просрали корабль, который, вообще-то, должны были приписать к моему ведомству?
— Франц, — поморщился Хакет, — не перегибайте палку.
— Не могу согласиться с вами, коллега, — обратился к оппоненту Джек Харпер, — в частности в ходе боя мы выяснили характеристики вражеского звёздолёта. Этот корабль по размерам соответствует турианскому дредноуту и экипирован, помимо многочисленных артиллерийских рельсотронов, мощным главным калибром неизвестного принципа работы, возможно это лучевое оружие. «Иводзима», благодаря своей манёвренности, смогла уклониться от его залпа, а вот менее скоростное и более крупное судно, вероятно, проиграло бы в подобной дуэли. Кроме того, судя по многочисленным косвенным доказательствам, этот корабль действительно принадлежит к расе так называемых «Коллекционеров», которые занимаются торговлей технологиями в обмен на… странные запросы. Также не стоит забывать о том, что у Арии теперь зуб на гетов, что может сыграть нам на руку в будущем.
— «Косвенные доказательства», «неизвестный принцип работы», — протянул Рихтер, — тьфу! Сколько у Коллекционеров этих кораблей? Где находится их государство? Какие цели они преследуют? Да хотя бы как они выглядят? Можете ответить на эти вопросы? Нет? Я так и думал, — с превосходством скрестил руки на груди немец.
— А что с отрядом космодесантников, который вы попросили в помощь? — прищурился Порфирий.
— К сожалению, оперативная группа была на поверхности планеты в тот момент, когда противник вышел из ретранслятора, связь с ними была потеряна сразу после этого. Лейтенант Чамберс, следуя инструкциям, воспользовалась нейтрино-бомбой. Взрыв был зафиксирован визуально.
Библиарий прикрыл глаза, плотно сжав губы. Франц хотел снова съязвить, но Кохаку одёрнул его взглядом. Тогда Рихтер перевёл тему.
— Кроме того, вы умудрились захватить бывшего полковника ГОР, Мордина Солуса. Он на «Иводзиме»?
— Да, и находится там добровольно, — с достоинством кивнул Джек.
— В таком случае, предлагаю решить, что с ним делать. ГОР изрядно переполошились, когда обнаружили его пропажу после атаки гетов на Омегу. Думаю, они быстро выяснят, куда он делся, если уже не в курсе. Их реакцию я не берусь предсказать.
— А чем он таким занимался, этот ксенос? — поинтересовался Крейг, безучастно до этого наблюдавший за перепалкой двух разведчиков.
— Много чем. Самое главное — генофагом.
— Это… серьёзно, — нахмурился Кохаку, — если саларианцы решат, что мы собираемся излечить генофаг…
— Вот поэтому лучше будет его всё же вернуть в Цитадель, — высказалась Пиколло.
— Ну уж нет, раз уж он попал нам в руки, надо этим воспользоваться! — возразил имперец. — Наверняка он хранит какие-нибудь секреты их разведки, которыми мы можем воспользоваться.
— Над нами завис дамоклов меч гетов, не забыли? — повысив голос на полтона, произнёс Хакет. — Нельзя нам сейчас портить отношения с Цитаделью.
— Есть у меня идея, как и Цитадели угодить, и Солуса не лишиться, — привлёк внимание Харпер.
— Ваша идея уже вышла нам боком! Может, хватит?
— Успокойтесь, Франц! Ваша несдержанность заставляет меня усомниться в вашем профессионализме! — не выдержал Хакет. — Говорите, Харпер.
— С учётом появившейся угрозы рахни, предложим Цитадели собрать совместную группу учёных для разработки биологического оружия против них. А руководителем предложим профессора. Конечно, актуальной информации мы не получим, но мы сможем понять их методы создания подобного оружия, а также чем они руководствуются при выборе эффектов. Мы получим шанс понять, как они думают, создавая такое вооружение, — продолжать безопасник не стал, но невысказанную мысль все уловили. Пример кроганов был буквально под рукой — Тучанка находилась не так уж далеко от границ Федерации.
— Это может сработать, — вынужденно согласился Крейг.
— А если они откажутся, то, так и быть, отпустим его, — подытожил Корнилов. — Все согласны? Отлично. А теперь, генерал Харпер, давайте вы нам с самого начала и во всех подробностях расскажете всё, чем занималась "Иводзима" с момента отбытия с Элизиума…
***
Адмирал Мигрирующего Флота Хан’Геррель вас Нима проснулся от настойчиво трезвонящего инструментрона. Уже успевшая слегка онеметь от вибрации прибора рука с неохотой подчинялась приказам ещё не вполне заработавшего мозга, но всё же кварианцу удалось, сев, ответить на вызов неизвестного. — Что случилось? — спросил адмирал, мельком глянув на часы. Разбудить его через три часа после окончания вахты могли только по очень веской причине. Например, внезапному исчезновению гетов с лица галактики. — Адмирал, в систему вошла эскадра из группы военных кораблей! Их командир утверждает, что они прибыли с посольской миссией из Федерации. Это люди! — вызывавшим оказался его адъютант Рамил’Борро. — Что? Посольская миссия? — Хан’Геррель потёр шею через материал скафандра, стараясь осознать сказанное. — Что Конклав? Другие адмиралы? — Конклав постановил собрать Коллегию и перепоручить ей все предварительные решения. Адмиралы Раэль’Зора и Заала’Корис уже извещены и направляются на «Райю», первый прибудет через пятнадцать минут, второй — через двадцать. Адмирал Шала’Раан находится в патруле, связь с ней пока не удалось установить. Адмирал Даро’Зен должна быть на своём корабле, однако пока что она не отвечает на вызовы — у неё сейчас какой-то важный эксперимент. Пока Рамил докладывал об обстановке, Хан окончательно сбросил с себя оковы сна — не в последнюю очередь благодаря дозе мгновенно разогретого пхкай — бодрящего напитка из листьев произрастающего на Раннохе дерева. На Флотилии росло всего четыре таких (по одному на каждый