your hand in mine (pt. iii)

– Ну что ж, – Лекса прокашливается. – До скорого? – Ага, – раздается короткий, почти скромный ответ Кларк. Они уже около получаса стоят в коридоре – Лекса настояла на том, чтобы проводить ее до двери. «Уже поздно, а у тебя темно в подъезде», спокойно сказала она. Кларк лишь согласно промычала, решив не говорить то, что и так очевидно. Лексе тоже сложно с ней прощаться. Она опускает взгляд, после чего вновь возвращает его к лицу Лексы, закусывая губу. Кларк прекрасно понимает, что бесстыдно флиртует. И, судя по сбившемуся дыханию Лексы, она совершенно не против. – Хочешь чаю? Улыбка Лексы легка, но многословна. – Кларк, ты ведь знаешь, что одним чаем мы не обойдемся, – тихо говорит она, глядя на нее оживленным взглядом зеленых глаз. – Особенно сейчас. – О? – возможно, ей стоит остановиться. Вероятно. Но прошло слишком много времени с тех пор, когда она чувствовала себя комфортно, дразня Лексу; с того, как Лекса позволяла ей себя дразнить. Это волнует. – А сейчас какой-то особенный момент? – Только не после того, что ты сказала мне за кабинетом доктора Грант, – поясняет Лекса. Ее голос падает еще ниже. Как и дрожь по спине Кларк. – Если только не… – она замолкает, бегая взглядом по лицу Кларк. Уже не в первый раз Кларк так, так сильно хочется поддаться. Она подозревает, что Лекса прекрасно знает, как на нее влияет. Она просто не знает, что порой пользуется этим для своей выгоды. Эта мысль заставляет Кларк остановиться, подумать и шагнуть назад. Однако сдержать тоскливый вздох ей не удается. – Доктор Грант права, – говорит она. – Мы еще не… мы еще не готовы. Образы Лексы, быстро, грубо, настойчиво и неуверенно отталкивающей ее руки, когда она хотела коснуться ее, почувствовать ее, проносятся в голове Кларк, и она сглатывает горький ком в горле. Я не хочу, чтобы все снова повторилось, и думаю, что так все и будет, если мы -- и я слишком устала чувствовать себя опустошенной. Мягкий изгиб улыбки Лексы говорит ей, что она думает о том же самом. – Извини, – шепчет она, – за… прямолинейность. – Нет, нет, я понимаю, – быстро прерывает Кларк. – Поверь мне, – она сухо усмехается. – Я понимаю. Лекса слабо улыбается. – Хорошо. – Кларк не ожидает, что она протянет руку и коснется ее ладони. – Хотелось… Хотелось бы мне сказать, что мы уже готовы, – говорит она, встречаясь с ней глазами. – Я знаю. – Кларк резко переполняет желание ее успокоить, и так она и делает – или по крайней мере пытается, подходя ближе и беря ее за вторую руку; проводит большим пальцем по костяшкам – Лекса часто так делает. Приятно отвечать взаимностью. – Нет ничего страшного в том, что тебе нужно время, Лекса. И расстояние. Если ты–, – она вновь сглатывает, потому что произносить следующие слова больно, но – но. – Если тебе понадобится… сделать шаг назад, то пожалуйста, не бойся поделиться со мной этой нуждой. Я пойму. Обещаю, Лекса. – Хорошо. – Она знает, что Лекса хотела ответить нет, ей больше не нужно время, но они обе понимают, что это ложь. Кларк наблюдает, как Лекса глубоко вдыхает, и чувствует, как она сжимает ее руки. – Знаешь, этого достаточно, – говорит она, улыбаясь больше взглядом, чем губами. – Твоего обещания. Его – достаточно. И Кларк слышит все, чего не говорит Лекса. Я становлюсь ближе к тому, чтобы доверять твоим словам, говорят ей глаза Лексы, и они наполнены удивлением, словно Лекса сама только что это осознала. Возможно, так и есть. Кларк кивает и подается навстречу Лексе, опуская голову на ее плечо и улыбаясь, когда чувствует руки Лексы на талии. – Я не хочу уходить, – тихо признается она в куртку Лексы, вдыхая ее аромат. Кожа, смешанная с мягким, едва заметным одеколоном, и Лекса. Она чувствует, как руки сильнее ее сжимают. – А я не хочу тебя отпускать. – Лекса прижимает мягкий, долгий поцелуй к ее виску и отстраняется, и Кларк не сдерживает несчастного стона. – Уже поздно, – усмехаясь говорит Лекса. Ее руки все еще