your hand in mine (pt. iii)

Все идет просто замечательно, думает Кларк, делая глоток вина. Это, естественно, прозвучало в ее голове настолько саркастично, насколько это возможно. Анья прокашливается, и все удивленно поднимают на нее глаза. Кларк уверена – никто в этой комнате не ожидал, что именно она станет единственным спасением этого вечера. Ей кажется, что сама Анья этого не ожидала. И в то же время именно она пытается начать разговор. – Лекса, хочу тебя поблагодарить за то, что организовала этот вечер, – говорит она, глядя на нее. – Я рада, что мы это делаем. – Ты всегда прекрасно лгала, – бормочет Линкольн в стакан. Сегодня он ограничивается водой, что не укрылось от внимания Кларк. Ей интересно, что это значит. Это из-за того, что он не хочет устраивать скандалов, или из-за того, что не хочет ослаблять перед ней защиту? Пожалуй, ей стоит перестать быть таким параноиком. Лекса устремляет безэмоциональный взгляд на своего брата. – Линкольн, – спокойно говорит она, и Кларк чувствует, как ее живот скручивает от тревоги. Если и существует уместное время для фразы «надвигающаяся катастрофа», то это сейчас. Срыв Линкольна более, чем ожидаем. И поэтому, когда он лишь вздыхает и спокойно отвечает, Кларк теряется. – Ты и сама знаешь, что это не работает, – говорит он. Кларк не может с ним не согласиться. – Тебе некомфортно, Анье некомфортно, мне очень стыдно, а Кларк и вовсе в ужасе. Кларк моргает. – Я не в ужасе, – протестует она. Линкольн лишь наклоняет голову набок, изучая ее. – Серьезно, – медленно произносит он. – А теперь вы намеренно пытаетесь меня запугать. Это нечестно. К ее удивлению, он откидывается на спинку стула, отпуская ей легкую улыбку. – Ах. Вот та самая Кларк Гриффин, что я знаю и… – он делает паузу, пожимая плечами. – …знаю. Лицо Лексы мрачнеет, и Кларк моментально опускает на ее ладонь свою, пока она не успевает в него вцепиться. Она совсем не хочет быть свидетелем очередной ссоры между братом и сестрой. К тому же, слова Линкольна были произнесены в шутку. Все когда-нибудь случается впервые, полагает Кларк. Она лишь посылает в его сторону испепеляющий взгляд. – Если ты приходишь ко мне с проблемой, – говорит Анья, – то я жду от тебя и ее решение. Или ты забыл? – О, у меня оно есть, – говорит Линкольн, окидывая взглядом стол. – Нам нужно во всем разобраться, вместо того чтобы провально вести светскую беседу. Я здесь не для того, чтобы заметать все под ковер. Я здесь для того, чтобы ответить за свои поступки. – Тогда, возможно, нам стоило поговорить лично перед… этим, – неуверенно предлагает Кларк. Он трясет головой. – Вы бы никогда не согласились со мной встретиться. – Должно быть, выражение лица выдало ее оскорбленность, и поэтому он быстро продолжает. – Я не говорю, что вы бы испугались. На самом деле я так не думаю. Вы бы просто недостаточно мне доверяли. Доверие. Видимо, это центральная тема всей ее жизни. И она не может с ним спорить. – Послушайте. – Линкольн собран. Решителен. – Я буду откровенен. Я вам тоже не верю. Пока не верю. И не уверен, что когда-либо смогу – думаю, вы и сами это понимаете. – Кларк понимает. Помимо того, что она ранила, пожалуй, своего самого любимого человека во всем мире, ее отношения с Лексой чуть не стоили ему отношений со своей сестрой. Это сложно пережить. Но пока что он хорошо справляется, и Кларк рада. – Но я верю своей сестре, и всегда должен был ей верить. Кто знает, – он криво ухмыляется, – если бы в тот первый раз я не начал надоедать ей по поводу вас, то она бы не так сильно рвалась слепо вам доверять. – Линкольн-, – начинает Лекса, но он вскидывает ладонь, улыбаясь. – Я шучу. В основном. Я пытаюсь сказать, что ты сама знаешь, что ты делаешь, – говорит он. – И если после