Трикстер Дануолла

      Небольшой отдых пошёл на пользу вымотанному побегом из тюрьмы и мытарствами по тоннелям узнику. Пламя костра сотворило чудо, вернув душе изрядно покоробленную произошедшими событиями веру в лучшее. Пусть тело отзывалось с натугой, ныли мышцы и раны, теперь я чувствовала готовность двигаться дальше.       Согревшись и немного просушив одежду, я погасила огонь и вновь поднялась к заграждению. Картина за решёткой не изменилась, всё также демонстрируя аллегорию человеческой жадности.       Обратила внимание на ящик, к которому тянулись загребущие лапки мертвецов. Интересно, это и есть обещанный «друзьями» схрон? Предвкушающе улыбнулась, осматривая хлипкую калитку, отделяющую меня от сокровища. Чувствую себя ребёнком, который на Рождество обнаружил долгожданный подарок под ёлкой.       Запор на двери сдался после первого же хорошего пинка. Я не стала сломя голову мчаться к ящику, пусть и очень хотелось. Напротив, внимательно осмотрела помещение и осторожно приблизилась к телам — мало ли, что их убило? Здесь могли быть растяжки и прочие сюрпризы для незваных гостей.       Осмотр первого же тела меня успокоил: парень нашёл затылком некий тупой и тяжёлый предмет, после чего ему раздробили гортань. На остальных мертвецах травмы были схожими. Ни укусов, ни ожогов, ни следов от стрел, всего лишь банальная прямая схватка. Вооружены покойники были привычным для бандитов образом, при них были пистолеты, ножи, да ещё парочка гранат. Этим оружием замеченных повреждений не нанести, а значит, здесь явно поработал кто-то третий. У сокровища был свой дракон.       Вблизи «ящик» оказался сундуком для путешествий, похожими пользуются аристократы в своих поездках. Я узнала его, поскольку Аттано не раз сопровождал Императрицу в дипломатических визитах на другие острова. Весили подобные сундуки внушительно и спустить этот гроб с полочками в коллектор явно стоило нешуточных усилий. Любая другая тара была бы предпочтительнее, да и легче. Подавила улыбку — «друзья» надеются впечатлить беглого узника нарочитым шиком или просто идиоты? Как бы выяснить…       Подхватила придавленную старым ключом записку, пробежала глазами текст. Вновь заверения в дружбе, навязчивая реклама снаряжения, координаты провожатого… А вот ключ от очередной решётки сейчас весьма кстати, — было бы неловко проморгать засаду и получить по голове, только добравшись до найденных сокровищ.       Я открыла прочную дверь, проползла перед очередной растяжкой и бегло осмотрела дальние помещения. Не нашла никого живого — лишь мертвеца, трепетно обнявшего запертый сейф, записку для некоего Джелли, да спуск вниз. Пообещав себе разобраться со всем этим позже, со всеми предосторожностями вернулась к кладу. Получается, лоялисты позаботились о сохранности посылочки и заодно расчистили мне дорогу. Очень любезно с их стороны.       Крепления сундука поддались, крышка распахнулась и… Я некоторое время смотрела на содержимое, потом смачно выругалась и разразилась хохотом, звучно шлёпнув рукой по лицу. Ой, не могу, блиииин!       Что нужно беглому зэку, чтобы смешаться с толпой и не привлечь внимания стражников на пути к безопасному убежищу? Неброская одежда — раз. Обычный головной убор с козырьком или капюшон — два. Неприметное оружие, которое можно легко спрятать от чужого взгляда — три. На самом деле, пригодиться может ещё великое множество вещей, но это основной набор для безопасного перемещения по городским улицам. И что же в сундуке вижу я?..       