Золотые нити

Спок оступился на полпути к высоким бронированным дверям – под его сапогом в слое мусора и мелкой пыли что-то хрустнуло. Возможно, старый человеческий череп. Это было бы крайне предсказуемо. Кирк ненадолго открыл глаза, но снова быстро ушел в себя, из последних сил рефлекторно цепляясь за плечо Спока – от этого мрачное чернильное небо с едва различимыми облаками будто переставало так раздражающе и тошнотворно плавать перед глазами из стороны в сторону. Спок каким-то образом практически без помощи рук заставил автономный электронный замок на двери включиться и прочесть карту-пропуск. Гидравлические заслонки вздрогнули и, будто подумав немного, уродливо и несимметрично расползлись в стороны. Спок шагнул в пропахший сыростью холл – вой песчаной бури остался за стальными дверями, и воцарилась непривычная жуткая тишина. - Местный примитивный реактор скорее всего давно не функционирует, - констатировал он, прислонив Кирка к почти не пострадавшей за эти годы полированной панели стола регистрации. Но по межзвездной конвенции в пункте 3/12 эксплуатации стратегически значимых планетарных объектов ясно указано, что любой из таковых объектов из Приложения 5.1 еще при постройке должен оснащаться источником автономного электроснабжения, составляющего не менее 2/8 процентных долей от мощности основных компл— - Два больших желтых тумблера, Спок, - прервал его мысли Кирк, собравшись с силами для еще одной очень длинной для его положения фразы. - Ищите… распределительный щиток. Он защищен… Треск полимерной панели оповестил его о том, что Спок неплохо справляется. - Уже не защищен, - просто согласился Кирк, закрыв глаза и уходя в себя, чувствуя как тело приятно немеет. Спок копался в проводах – где-то загорелась полумертвая моргающая жужжащая лампа, и это монотонное гудение почти убаюкивало. Ему нужно было проанализировать очень многое из прошедшего за последний час, но, может быть, попозже? Он расслабился, стекая вниз по какой-то гладкой поверхности и чувствуя, будто его несет по волнам, едва заметно уютно укачивая – и, может быть, если поддаться этому простому движению, не сопротивляться его инерции, хотя бы раз дать своей воле отдых и не бороться – боль начнет угасать. Воля. Ноющая, тупая боль. Он потерял счет времени и пытался оставаться в сознании, цепляясь за остатки плавающих в голове слов, силясь удержаться за их смысл – но безуспешно. Они теряли объем, становясь лишь набором бесцельных звуков, и только тонкая тянущаяся за ними поблескивающая неосязаемая ниточка… Милимикроновая полоска, связывающая его с чем-то важным, что укрывалось за этими словами и неуловимо таяло, что отдалялось – эта полоска неумолимо истончалась, растягиваясь, грозя окончательно надорваться, как когда пытаешься что-то вспомнить, но совсем не можешь, хотя нужно и должен и— - Джим. ДЖИМ! – он потерял счет времени, успев понять только, что Спок уже давно трясет его, повысив голос и пытаясь привести в чувство, - Капитан, вы нужны мне, - Только сейчас вулканцу пришло в голову, как двусмысленно это прозвучало, но человек, кажется, все равно ничего не заметил. Кирк рассеянно моргнул, вяло осмотревшись – длинная кишка слабо освещенного коридора. Видимо, Спок в одиночку проволок его еще несколько этажей одному богу известно куда. И на самом деле до этого момента его, как оказалось, все устраивало, потому что стоило открыть глаза, как дно раны снова взорвалось болью, эхом отдающейся на задворках черепа. - Кажется, я понимаю, почему тут никто не выжил с такими упрямыми системами допуска в операционные залы,- краем глаза Кирк видел, что Спок поднялся, и его длинная стройная тень, разбитая рисунком половой плитки на гигантские пиксели продолжала что-то вещать, упрямо опуская один за одним в пасть сканера все новые и новые ключ-карты, видимо, снятые с тел местного персонала – безуспешно. На самом деле он не понимал, откуда в Споке столько энергии. Возможно - это, конечно, маловероятно, но только возможно – что именно так выглядит истерика по-вулкански. - Спок, - позвал он, не поднимая головы. Операционные залы. Какого черта этот вулканец опять задумал? Не собирается же он… Или собирается? Но разве у Спока есть медицинское образование? Черт его побери, конечно нет. - …здесь должна быть система экстренного допуска, но я не нашел ни одного подходящего кода. Можно составить экспресс-анализ самых частоупотребимых паролей— - Спок! – откровенно прикрикнул Кирк, пытаясь обратить на себя внимание и жестом поманив к себе вулканца. Остановившись на полуслове, тот плавно опустился рядом, как будто частично успокоившись. Кирк не возражал против того, что Спок уже достаточно рисковал собой, притащив его сюда. Но позволить ему ввязаться в заботу об умирающем, а потом вне зависимости от исхода жить с этими воспоминаниями он не собирался. Спок всегда испытывал эту почти самоубийственную тягу к альтруизму, особенно когда дело касалось самого Кирка, но здравый смысл подсказывал, что сегодня не лучший день для этого. - Зачем это вам, Спок? - Не понимаю, капитан, - в своей невозмутимой манере отрезал Спок, невероятно правдоподобно разыгрывая вежливое удивление. - Вы отлично меня понимаете! – он повысил голос, раздражаясь от необходимости говорить так много, - Спок, я задал вопрос. Эхо