всего, что она сделала, ты все еще хочешь ей верить – значит, на то должна быть веская причина. Кроме того, ты тут начальник, – он пожимает плечами. – Ты и сама способна принимать решения. И делать ошибки. Лекса поджимает губы, по-видимому не полностью удовлетворяясь его словами. Но все же она кивает, принимая их. И Кларк понимает. Она не создавала себе никаких иллюзий, когда шла на этот ужин. Это самый лучший расклад отношений с Линкольном, на который она могла надеяться, и этого более, чем достаточно. Она ценит, насколько он и Анья заботятся о Лексе, но ей нужно, чтобы они перестали лезть в их дела. У них и без того достаточно проблем. И Линкольн только что между строк сказал ей, что так он и поступит – позволит Лексе самой во всем разобраться. Она знает – скорее всего он ждет, что они потерпят фиаско, но это не важно. Им не нужно чужого одобрения. Им достаточно принятия. – Спасибо, – говорит она со всей искренностью, что в себе находит. Он кивает. Лекса осторожно сжимает ее пальцы, ловя ее взгляд и улыбаясь. // Каждый день лучше, чем предыдущий. Это должно было быть ее красным флагом, думает Кларк, когда по пути к Рэйвен врезается в Финна. На самом деле довольно удивительно, что вопреки огромным размерам этого города она не столкнулась с ним раньше. У Вселенной всегда имеются планы, к которым они не готовы, рассуждает Кларк. Он хорошо выглядит. Гораздо лучше, чем в последний раз, когда она его видела, стоя перед больничной комнатой отца, растрепанная и утомленная. Теперь он чисто выбрит и аккуратен. И он наконец-то постригся. Ему идет, отстраненно замечает она. – Кларк! – удивленно восклицает он. – Привет, как- как ты? Что ты здесь делаешь? – Он улыбается, но он не пытается обнять или, что было бы еще более неловко, пожать ей руку. За это Кларк ему благодарна. От одной мысли о любом физическом контакте ей становится некомфортно. – Рэйвен хочет заскочить в новый бар, – она указывает на другую сторону дороги. – Вот, эм, что я здесь делаю. И я в порядке. Спасибо. Что ты здесь делаешь? Он улыбается. – Я живу здесь. – Он указывает куда-то за ее спину, в противоположную сторону от того, куда она направляется – еще одна вещь, за которую она благодарна. Она не оборачивается чтобы посмотреть, а просто вежливо ему кивает. – Иду домой с работы. Я основал собственное рекламное агентство. – Серьезно? Потрясающе, Финн. – Она чувствует улыбку на лице. – Я очень за тебя рада. – Спасибо. – Он засовывает руки в карманы. Она знает что это значит – он чувствует себя неловко. Она слишком много о нем знает. – Как учеба? Она пожимает плечами. – Нормально. – Она решает, что нет необходимости рассказывать ему о том, что она завалила прошлый семестр и отсрочила себе выпуск. – Как и всегда. – Ага, – усмехается он. – Ну, ты, наверное, спешишь, но, эм – если тебе понравится тот бар и ты зачастишь в эту часть города, то может как-нибудь выпьем? Наверстаем упущенное. Она вздыхает. Его предложение начиналось так хорошо, а потом… – Не думаю, что это хорошая идея, Финн. Он быстро отступает. – О, нет, я не имел в виду снова сойтись. – Кларк приходится подавить желание дернуться. – Вообще-то у меня есть девушка. Она не может сдержаться. – У меня тоже. – Он в удивлении слегка открывает рот, но прежде чем он успевает что-то ответить, она продолжает. – И поэтому нам точно не стоит вместе пить. – Я хотел сказать, – он пожимает плечами. – Что мы можем быть друзьями. – Мысленно Кларк уже всеми возможными словами обматерила своего таксиста за то, что тот высадил ее на другом конце улицы. Если бы она снисходительно не согласилась перейти дорогу, то сейчас бы она не вела этот закисающий разговор. – Не думаю, что можем, – говорит она. Не думаю, что ты можешь вертится на