Две (!) накрахмаленные белые рубашки. Жилет с золотыми пуговицами. Пара чёрных штанов. Свежее исподнее. Несколько полотенец. Три шейных платка. Комплект постельного белья. Восемь (!!) белых носовых платочков с монограммой буквы «П». Всё это богатство непременно мне пригодится, да… На бинты пущу. Но приступ гомерического смеха вызвали не платочки, а новый длинный тёмно-синий сюртук… со знаками отличия лорда-защитника (!!!). Очень неприметная одежда, не так ли? *       С трудом убрав ладонь от лица, я подняла одеяние на вытянутых руках, рассматривая золотистый узор на рукавах, вороте и полах, подметила пять полос цвета императорского золота, пересекающих грудную клетку. Все каноны этикета соблюдены, да и пошит сюртук из хорошей плотной ткани. Не удивлюсь, если его выкрали из бывших покоев Аттано во дворце. Но нет никаких сомнений, что при всех её достоинствах носить эту вещь для меня — форменное самоубийство. Если надену, все патрули стражи в городе точно будут моими…       При этом в сундуке не было средств гигиены, головного убора и обуви. Очень обыденный образ: покрытый грязью и помоями дворянин в стоптанных дырявых сапогах. Да первой мыслью, которая постучится в голову любого адекватного человека при виде этакого господина, будет: «бродяга, обокравший аристократа». А за это преступление дают пять лет каменоломен, между прочим.       Оружие заслуживало отдельной песни.       Меч нареканий не вызвал: лёгкий, удобный, компактный. Складное лезвие поначалу показалось хлипким, но стыки металла прилегали друг к другу столь плотно, что невооружённым глазом их было не разглядеть. Да и заточка меча порадовала остротой и качеством. Вот только навыки фехтования лорда-защитника если и не утрачены мной, то заметно ухудшились после полугодичного перерыва.       Далее, арбалет… Бесшумное, экзотическое и весьма полезное оружие, не спорю. Сделан добротно. С пистолетной рукоятью и курком вместо спуска, но к этому можно привыкнуть. Как и к тому, что ни сложить подарочек, ни подвесить его на пояс я не могу, ведь пистолетная кобура точно не подойдёт для этой цели, а замены в чемодане нет. Такую компактную модель и в руках поносить не проблема. Но имел место один крошечный фактик, который разом перечеркнул для меня всю условную полезность этого арбалета. Глубокоуважаемые лоялисты забыли положить для него болты.       Да-да, именно. Я не нашла нужных боеприпасов ни в сундуке, ни поблизости от него. Зажигательные болты из стреломётов не подходили — перед стрельбой из ручного арбалета их требовалось укоротить на целый сантиметр.       То есть, меня одарили отличным оружием, которое гарантированно займёт одну руку и не окажет существенной помощи в бою. Чудно. Любая дубинка была бы полезнее. Что ж делать, прихвачу приблуду с собой и буду дубасить ею крыс, пока не раздобуду подходящие снаряды!       Пожалуй, самое печальное: помимо всего прочего, в сундуке отсутствовали деньги и эликсиры. Лоялисты явно желали не оставить Аттано другого выбора, кроме как принять их любезное предложение. С каждым новым открытием моё и так невеликое доверие к этим людям всё больше стремилось к нулю.       К счастью, в найденной ранее склянке осталось немного целебного снадобья. Припомнила, что в последней записке упоминался виски… Надо бы проверить.       И верно, в помещении с сейфом обнаружился шкаф, уставленный бутылками алкоголя. Пустыми, по большей части, — на одной из полок всё же нашлась нетронутая бутыль с ценным напитком. Достав добычу, я заинтересованно склонилась поближе: за стеклянной преградой находки скрывались три криво выведенные мелом на дальней стенке шкафа цифры, весьма напоминающие искомый код.       Попытаю удачу с взломом сейфа позже, сейчас у меня по плану медосмотр. Полагаю, загадочный Самуэль не откажется подождать беглого преступника лишние полчаса…       Расположившись в кругу света близ сундука, я разделась по пояс, тщательно ополоснула руки в алкоголе и, стиснув зубы, начала промывать раны, приспособив для этой цели обрывки пропитанной выпивкой свежей простыни. Благо, от стеснения по отношению к чуждому телу не того пола меня в своё время быстро избавили общие тюремные душевые и визиты в пыточную. Когда ноет от боли каждая косточка, на приличия становится как-то плевать.       Чистка ран не заняла много времени. Лишняя рубашка была вероломно настрогана на самодельные бинты. Залив ожоги и порезы остатками эликсира Соколова, я сделала кривоватую перевязку и залпом допила оставшийся виски — чего добру пропадать. После пары глотков дрянной выпивки в груди поселилось шальное тепло, прогоняя из костей и мышц привычную уже мёрзлую дрожь.       