Аято и Юи.

      Цепи опутаны алым цветом крови и её любви. Она сама себя сковала ими в попытке защититься от всех... Но он повесил на неё новые цепи того же цвета, заменив старые. И теперь она не может защититься от него... Блондинка застонала от боли в затекших мышцах. Руки были подвешены на чем-то железном, а голова кружилась от противного запаха кругом. Юи открыла глаза, пустым взглядом обводя помещение, в котором находилась. Судя по интерьеру, знакомая комната — комната Аято, комната пыток, так горячо любимая красноволосым. Дернув руками, девушка услышала звон цепей. Значит, все-таки цепи. В кармане до сих пор чувствовалась вмятина от оставшейся конфеты. Сейчас бы вытащить её и проглотить, как успокоительное или таблетку от болезни. Да вот от цепей внутри и снаружи это не избавит.       — О, проснулась, Блинчик? Замечательно, можно начинать веселье, — раздалось неподалёку от прицепленной к стене пленницы. Юи повернула голову в сторону говорившего вампира. Аято подходил к ней с чем-то в руках. — Не хочешь попробовать что-нибудь новенькое? Раз уж ты так любишь сладости, то, думаю, тебе понравится... В руках у парня оказался красный ошейник и та самая упаковка конфет, которые были надёжно спрятаны в её ящичке. Комори в удивлении распахнула глаза. Не трудно понять, что будет требовать этот садист. На шее защелкнулся ошейник, а руки были освобождены от цепей. Чувство скованности все ещё было, но оно исходило изнутри. Опустившись на пол от усталости, девушка прикрыла глаза. Но ненадолго, так как в следующий миг ошейник сильно дернуло вперед, заставляя блондинку пискнуть от боли и снова открыть глаза. Перед взглядом оказалась знакомая зелёная обёртка любимой сладости.       — Выполняй то, что тебе говорит хозяин, собачка, и тогда получишь вознаграждение, — ухмылялся Аято, глядя на нее насмешливым взглядом. Его тень нависла над ней, такой маленькой и хрупкой. Юи почти вся сжалась в комок. Руки были свободны и одна из них потянулась в карман за оставшимся леденцом. И прямо на глазах Сакамаки очередная конфета оказалась съедена, оставляя пустой фантик. Разозлившись с непослушания "игрушки", Аято поднял её подбородок, вглядываясь в кармариновые глаза, выглядящие кукольно-мертвыми.       — Чёрт, никакого с тобой веселья. Придётся платить кровью, Плоскодонка, — жестоко улыбнувшись, облизнулся вампир, наклоняясь над блондинкой. Её неживые глаза следили за каждым его движением, а тело не сопротивлялось. Внутри у Юи давно царит бардак. Сердце с тех пор, как она приехала сюда, словно сковали невидимыми цепями. И постепенно эти цепи окрасились в красный цвет... Сначала это была кровь, а потом кровь смешалась с любовью к одному садисту, превращая простой красный в темно-алый. И эти цепи тянулись с каждым днём все выше, вытягивая все силы из итак уже почти мёртвой жертвенной невесты. И вот сегодня был последний этап, когда цепи сменились крепкими, холодными руками с мёртвой хваткой. Она позволяла ему себя укусить, не сопротивляясь его силе, с какой он давил на её тело. Она не противилась его жёстким поцелуям, ведь именно тогда цепи на её сердце чуть-чуть ослаблялись, давая вздохнуть спокойно хотя бы на секунду. А он получал удовольствие от крови и её несопротивляемости, наслаждение от мягкости губ и её тепла. Для него это тепло было недосягаемым, роскошью. Поэтому он понемногу забирал её сердце, желая согреться. Он сам сковал её сердце своими багровыми цепями, чтобы не убежала, чтобы была только его, принадлежала ему. Он выжег своё имя у неё в душе так, что не стереть и не забыть. Он сам обрег её на вечное сковывание цепями. Её конфеты стали ещё одной его частицей наслаждения. То, как она зависима от этих леденцов, просто будоражит голову. Она и сама не заметила, как сдалась ему в руки...       Ей надоели эти сладкие конфеты — хотелось горечи. И эта горечь скрывалась в нём. И она, подчиняясь ему, пила эту кислоту из его сердца, оставляя после себя тепло и неизвестное чувство. В каком-то смысле, она тоже сковала его каменное сердце цепями. Она тоже подчинила его себе, заставляя желать себя ещё больше... На зелёный фантик упала капелька крови...