кончике ее языка, но она не хочет его провоцировать. К счастью, вместо поиска других причин снова увидеться, он лишь несколько секунд изучает ее взглядом и вздыхает. Несколько долгих, напряженных секунд. – Возможно, ты права, – наконец говорит он. – Извини, что надавил. Она лишь кивает. – Мне правда пора, – говорит она, снова указывая в сторону бара. – А, да, конечно, – он потирает шею. – Было приятно с тобой увидеться. Отлично выглядишь. – Спасибо. Ты тоже. – Она направляется к переходу, собираясь попрощаться, когда он снова подает голос, останавливая ее. – Кларк, я – я просто хотел сказать, что… мне жаль. За все, что я сказал и сделал и – за то, как тогда я ко всему отнесся. Извини. Если мои слова еще чего-то стоят. – Он пытается улыбнуться, но его лицо искажается от эмоций, и Кларк сглатывает. – Я– спасибо. И мне тоже жаль, Финн. Все… вышло из-под контроля. Наконец на его губах появляется пусть и печальная, но улыбка. – Не нужно извиняться за то, что последовала за своим сердцем. – О, – она моргает. – Я извинялась не за Лексу и себя. – Она внутренне морщится, ожидая, когда он опять что-то ляпнет и усугубит ситуацию, но он ее удивляет. Вместо этого его улыбка становится доброй и искренней, и он становится похожим на себя – на Финна, которого она помнит, со всем ребяческим шармом, мягкими словами и сердцем, которое всегда выбирает хорошее. – Хорошо, – говорит он, и в его словах слышится что-то финальное – но приятное. То, после чего ты улыбаешься, когда уходишь. – Проживи хорошую жизнь, Кларк. – И ты тоже, – говорит она, улыбаясь в ответ. – Прощай, Финн. После этого он разворачивается, и она слышит его тихое насвистывание, когда он уходит. // Рэйвен вскидывает руки, стоит ей заметить вошедшую в бар Кларк. – Я уж думала ты там померла, – говорит она, жестом приглашая ее сесть рядом с собой у барной стойки. – И поэтому ты сразу же начала панихиду? – спрашивает Кларк, вскидывая брови на два пустых и два полных шота текилы, стоящих перед ее подругой. – К чему этот стартовый набор алкоголика? – Мы празднуем, – говорит Рэйвен, придвигая к ней два полных шота. – И это твои. Кларк ворчит. – Мы слишком много пьем, – говорит она и опрокидывает в себя первый шот, морщась, когда горькое жжение спускается вниз по горлу. Ей серьезно стоит начать следить за количеством потребляемого алкоголя. Но не сегодня. Сегодня ей нужно пережить одно из своих самых болезненных воспоминаний, следом за которым она – вроде как – получила финальную точку, о нужде в которой даже не подозревала. Встреча с Финном по мириадам причин оказалась тяжелой. – Ты в порядке? Ты какая-то помятая, – говорит Рэйвен, наблюдая как она садится. Ее карие глаза становятся шире, когда Кларк тянется за вторым шотом и осушает его так же быстро, как первый. – Так, что случилось? – Я видела Финна, – выдыхает она, ощущая, как тело прошибает дрожь от горечи в горле. Боже, она ненавидит текилу. – Только что. На улице. – Вау, – Рэйвен откидывается назад, садясь ровно и оглядывая свою подругу. – Ты в порядке? Ну, то есть, – она указывает на пустые стаканы из-под шотов. – Очевидно, что нет. – Вообще-то я в порядке, – задумчиво говорит Кларк. – Это было скорее – не знаю. Для драматичного эффекта. И чтобы поскорее с этим разделаться. – Она смеривает Рэйвен взглядом. – Ты же знаешь, что я ненавижу текилу. – Через другую пару шотов ты ее полюбишь, – смеется Рэйвен. – Так что произошло? – Ничего особенного. Он спросил как у меня дела, я сказала в порядке, спросила его о том же, он тоже в порядке. Завел бизнес. Похоже, у него все хорошо. – Окей, – медленно говорит Рэйвен. – Тогда почему ты такая заведенная? – Я не… уф, – Кларк вздыхает. Ее плечи опускаются, пока она сверлит взглядом пустой стакан