Сеанс первой помощи окончен, цель определена, пора выбираться из этой клоаки! Переоделась в новые штаны, натянула целую, но узкую в плечах рубашку, жилет трогать не стала — ни пользы, ни дополнительных карманов, ни тепла, только ожоги на спине зря потревожу. С сомнением покачала в руках сюртук. С одной стороны, он сухой, в отличие от моих прежних лохмотьев. С другой же, в этой одежде я точно буду чувствовать себя ходячей мишенью. Если бы только пальтишко было менее приметным…       Отпороть золотое шитьё сейчас не смогу, а грязь или зола только привлекут излишнее внимание. Припомнила уроки матери-швеи. К счастью, существовал простой способ быстро превратить заметный костюм в неряшливые обноски. Сколько раз костюмеры использовали подобный приём за кулисами театра, превращая бедняков в принцев за пару ударов сердца! А сейчас их смекалка пригодится и мне. Приподняв сюртук, я споро вывернула его наизнанку, оправила карманы и накинула на плечи разом потерявшее лоск синее одеяние в неразличимых золотых разводах. Довольно прижмурилась, ощущая тёплую тяжесть плотной ткани на плечах.       Остались последние штрихи: отыскав сухой участок пола, набрала полные ладони пыли и припорошила ею рукава и верх одежды, скрывая проблески нитей цвета имперского золота. Так-то! Теперь врагам будет куда сложнее разглядеть меня в полумраке подземелий!       Захлопнув сундук и прихватив дарёное оружие, я отправилась в следующую комнату. Вновь миновала натянутую поперёк дороги леску и подошла к единственному мертвецу, трепетно обнявшему сейф. Обрюзглый заросший шатен выглядел довольным, сжимая в руке початую бутылку виски. Около десятка опустошённых сосудов валялись рядышком. По крайней мере, умер пьянчуга счастливым. Даже жаль прерывать столь беззаботный отдых.       Я примерилась, оттащила вялого покойника (даже окоченеть не успел!) в сторону и тут же склонилась над опрокинутым сейфом. Найденная комбинация цифр оказалась верной: механизм замка щёлкнул, а круговая ручка послушно провернулась до упора, позволяя распахнуть створку тайника.       Содержимое порадовало: целая склянка красного эликсира и футляр с гербовой монограммой литеры «М». Внутри шкатулки на поблекшей атласной подушечке лежало изящное золотое колье с россыпью иссиня-чёрных камней, отливающих на свету золотыми искрами. Полюбовалась находкой и с грустным вздохом захлопнула футляр, убирая его подальше в карман. Боюсь, в этой жизни мне носить подобную красоту не светит — не поймут-с. Интересно, получится ли найти владельцев украшения? Не хочется его продавать. В тюрьме Колдридж соседи-бандиты частенько травили байки о том, как они распиливали краденые ювелирные изделия, чтобы спокойно сбыть драгоценные камушки и золото по цене лома. Будет жаль, если подобная участь постигнет и эту красоту.       Пару затраченных на потрошение сейфа минут спустя, меня насторожил странный звук, идущий снизу. Я прокралась в обследованное мельком помещение справа и прислонилась ухом к решётчатому полу. Скоро неразборчивый гул превратился в эхо голосов. Стражники! Не могу сосчитать людей, но их многовато для обычного патруля.       Беззвучно выругалась. Ну что мне стоило шевелиться активнее и не транжирить драгоценное время?! Осторожно выглянула из пролома, осматривая извилистый нижний коллектор. Трое… Нет, четверо солдат. И это только те, кого я могу увидеть: дальше тоннель делает поворот, а за углом виднеются отблески факелов. Один неверный шаг и подмога патрульным обеспечена. Что за день!       От рефлексии отвлёк гнусавый голос, тянущий слова с нотками усталости и смирения.       — …Я его задержу, сээр.       Улеглась поудобнее, наблюдая за патрульными и слегка умиляясь от такого ярого служебного рвения.       — Ты хоть знаешь, кого мы тут ловим? — О, да это же суровый начальственный рык! Бедный парень, он явно встрял. — Даже не пытайся одолеть его в одиночку!       Помедлив в нерешительности, стражник задал вполне резонный вопрос:       — А если рядом никого из наших не будет?       После пары мгновений задумчивой тишины начальник вкрадчиво ответил:       — Тогда шуми погромче перед смертью.       