Дочь - подарок судьбы

Вечером на Гриммо зашёл Люпин. — Ремус, ты как раз к ужину, идем на кухню, — обратился к нему Блэк. Во время ужина Гарри рассказал еще раз недавние события. Пить чай переместились к камину. Люпин протянул газету и поведал об утреннем визите: — Вот, Дамблдор передал. Он и сам со мной пришёл, но внезапно вспомнил о каких-то делах. — А ничего странного ты не заметил? — спросил Сириус. — Да нет… — он пожал плечами, — хотя был такой тихий звук, словно колокольчики на ветру, хотя ветра вроде бы и не было, а что? — Видишь ли в чем дело, — Блэк покрутил в руках палочку, — я поставил дополнительную защиту на дверь. И если директор не смог войти — это плохой знак. — Вот же свинство! — вскрикнул Гарри, как раз дочитавший статью. Взрослые повернулись к нему. — Все было не так! Откуда «Пророк» берет эти сведения? — он отбросил газету и стал ходить по комнате. — Это просто несправедливо! Хотя, из школы Гермиону действительно исключили. Блэк, дочитавший статью, предложил: — Ты можешь дать опровержение. Интервью Гарри Поттера, да у них продажи взлетят! — И переврут каждое слово. Проходил уже это, — сник Гарри. — Но ты прав, я напишу Полумне, она не откажет в помощи! — радостный Поттер умчался писать подруге, а мужчины вернулись к прерванному разговору. Оба боялись озвучить, что директор ведет странную и непонятную им игру, словно, пока это не сказано вслух — это не существует. Тем временем, Гермиона с родителями поселилась в гостинице в Париже и ждала ответа из Шармбатона. — Гермиона, детка, а что ты будешь делать, если тебя примут? — Скажу, что хочу подтянуть язык за полгода и начну учиться в сентябре, — уверенно заявила она. — Мам, я рада, что вы согласились переехать, но это было так внезапно… — О, не переживай об этом. Мы с отцом как раз хотели пожить немного в другой стране, перенять местный опыт и вообще сменить обстановку. Ты большую часть года отсутствуешь, а тут такое дело. Это же не навсегда? — Нет, я думаю нет. А в какую страну вы хотели поехать? — Мы рассматривали США и, кстати, Францию. Но и Австралия — тоже неплохо. Там живут несколько наших знакомых по международным семинарам. — А как же ваша клиника здесь? — Она будет работать. Там достаточно специалистов и все отлажено, так что пару лет мы можем не приезжать. Миссис Фокс там администратор. Мы знакомы много лет, и она зарекомендовала себя как преданный и порядочный сотрудник. Она думает, что мы уехали на некоторое время во Францию, расширяем сеть. — Вот и хорошо. Я рада, что не причинила неудобств! — Что ты, доченька! Иди, я обниму тебя, — Джин поцеловала Гермиону в макушку, и они обнялись. К вечеру пришло письмо. «Уважаемая мисс Грейнджер! Мы рады вашему решению обучаться у нас. Из-за разницы программ, предлагаем вам пройти вступительные экзамены, которые начнутся тридцатого мая сего года. Перечень предметов и ориентировочные темы вопросов и практических заданий приведены в приложении. В случае любых изменений просим сообщить нам незамедлительно. Главный куратор учебной части мадам Жирар.» — Вот и отлично! — обрадовалась Гермиона. — Кикимер заберёт меня вечером, чем займёмся? — Может, погуляем по городу? — Здорово! И Грейнджеры отправились бродить по старинным улочкам. Поздним вечером, когда они вернулись в гостиницу, там их уже ждал Кикимер. Тепло попрощавшись с родителями и взяв обещание связаться с ней как можно скорее, Гермиона отбыла на Гриммо. За время ее отсутствия страсти почти улеглись, и Гарри даже хотел скрыть от нее статью в «Пророке», но не тут-то было. Во время чаепития Кикимер принес пачку писем и положил перед Гермионой. Одно из них вылетело из пачки и голосом Молли Уизли завопило: «Как ты посмела напасть на мою дочь! Мы принимали тебя в доме как родную, и вот как ты отплатила? Не смей приближаться к нашей семье, мерзавка! Гарри, дорогой, мы ждем тебя в гости! Приезжай как только сможешь, мы всегда рады тебе!» — закончило письмо умильным голосом и самоуничтожилось. — Кикимер! Что это такое? — строго спросил