перед собой. – Я – встреча с ним всколыхнула воспоминания. Плохие воспоминания. И, знаешь, увидеть его, да просто думать о нем было таким странным, потому что он положил начало всему. Понимаешь? Это он предложил тот тупой план. Я не пытаюсь свалить на него вину. Просто – благодаря ему я встретила Лексу, но и отчасти он приложил руку к тому, что я ее разрушила. Рэйвен ободряюще опускает руку на ее плечо, потирая напряженные мышцы. – Ну не знаю, мне кажется, что ты бы в любом случае встретила Лексу, – отмечает она. Кларк вздыхает. – Ты не помогаешь, Рей. – Извини, – ее подруга морщится. – Ты же меня знаешь. Когда дело касается тактичности – моя задница очень интимно знакома с лужей. Блин, вышло не очень. – Прямо как и я, – сухо говорит Кларк. Рэйвен пялится на нее добрые полминуты. Затем она начинает хихикать, громче и громче, пока не переходит на безудержный смех. Спустя секунду к ней присоединяется Кларк. – Черт, Гриффин, – говорит она, когда смех немного стихает. – Ты наконец начала об этом шутить. Как я тобой горжусь. – Ага. – Она роняет взгляд на руки, размышляя. – Это было приятно, – объявляет она. – Наша встреча. Все просто… встало на свои места. И я правда рада, что он смог начать жить дальше и начать жизнь без меня. В каком-то смысле я тоже его разрушила. – Ничерта, – моментально протестует Рэйвен. – Тут он сам виноват. Кларк не хочет сейчас в это ввязываться. Она понимает Рэйвен, но еще она помнит выражение лица Финна, когда она сказала, что больше его не любит – на какое-то время ей удалось об этом забыть, но теперь это воспоминание всплыло наружу. Сейчас, однако, оно подслащено знанием, что он в порядке и не держит обид. Ни на нее, ни на Лексу. – Плевать, – вслух говорит она. – Я просто рада, что наконец могу оставить его позади. – Согласна, согласна, – Рэйвен в шутку поднимает стакан. – Тебе все равно без него будет лучше. – Ей никогда не нравился Финн, и Кларк с подскочившим любопытством понимает, что она никогда не называла ей причин такого отношения. Настоящих причин, помимо «он скользкий и ты можешь найти себе лучше». Однако когда она собирается задать ей вопрос, Рэйвен продолжает. – Хорошо, что Лекса вас не видела, да? – смеется она. – Иначе все превратилось бы в хреновый ромком. Кларк пожимает плечами. – Это неважно, я все равно ей расскажу. – Серьезно? – Рэйвен моргает. – Думаешь, это хорошая идея? – Учитывая нашу ситуацию, искренность – это не просто лучшая стратегия. Это единственная стратегия. Кроме того, ничего не произошло. Да и даже если бы произошло, что по своей природе невозможно, то я бы все равно ей рассказала. Рэйвен кивает, но все же шумно присвистывает. Она лишь смеется. // На следующий день, когда дело доходит до реального рассказа Лексе о ее встрече с бывшим – с бывшим, с которым она фактически ей изменяла и строила козни за ее спиной – она начинает все сильнее и сильнее волноваться. Она вышагивает по комнате, сжимая телефон, пока размышляет, как лучше начать разговор. В конце концов она просто решает ей позвонить. Сейчас она лишь тянет время, а тянуть время никогда не приводило ни к чему хорошему. Лекса берет трубку на втором гудке, и улыбка слышна в ее голосе. – Привет, Кларк. Она ловит себя за тем, что тоже улыбается вопреки своему волнению. – Привет, – выдыхает она. – Я ведь тебя ни от чего важного не отвлекаю? Лекса на том конце провода смеется. – Нет, все в порядке. У тебя все хорошо? Вроде того. – Да, ага, я просто – хотела тебе кое-что сказать. – О? – тон Лексы становится заинтригованным. – Что такое? Как пластырь. Просто скажи ей. – Я вчера встретила Финна. Случайно. – …о. – Удивительно, как одно простое междометие может так по-разному звучать. Голос Лексы теряет все краски, и Кларк