прокатилось по старым стенам. Вулканец смотрел куда-то сквозь него, очевидно, уже обдумывая ответ и имея с этим некоторые трудности. Он сидел в человеческой, почти детской позе, обняв свое колено и с виду полностью игнорируя невербальное давление со стороны человека. Рядом была рассыпана целая колода обшарпанных пыльных карт доступа. Где-то над ними тихо пиликал и мерцал голубоватый сканер с бегущей строкой и просьбой об авторизации. Поняв, что тут нужен другой подход, Кирк обратился к Споку снова, уже мягче: - Вы даже не умеете оперировать, Спок. И никому ничем не обязаны, даже мне. Зачем это вам? – он кивнул на заблокированную дверь, - Надеетесь… - он перехватил пропитавшуюся кровью повязку, пытаясь унять новый укол боли и быть выше этого, - Надеетесь встретить там чудесную инопланетную технологию, которая меня спасет? – он через силу сделал глубокий вдох, борясь со слабостью и какой-то язвительной досадой, пока Спок вздрогнул, будто готовясь подняться и помочь ему, - Шприц с эликсиром бессмертия? Робота-хирурга из будущего, которого достаточно будет просто включить в розетку? Этого не случится, Спок, и вам придется— - Вы иронизируете потому, что жалеете, что оказались в подобном положении со мной, а не с доктором Маккоем? – выпалил вулканец, перебив его и чуть заметно опустив глаза. Его голос прозвучал непривычно глухо и как-то слишком бесцветно даже для Спока, и Кирк понял, что сделал что-то не то. Он определенно имел сегодня проблемы с уровнем и степенью контроля своего гнева - и этому тоже неплохо было бы найти объяснения - но позже. - Спок… - мягко позвал он, потянувшись к нему и, видя, что вулканец не отреагировал, осторожно коснулся запястья. Извинения. Принятие. Сочувствие. Мягкая, ненастойчивая обволакивающая симпатия. Он предпочел бы компанию Спока любой другой, даже если бы смог выбирать. На самом деле, если бы не Спок, он не дожил бы даже до этого момента. Ощутив и впитав чужие эмоции, Спок наконец взглянул на него – и это был один из тех редких моментов, которые Кирк так любил – когда на него смотрели одновременно обе половины Спока. Стальной, несгибаемый, уверенный в своем решении и в то же время мягкий и внимательный. Поразительно эмпатический. - Я делаю это в первую очередь потому, что я этого хочу, капитан,- спокойно сказал он, не сводя с него глаз. Почему-то сейчас они казались темнее и больше обычного, полные пронзительной, бархатной черноты, - Вы, конечно, можете препятствовать моим попыткам спасти вас и дальше, но это было бы в высшей степени нелогично. Вы потеряли много крови, и инструкции требуют осуществления медицинского вмешательства. Я не являюсь специалистом в этой области, однако, увы, не могу предложить других кандидатур. - Я просто волнуюсь о вас. Я понятия не имею, что вы собираетесь делать, и это осложняется тем, что вы как и всегда почти по-человечески упрямы, Спок. Но если хотите, делайте, что должны. У вас есть план? - Никакого, - Спок едва заметно пожал плечами, проигнорировав обвинение в упрямости, - Но я надеюсь, что в сложившейся ситуации мое разностороннее образование и уровень обучаемости позволят достигнуть успешного завершения манипуляций с вероятностью 1 к 2074 случаям. - О, - вежливо отозвался Кирк, понимающе кивнув, - Иными словами, будем полагаться на мою удачу и ваши творческие способности, как и всегда. - Я бы не назвал это именно так, но пусть будет по-вашему. Так вы мне поможете? – вулканец поднялся, возобновив невербальную борьбу с пропускной системой оперблока и вопросительно уставившись на человека. - Дайте на него взглянуть, - Кирк дал Споку поднять себя на ноги и, наваливаясь на плечо вулканца, отчаянно пытался вспомнить, где он видел или мог слышать о таких моделях. Учитывая их возраст, он не мог совсем ничего о них не знать. Разве нет? Синий отблик поискового сканера. Боже, как давно это было. В его памяти раздался чей-то смех после дурацкой шутки, и мелькнула академическая форма. В тот день они с ребятами валяли дурака, пытаясь выучить за день все обнародованные коды доступа ко всем стандартным терминалам сразу, и после сомнительного успеха принялись просто дурачиться. Голубые отсветы. Черно-лакированные кнопки, такие же стояли у них в музее. Конечно. Он протянул руку к клавишам набора, стараясь игнорировать новую волну боли и заметив, как подобрался вулканец, следя за ним и словно готовясь поймать на случай, если он как девица решит упасть в обморок. - Пожар в гей-клубе, - объяснил Кирк, взглянув на Спока и кивнув на замок. На самом деле, кажется, это мало помогло – лицо Спока едва заметно вытянулось, брови взлетели, и он тактично отвел глаза, видимо, решив, что его капитан окончательно рехнулся. - Вы не понимаете, - легко констатировал Кирк, толкнув открывшуюся дверь, - Рассекреченный служебный код от систем старых колоний. 01-69. - Пожар в гей-клубе, - на всякий случай уточнил Спок, невозмутимо кивнув и ведя человека за собой в залитую светом дезинфекционную. - Это такая земная шутка, Спок. Когда-нибудь я обязательно ее вам объясню, - пообещал Кирк, позволив своему старшему офицеру снова поднять себя на руки. - Хочется верить, - отозвался он, до странного бережно прижав к себе человека и совсем не по-вулкански надеясь, что ему приходится делать это не последний раз.