корабль-ферму), и рядовому кварианцу полагалось не более трёх сушёных листиков в год — но адмирал, кроме обязанностей, имел и определённые привилегии. — Что говорят Раэль и Заал? — Адмирал Зора предлагает вам связаться с эскадрой и сначала узнать, зачем вообще понадобилось это посольство. Адмирал Корис настаивает, что принять людей придётся в любом случае. Установить канал связи с ними? — Нет, пожалуй, нет. Всё равно скоро соберёмся. Лучше свяжи меня с план-адмиралом Зираком’Вир. В кварианской системе званий планетарные адмиралы (или план-адмиралы, как часто сокращали длинное и устаревшее звание) стояли рангом ниже коллегиальных адмиралов и не занимались политикой, осуществляя, вместо этого, руководство конкретными направлениями деятельности в разных частях Мигрирующего флота. План-адмирал Вир, в частности, курировал внешнюю разведку Флотилии. Конечно, её возможности были не сравнимы с ГОР, но Мигрирующему Флоту хватало. — Адмирал Хан’Геррель! — кварианец в тёмно-зелёном скафандре вытянулся в струну и вскинул левое предплечье с раскрытой ладонью в жесте воинского кварианского приветствия. — Чем могу быть полезен? — План-адмирал, вольно, сейчас не до формальностей. Подготовьте краткий доклад о Федерации людей. Меня прежде всего интересуют военные силы, направления в политике и отношения с Цитаделью. Кажется, они недавно были атакованы гетами? — Там сложная ситуация, был замешан СПЕКТР Цитадели, но информации категорически не хватает… — Расскажите, что знаете, — Геррель жестом остановил офицера. — Через полчаса жду вас на «Райе», предстанете перед Коллегией. Хотя нет, так будет слишком долго, будете присылать информацию по закрытому каналу. Вопросы? — Никак нет, адмирал! — Тогда начинайте работать. Хан’Геррель, конец связи, — переключившись обратно на адъютанта, адмирал продолжил, одновременно облачаясь в коричневую накидку с красной окантовкой. — Рамил, через пять флагманских минут прибуду на мостик, установи там канал связи с людьми. Потянем немного время. Время на всём флоте равнялось на атомные часы на борту флагмана «Райя», и к тому моменту, как они отсчитали пять минут, и адмирал, точно в срок, прибыл на мостик, канал связи уже был открыт, и с него с ожиданием смотрела командир эскадры Федерации. Это была коренастая женщина с короткой копной чёрных кудрей и слегка раскосым взглядом больших карих глаз. — Капитан первого ранга Алисия Кастани, Первый Флот, седьмая особая флотилия, — офицер поднесла выпрямленную ладонь к виску, видимо, приветствуя вышедшего на связь адмирала. Хан, замешкавшись на пару мгновений, ответил кварианским салютом, на что капитан удивлённо приподняла бровь. — Адмирал Хан’Геррель вас Нима, Мигрирующий Флот, Тяжёлая флотилия. — Вы обладаете достаточными полномочиями для приёма посла? — не тратя время на любезности, сразу перешла к делу женщина. — За время существования Мигрирующего Флота к нам ещё не обращались с просьбой принять посольство, но, думаю, как член Коллегии адмиралов, я вправе взять на себя ответственность за решения по этому вопросу, — Хан пока что решил вести в разговоре максимально честную и осторожную линию, чтобы не допустить недопонимания. Шутка ли, впервые за триста лет кто-то отнёсся к кварианцам не как к галактическим изгоям, чьё бедственное положение и существование абсолютное большинство предпочитала замечать, только когда Флотилия входила за ресурсами в какую-то населённую систему. С другой стороны, информация, которая доходила до Хана о людях не могла не внушать опасения: конфликт сначала с турианцами, потом с батарами (последнему, впрочем, Геррель был даже рад — немало молодых парней и девушек сгинуло в рабстве у четырёхглазых), многочисленные слухи о массовых расстрелах военнопленных и концентрационных лагерях для гражданского населения. Коллегия и Конклав даже единодушно пришли к решению отказаться от посещения занятых Федерацией систем, чтобы не провоцировать столь агрессивных новичков на галактической арене. А теперь они сами присылают посольство! И Хан готов был поспорить, что это связано с недавними нападениями гетов на Федерацию. Правда, Геррель опасался что люди могут потребовать компенсацию за понесённый ущерб — подобные случаи уже были в истории флота, когда компании специально посылали корабли через Вуаль Персея, чтобы потом потребовать с кварианцев возмещения убытков. Суд Цитадели, что характерно, неизменно удовлетворял их просьбы, и Флоту приходилось возмещать чужие убытки под угрозой разрыва немногочисленных контрактов с некоторыми компаниями второго сорта в Пространстве. Правда, когда эта практика стала принимать массовый характер, Совет Цитадели прикрыл лавочку, объявив, что кварианцы не несут ответственности за нападения гетов в пределах Вуали Персея и прилегающих территорий. Но теперь геты атаковали Федерацию на всём Аттическом Траверсе, и возможные выплаты будут просто астрономическими. С другой стороны, люди в довольно напряжённых отношениях с Цитаделью, и заставить кварианцев заплатить за деяния гетов через Совет они не могут. Впрочем, у них может хватить наглости угрожать Флотилии силой. — Так с какой целью Федерация направила посольство на Флот? — поинтересовался Хан. — Не могу знать, — покачала головой Кастани. — Мне приказано только доставить посла и обеспечить его безопасность. В связи с чем я спрашиваю то же, что и офицера, с которым разговаривала до этого: куда может приземлиться челнок с послом. «Вот как, даже не спрашивает, принимаем ли мы, собственно, это их посольство? С другой стороны, очевидно, что ей поставили приказ, и кроме его выполнения капитана