сглатывает, прижимая телефон к уху. – Хорошо. – Я просто хотела, чтобы ты об этом знала, – снова пытается она. Лекса молчит. – Мы перекинулись парой слов и разошлись. Она слышит, как Лекса шумно выдыхает через рот, прежде чем ответить. – О, – снова говорит она, и Кларк замечает тонкую нотку облегчения. Она не станет врать, это ранит – знать, что Лекса все еще с трудом ей доверяет. Знать, что при любом проявлении неверности она может так легко от нее закрыться. Конечно же, она не может ее винить. Она бы повела себя так же. Может, даже хуже. Порой от одной мысли о Кейт ее живот наполняется страхом, поэтому в каком-то плане она ее понимает. Это все равно ранит. – Так что вот. Я просто хотела, чтобы ты знала. – Спасибо, – отвечает Лекса. – Я-, – она замолкает, и Кларк слышит еще один приглушенный голос. Должно быть, кто-то зашел в ее офис. После какого-то шороха она снова слышит голос Лексы, отвечающий ей спокойным, ровным тоном. – Кларк, извини, я перезвоню, хорошо? – Да, конечно, – спешно отвечает она. – Беги спасать мир. Лекса смеется, и она чувствует, как облегчение расходится по венам. – Я бы это так не называла, – говорит она. – До скорого. – Пока, – тихо говорит она, и Лекса кладет трубку, прежде чем она успевает решить, уместно ли будет сказать ей на прощание «я тебя люблю». // Она не перезванивает – вместо этого она появляется у ее двери, убрав руки в карманы , тщательно закатав рукава рубашки и прожигая взглядом свою обувь, пока ждет, когда Кларк откроет. Кларк не может сдержаться и позволяет себе лишнюю секунду посмотреть на нее в глазок, прежде чем потянуться к дверной ручке. – Привет, – говорит она, открывая дверь и приятно удивляясь. Когда к концу дня Лекса так и не позвонила – она была готова полезть на стену. Теперь она знает, что истинной причиной радиомолчания была поездка до ее дома. Лекса поднимает голову. – Привет. – Она улыбается, но атмосфера вокруг нее напряжена, и Кларк нерешительно и медленно протягивает руку и касается ее ладони. Она выдыхает, когда Лекса достает руку из кармана и сплетает с ней пальцы, шагая внутрь и первой наклоняясь для поцелуя. – Вот это я понимаю приветствие, – пробормотала она, улыбаясь в губы Лексы, когда они отстранились. – Как прошел твой день? – Загружено, – отвечает Лекса, с раскаянием на нее глядя. – У меня была куча работы, и я решила всю ее переделать и просто приехать к тебе вместо того, чтобы звонить. – Что ж, – говорит Кларк, – отличная работа. – Это было отвратительно, – говорит Лекса, но все же смеется, а в понимании Кларк все, что заставляет Лексу смеяться – замечательно. Значит, и ее шутки замечательные. Она от них не отказывается. – Пойдем, – говорит она, потягивая Лексу за руку. – У меня есть пиво и пицца. – Глаза Лексы сверкают в едва – и плохо – сокрытой радости, и она улыбается. Лекса практически растекается по дивану, когда они до него доходят, ослабляя галстук и снимая его, прежде чем расстегнуть несколько верхних пуговиц. Ее горло мило вздымается, когда она сглатывает, и Кларк позорно проваливается в своих попытках не пялиться. – Безумный день, – вздыхает она. Кларк безмолвно передает ей холодную банку, и она благодарно ее принимает. Кларк слышит, как она ее открывает, когда встает и идет к холодильнику за второй. – Совет консультантов опять тебе докучает? – спрашивает она, плюхаясь рядом и потягивая свое пиво. Лекса морщится. – Помимо всего прочего, – бормочет она. – Я понимаю их позицию. Я могу с ней не соглашаться, поскольку она растет из их невежественного привилегированного положения, но я ее понимаю. Иногда мне становится от этого плохо. – Они все еще хотят, чтобы ты урезала финансирование больниц? – наполовину спрашивает, наполовину утверждает Кларк. Скорее