Алчность. Начало пути. (старая версия)

***

      Аварис       — Тогда приступим, — собравшись, сказал я. — Разговор будет не из лёгких, по крайней мере, для тебя. Не буду долго ходить вокруг да около, а скажу прямо. Надеюсь, Карлус, ты понимаешь, что я не Гарри? Точнее не совсем он. Да, кровно я твой внук, хотя в моих силах и это изменить. Внутри же, я не он, лишь его ничтожно малая часть, стала частью меня. Настолько малая часть, что можно считать, будто её и нет вовсе. Ты понимаешь это?       — Вполне, — сказал Карлус, судя по ощущениям, он спокоен.       — Тогда, скажи мне, что ты чувствуешь? Как ты ко мне относишься? — продолжал я расспрашивать дела этого тела. — Какие у тебя мысли, о том, что теперь весь Род Поттеров будет вечно служить мне? Относишься ли ты ко мне, как к врагу? Скажи мне и я пойму, но не жди, что я буду закрывать глаза на враждебность. Я честен с тобой, так и ты будь честен со мной.       Карлус молчал. Молчал и я. Сколько длилось это молчание, я сказать не могу, но в один момент он поднял голову и, смотря в мои глаза, сказал:       — Я понимаю, — он вздохнул, чтобы набрать в грудь больше воздуха и продолжил. — Я все это прекрасно понимаю. Я знаю, что мой Род теперь обязан тебе служить. Я знаю, что ты все поймешь, ведь ты хороший человек, хоть и человеком уже не являешься.       Он замолчал. Молчание продлилось недолго, будто он лишь подбирал слова.       — Хочешь знать, что я чувствую? — задал он риторический вопрос. — Так изволь, послушай. Я чувствую облегчение. Облегчение от того, что мой внук ушел и не увидит всей той грязи, что происходит в мире. Он был слишком мягок и слаб, как для мира, так и для Рода. Находясь за Гранью, все, что ты можешь это наблюдать и многие начали терять надежду. Кровь не вода и она может позволить многое, он мог исправиться, как это сейчас делает мой сын, но он сломался. Я рад, что он ушёл. Жестоко? Возможно. Однако я уже просчитался с воспитанием Джеймса и сейчас пожинаю плоды. Второго такого Поттера, Род мог и не выдержать. Враг ли ты мне? Нет. Как и я, не враг тебе. Как я отношусь к тебе? Никак. Ты мой сюзерен, я твой вассал. Такое вот отношение. Однако, в то же время ты все же мой внук. Да, другой. Ты силен и это хорошо. Силен морально. Духовно. Ты не сломаешься под гнётом тех проблем, что ожидают нас. Ты не сломаешься и не сойдешь с ума. Я решил, что признаю тебя своим внуком. Я горд. Я горд тобой, ведь ты мой внук. И как бы ты ни отрицал и ни говорил мне об обратном, ты мой внук. Я так решил. Пускай это все странно, но я и весь Род приняли тебя. Нам необходим сильный Глава. Спасибо, что спросил меня об этом всем. Я пойду.       Закончив монолог, он вышел. Мне оставалось только сидеть за столом и думать о его словах. Все время этого разговора, оказавшегося не таким долгим, как предполагалось, я сканировал его мысли и эмоции. Что можно сказать по результатам беседы? Он был достаточно искренним.       Зачем был необходим этот разговор? Конечно, можно было обойтись без него. Однако стоит понимать, что хоть предать Поттеры не смогут, но лучше, когда работают по своей воле, чем из-под палки. Поэтому было необходимо уточнить этот момент, ведь если бы ответ мне не понравился, то Карлус отсюда бы не вышел. По крайней мере, прежним бы не вышел и он прекрасно понимал. К тому же, для меня семья имеет особое значение, и я не могу сказать, что готов кого-то впустить настолько близко.       Допивая уже остывший чай и продолжая размышления, пришел к выводу, что дам им шанс. Хоть Род и не оставит меня, но мне нужны достаточно близкие люди, которым я могу доверять. Короля делает свита.       Поставив пустую кружку на стол, она в тот же миг исчезла. Встав из-за стола, направился в свои покои, благо они были близко к кабинету.       Зайдя в спальню, начал раздеваться. Сняв с себя верхнюю одежду, осознал, что все шмотки на мне довольно сильно истрепались за этот день. Закончив раздеваться, повесил всю порванную одежду на стул, хотя ее стоило уже выкинуть. Стоя, посреди комнаты, в чем мать родила, подумал, что неплохо было бы принять ванну, и направился туда.       — Завтра будет новый день и очередная куча дел, — сказал я, лёжа в кровати и зевая.- Надеюсь, я высплюсь.       Расслабившись, я практически моментально уснул. На лицо сама по себе вылезла умиротворенная улыбка. Мне приснилось, как я сидел на кухне. Мать готовила блины, отец пил чай и читал книгу. Позже пришла другая родня. В какой-то момент там появились и Поттеры. Все сидели, разговаривали и были счастливы.       Вещий сон. Значит, я все делаю правильно.                     