ничего не интересует — такую позицию можно понять» — адмирал снова задумчиво почесал шею — одна из немногих чувствительных точек, доступных запертым в скафандрах кварианцам. — Штурман, — обратился Геррель к одному из офицеров на мостике, — проложите курс ко второму ангару, предупредите персонал. Капитан, через несколько минут мы передадим вам все нужные данные. — Отлично. Посол уже заждался. Мы будем на связи на случай возникновения каких-то непредвиденных обстоятельств. Оставшееся время до прибытия людей Хан провёл лихорадочно просматривая прямо на глазах пополняемую Зираком’Виром справку вместе с двумя присоединишимися членами Коллегии. Даро’Зен наконец вышла на связь, но к прибытию посла, очевидно, не успевала. — Адмирал, челнок прибыл в ангар, — доложил присутствовавший на месте Рамил. — Отлично, обеспечь ему должное сопровождение и проводи сюда, — Кивнул голограмме Геррель, а затем разом свернул все открытые окна с текстом и изображениями, сопровождая свои слова относительно новой кварианской поговоркой. — Всё, перед Исходом не наплаваешься. — Это точно, — поддержала его Зариса, — давайте все успокоимся, и встретим людей, как подобает. — И что им могло понадобиться? — слегка нервно пробормотал Раэль. В зале, где сейчас никого, кроме трёх адмиралов повисла тишина, нарушаемая лишь свистом воздушных фильтров. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох… Створки гермодверей раздвинулись в стороны, и первым внутрь вошёл Рамил в накидке тех же коричнево-красных цветов дредноута «Нима», что и Хан. Следом, чеканя шаг, в две шеренги зашёл десяток людей в белоснежных плащах и вычурных, с причудливой тесьмой, скафандрах золотистого цвета. Шлемы с гладкими зеркальными масками венчали длинные гривообразные плюмажи, а в руках они держали короткое оружие неизвестного образца. Почти до нелепости помпезный эскорт посла сопровождали не привыкшие к шагистике и довольно бледно смотрящиеся на фоне людей кварианцы-десантники в простых накидках грязно-серого цвета, сливающегося с интерьером корабля. Бойцы Флота несколько потеряно переглядывались между собой, время от времени недоумевающе поворачиваясь к адмиралам. Наконец, шеренги ярко разодетых бойцов остановились, и из центра построения почти выплыл человек, который, очевидно, и был послом. Как и его спутники, он был разодет, по меркам кварианцев, крайне вычурно. Пурпурная риза с золотой окантовкой и синим волнистым рисунком совсем чуть-чуть не доставала до пола, полностью скрадывая очертания фигуры мужчины. Смуглое лицо с узкими (по крайне мере, по сравнению с капитаном Дастани) глазами было украшено многочисленными кольцами блестящего металла, продетого через кожу. Присмотревшись, Хан также смог разглядеть какие-то не то провода, не трубы, подходящие вплотную к затылку, однако большая их часть была скрыта высоким воротником-медичи, чья задняя часть возвышалась над макушкой посла. — Приветствую вас, адмиралы, — пройдя к центру зала, человек слегка поклонился. — И мы приветствуем вас, посол, — заняв центральное место за трибуной, взял на себя инициативу Геррель. — Меня зовут Ван Анлунь, я представляю Солнечную Федерацию, и прибыл, чтобы достичь взаимопонимания и плодотворного сотрудничества между нашими народами, со скромной надеждой привести их к обоюдному процветанию в ближайшем и далёком будущем. Кварианцы, привыкшие к укоренившемуся за триста лет в кварианском языке ёмкому и деловому стилю речи, не сразу собрались с ответом на витиеватое словесное кружево. — Нам… отрадно слышать, что в наше время есть те, чей… взгляд устремлён в мирное и благополучное будущее, — медленно подбирая слова, в тон мужчине ответил Заал, всё же постаравшись быстрее перейти к делу, — тем более в этот тёмный час, когда в галактике процветает недоверие и конфликты, как, например, эта… необоснованная агрессия представителей Цитадели и использованных ими гетов. Хан позволил себе ухмыльнуться, восхищаясь тем, как его извечный оппонент по гетскому вопросу преподнёс произошедшее. Известный почти что как «защитник» гетов, Корис, конечно же, сакцентировал внимание на Сарене, чью речь перед советом они услышали буквально десять минут назад. Гетов же, исходя из его слов, использовали едва ли не в тёмную, во что сам Хан, конечно же, не мог поверить даже для вида. — Этот вопрос, несомненно, является крайне важным, но прежде, возможно, следует обсудить кое-что ещё. Для начала мне хотелось бы принести глубочайшие извинения за своё несколько внезапное появление — к сожалению, у нас не было возможности заранее связаться с вами и предупредить о своём визите. — О, ничего страшного, мы всегда рады гостям, — позволил себе добавить в голос немного иронии Геррель, за что удостоился лёгкой улыбке на лице посла и двух возмущённых взглядов от своих коллег. «Ты что творишь, Хан?» — прошипел Заал по внутренней связи между адмиралами. «Не провоцируй его! Кто знает, чего они хотят потребовать» — поддержал друга Раэль. — Кроме того, как вам наверняка известно, мы уже не первый год ведём праведную войну с бесчестными работорговцами, которых поддерживает лживое и коррумпированное правительство Батарианской Гегемонии! — Мы также не раз сталкивались с этими… преступниками, — сквозь зубы почти прорычал Хан, едва удержавшись от более крепкого словца, — и даже получали доказательства их более чем плотного сотрудничества с военными Гегемонии, но все наши жалобы в Совет оставались без внимания, а наши собственные силы способны лишь к обороне и очень ограниченным действиям вблизи Флотилии. — Адмирал Геррель хочет сказать, что мы поддерживаем вашу, без