даже утверждает. Для Лексы эта битва длится дольше, чем она знакома с Кларк, и она все о ней знает. – И приютов, – говорит Лекса, сильнее сжимая банку. Она закрывает глаза, медленно вдыхая и выдыхая в попытке успокоиться. – И, конечно же, молодежных ЛГБТ-центров. – Она снова вздыхает, и в этот раз тяжелее. – Я не хотела этого делать, но возможно мне понадобится сменить состав совета. Кларк садится ближе и протягивает руку, находя ей свободную ладонь Лексы. – Я знаю, что это для тебя сложно, но похоже это будет верным решением, – тихо говорит она, ловя взгляд Лексы своим и легко ей улыбаясь. – Да, – отвечает Лекса, кивая преимущественно для себя, но на ее лице все еще высечены ее тяжелые мысли. Она откидывает голову назад и громко выдыхает, прежде чем вновь вернуть взгляд на Кларк. – Спасибо, – говорит она. Улыбка Кларк растет. – Я ничего не сделала. – Ты готова была меня выслушать. Это значит гораздо больше, чем ты думаешь, – говорит Лекса, тихо и искренне. – Поэтому спасибо. – Она роняет взгляд на их руки, когда большой палец Кларк проходит по ее костяшкам. Когда она поднимает глаза и встречается с ней взглядом, в них заметна мягкость, пока их хозяйка медленно наклоняется и находит губы Кларк своими. Они обмениваются парой мягких, неспешных поцелуев – тех, что ни к чему не ведут, но говорят гораздо больше, чем простые слова. Кларк не сдерживает рваного вздоха, когда поцелуй заканчивается. Теплая ладонь опускается на ее щеку, и она подается ей навстречу и легко ее целует. Зеленые глаза с быстро исчезающей в них улыбкой бегают по ее лицу. – Ты в порядке? – спрашивает Лекса. – Я… да. – Кларк осторожно выпутывается из ее объятий и отсаживается чуть дальше, не находя места рукам. – Вообще-то я хотела задать тебе тот же вопрос. После моей вчерашней встречи с Финном и всем прочим. В ответ Лекса отводит взгляд, но лишь на секунду. Когда она снова на нее смотрит, в ее глазах, вопреки страхам Кларк, нет стоической маски. – Не стану врать, – медленно говорит она. – Слышать это было для меня нелегко. Но я благодарна, что ты решила мне рассказать. – Я бы не стала такое от тебя скрывать, – моментально говорит Кларк. – И я хочу, чтобы ты знала, что ничего не произошло и никогда не произойдет между ним и мной. – Она снова находит руку Лексы и сжимает. – Ты единственная, кого я хочу. – Спасибо, – Лекса позволяет себе легко улыбнуться. – Это, эм – это чувство определенно взаимно. – А я определенно рада это слышать, – она улыбается в ответ. – И я знаю, что твой разум скорее всего нарисовал себе самое ужасное развитие событий, и это нормально. Мы над этим работаем. Несколько секунд Лекса не отвечает, явно о чем-то думая. Затем она облизывает губы и говорит. – И каким, по-твоему, было мое самое ужасное развитие событий? Кларк моргает. Разговор ушел в неожиданное для нее русло. Но взгляд Лексы все такой же нежный, пока она наблюдает за ней, ободряюще сжимая ее ладони. – Что я изменила тебе с ним, – выдавливает она слова наружу, проглатывая ком в горле. Они почти отказывались сойти с ее губ. Они просто – чувствовались неправильно. Лекса улыбается. – Когда ты сказала, что встретилась с ним, моей первой мыслью было «она от меня уходит», – спокойно говорит она. – Я не знаю почему – то есть, твои слова, пожалуй, вполне логичны после всего, через что мы прошли. Но почему-то я сразу же решила, что ты почувствовала ту искру, что пробегала между вами, пока вы встречались, и ты звонишь мне, чтобы все закончить. – Она опускает взгляд на их руки. – Он бы определенно был вариантом проще. Кларк моментально оказывается рядом с Лексой, придерживая ее за щеки и заставляя посмотреть себе в глаза. – Нет, – спешно говорит она. – Просто – нет. Он бы никогда не был