Блэк. — Это письма для вашей гостьи, хозяин. Еще тридцать два подлежат уничтожению, так как содержат проклятья, гной бубонтюбера и один портключ в жуткий подвал. Кикимер выполняет приказ хозяина и проверяет почту. — У нас запрет на почту! Откуда они взялись? — рассердился Блэк. — Хозяин снял запрет на почту для мисс Грейнджер в ожидании ответа из школы Шармбатон. Сириус вскочил и наложил полный запрет на почту от неизвестных отправителей. — Я надеюсь, ответ ты уже получила? — все же поинтересовался он. — Да, они ждут меня в конце мая на экзамены. А что все это значит? — она встревоженно посмотрела на Гарри. Он молча протянул ей утренний «Пророк». — Странно, тут нет подписи. Это точно не Скитер. Она всегда подписывается и она… Не стала бы такое обо мне писать. У нас с ней соглашение. — Соглашение? — удивленно переспросил Блэк. — Да. Она не поливает грязью меня и Гарри, я не рассказываю всем что она — жук-анимаг. — Вот это да, Гермиона! Признаюсь, я восхищен! Прижать Риту Скитер — это впечатляет! — Впрочем, ничего нового. Все как всегда. Не стоит обращать внимания. Благодаря вашей заботе и бдительности Кикимера я не пострадала. Спасибо! — Уже поздно, я иду спать, — сказал Сириус, глядя на прижавшихся друг к другу подростков. Да и вы не засиживайтесь. Но поспать ему так и не удалось. Среди ночи к нему в комнату вломилась Гермиона, держа за руку бледного Гарри. — Что случилось? — заволновался Блэк. — Кошмар. Он мне еще с лета снится. — Какой кошмар? — он подошел к крестнику и положил руку ему на плечо. — Дверь. С круглой ручкой. Это не было кошмаром до этой ночи. Сейчас я… Во сне… Был змеей Волдеморта и… И я напал на мистера Уизли. Змея напала… Я не знаю, как объяснить, но все было как по-настоящему! — Все в порядке, Гарри. Пойдем, выпьем чаю. Я сейчас присоединюсь. Гермиона увела Гарри на кухню, а через пару минут в доме на Гриммо появился Снейп. — Ты что здесь делаешь? Как Артур? — Блэк был не в духе. — Не по своей воле я среди ночи посетил твой дом, Блэк. Директор прислал меня. Сам он почему-то не может войти в дом. Артура спасли. Успели вовремя. Я же пришел не к тебе, а к мистеру Поттеру. Вот, вам следует это прочесть до завтра. Вечером я приду и мы начнем занятия. Дамблдор считает это необходимой мерой безопасности всех нас. Мне пора, — закончив монолог, Снейп вышел на улицу и с тихим хлопком трансгрессировал. — Что все это значит, Сириус? — спросил Гарри, отпив теплого чая. — Директор замышляет недоброе, раз не может войти в дом. Это раз. Снейп же, напротив, не имеет дурных мыслей, что очень странно. Также Снейп — известный легиллимент, и та брошюра, что он тебе дал, — о защите разума. Каким-то образом Волдеморт проник в твой сон, и ты увидел нападение на мистера Уизли. Фактически, ты спас его, — он потрепал крестника по плечу. — Не переживай, Гарри. Ты научишься закрывать свой разум, и все пройдет. Идём спать. От себя могу посоветовать: думай о приятном. Не думать ни о чем очень сложно, так что думай о приятном для начала, — он ушел к себе. — Гарри, хочешь я побуду с тобой? — спросила Гермиона. — Хочу, конечно, но уже поздно, давай спать, — она кивнула и обняла его. — Добрых снов, Гарри, — она зашла в отведённую ей комнату и закрыла дверь. А ему не спалось. «Бедная Гермиона, все из-за меня. Хорошо, что Кикимер бдит и она не пострадала! Надеюсь, Полумна уговорит отца напечатать мой ответ «Пророку». А миссис Уизли! Вот чего она взъелась на нее? И с чего она решила, что Джинни может мне понравиться? Нет, она симпатичная, конечно, и может быть их план бы и удался, если бы Гермиона вовремя не открыла мне глаза, но тогда я бы точно потерял её. А сейчас даже представить страшно, что мы не были бы вместе! А Снейп… Она верит ему. А он меня ненавидит. Но помогает, и это странно. Сны еще эти… Шар дурацкий, прям как у Трелони! Знать бы еще, что это значит… И почему я был змеей Волдеморта? А если он и сейчас читает мои мысли? Буду думать о белой обезьяне. Или считать снитчи,» — так и промаялся без сна