***

      Следующий день. Малфой-менор.       В довольно просторной гостиной, с колоннами и большим камином, оформленной в светлых тонах, в кресле напротив горящего очага, сидел статный мужчина. Внешность его была, более чем выделяющаяся. Ухоженные и утонченное лицо, практически белые волосы, прямой нос и тонкие губы. Все вместе создавало картину аристократа с большим количеством предков за спиной. Одет он был в темную парадную мантию, которая так и кричала о богатстве этого человека. В одной руке он держал бокал с вином, а другой придерживал трость.       Знающие люди могли узнать, в этом человеке, Люциуса Малфоя. Личность весьма известная и несколько одиозная. Мало кто видел этого человека в неформальной обстановке, но именно сейчас можно было наблюдать его расслабленное состояние.       «Продуктивный был день», — размышлял Малфой, отпивая вина и наблюдая, как языки пламени пожирают поленья. — «Смог протолкнуть пару выгодных, для меня, законов. Хоть и пришлось выложить Фаджу крупную сумму, но свое я ещё возьму. Больше всего меня беспокоит вышедший на связь, внезапно воскресший «Лорд». Я не смог выяснить, кто именно помог ему воскреснуть, но точно могу сказать, что это не кто-то из наших. Теперь приходится отчислять часть денег, для спонсирования этого полукровки и его новых подчиненных. Поспрашивал среди «бывших» пожирателей и понял, что никто даже не знает о возвращении Лорда. Нам больше не доверяют. Лучше бы этот змееныш и не возвращался. Кстати о доверии, стоит связаться с Драко и узнать, что вообще происходит. Потому что по данным моих информаторов происходит какая-то несуразица. Поттер вдруг становится сильнее, в корне меняется, как внешностью, так и поведением. По слухам таким его привёл Дамблдор и с него станется прятать мальчишку все эти годы, а нам кормить байками и выставить приманку, в то время как настоящий Поттер копит силы и опыт».       За размышлениями, Лорд Малфой, не заметил, как в гостиной стало темнее. Единственным источником света оставался камин, который в свою очередь только сгущал тени.       Люциус продолжал размышлять, периодически отпивая вино из бокала, пока вдруг не услышал подозрительный шорох. Вопреки расхожему мнению, что нет безопасней места, чем дом родной, Малфой старший всегда был готов к удару. Единственный, кто мог поспорить с ним в осторожности, это был Грозный глаз Грюм.       Не подавая вида, Малфой удобнее перехватил трость, в рукояти которой была спрятана его волшебная палочка. Делая вид, что продолжает пить вино, он начал вслушиваться.       Шорохи раздавались все чаще. Однако определить их источник было невозможно, так как раздавались они в разных местах: в углу гостиной, в тени колонны, прямо за спиной мужчины. Все это заставляло Малфоя, только крепче сжимать рукоять трости.       В один момент, к шорохам, прибавился шёпот. Тихий, вкрадчивый, от него так и веяло холодом. Слов невозможно было разобрать, но при этом он будто манил, завораживал. Вслед за шёпотом появился смех. Такой же тихий, но не зловещий. Скорее похожий на хихиканье. Счастливое детское хихиканье.       Выдержке Люциуса можно было позавидовать. Он не дергался, не озирался по сторонам. Всеми силами старался показать, что не происходит ничего необычного, хотя понимающий человек увидит, насколько сложно ему это даётся.       