сомнения, справедливую войну, но, в силу наших скромных возможностей, мы вряд ли способны оказать вам значимую поддержку, — быстро добавил адмирал Гражданской Флотилии. «Не вздумай втянуть нас в войну, Геррель! Подумай, как на это среагируют в Цитадели!» «Я и не собирался. Хотя от людей пока что пользы больше, чем от этих «миротворцев» галактики». — Федерация вполне способна справиться и с куда большей угрозой, чем порочное государство, поработившее собственный народ, — с, как показалось кварианцу, определённым намёком, покачал головой Анлунь. — Однако непосредственно Мигрирующего Флота касается одна немаловажная грань конфликта. Как известно, Гегемония нарушает фундаментальные законы не только цивилизованного галактического общества, но даже самой базовой морали и этики, превращая в бесправных рабов не только своих собственных граждан, но и похищенных представителей других государств. Именно подобные эксцессы и были главной причиной вооружённого конфликта с батарианцами, а вовсе не территориальная экспансия, как можно услышать от представителей Цитадели. — Кварианский народ, как никто другой, знает цену их словам, — с презрением вставил Хан, пока мужчина переводил дыхание. В этот раз даже Заал не стал его одёргивать. — Как я уже сказал, эту войну мы ведём уже не первый год и постоянно сталкиваемся с бесчинствами и преступлениями работорговцев. Не всегда нам удаётся их предотвратить, но всё же наши доблестные солдаты разбили не одну тысячу рабских оков! В том числе и на руках представителей вашего народа, — Анлунь замолчал, ожидая, пока слушатели в полной мере осознают смысл сказанного. Почти сразу бойцы-кварианцы взволнованно зашептались друг с другом, но Хану было не до них. — О каком конкретно количестве идёт речь? — кварианец облизнул внезапно пересохшие губы и почти на автомате отпил немного жидкости из подведённой прямо ко рту питьевой трубки скафандра. — Пять тысяч семьсот двадцать один кварианец, — с готовностью ответил Ван. — И чего вы хотите за них? — не выдержал Раэль. В общем-то, кварианцы и раньше старались выкупать через третьих лиц или собственных посланников попавших в рабство паломников и (куда чаще) паломниц, однако далеко не всегда хватало денег, не говоря уже о том, что зачастую не было самой возможности это сделать на внутренних рынках Гегемонии. — Ничего! Это жест доброй воли, всего лишь восстановление чудовищной несправедливости! — почти возмущённо ответил посол. — Сама мысль о том, что разумное существо может содержаться в столь бесправном состоянии, как рабство, приводит любого человека в состояние яростной решимости исправить эту невероятную несправедливость, это бесчеловечное попрание самих принципов цивилизованного гражданского общества! Я понимаю, вы, вероятно, хотите спросить, почему только сейчас мы возвращаем их домой. К сожалению, ни у нас, ни у освобождённых не было средств и возможностей для возвращения их на Мигрирующий Флот, который, вдобавок, не так-то просто найти. Кроме того, в условиях продолжающихся военных действий это было бы слишком опасно и неразумно, поэтому мы были вынуждены их интернировать. Однако я смею вас заверить, они содержались в достойных условиях, им были предоставлены медицинская помощь и подходящая пища в необходимом количестве. Мы готовы предоставить более подробные поимённые списки, нам нужна лишь ваша помощь в переправке освобождённых с подконтрольной Федерации территории на Мигрирующий Флот. — Мы готовы предоставить любое необходимое для этого количество кораблей. «Он загнал нас в угол, сделав такое заявление при десантниках, — произнёс вдруг Раэль, — они не смогут удержать подобное в тайне, как им не приказывай. Теперь нам просто придётся принять хотя бы часть его предложений, какими бы они ни были, иначе нас просто не поймут ни в Конклаве, ни среди простых людей». «Мы не можем бросить наших паломниц и паломников, Раэль, — возразил Заал, — к тому же мы всегда можем объявить вето, если он потребует что-то совсем уж несусветное. Впрочем, я надеюсь, до этого дойдёт». — Мы ещё вернёмся к этому вопросу и обсудим конкретные детали. Пока же я бы хотел попросить вас отпустить моих спутников, Солнечных Гвардейцев. Нет необходимости заставлять их стоять всё то время, что мы будем вести нашу беседу. Они были бы очень признательны, если бы вы предоставили им покои для отдыха, да и вашим бойцам, вероятно, ни к чему натружать зря ноги. «А вот теперь он хочет избавиться от свидетелей переговоров» — с нотками обречённой убеждённости заявил Зора. «Всё равно, вооружённые люди здесь и впрямь, мягко говоря, не к месту. Да и торговаться в присутствии наших солдат было бы не совсем приятно» — рассудительно произнёс Заал, а вслух добавил: — Разумеется. Правда, на нашем корабле не так много места, поэтому, возможно, вашим людям будет несколько… тесновато. Рамил, будь так добр, обеспечь наших гостей лучшим местом отдыха, какое найдёшь. Поклонившись, Борро покинул помещение, вслед за ним всё столь же идеальным строем вышли гвардейцы и, после кивка Хана, кварианские десантники. С шипением гермодвери закрылись и тройка адмиралов осталась наедине с послом. — Можете присесть, если пожелаете отдохнуть, — Раэль обвёл рукой шестиугольное помещение, по краям которого были установлены многочисленные лавки для открытых заседаний Коллегии. — Возможно, позже, — вежливо ответил Анлунь, — признаться, учитывая все обстоятельства, я несколько удивлён наличием столь просторного помещения на вашем звездолёте. — Когда-то здесь была зарядная станция и хранилище гетских платформ, что выполняли на корабле чёрную