всю ночь. А утром Кикимер принес почту. Снова к чаю. Первым взялся читать Сириус, и по его реакции Гарри понял, что все в порядке. Он смело взял «Пророк», развернул на нужной странице и сел ближе к Гермионе, чтобы читать вместе: «Дорогие мои! Редакция приносит извинения мисс Грейнджер за непроверенную информацию. Как мне стало известно из достоверных источников (не стану их называть), инцидент, произошедший на днях в Школе чародейства и волшебства Хогвартс, имел место быть. Только пострадавшая сторона — ученица пятого курса, лучшая ученица за последние сто лет, магглорожденная Гермиона Грейнджер, которая всего лишь защищалась от чистокровной Джиневры Уизли. Мистер Поттер, из-за которого и вспыхнула ссора, пятнадцать лет назад остановил Пожирателей смерти, лишив их предводителя, но мы-то с вами прекрасно помним, что именно они выступали против магглорожденных! А теперь это делает никто иной, как заместитель министра — Долорес Амбридж. Она выслушала обеих девушек и приняла решение, кому из них поверить, основываясь лишь на чистоте крови. Это возмутительно! Если такова нынешняя политика министерства, то стоит спросить: к чему мы придем? Неужели статус крови так важен для мистера Фаджа? Или он не знает, что делают его заместители? В любом случае, налицо несправедливое исключение талантливой ученицы, которая, по слухам, перевелась в Шармбатон. Не знаю, как вам, а мне очень жаль, что дикость и тирания возвращаются в нашу жизнь с позволения Корнелиуса Фаджа (или за его спиной, что еще ужаснее). Тем, кто следует теории чистоты крови, рекомендую повнимательнее изучить собственную родословную. Как известно, в нашем обществе всего лишь двадцать восемь фамилий, официально имеющих так называемую чистую кровь. Кстати, сама мисс Амбридж не входит в этот список, как и большая часть наших соотечественников. И как утверждает маггловская наука генетика, близкородственные браки, без которых невозможно сохранить чистоту крови, дурно влияют на наследственность потомков. Так что же ждет наше общество? Всегда ваша, Рита Скитер». — Ничего себе! Любопытно, почему она вступилась за меня? Да ещё и на Фаджа наехала, — Гермиона была озадачена. И тут она увидела огромную фотографию Поттера на обложке «Придиры». — Гарри? — Я написал Полумне письмо. Это несправедливые обвинения! И я не знал, что «Пророк» даст опровержение, — засмущался он. Довольная Гермиона обняла его, и они стали читать. Но читали не только они. В своем кабинете Дамблдор озадаченно тёр подбородок, надёжно прикрытый бородой, и колокольчики нежно позвякивали. Он уже получил подтверждение от мадам Максим с указанием времени экзаменов для мисс Грейнджер. «Похоже, она и вправду перебралась во Францию. Если это так, то есть шанс повлиять на Гарри. К тому же, он спас Артура. Это должно сблизить его с семьей Уизли. Но кто же надавил на «Пророк»? И это интервью Гарри в журнале Лавгудов… Хорошо, что это издание не воспринимают всерьёз! Надо бы наведаться на Гриммо. Любопытно, что там за защита? Я уже дважды не смог войти. Пришлось прикрываться срочными делами. В третий раз могут и не поверить. Пожалуй, лучше сейчас не соваться туда. Пусть Снейп ходит и докладывает. Жаль, не удастся поговорить с Гарри. Эти его сны, неужели это… Хм… Надо бы еще понаблюдать.» А гостивший у Малфоев Волдеморт смотрел в огонь и думал: «Люциус немного перегнул, но в общем, достиг цели — зародил сомнения в умах людей. Теперь бы достать пророчество! Надо выманить Поттера, не самому же идти в Отдел Тайн! А он-то молодец! Вон как дочь мою защищает! Не «Пророк», конечно, но тираж большой. И ведь додумался же. Надо бы приглядеться к нему получше. Учитывая ее благосклонность к нему, это может и мне на руку сыграть», — довольный Волдеморт наслаждался потрескиванием дров в камине и невольно сравнивал Поттера и того же Малфоя-младшего. И сейчас сравнение было не в пользу Драко. Закончив завтрак, Сириус предложил навестить мистера Уизли. Они дождались прихода Ремуса и, оставив Блэка дома, аппарировали