покоятся на талии Кларк, но теперь между ними возникает расстояние, которое Кларк очень хочется сократить. – Тебе нужно выспаться. Как и мне. Кларк кивает. – Завтра важный день? – Можно и так сказать. – Лекса не хмурится, но по ее бесстрастному выражению лица Кларк моментально понимает, что что-то не так. Она видит внутреннюю борьбу в ее глазах – она наверняка пытается решить, стоит ли сообщать это Кларк. Прежде чем Кларк успевает сказать, что все в порядке и она не обязана делиться тем, чем не хочет, Лекса определяется. – Линкольн возвращается. – Оу. – Уже давно одно простое предложение не вызывало у нее такие смешанные чувства. Но дело не в ней и не в них. Это семья Лексы; поэтому она сглатывает и пытается улыбнуться. – Здорово. Я рада, что он наконец готов с тобой поговорить. – Эй, – шепчет Лекса, переплетая с ней пальцы. – Все будет хорошо. Он не собирается отыгрываться. – Я за это не переживаю. Зеленые глаза улыбаются. – Тогда из-за чего ты переживаешь? – Почему ты так легко меня читаешь? – бормочет Кларк. Лекса предпочитает не отвечать. Судя по тому, как на момент она смыкает челюсть, Кларк лучше не слышать ее ответ, хоть она и догадывается, каким он будет. Она со мной как на иголках. Само собой она заметит детали. Кларк трясет головой. – Я просто -- за время своего отсутствия он проветрил голову, и… Я не хочу, чтобы он снова ее потерял. А он потеряет, когда узнает, что мы пытаемся вновь быть вместе. Одна безупречная бровь поднимается вверх. – Пытаемся? – с веселой улыбкой повторяет Лекса. – У меня сложилось впечатление, что мы уже вместе. Кларк моргает. – Я – ну, да, но мы же ходим на терапию, и– – У нас возникли проблемы. – Взгляд Лексы неожиданно становится напряженным и обжигающим, когда она фокусирует его на лице Кларк. – Как и у всех пар. Некоторые распадаются. Некоторые пытаются их решить. Как мы. Кларк, – тихо говорит она, подходя ближе – и Кларк нельзя винить за упавший на губы Лексы взгляд. – Я хочу быть с тобой, и я с тобой, хорошо? Кончики пальцев Кларк играют с короткими волосками на шее Лексы, пока та смотрит ей в глаза. – Опять сворачиваешь от темы? Полные губы растягиваются в улыбке. – Разве что самую малость, – признает Лекса, – но я не отказываюсь от своих слов. – Хорошо, – говорит Кларк и целует ее, потому что больше не может себя сдерживать, когда Лекса так призывно облизывает губы, прежде чем встретиться с ней в поцелуе и моментально его углубить. – Воу, – говорит она отстраняясь и спустя несколько секунд выпуская смешок. – Если мы продолжим, то доктор Грант станет очень печальным терапевтом. – Извини, – говорит Лекса без капли вины в голосе. – Я – я все еще думаю о том, что ты сегодня сказала. – Отлично. – Кларк чмокает ее в губы и улыбается еще шире, когда Лекса пытается догнать ее для поцелуя. – Не забывай об этом. Никогда. Лекса отвечает кивком и улыбкой. Затем, после небольшой паузы: – Не переживай насчет Линкольна. Во всех смыслах. – Я просто хочу, чтобы у вас снова все было в порядке, – со вздохом признается Кларк. – Боже, – продолжает она, роняя горький смешок. – Я ведь развалила все твои отношения, да? – Не сказала бы, что все. С Индрой все так же, – легко говорит Лекса, и Кларк не сдерживается – она прыскает со смеху. Она смеется и смеется, и Лекса смеется вместе с ней, и когда слезы начинают спускаться по щекам Кларк, она лишь вытирает их большими пальцами и сцеловывает соль с губ. // Лекса покидает ее с ужасающим предложением. К счастью, Кларк есть что предложить ей в ответ. И теперь они обе в страхе ждут ужина с семьями друг друга. Кларк не уверена, рада она или нет тому, что ее семья будет первой. – Линкольн еще – эм. Он определенно еще не готов, – сказала Лекса, когда они расходились. – И я полагаю, что твоя мама ждет этого… уже некоторое время. Кларк не смогла сдержаться. Она надула губы. – Это беспочвенные обвинения. – Разве? – Лекса снова вскинула бровь, и Кларк вздохнула. – Ну – ладно. Возможно. Я просто ждала нужного момента, чтобы поднять эту тему. – Как скажешь, – Лекса улыбнулась, и на этом они закончили. Под этим подразумевается их визит к родителям Кларк на следующей неделе. (Они взаимно согласились, что это не будет считаться за свидание.) И сейчас Кларк бегает по магазинам и покупает продукты, параллельно споря с мамой по телефону о том, кто из них будет готовить. – Повторяю в последний раз, – говорит она в трубку. – Лекса привыкла к моей готовке. Ее мама усмехается. – Я тебя учила, – утверждает она. – Ей понравится и моя еда. И Кларк, она уже взрослая женщина. Это будет долгая ночь, думает Кларк и добавляет к продуктам бутылку вина. // – Привет. Лекса по ту сторону двери выглядит безупречно. И немного взволнованно. Но в основном безупречно. – И тебе привет, – говорит она, продолжая уже тише. – Ты выглядишь – ты выглядишь потрясающе. Кларк нелегко заставить покраснеть, но не в присутствии Лексы. Она подавляет желание потянуть свой простой бежевый сарафан, улыбаясь Лексе. – Спасибо. Как и ты. Лекса легко улыбается. – Я всегда так выгляжу, – говорит она, роняя взгляд на свою одежду. Кларк делает то же самое, мимолетно оценивая то, как рубашка облегает ее тело, а брюки очерчивают длинные ноги. Она не пропускает букет в ее руках, но решает не комментировать. – Тогда ты всегда выглядишь потрясающе, – смеется она. Зеленые глаза распахиваются чуть шире. – О, я не – я не напрашивалась на комплименты, я… – она замолкает и вздыхает под веселым взглядом Кларк. Затем она улыбается. – Привет. – Иди сюда, – бормочет Кларк, потому что может, и берет Лексу за руку, заводя в квартиру. Но как только она тянется к ее губам, Лекса отстраняется. – Кларк, – шепчет она. – Мы дома у твоих родителей. Ее мама словно по сигналу появляется в поле зрения. – О, здравствуй, Лекса, – не без тепла в голосе говорит она. – А я все гадала, где ты так задерживаешься. – Она ухмыляется на их сцепленные руки и явную близость. – Теперь все понятно. Лекса прокашливается. Кларк знает, что она смущена. Но при этом она не отскакивает в сторону, а лишь медленно отстраняется, легко сжимая ее ладонь и бросая мимолетный взгляд. – Здравствуйте, доктор Гриффин. Спасибо за гостеприимство. – Она делает шаг к Эбби и протягивает ей букет. – Боже мой, – смеется Эбби, принимая цветы и вдыхая их аромат. – Не стоило. – Она смотрит на Кларк. – Так она такая очаровашка? Кларк не отвечает, вместо этого восхищенно глядя на легкий румянец Лексы. – Пойду поставлю их в воду, – чуть громче положенного говорит Эбби. – К слову, ужин готов. – Ее улыбка становится шире, когда она уходит и оставляет их наедине. – О, – произносит Лекса, словно внезапно о чем-то вспомнив, и шагает обратно в коридор, вынося с собой коричневый бумажный пакет. – Это тебе, – она достает из него одинокую розу. Ярко-красную. Кларк чувствует, как ее щеки приближаются к оттенку цветка, когда берет его из ее руки и чуть не роняет при соприкосновении их пальцев. Боже. Что она со мной делает? – А это, – продолжает Лекса, выуживая бутылку вина из ныне опустевшего пакета, – для нас. У меня возникло ощущение, что это будет… интересный вечер. Кларк думает о купленной ранее бутылке. – И не у тебя одной. // К ее удивлению, ужин проходит гладко. Отец Кларк притягивает Лексу в объятия, когда она протягивает ему ладонь для рукопожатия, и Лекса, похоже, лишь самую малость чувствует себя неловко. Когда они, однако, отстраняются друг от друга, ее улыбка теплая, как и сердце Кларк. Кларк все еще немного тревожно, когда они наконец садятся ужинать, но присутствие Лексы рядом успокаивает. Довольно иронично, учитывая, что это Кларк должна ее успокаивать. Возьми себя в руки, говорит она и тянется к ладони Лексы под столом, мягко ее касаясь и улыбаясь, когда Лекса встречается с ней взглядом. Я здесь, пытается донести она. Я знаю, отвечает ей улыбка Лексы, когда та сжимает ее пальцы, прежде чем отпустить и взять вилку. И