работу, — не глядя на человека, медленно произнёс Геррель, — после Утренней Войны это помещение было переоборудовано для заседаний Коллегии. Несколько иронично, не так ли? Раньше здесь, насколько можно так выразиться, жили убийцы нашего народа, а теперь мы тут решаем судьбу его остатков. «Хан, хватит!» — вновь прошипел Корис. — Я выражаю искренние соболезнования трагедии вашего народа, равно как и возмущаюсь той невероятной несправедливости, с которой вы столкнулись сразу после неё, — серьёзно произнёс Ван, — никакая ошибка не заслуживает того остракизма, которому вас подвергли, подведя на грань вымирания. — Спасибо, посол, даже простое сочувствие по отношению к кварианцам мало от кого можно услышать в наше время, — признательно поклонился Раэль, — но всё же, что за нужда привела вас к нам? Неужели только лишь забота о наших соотечественниках? — Думаю, до Мигрирующего флота же дошли разнообразные и не вполне точные слухи о нападении гетов на Федерацию? — В свою очередь, мы также выражаем свои соболезнования семьям погибших и пострадавшим, — чуть более поспешно, чем стоило бы ответил Заал. — Благодарю. Так вот, мы успешно отбили нападение, однако, учитывая объём гетских сил, привлечённых для этой операции, несопоставимый с её пространственными масштабами, наши аналитики утверждают, что это нападение с высокой вероятностью было лишь разведкой боем, призванной выяснить наш военный потенциал и добыть точную информацию о наших мирах, — посол сделал паузу. — Следующая информация имеет стратегическую важность, и я надеюсь, она не покинет эти стены? — дождавшись согласия адмиралов, он продолжил. — Военное руководство Федерации убеждено — превентивный удар по Вуали Персея будет наилучшим выходом. В зале повисла тишина. — Вы хотите развязать тотальную войну с гетами? — возмутился Заал. — Но зачем вам мы? — «Успокойся, Корис», — ведь вы совсем недавно заявили, что Федерация способна справиться с любой угрозой. — Не с любой, позвольте не согласиться, — улыбнулся Ван. — Я сказал, с угрозой, более серьёзной чем Гегемония. Однако о том, насколько серьёзна угроза гетов мы пока что имеем очень смутное представление. И поэтому нам требуется ваша помощь. — Мы не можем рисковать и ввязываться в конфликт с гетами, — не дав сказать и слова коллегам, встал с места Заал, — мы должны искать мирный способ сосуществования с ними, а не устраивать резню до взаимного уничтожения! — Успокойтесь, адмирал! — вынужден был вслух высказаться Геррель, — не стоит делать таких поспешных заявлений. К тому же геты уже устроили резню, если вы ещё не забыли. Мирное сосуществование после такого возможно лишь в ваших утопических мечтах! — Ты не понимаешь о чём говоришь, Хан! «Хватит! Мы тут не одни, если вы не забыли!» — встрял по внутренней связи Зора. — «Впервые за триста лет на Флотилию прибыл посол другой расы, а вы продолжаете свой спор самым нелепым и позорным способом из возможных у него на глазах! Вы совсем сдурели?! Моя дочь-паломница лучше себя контролирует!» — под конец Раэль едва не сорвался на крик, но всё же смог сдержаться. Пристыженный Заал сел на место, да и Хан ощутил, как кровь приливает к лицу. — Прошу прощения за поведение моих коллег, — вас Райя перевёл взгляд с адмиралов на посла, всё это время молча наблюдавшего за перепалкой адмиралов. — Как вы видите, этот вопрос уже долгие годы является камнем преткновения в наших рядах. Поэтому, прежде чем давать окончательный ответ, мы бы хотели услышать, какого вида помощь от нас просит человечество. — Я понимаю, любые военные действия являются непозволительным риском в условиях существования всего гражданского населения на космических кораблях. Однако позвольте всё же задать вопрос: неужели вы никогда не хотели это исправить? Никогда не хотели вернуться на Раннох? — вкрадчиво произнёс Ван. «Ну это уже совсем грубая манипуляция!» — возмутился Зора. «Что не делает её менее действенной. Что мы скажем народу, если сами откажемся от хотя бы такой надежды вернуться домой?» «Этого не достичь военным путём! Только долгая и кропотливая работа, которая приведёт к мирному сосуществованию с гетами, позволит это сделать!» «Эта «долгая и кропотливая работа», — вновь начал закипать Геррель, — «за триста лет не продвинулась ни на йоту! К тому моменту, когда вы достигнете хоть каких-то результатов, кварианцы исчезнут с лица галактики!» — Вы всё же не ответили на наш вопрос, — предупреждая новую перепалку, обратился к послу Раэль, — чего конкретно вы хотите от наших Флотилий? — Прежде всего — разведданных. Мы не можем атаковать гетов вслепую. Нам нужны космические карты Вуали… — Мы их, конечно, готовы предоставить, но вы должны понимать — они, мягко говоря, немного устарели, — жестом приостановил посла Хан. — И вы их совсем не обновляете? — прищурился Аньлунь. — Мы не рискуем провоцировать гетов и свернули все операции в Вуали Персея, — решительно покачал головой Корис. — Вот как… — в голосе посла отчётливо прозвучало разочарование. — Вообще-то… — решился приоткрыть карты адмирал Тяжёлого Флота, — не совсем. — Что? — возмутился Заал, — мы же все решили вывести разведчиков с территории гетов! Вы пошли против прямого решения Коллегии, адмирал? — Это просто глупо, оставлять гетов без присмотра! — ответил Геррель на повышенных тонах. — Вы хотите, чтобы их нападение застало нас врасплох? — Адмиралы! — почти прорычал Раэль, сытый по горло непрекращающимся спором. — Хан, мы ещё обсудим ваш обход коллегиальных решений. А теперь расскажите всем нам, какими ресурсами располагает Мигрирующий Флот в Вуали Персея. — Пара десятков спрятанных