Его подчинённый сглотнул и пугливо заозирался по сторонам. Я прикрыла рот ладонью, сглатывая смешок. Ну что за детский сад! У патрульных тут испытание на храбрость или рабочий рейд? Пожалуй, приму этот спич за похвалу моим скромным талантам.       Наконец, офицер насладился видом трепещущего от страха солдата и посоветовал, направляясь прочь:       — Опрокинь что-нибудь, если сумеешь.       — Д-да, сэр!       Конечно же, пост впечатлительного стражника оказался на той же площадке, куда вело и моё наблюдательное окно (то есть, дыра в полу). Он бродил всего в паре-тройке метров ниже моего укрытия и совсем не смотрел наверх. Повезло парню — наша с ним встреча неминуема.       Одно радует: лазить по уступам эти служаки пока стесняются — по крайней мере, без мощных фонарей и лестниц. Думаю, никому из них не хочется нарваться на крыс или шального плакальщика.       Душить постовых, не поднимая тревоги, я уже наловчилась. Проблема в другом: стражников внизу много, да и присматривают они друг за дружкой — вон, на соседнем уступе начальник бдит. Да, это вам не расхлябанная охрана неприступной тюрьмы… И что делать?       Если бы не Самуэль, я попытала бы удачу во время смены караула. Но сомневаюсь, что провожатый будет ждать меня ещё полдня… Придётся изыскивать способ обойти все патрули. Может, в очередной раз нырнуть в мутную холодную водичку?       Тут, как по заказу, послышалось журчание. Стражник внизу выбрал как раз этот момент, чтобы цинично помочиться в канал. Нет уж, на этот раз обойдусь без купания.       Если тайно пробраться мимо патруля не получается, а дубасить их мечом неохота, нужен отвлекающий манёвр. Может, скинуть на голову патрульного шкаф? Нет, он точно услышит, как я буду волочь мебель по решётке. К тому же, не факт, что это оглушит парня, да и затея не самая удачная — если стражники и сбегутся к павшему товарищу, то спуск в этом месте мне будет заказан, а иных вариантов попасть вниз здесь нет.       Похоже, всё-таки придётся нырять в канал и пробираться мимо патрулей под водой… Понурившись, сняла тёплый сюртук — всё равно намокнет, да и плыть в нём будет тяжело. Замерла, во все глаза рассматривая вещь в своих руках и смакуя пришедшую на ум идею. А ведь может сработать!..       Я поднялась на ноги, предвкушающе улыбаясь, и тихо откупорила склянку с эликсиром. Для исполнения задумки мне понадобятся силы… и подходящий реквизит, которого тут в достатке.

***

      День накануне казни лорда-защитника обернулся большими волнениями для стражи Дануолла. Утром ничего не предвещало беды: предатель гнил в камере, как ему и положено, моросил холодный противный дождик, а капитан Уолкес сыпал отборными ругательствами, распределяя посты. Всё было привычно до зубовного скрежета, пока вместо обычной новостной сводки из громкоговорителя не донеслось экстренное сообщение:       — Жители Дануолла! Убийца Корво, на совести которого смерть нашей доброй императрицы и исчезновение леди Эмили, наследницы престола, временно сбежал из заключения…       Капитан потерял дар речи. Кто-то из стражников уронил пистолет и челюсть. О скуке забыли все.       Беглец скрылся в канализации. Узнав об этом на инструктаже, стражники скривились: не мог, паскудник, выбрать другое место? Катакомбы тянулись практически под всем городом, обшаривать их придётся несколько дней, отбиваясь от крыс и плакальщиков. А ещё там воняло. Сильно. Стоит ли говорить, что желающих пуститься в погоню за вероломным лордом было немного? Но приказ есть приказ.       После исчезновения одного из разведывательных патрулей часть стражи сняли с постов, объединили в отряды и отправили прочёсывать катакомбы с заданием «заглянуть под каждый камень, но найти ублюдка».       Уолкес получил в подчинение несколько солдат и бурно выражал свою радость по этому поводу, гоняя новеньких в хвост и гриву. Под его чутким руководством отряд спустился в коллектор и добросовестно начал обыскивать территорию, разбившись на группы по три-четыре человека. Офицер не забывал напоминать нерадивым подчинённым быть настороже: Корво Аттано в лучшие времена мог без особых усилий уложить троих гвардейцев в тренировочном поединке. Новички послушно трепетали, бывалые бойцы угрюмо кивали начальству, лениво перебрасываясь репликами за его спиной.       — Да г’рю тебе, настоящая она! ** — Двое заскучавших на островке суши патрульных затеяли спор, пользуясь временным отсутствием командира. Один из них делился впечатлениями, подкрепляя свой рассказ пылкими жестами. — На мосту Колдуин пост знаешь? Вот там ночами и слышится…       — Заткнись, Уилл! Нет там никого кроме бродяг, да хрустаков! — рыкнул напарник говоруна, бдительно осматривая округу.       — Сам заткнись, Теренс! Тебя там не было!       Рассказчик обиженно фыркнул, отходя подальше от недоверчивого коллеги. С соседнего уступа его тут же окликнул другой патрульный, глаза под шлемом блестели любопытством.       — А что слышится, музыка?       — Песня это русалочья, — охотно пояснил солдат, воспрянув духом. — Рокот такой и голос, человечий, вроде. Услыхал я это значит, решил проверить. Подумал, мож из наших тонет кто-то, на помощь кличет…       С каждым словом Уилл понижал голос, эффектно нагнетая атмосферу. Поневоле, к нему начали прислушиваться все, даже патруль у соседнего стока приостановился, желая узнать конец байки. Видя такое внимание, рассказчик воодушевился и продолжил:       — Подошёл я к перилам моста, значит… Наклонился… А в воде хвост рыбий как мелькнёт!       Со всех сторон раздались смешки:       — Это ж насколько ты жрать хотел, что тебя рыба звать начала!       — Аутсайдер плавником поманил!..       — А может это угорь?       — Да не, у него ж не плавник, а недоразумение…       Уилл оскорблённо фыркнул, потом мечтательно улыбнулся:       — Да ну вас, идиоты. Вот окажетесь там на ночном обходе, я на вас потом посмотрю.       — Прекратить разговоры! — донесся до парней отголосок начальственного рыка. Все тут же заткнулись и сделали верноподданические лица, давя смех в зародыше.       Установившуюся тишину нарушил вопль и громкий плеск. Стражники мгновенно посерьёзнели, взяли оружие наизготовку. Теренс, обменявшись с компанией кивками, поспешил на шум воды и неясную возню в тупиковом ответвлении коллектора.       Взгляду стражника открылась картина, достойная полотен Соколова: несгибаемый Уолкес, сыпя ругательствами, стоял на середине протока по пояс в нечистотах и тащил из воды за шкирку одного из новичков, промокшего до нитки. Парень явно был напуган до трясучки, что-то неразборчиво бормотал и махал руками, вяло болтаясь в хватке старшего по званию.       Завидев Теренса, офицер хмуро рявкнул:       — Прикрой! — и с натугой поволок незадачливого утопленника к берегу, преодолевая довольно сильное в этом участке канализации течение.       Стражник послушно изготовился к стрельбе, выцеливая тёмные углы и далёкое отверстие в потолочной решётке. Когда Уолкес со своей ношей достигли парапета, он помог затащить парня наверх. Тот, едва оказавшись на суше, рванулся подальше от протока, судорожно пытаясь достать пистолет из кобуры.       — Докладывай, солдат! — Разъярённый купанием командир церемониться не собирался.       Подзатыльник от начальства оказал на парня волшебное воздействие — он сумел таки выдавить из себя что-то внятное:       — Он… т-там… Т-т-толкнул меня вниз, а сам… Держал… — Посмотрев на Уолкеса испуганными глазами, рядовой ткнул пальцем в сторону канала и выдавил:       — Я ш-шумел…       Повинуясь молчаливому жесту командира, Теренс моментально перевёл прицел на воду, заодно освещая её мутную гладь лучом фонаря. Под мостом мелькнул тёмный силуэт, но исчез из виду раньше, чем выпущенные стражником пули достигли цели.       Уолкес яростно сплюнул и заорал:       — Тревога, китовьи дети! Беглец в канале, не дайте ему уйти!       Тоннель наполнился эхом торопливых шагов и мерцанием фонарей. Стражники моментально перекрыли мосты и теперь обыскивали проток, освещая подозрительные места. Вскоре раздались первые выстрелы и оклики:       — Зараза!..       — Изворотливый, гад!..       — Дирк, к вам плывёт!       — Вижу, сейчас я его… — Отстрелявшись, боец радостно возвестил товарищам:       — Попал! Шад, Летос, кончайте ублюдка!       Препоручив совсем поплывшего стражника заботам Теренса, Уолкес ринулся вглубь тоннеля. Офицер хорошо представлял возможности опального лорда-защитника и ожидал увидеть за поворотом бойню. Но его подчинённые оказались живы, предъявив начальству нашпигованный пулями труп, плавающий в покрасневшей от крови воде.       — Чего столпились, живо на посты! — Уолкес не дал стражникам насладиться лёгкой победой, жестами отряжая двух подчинённых достать беглеца из канала, а ещё четверых — прикрыть товарищей с берега. Остальные продолжили патрулирование, держа оружие наготове. Офицер закономерно ждал подвоха.       Стражники без помех добрались до поверженного врага.       — Мёртв, точно! Пуля шею перебила! — Озвучил результат осмотра Дирк. Они с напарником споро заломили руки болтающемуся спиной кверху лорду-защитнику и поволокли добычу к берегу. Безвольно опущенная голова узника то и дело погружалась в воду, одежда промокла насквозь и тянула ко дну.       — Тяжёлый, зараза! — ругнулся один из конвоиров, взгромождая свою ношу на уступ.       Кто-то из стражников поддакнул:       — А вот и русалка…       Никто не улыбнулся, а Уолкес одёрнул шутника, взглядом обещая ему бесчисленные кары. Мертвеца перевернули и выставили на всеобщее обозрение.       Вблизи великий и ужасный лорд-защитник не производил особого впечатления: его одежда после заплыва в нечистотах была в плачевном состоянии, с копны спутанных тёмных волос текла вода вперемешку с кровью. Но знаки отличия были на месте, да и пистолет в кобуре на поясе намекал, что этот бродяга не так прост.       Офицер наклонился над поверженным врагом короны, вгляделся в его лицо… И с проклятьями отвесил мертвецу пинок, сбрасывая его обратно в воду. Тот пошёл ко дну, грохотнув на прощанье выпавшими из-за пазухи камнями.       Излив душу, Уолкес повернулся к оторопевшим подчинённым.       — Это не Аттано. Клянусь Аутсайдером, этот ублюдок нас одурачил! — Офицер медленно сжал руку в кулак, обвёл взглядом стражников и обернулся, проверяя посты.       — Где Уилл и Шад? — Задал он сакраментальный вопрос.       Журчание воды и тихий писк копошащихся в норах крыс стали ему ответом.

***

      Самуэль проводил взглядом очередную труповозку и поднял взгляд к небу. Он навскидку определил по солнцу время и обернулся ко входу в тоннель. Близился закат. С наступлением сумерек начнётся отлив и прибрежные воды станут вдвое опаснее для путешествий.       Лодочник не разделял святой убеждённости Хэвлока и остальных лоялистов в нужде свержения власти лорда-регента. Его не трогали патриотические речи и рассуждения о мести, ведь всем миром, родиной для старого моряка давненько уже стало море — оно кормило его, подталкивало в спину, придавая сил, смывало с сердца груз прошлых невзгод. Он мог уплыть к другим островам, бороздить на своей лодке иные воды, но… Самуэль бережно хранил светлые воспоминания о прежних спокойных деньках, о богатом промысле и возвращениях с уловом в оживлённый порт Дануолла, где днём и ночью не смолкали песни рыбаков. Помнил старик и о маленькой девочке, что сейчас стала игрушкой в руках политиков. Ему хотелось верить, что леди Эмили, как и её благословенная матушка, сможет вернуть мир в охваченный чумой и переделом власти Гристоль.       Прожив не самую спокойную жизнь, Самуэль не ждал от неё многого. Его мечты были скромными и простыми, как и сам моряк. Закрывая глаза под рокот прибоя, он мечтал о хорошем конце для всех — горожан и правителей, смотрителей и плакальщиков. И если его маленький вклад в дело лоялистов хоть что-то изменит к лучшему, почему бы не подождать беглого лорда-защитника ещё немного? Ему не привыкать бороздить непокорные волны под светом звёзд.       Старик похлопал по борту свою верную лодку, задержал руку, ощущая исходящее от прогретого солнцем металла тепло. Ветер сменился, наполняя лёгкие чистым воздухом с моря. Самуэль моргнул, повернул голову… И с достоинством выпрямился, приветствуя своего пассажира.