после этого, она – пожалуй, «идеальная» – единственное слово, которое приходит в голову Кларк. Она улыбается ее родителям, делает комплимент готовке Эбби (и искренне ей наслаждается) и терпеливо отвечает на все их вопросы о работе, жизни и даже семье – все без единой запинки. Кларк, пожалуй, должна опешить – и даже немного испугаться – от того, как внешне легко Лекса рассказывает о своей семье, когда ей лично доводилось видеть, насколько сложны отношения между ними. Вместо этого она чувствует восхищение. От того, насколько она сильная. Стоит ли говорить, что к концу вечера Эбби заметно теплеет к Лексе. Когда та пытается помочь ей помыть посуду, она лишь настойчиво ее прогоняет. – Ты же гость, – говорит она, забирая из ее рук тарелку. – Приходи, когда станешь моей невесткой – тогда и поговорим. – Мам! – сказать, что Кларк в ужасе, было бы преуменьшением года. Кончики ушей Лексы горят красным, но ей все же удается улыбнуться. – Я… учту, Эбби. – Отлично. А ты куда собралась? – обращается к Кларк безумная женщина, как она нарекла ее на этот вечер. – Эм, – говорит Кларк, но Эбби не собирается ждать, когда она выдаст ей более осмысленный ответ. – Ты не гость. Помоги мне, – говорит она почти без иронии в голосе. Кларк понимает, что ее мать серьезна. Лекса все еще улыбается, когда она поднимает на нее взгляд. – Я переживу пять минут без твоей компании, не волнуйся, – говорит она, замечая волнение Кларк. – Я не за тебя беспокоюсь, – бормочет Кларк, задерживаясь в дверном проеме, пока Эбби занимает себя остатками еды. Лекса шутливо ахает. – Возмутительно, – бормочет она в ответ. – Кларк, – зовет Эбби, прежде чем она успевает ответить. – Прекрати флиртовать и отпусти Лексу отдохнуть. Мы скоро к ним присоединимся. Ей едва удается подавить желание дать Лексе щелбан, когда та издает слишком похожий на хихиканье звук и уходит, оставляя их на кухне. // – Папа хотел с ней поговорить, верно? Эбби передает ей еще одну тарелку, мыча. – Я не очень тонко намекнула, да? – Совершенно не тонко, – усмехается Кларк, убирая тарелку на полку. – Ты как будто не пыталась. Эбби пожимает плечами. – Я и не пыталась. – Когда Кларк посылает в ее сторону прожигающий взгляд, она лишь ухмыляется. – Итак, – начинает она, и Кларк уже не нравится ее тон. – Лекса не очень-то протестовала, когда я упомянула про невестку… – О Господи, – шипит Кларк. – Поверить не могу, что ты это сделала. Мне – нам все еще есть над чем работать, а ты берешь и выдаешь такое? Эбби не выглядит обеспокоенной. – Милая, – говорит она. – Она не протестовала. – Это потому что она слишком вежливая! – тихо взрывается Кларк. – Мам, серьезно. Больше не говори ничего подобного. – Она вздыхает. – Пожалуйста. Эбби заканчивает ополаскивать последнюю тарелку. – Хорошо, не стану. Я перегнула палку. Извини, – говорит она, протягивая тарелку, которую Кларк принимает с очередным вздохом. – Извинения приняты, просто больше так не делай. – Я уже сказала, что не стану. Кларк вытирает руки и поворачивается, опираясь о тумбу. – О чем он хотел поговорить? – спрашивает она, заранее зная, что не получит ответа. Эбби качает головой, доказывая ее правоту. – Не могу тебе ответить. В основном потому, что я сама не знаю. Он просто попросил помочь ему остаться наедине с Лексой. – Она наклоняет голову вправо, изучая Кларк несколько безмолвных секунд, и ее глаза сверкают от мягкой улыбки. – Знаешь, она замечательная девушка. В ее горле снова встает ком. Она не знает почему, но ей внезапно хочется плакать. Возможно от того, что ее мама наконец видит настоящую Лексу и ценит ее за это. Бог знает, что Лекса этого достойна. Как и гораздо, гораздо большего. И больше всего на свете Кларк хочет дать ей все то, что она заслуживает. Она не знает, способна ли, но твердо уверена, что ради нее будет стараться. – Я знаю, – тихо отвечает она. – Я – она делает меня счастливой, мам. – Я знаю, – мягко говорит Эбби, поглаживая ее руку. – Я