прямо в переулок, где был вход в больницу Св. Мунго. Поздоровавшись с привет-ведьмой и узнав в какой палате находится Артур Уизли, они поднялись на пятый этаж. Быстро отыскав нужный номер на двери, они вошли внутрь. — Молли, здравствуй! Мы, пожалуй, попозже зайдём, — сказал Люпин, увидев почти всю семью Уизли. — Что ты, Ремус, проходите! Гарри, рада тебя видеть! — А она что тут делает? — вклинилась Джинни, а когда увидела, что Гарри держит соперницу за руку, даже на некоторое время потеряла дар речи от возмущения. Поттер проигнорировал ее, кивнув в знак приветствия ее братьям, и решительно подошёл к мистеру Уизли, чтобы поздороваться. Близнецы, Рон и даже Джинни посторонились пропуская его. — Гарри, ты спас мне жизнь, — просто сказал Артур. — Я рад, что все обошлось, хоть толком и не успел понять, что происходит. Мы, наверное пойдем, — замялся он. — Выздоравливайте! Ремус кивнул Артуру, и они стали пробираться к выходу. Едва они покинули палату, как следом за ними вышла Молли. — Гарри, мы так благодарны тебе! И мы ждем тебя в гости! Дети будут рады, да и тебе будет не скучно! — Это точно. С вашей семьей не заскучаешь! — Гарри?! — возмутилась миссис Уизли. Ремус смутился, Гермиона рассматривала ближайшую стену, словно там были ответы на все тайны вселенной. — Что ты имеешь в виду? Ты для нас как родной сын! — Действительно, что это я? Это же не ваша дочь пыталась меня приворожить Амортенцией? И вовсе не она напала на Гермиону, а потом выставила ее же виноватой, да так, что Гермиона собралась уехать во Францию! — тут он придвинулся ближе к девушке и словно прикрыл ее собой. Молли была возмущена и ошарашена. — Это все ты, мерзкая девка! Да ты опоила его! Точно, иначе и быть не может! Он и не взглянул бы на тебя! — Молли! — попытался призвать ее к порядку Люпин, но она лишь больше распалялась. Гермиона только открыла рот, чтобы постоять за себя, как Гарри сжал ее руку покрепче и еще больше прикрыл собой. — Эта мерзавка напала на мою дочь, ей чудом удалось избавиться от шрамов! Она поссорила Гарри с Роном! Да ей и Гарри-то не нужен, лишь его слава и деньги! — Хватит! Идем! — смущенный Люпин предпочел поскорее увести подростков. Такого от добродушной Молли он не ожидал — Подождите. Нам стоит закончить этот разговор, чтобы больше не возвращаться к нему. К вашему сведению, Гермиона помогла мне спасти Джинни на ее первом курсе и отсрочить возвращение Волдеморта. И не переносите на людей ваши мысли, я уверен в Гермионе. Это, видимо, вам я нужен был лишь как герой и кошелек, — Гарри на мгновенье загрустил, но быстро взял себя в руки. — Миссис Уизли, я благодарен вам за все, что вы делали для меня раньше. Но Гермиона и Сириус — два самых близких и дорогих мне человека. Я никому не позволю обижать их! К счастью, Гермиона пока не пострадала от всей той грязи, что вылил на нее «Ежедневный Пророк», но если это случится, я предам огласке все дела Джинни. Я — человек. Почти взрослый, надо заметить. И я предпочитаю сам решать, с кем дружить, а с кем нет. Сожалею, но теперь в вашем доме и в вашем присутствии я не чувствую себя в безопасности. Я не желаю вам зла, но лучше держитесь от нас подальше. И дочери вашей объясните, что я — не ее собственность, и никогда с ней не буду. Всего доброго, — не дожидаясь ответа, он пошел по коридору в знакомый кабинет, не обращая внимания на редких посетителей. — Кристен, здравствуй! — Привет, Гарри! Ты как тут оказался? Ремус, Гермиона? Что-то случилось? — Здравствуй, — Ремус и Гермиона тоже кивнули знакомой. — Мы приходили проведать Артура. Раз уж ты здесь, не посмотришь, нет ли на Гарри какого влияния? А то Молли не оставляет попыток заполучить его в зятья. Кристен провела палочкой. — Нет, он чист, не переживайте! А сейчас мне пора к пациентам, моя смена уже началась. До встречи. Гарри, если что, ты знаешь где меня найти. — Да, спасибо! Они все вышли из кабинета. Кристен направилась в ближайшую палату, а Люпин со спутниками — на улицу, а оттуда прямиком в дом на площади Гриммо.