Продолжалось это на протяжении бесконечно долгих, для Лорда Малфоя, пяти минут. Все рано или поздно заканчивается, как и в нашем случае закончились все эти жуткие звуки. Наступила тишина, столь пронзительная, что начинало звенеть в ушах. Вот только благодатная тишина продлилась недолго. Она была нарушена приятным, мужским голосом, доносящимся из-за спины хозяина дома.       — Браво, Лорд Малфой. — сказал незваный гость, но был прерван блондином, который отпрыгнул от кресла и на развороте кинул связку из заклинаний, выполненных невербально, в сторону, откуда донесся голос. Однако ожидаемого эффекта это не принесло. Заклинания разбились безобидными искрами об щиты, а гость продолжил говорить. — Ну что же вы, Лорд Малфой, так не дружелюбны к гостям, ведь у меня только сложилось хорошее впечатление о вас. Далеко не каждый может столь достойно выдержать «Голос мертвых», многие даже сходили с ума.       — Кто вы? — перебил гостя аристократ, вглядываясь в темный силуэт. — И что вы делаете в моих владениях?       — Ох, где же мои манеры, — с сожалением сказал гость, выходя на свет. — - Мое имя Гаррольд Джеймс Поттер. Лорд Поттер, если вам будет угодно, хотя я предпочитаю, чтобы меня звали Аварис.       Это был высокий молодой человек, с атлетической фигурой, которая проглядывалась даже через темную одежду. Чёрный плащ, из явно дорогой кожи, небрежно накинутый, поверх сорочки того же цвета. Ног, со стороны хозяина дома, не было видно, так как юноша все еще стоял за креслом, но вряд ли этот человек наденет какие-то обноски. Лицо было столь же запоминающееся, как и у самого Люциуса, но в иной степени. В чертах лица гостя так и проглядывала некоторая хищность. Волосы были под стать одежде, чёрные, длинные, но собраны в небрежный хвост. Завершали картину изумрудные глаза. Они будто горели, хотя возможно это была лишь игра света.       — Вы бы присели, — сказал Поттер, указав на кресло. — Если бы я хотел вас убить, вы были бы уже мертвы. Я пришёл поговорить.       Юноша поднял руки, будто показывая, что он не вооружен. Видя, что Малфой даже не собирается следовать просьбе, гость решил показать пример. Взяв в руки бокал, чудом не упавший с подлокотника, бросил его на пол рядом с креслом. Вот только долететь ему, было не суждено. Небольшой пас рукой, в исполнении черноволосого юноши, и бокал в полете превращается в точную копию хозяйского кресла.       — Удивительная наука, эта трансфигурация, — задумчиво говорит Поттер, параллельно придирчиво осматривая получившийся результат и, удовлетворившись им, садится в него. — Вы не находите?       Около минуты Малфой старший смотрел на улыбающегося парня, прежде чем последовать его примеру. Палочку при этом, блондин, держал так, чтобы в любой момент можно было атаковать.       — Возможно, — односложно ответил Люциус. — О чем вы хотели поговорить, Лорд Поттер?       — Раз уж мы так официально, — пробормотал черноволосый. — У меня есть два основных сценария общения, и по какому из них пройдет наше общение зависит только от вас, Лорд Малфой, но для начала попрошу ответить на простой вопрос. На что вы готовы ради семьи?       — С чего вы решили, что я буду отвечать на ваши вопросы? — ответил напрягшийся мужчина, вновь готовясь атаковать.       — Да вы и не обязаны, — ответил юноша, делая вид, что не замечает враждебности в свой адрес. — Ваша реакция говорит сама за себя. Вы готовы на все ради семьи, не так ли? Я вас прекрасно понимаю и могу сказать, что беседа будет идти по благоприятному для вас сценарию. Кстати, Лорд Малфой, не стоит так явно готовиться напасть на меня. Вы не боец, хоть и способны на многое. Хотя стоит заметить, что если подключитесь к Источнику, то сможете доставить мне немного хлопот, но поверьте, оно того не стоит. Ну, так что?       — С чего мне вам верить? — все так же с подозрением сказал Малфой.       — Какой же вы душный, — со вздохом ответил гость, закатываю глаза. — Поступим таким образом. Клянусь магией, что не буду сегодня нападать на Люциуса Абраксаса Малфоя, Лорда Малфоя, при условии, что он не нападёт первым. Теперь можем поговорить?       Какое-то время в гостиной длилось молчание.       — Хорошо, я вас выслушаю, — нехотя сказал Люциус. — Да, я на все готов ради семьи, как собственно и любой чистокровный. Что дальше?       — Дальше? — «удивленно» спросил Гаррольд. — Дальше все зависит от вас, Лорд Малфой.       — Что вы имеете ввиду? — недоумевал блондин.       — Все просто, — юноша, картинно взмахнул руками. — Что вы скажете, если узнаете о том, что семья вас предала? Вы так яро старались оградить сына от того, чем славился ваш Род. Скажите мне, зачем? Надеялись оградить сына от влияния ненавистного полукровки, что заделался вашим хозяином? Не надо так кривиться, как говорится: «На правду не обижаются». Вот только в вашем плане был маленький просчет. Сыночку не понравилось, что его ограничивают, и он хочет свободы. Хочет вернуть былую славу своего Рода. Он прекрасно осознает, что пока вы являетесь Главой Рода, он не сможет реализовать свои планы, вот только он не знает, как занять ваше место. Ему известен лишь один способ. Смерть. Ваша смерть, Лорд Малфой. Теперь мы возвращаемся к тому, откуда начали. Ваш сын, Лорд Малфой, заключил со мной сделку, целью которой является, как вы правильно поняли, ваше умерщвление. Он считает, что вы, служа змеелицему, тянете Род на дно. Не сказать, что он не прав, но все же его выводы далеки от истины, ведь так, Лорд Малфой? Мы с вами, оба прекрасно понимаем, что на дно вы тяните только себя, но при этом стараетесь выгородить семью и Род. Клеймо раба не оставляет вам выбора.За ошибки молодости надо платить. Или все же выбор есть? Как считаете, Люциус?       После столь эмоционального спича, в лице молодого гостя, из хозяина менора будто выдернули стержень. Некогда холеный аристократ, что затмевал, своей красотой и величием, всех вокруг, резко состарился и потерял былой лоск. Сейчас он как никогда был похож, на просто уставшего человека, который уже потерял надежду спастись и лишь цель «спасти семью», заставляла этого человека двигаться вперед.       — Подумать только, мой сын решил меня убить, — севшим голосом проговорил преданный отец. — Убить. Даже не лично, своими руками, а нанял для этого убийцу. Какой позор, мой сын намерен стать тем, кого в древности называли Предателями крови. Подойди он ко мне, с разговором на тему его обучения целительству, я бы смог ему все объяснить. Объяснить, что Род намерено, несколько поколений подряд избавлялся от репутации целителей, при этом тайно продолжая обучать новое поколение. Объяснить, что сам забросил обучение, когда узнал, что именно из себя представляет «темная метка». Он действительно думает, что я не заметил, как он снимает деньги на оплату обучения на целителя? Да все учителя, с которыми он контактирует, первым делом договариваются со мной. Неужели он думает, что я не нашел способа избавить его от влияния этого полукровного выкормыша?!       С каждым словом, голос Люциуса становился все громче, пока он практически не перешел на крик. В это время темноволосый юноша, с интересом наблюдал за мужчиной.       — Что он тебе предложил?! — с яростью спросил Малфой, перейдя на «ты».       — Вот это самое интересное, — сказал Аварис, сверкая обаятельной улыбкой. — Он предложил мне все, хотя и не захотел становиться рабом. Вот ведь идиот, не так ли? Иными словами его душа принадлежит мне, а вместе с ним и весь ваш Род.       Слова гостя заставили Люциуса поперхнуться воздухом.       — Где я ошибся в его воспитании? — задал риторический вопрос Люциус. — Что ты хочешь, за расторжение сделки?       — Малфой, Малфой, — покачал головой Поттер. — Ты видимо чего-то не понимаешь? Я и так получу все, что у тебя есть, через Драко. Возможно, это будет дольше, но мне спешить некуда, впереди целая вечность. К тому же, однажды заключенную сделку, уже нельзя разорвать.       — К чему тогда весь этот разговор? Ты ведь мог меня убить и получить все, что тебе пообещал этот идиот-Драко, но ты решил поговорить со мной. Зачем?       — Видишь ли, Люциус, у меня есть небольшой пунктик по поводу семьи. Я безумно не люблю тех, кто готов предать семью. Убийство члена семьи, в моих глазах, это высший грех. Мое предложение будет звучать так: душа за душу.Твоя душа Люциус, вместо души сына. Ты освободишься от клейма, от любых обязательств, от семьи, что предала тебя. Драко же получит, что так желал, я даже огорожу его от влияния змееликого. В качестве оплаты за его сделку попрошу, какой-нибудь пустяк, например деньги. Ну, так что, Люциус, каков будет твой положительный ответ?       Чем дольше говорил загадочный гость, что назвался Лордом Поттером, тем мрачнее становилась обстановка в гостинной. Казалось, сами тени тянутся к юноше, будто преданные звери к своему хозяину. Только глупец не понял бы, что гость точно не был обычным магом, а Люциус не был глупцом. Хотя природа несостоявшегося убийцы интересовала его в меньшей степени, ведь он уже все решил.       — Я согласен. — Обреченно, будто ныряя в омут, сказал пока еще Лорд Малфой.       — Прелестно, — оскалился гость, показывая белые зубы, что постепенно превращались в клыки. — Теперь потерпи, будет немного больно.              Территория Малфой-менора. Спустя десять минут.       Через главные двери Малфой-менора вышел высокий темноволосый юноша, одетый в одежды темных тонов. Спустившись с крыльца, он последовал по главной аллеи парка, что прилегал к зданию, по направлению к кованым воротам, ведущим за пределы территории Рода Малфой.       Он шел спокойным шагом, не оглядываясь. В это время из окон здания начал валить дым. По мере отдаления юношу от здания, пожар разгорался все сильней. Когда же парень вышел за ворота и решил оглянуться, его глазам предстала поистине завораживающая картина пожара. Стихия буквально пожирала здание, но при этом не перекидывалось на сад.       Адское пламя — всепожирающий огонь, направляемый волей мага, способный не оставить за собой даже пепла. Опасное заклинание, как для окружающих, так и для осмелившегося его применить. Однако в данный момент, смертоносное пламя было полностью подвластно железной воле существа, скрывающегося под личиной обычного юноши.       Постепенно огонь начал затухать, пока не оставил за собой лишь скелет здания. Эта картина заставила довольно улыбнуться юношу, прежде чем он отвернулся и продолжил свой путь, напевая себе под нос неизвестную в этом мире песню:

Но есть мы,

Раскачаем этот мир,

Где в разгаре грязный пир,

Дух насилья рвется в дом,

Насилие рвется в дом.*