вариантом. Прости, что я заставила тебя так думать, – шепчет она, поглаживая ее скулы большими пальцами. – Извини, но – Лекса, этого бы никогда не произошло. – Ее глаза глядят в глубокие, бурно зеленые. – Я хочу тебя. Губы Лексы теплые, когда она с нетерпением встречается с ними своими. Позволяет ей проглотить свой вздох, когда руки Лексы находят ее талию и притягивают ее ближе; ближе, пока она практически не садится на ее колени. Ее руки хватаются за плечи Лексы, и она выгибается ей навстречу и издает легкий, бездыханный стон, когда пальцы Лексы проходят по нижней части ее спины. Лекса не упускает возможности проскользнуть языком в ее рот, и следующий стон Кларк гораздо, гораздо громче. На границе ее сознания раздается тихий звонок. Им не стоит. Она знает, что им не стоит. Но Лекса такая приятная, и она так сильно по ней скучала, и– Она оказывается на спине, прежде чем успевает закончить свою мысль. Взгляд Лексы дикий, когда она вжимает ее в диван, и затем они снова целуются. Ловкие, быстрые пальцы играют с кромкой ее рубашки, прежде чем медленно ее поднять и найти кожу. Кларк не сдерживает еще одного стона, когда Лекса отстраняется от ее губ, чтобы найти ее шею, рьяно оставляя на ней легкие пощипывания и мягкие поцелуи, пока ее бедро вклинивается между ее коленей и давит. Звонок исчезает, и она стонет, выгибается ей навстречу и вцепляется в ее плечи и спину, извиваясь под ее касаниями. Она хватает рубашку Лексы, вытягивает ее из штанов, чтобы проникнуть под нее пальцами и коснуться горячей кожи. Лекса натянута как струна – вся из напряженных мышц под мягкой кожей – и движется на Кларк, вновь в нее вжимаясь и даже сквозь одежду заставляя ее увидеть звезды. Ей нужно больше. Ее пальцы танцуют по напряженному прессу Лексы, и она чувствует, как она выдыхает в ее шею. Она легко их царапает, пока не достигает ремня. Это было бы так легко. Просто снять его. Расстегнуть ширинку и проскользнуть под штаны, находя ее готовой для нее. Она, должно быть, уже влажная – по крайней мере Кларк на это надеется. Это было бы так легко. Кларк застывает. Рука, что не на ремне Лексы, осторожно убирает каштановые волосы в сторону и находит ее подбородок, приподнимая за него, чтобы Лекса посмотрела ей в глаза. Проводит большим пальцем по припухшим от поцелуев губам и молча ждет. Лекса делает глубокий, уравновешивающий вдох и расслабляется под ее касаниями. Закрывает глаза, и они уже не такие темные и расфокусированные, когда она вновь их открывает. – Ты, эм – ты сказала пицца. То есть, у тебя была пицца. Кларк кивает с мягкой улыбкой. – Есть, – тихо говорит она. – Хочешь? – Да. – Она не движется, еще секунду выдерживая взгляд Кларк. – Спасибо. – Она встает, протягивая ей руку, но не сразу ее отпускает, когда Кларк поднимается на ноги. – Извини, – говорит она низким, виноватым голосом. – Я не хотела… В последнее время я часто тебя дразнила, и – я хочу тебя. Очень. Но не думаю, что я полностью готова. – Она убирает волосы Кларк с лица и опускает ладонь на ее щеку. – Я не хочу тебя ранить. – Я знаю. Все нормально, Лекса. – После этого ей понадобится ледяной душ и, возможно, вибратор, но все нормально. Она никогда не станет ее торопить. – Тебе нужно время, и это нормально. Лекса делает шаг навстречу, огибая руками талию и прислоняясь к ее лбу своим. – Я люблю тебя, – шепчет она. Это звучит нерешительно. Немного неуверенно. Но – по-настоящему. Это звучит по-настоящему. Кларк закусывает нижнюю губу, не желая выпускать эмоции из-под контроля. – Я – я тоже тебя люблю, – шепчет она, сильнее обнимая Лексу. Если бы жизнь без секса означала, что она сможет так ее обнимать – она бы согласилась без раздумий. Они стоят так еще некоторое время, закрыв глаза и вдыхая друг друга.