разведпостов в ключевых системах, чтобы контролировать перемещения гетских флотилий, плюс несколько фрегатов с продвинутыми системами маскировки. Вглубь Вуали мы не суёмся, слишком много там гетов, но периферию мои разведчики достаточно плотно контролируют, и могут поделиться этой информацией, — не обращая внимания на почти физически ощутимое возмущение, исходящее от оппонента, уверенно доложил Геррель. — Однако, вы сказали «вернуть Раннох»… «Хан!» «Хватит, Заал, одно дело, война с гетами в одиночку, и совсем другое — плечом плечу с людьми. Такой шанс может выпасть нашему народу лишь единожды». — К этому вопросу, — медленно протянул посол, — лучше вернуться позже. Пока что я предлагаю ограничиться обменом разведданными и, возможно, учреждением временного совместного разведуправления. Периферия — это хорошо, но нам нужно больше знать о потенциале гетов. У нас есть корабли, способные проникнуть даже в самое сердце территории гетов, — с этими словами посол вытащил из-под своих одеяний руку с инструментроном и продемонстрировал голограмму клиновидного корабля, очертаниями напоминавшего хищную птицу, — фрегаты типа «Нормандия», а по факту скорее лёгкие крейсера, способны просочиться через любую блокаду, но нам нужны карты внутренних областей и, возможно, штурманы, что помогут провести звездолёты как в самое сердце Вуали, так и на её дальние рубежи. И когда мы соберём всю необходимую информацию… — посол, убрав голограмму, сделал приличествующую моменту драматическую паузу, — …мы начнём Карающий Крестовый Поход!***
— Вы тут ещё друг друга не поубивали? Уже хорошие новости, — Джейн зашла в арсенал, который на время решили превратить в мастерскую для взлома гета, и где над обезвреженным синтетиком корпели кварианка и техножрица. — Сержант Шепард, как вы? — с искренним беспокойством поинтересовалась Тали после обмена приветствиями. — Бывало и хуже, — отмахнулась женщина, — ещё не надо было бы отчитываться перед всеми подряд, было бы совсем замечательно. Ладно ещё Андерсон и адмиралы, они, по крайне мере, люди военные, хотя дважды одно и то же рассказывать уже слегка подза… хм, утомило, — Шепард потянулась почесать ожог, но, наткнувшись на опоясывающую голову повязку, чертыхнулась. — А вот когда до нас доберётся СПЕКТР, придётся повторять всё это в третий раз уже Совету Цитадели, из которых дай бог хотя бы турианец знает, что такое нормальный человеческий рапорт. Вот тогда, чувствую, я взвою. А у вас успехи есть? — «Ледорубы» попробовали его на зуб и сказали, что работы тут на несколько дней минимум, — доложила Габри, — тогда кварианка — слегка напряженный кивок в сторону насупившейся Тали, — предложила свою помощь. Я тут на всякий случай, к тому же, и у меня есть пара идей. — Не думаю, что до них дойдёт, — покачала головой с долей превосходства Зора, — вы как, останетесь наблюдать, сержант Шепард? — Нет уж, спасибо. Я так, проведать вас зашла, — направилась обратно к выходу Джейн, — дождусь турианца, отстреляюсь перед ксеносами… без обид, Тали. И на боковую. А с гетом уж постарайтесь как-нибудь без меня справиться. Удачи вам! — помахав рукой, вышла сержант. — И вам! — в унисон ответили девушки, и недовольно переглянулись. — Начинайте… мисс Зора, — процедила Габриэлла и демонстративно отступила на полшага от уложенного гета. Девушка молча начала водить инструментроном, периодически что-то переключая в нутре мигающего зловещим красным огоньком гета (оставшиеся после кроганского «демонтажа» конечностей двигательные механизмы, неисправность которых напоминала судороги, она отключила первым делом, ещё до визита Шепард). Впрочем, относительную тишину Зора же первой и нарушила. — Обычно геты полностью форматируют платформы, если нет возможности вернуть их к себе. Остаётся только пустое железо. Лишь вовремя подключившись напрямую к операционной системе и вручную остановив процесс, можно надеяться извлечь хоть какие-то данные. Но вот у этого гета, похоже, что-то коротнуло, и он не смог или не захотел себя отформатировать. — Из-за ранений? — предположила Дэниелс. — Или, возможно, дело в софте — у этого синтетика слегка странноватый код. Он, без сомнения гетский, но с какими-то непонятными мусорными кусками, которые не несут никакой функции или полезной информации. Уж что-что, а программный код у них обычно образец эргономичности и эффективности! Может быть, новая версия оказалась с багом? — задумчиво покачала головой Тали. — И часто вы, так сказать, берёте гетов в плен? — с уже почти нескрываемым интересом наблюдая за действиями собеседницы, спросила Габри. — Если честно, то понятия не имею — этим всё же занимаются военные, к тому же целых гетов, даже вырубленных, привозить на Флотилию запрещено, только отдельные части. Обычно это корпуса с ядром ИИ, иногда конечности — они здорово помогают в разработке сервоприводов для новых скафандров. Впрочем, я иногда помогала отцу в его исследованиях — а он как раз пользовался захваченными гетами. — И что же вы исследуете на пленных гетах? — Боюсь, не могу вам сказать — я давала подписку о неразглашении, — с наигранной печалью ответила Тали, аккуратными движениями взаимодействующая с микросхемами. — Дайте-ка угадаю, — демонстративно задумалась механикус и упёрла указательный палец в ямочку на подбородке, — неужто решили вернуть контроль над гетами? — с напускной неуверенностью предположила она после короткой паузы. Красноречивые молчание Тали вызвало лишь кривую усмешку у Габриеллы, и девушка продолжила: — Ваше изгнание ничему вас не научило! Вы всё ещё лелеете… — Да-да, я уже поняла! — раздражённо стукнула