увидела. Сегодня. Извини, что мне потребовалось так много времени. Кларк пожимает плечами. – Ты не знала всей ситуации. – Возможно. Но я была не права в своей позиции с самого начала. Я не очень-то была гостеприимна без видимых причин. – В голосе Эбби слышно искреннее раскаяние, и Кларк ободряюще ей улыбается. – Я просто рада, что ты решила попробовать. – Как я могла не решить попробовать ради моей будущей невестки? – говорит Эбби и со смехом убегает, оставляя свою дочь стоять на кухне и закатывать глаза. // – Мне понравился сегодняшний вечер, – говорит Лекса, когда они идут по улице, держась за руки. Кларк все еще не может отойти от этого простого факта. Не без мягкого совета доктора Грант, они начали пробовать различные проявления близости. Кларк совершенно не против. Как и Лекса. – Мне тоже, – отвечает она. – И опять же. Извини за шутку моей мамы. За, эм – за ту, что с невесткой. Порой она любит дурачиться. Губы Лексы дрогнули. – Все в порядке. – О, я все хотела спросить – Анья не говорила тебе про Рэйвен? Выражение лица Лексы становится виноватым. – Мы не виделись последние несколько дней, – говорит она. – Сложная неделя. Я спрошу ее завтра. – Не стоит, – быстро говорит Кларк. – Я подумала и поняла, что я – я вела себя глупо. У Аньи наверняка есть дела поважнее, чем слежка за моими друзьями. Они обходят лужу по разные стороны, и сердце Кларк трепещет, ибо Лекса все это время уверенно держит ее за руку и моментально притягивает к себе, когда она заканчивается. – Это нормально, переживать за своих друзей, – говорит она. – И я обещала за ней приглядывать, так что я буду. – Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Кларк, когда они подходят к ее дому. – Похоже, в последнее время ты очень занята. Если тебе нужно отдохнуть- Лекса быстро ее прерывает. – Нет, – говорит она. – Я не – я не хочу от тебя отдыхать. – Зеленые глаза бегают по ее лицу. – У нас заметен прогресс. Я не хочу его потерять. – Лекса, – выдыхает Кларк. – Не потеряешь. Я буду рядом. Я всегда буду рядом. Улыбка Лексы неожиданно становится печальной. – Ты не можешь этого обещать, – говорит она. Почему-то Кларк кажется, что в ее фразе заключено нечто большее, чем один только след ее предательства. – Возможно, – говорит она. – Но я все равно буду стараться. – Она улыбается и бросает взгляд на свои окна. – Полагаю, ты опять откажешься от моего предложения чая? Лекса улыбается в ответ, и Кларк не пропускает, как облегчение сверкает в ее глазах. Она определенно благодарна за резкую смену темы. – Боюсь, что так, – бормочет она. – Но я хочу проводить тебя до двери, если ты не против. Кларк бросает на нее взгляд из-под ресниц. Смотрит на дверь. На их руки с переплетенными пальцами, и – Боже, она очень, очень не хочет, чтобы это заканчивалось. – Лекс, я – скорее всего тебе это не понравится. Лекса легко, но настороженно хмурится – и от этого сердце Кларк болезненно сжимается в груди. И это одна из причин, по которой она надеется, что Лекса согласится на ее предложение. – Что такое? Кларк думает, что бесполезно тянуть. – Проведи со мной ночь. – Зеленые глаза распахиваются, но Кларк продолжает прежде, чем она успевает запротестовать. Так как она боится, что если остановится, то потеряет всю свою безрассудную смелость. – Мы будем просто спать. Я знаю, что мы вполне в состоянии держать руки при себе. Я могу лечь на диван, если тебе так будет удобно. Я просто… – она вздыхает и закусывает нижнюю губу, смущенно глядя на Лексу. – Я знаю, что буду по тебе скучать, когда ты уйдешь, и – до нашего сеанса еще целая неделя. Она наблюдает, как Лекса роняет взгляд на ботинки, явно пытаясь понять, как помягче ей отказать. Что ж – она все равно не ожидала, что она согласится. Она просто хотела произнести это вслух. Сказать, чтобы Лекса знала. И поэтому ее рот раскрывается, а сердце бьется быстрее, и быстрее, и быстрее, когда Лекса поднимает голову и слабо кивает, едва заметно ей улыбаясь.