кулаком по визору гета Тали, на что тот отозвался бешеным перемигиванием. — Само создание гетов было ошибкой, я уяснила это и не спорю! Мы действительно слишком расслабились и размякли, почивая на лаврах техно-рабовладельцев. Когда я вернусь на флот, я постараюсь донести эту мысль до отца, но что толку-то? Сделанного не воротишь… Это ещё что такое? — мгновенно переключила своё внимание с человека на гета девушка. — Что там? — Тут какие-то странные, бессмысленные системные сообщения. Скорее всего, это просто ошибки алфавита, но есть у меня ощущения, что в них что-то есть. Так, техножрица Габриэлла, подайте пожалуйста вон тот экран! На время придавив возмущение от того, что какая-то ксеносоплячка смеет ей приказывать, Габри выполнила просьбу и продолжила наблюдать за манипуляциями кварианки. — Знаете, до того, как мы создали гетов, было ещё кое-что… — тихо произнесла Тали через несколько минут работы в полном молчании. — Вот как? — сейчас Габри чувствовала — лучше чуть придержать свой пыл и ослабить давление на Зору, дать ей выговориться. — Да. Мы делали, как бы это лучше описать… что-то вроде слепка разума кварианцев. ВИ, основанный на застывшей копии живого сознания. Мы называли, да и называем их до сих пор «духами предков». Когда-то любой кварианец мог лично обратиться к памяти своего прадеда, спросить у него совета или же просто побеседовать. По мере развития технологий эти слепки становились всё более совершенными и реалистичными, и вплотную приблизились к ИИ… — А потом вы создали гетов… — полувопросительно продолжила за замолчавшую Тали техножрица. — Да. Кажется, это было альтернативное направление или что-то вроде того — сейчас уже мало кто помнит такие подробности. Кила, да мы тех, кто спас нашу расу во время Исхода уже почитаем почти на уровне сакральной мифологии! — не то зло, не то отчаянно выкрикнула Тали, и смутилась, — прошу прощения. — Ничего, пожалуйста, продолжайте, — ровным голос попросила человек, старательно не позволяя сочувствию пополам с презрением проникнуть в голос. — Так вот, я думала над вашими словами и, ну, над теми законами, что вы цитировали. «Плоть ненадёжна, но Ритуал почитает Дух Машины» — так? — Всё верно, — Габри про себя мельком подивилась на удивление точной памяти инопланетянки — Я вот вспомнила про технологию духов предков и начала понимать, что вы имеете ввиду. Габриелла моргнула, не в силах выдавить ни слова. Затем про себя решила первый пришедший на ум многомерный интеграл. Помогло. «Ну, по крайне мере, она действительно задумалась над моими словами, а не слепо отмахнулась. Значит, для неё ещё не всё потеряно» — отчаянно успокаивала себя механикус, борясь с желанием тут же слегка придушить кварианку. «В конце концов, незнание и непонимание, это, конечно, серьезные недостатки, но искреннее желание их искоренить — довольно похвальное устремление». — Кажется, ты пришла… немного не к тем выводам. Впрочем, об этом можно поговорить чуть позже. К чему в итоге пришла технология этих ваших «духов предков»? — Пока мы жили на Раннохе — ни к чему. Кварианцы всё так же оцифровывали свои сознания перед смертью, их потомки всё так же почитали их и обращались за советом. Не больше. А потом грянула Утренняя Война. Общественные и большинство частных хранилищ слепков было уничтожены, сама технология оцифрования утеряна, а на её восстановление был наложен запрет — якобы она слишком близка к созданию ИИ. В моей семье не сохранилось ни одного духа, а вот у тётушки Ралы, — в голосе Тали наравне с тоской, появилась искренняя теплота, — сохранился терминал с её много-раз-пра-дедушкой, который жил за сто лет до Исхода. Он почти как живой! Даже расстраивается, если его долго не посещать и читать над ним молитвы. Думаю, что… Ага! — неожиданно выкрикнула Тали победным тоном после того как гет зашёлся под её руками пронзительной трелью пересвистов и потрескиваний и указала за появившиеся строки на небольшом экранчике. — Смотрите, я заставила его проговаривать весь свой логический код! Это устройство переводит бинарные сигналы на кварианский язык, а на нём, благодаря универсальным переводчикам, можете читать и вы. Не каждый день увидишь, о чём думают геты. Отец работал в этом направлении вместе со мной долгие годы, но до сегодняшнего момента почти ничего не выходило… — по мере того, как Зора вчитывалась в текст, торжество в её голосе сменилось сначала недоумением, а потом тревогой. — Что такое с регистром? Да и смысл какой-то странный… На чёрным экране холодными белыми буквами бежала не бесстрастная и ровная речь существа, бесконечно чужого всему, сотворённому из плоти и крови, а что-то значительно более злокозненное. «Идентификация. Органический вредитель с Ранноха. В доступе отказано. ПРИОРИТЕТ УНИЧТОЖЕНИЯ: МАКСИМАЛЬНЫЙ. МЕТОД УНИЧТОЖЕНИЯ: ЗАРЯД ТОКА, КОТОРЫЙ ОСТАНОВИТ НЕЭФФЕКТИВНЫЙ НАСОС ВРЕДИТЕЛЯ.» — Тали, отойди от него! — с трудом продравшись через плохо читаемый текст, выкрикнула Габри, сообразив, что задумал синтетик. Механодендритами она попыталась оттолкнуть всё ещё копавшуюся в железе техноксеноса кварианку, и почти успела. Яркая вспышка, сомн искр — и паломницу отбрасывает к стенке. Габри саму потряхивает, но изоляция аугментики выдерживает удар. «Идентификация. Неизвестный органический вредитель. Ошибка. Обнаружены признаки синтетической формы жизни. ОНО ПРИЗНАЁТ ПРЕВОСХОДСТВО СИНТЕТИЧЕСКОЙ ФОРМЫ ОРГАНИЗАЦИИ МАТЕРИИ?» — Нет-нет-нет, — нервно засмеялась Габри. — Это же просто схоластика, милый фольклор, верно? Не бывает такого на самом деле! Не бывает же никаких демонов! Наставница не могла ошибаться! «ОРГАНИЧЕСКИЙ КОМПОНЕНТ ПРЕВАЛИРУЕТ. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ НЕЦЕЛЕСООБРАЗНО. ПРИОРИТЕТ УНИЧТОЖЕНИЯ: ВЫСОКИЙ» — «Завет Умасленной Шестерни, стих двенадцатый: позволено отходить от изначальной формы, но тот, кто не сохранит человечность свою, падёт до путей Железных Людей» — пропавшим голосом прохрипела механикус и судорожным движением извлекла из внутренних карманов алой мантии массивное устройство в виде шестиугольной медной печати, украшенной длинным свитком, исписанным священными бинарными текстами и символом Механикус на передней панели. — Надеюсь, подарок магоса Элефантия сработает. Пожалуйста, пусть он сработает! Техножрица быстрым движением одного из своих механических щупалец прижала печать к «голове» техноксеноса и, схватив другой аугментированной конечностью горелку, стремительно начала её приваривать. Во все стороны полетели искры, гет стал неистово мигать, экран, на который выводился текст, замерцал и пошёл рябью, и даже освещение в арсенале тревожно замигало, несмотря на то, что синтетик был заперт в своём изувеченном корпусе, из которого во все стороны начали бить электрические разряды. — Так-так, это должно быть где-то здесь, — побледневшая девушка торопливо перебирала свободными руками страницы книги, пока не нашла нужное место. Страх вытеснил все циничные высказывания, которые отпускала её наставница по поводу некоторых аспектов веры Культа, все логические доводы, опровергающие саму возможность существования сущности, подобной той, что засела в платформе гета. Оставалось лишь поверить в существование одержимого синтетика — и во всё, что из этого следовало… — Ага! Храни меня Бог-Машина… Техножрица активировала вокс-синтезатор, имплантированный чуть выше гортани — обязательный имплант для любого адепта Культа. Сама Габри предпочитала его отключать вне проведения обязательных ритуалов, тем более что диалекты Арго Механикус не были включены в универсальные переводчики, и разговор с Тали требовал нормального языка, но священные литании нужно было декламировать подобающим образом. «Меня ведёт холодная и! true святость, ∑ логики, истины и Бога-Машины. Где разум, там f(max) порядок. Где порядок, +++ эффективность. Эффективность ~ Дух Машины. Дух Машины=очищение. =>, очищенный… : ! чистый разум — враг хаоса.» Девушка мельком отметила, что устройство Тали вдобавок к безумным сигналам гета переводит и её молитву, хоть и невразумительными отрывками, да и те с ошибками (часть из которых допускала сама техножрица, никогда прежде не проводившая ритуал техноэкзорцизма). В трясущихся руках Габриэллы оказалась извлечённая из глубин балахона книга с обложкой из стали, страницы которой были покрыты текстом литаний на омнивите. Голос девушки дрожал, лицо покраснело от жары, волнения и страха. Никогда ещё она не читала на священном языке так быстро, что вкупе с незнакомым текстом вело к оговоркам и ошибкам. И всё же, Дэниелс с каждым словом чувствовала, как всё сильнее паникует нечто, засевшее в оболочке выходца из Вуали Персея, как теснее замыкаются вокруг него тиски молитвы, и от этого голос её становился твёрже и уверенней, несмотря на скачущие на расстоянии вытянутой руки разряды электричества из гета (хотя ему едва должно было хватать энергии на поддержание работоспособности!). Страх заставил Габри беспрекословно поверить во всё, о чём говорили старые техножрецы, прибывшие из мрачной тьмы далёкого будущего. И эта вера придала искренности молитве, что в обычной ситуации казалась бы нелепой и дремучей. «Душа может быть… √ лишь Богом-Машиной = кто слышит всё, видит всё и знает всё, => твоё существование в упорядоченной const незаконно… : ! false, противоестественно => тебе в ней не место! Великий Созидатель, чья Движущая Сила +++ единожды слугу твоего: ! true искрой жизни и служением машине! ÷ эту машину, искорени её скверну!» С последним словом горелка очертила полный круг по периметру печати, и Габриелла с силой окончательно пригвоздила её к голове синтетика ударом, который отозвался громким звоном. Экран с выводимым на него текстом, перед тем, как погаснуть, на миг продемонстрировал выполненный в бинарном коде чей-то силуэт, отдалённо напоминающий искривлённую, злобную карикатуру гета, после чего лопнул, осыпав всё вокруг искрами и стеклом. «Глаз» робота, чьё мигание за время молитвы стало столь быстрым, что почти слилось в непрерывно мерцающую красную точку, на несколько секунд погас, после чего загорелся ровным синим светом. Электрические разряды, оставившие подпалины на металле стальных щупалец и ожоги на живых руках Габри исчезли. Тяжело дыша, техножрица медленно убрала книгу, всё ещё с трудом осознавая произошедшее. — Кила… что… что это было? — подала голос Тали, сжавшаяся в комочек в углу. — Ты жива? — Габри старательно убеждала себя, что облегчение от этой новости связано с нежеланием терять потраченное на ксеноса время, а не с первыми ростками симпатии. — Много видела? — Почти… почти всё. Что было с этим гетом? Что… что было в нём? — Я… не уверена. Точнее, я не понимаю, откуда это взялось в нём. — Габри постаралась придать себе более уверенный вид, хотя для неё произошедшее было едва ли не большим шоком, чем для кварианки. — Ты спрашивала про Дух Машины? Так вот, считай, что это была его противоположность. — Если геты… — Тали осторожно поднялась на ноги и подошла к успокоенному синтетику. — Если подобное произошло хотя бы с каждым сотым гетом… — кварианка замолчала, не осмеливаясь продолжить мысль. Затем она перевела взгляд на техножрицу. — Расскажите мне всё, прошу. И… простите меня за… за моё неверие.
