You are my king and I'm your lionheart

Хоть и с жуткой задержкой, но всё же написала :D Отдельная благодарность моей бете с грибочками:D Благодаря обаянию Торина наш небольшой отряд всё же оказался на пиру у бургомистра. Пока Торин разговаривал с ним и распространял повсюду свою ауру величия, я всматривалась в лица эльфов, надеясь увидеть свою Сэмми. Но, видимо, Эру решил сыграть со мной злую шутку – сестры нигде не было. Я прислонилась к спинке стула и задумалась. В голове тотчас закрутились недавние события и слова Торина. Вот какая из меня невеста, спрашивается? Мне только недавно исполнился двадцать один год, а этот гном уже жениться хочет! А как же моя свобода? Вечеринки там всякие, парни, да и прочие радости жизни… Попытка представить на месте Торина другого мужчину провалилась – стало противно. Так, замечательно, значит, парни отпадают. Но мне ещё рано выходить замуж! Ну и что с того, что моя тётка выскочила замуж в двадцать? Я – не она. Не хочу принимать поспешных решений, чтобы потом жалеть. Да и о карьере надо подумать. Но, опять же, какая в Средиземье может быть карьера у девушки? Вечно путешествовать между городами, изображая торговца? Ковать мечи или украшения? Податься в магию? Нет-нет, не по мне это всё. Да, у них считается нормальным выдавать девушек в возрасте шестнадцати-восемнадцати лет замуж, но это у них, у них! Хотя... Я теперь тоже у них. И что за королева из меня получится? Королева младше короля на сто семьдесят четыре года! Я и так кажусь себе рядом с ним маленьким ребёнком. Или, может, у них правила такие, что короли имеют право творить всё, что захотят? А если уже совсем серьёзно, то не королева я. Никогда не была и не буду, не помогут даже попытки Назара привить мне манеры и этикет. У меня нет ни семьи, ни рода. Гномы не обрадуются простолюдинке на королевском троне. Да ещё и человеку. В истории пока не встречались союзы гномов с людьми, вот и этот не будет исключением. Мало того, что я умру раньше Торина, так ещё и буду всю жизнь сидеть в его тени, изредка общаясь с братьями. Кстати, о братьях, может, стоит поговорить с ними? В Лихолесье они были рядом с Торином, вот и объяснят, в чём кроется причина его странного и абсолютно нелогичного поведения. Оставив короля за столом с частью остальных гномов, я подхватила под руки Фили и Кили, направившись с ними в одну из выделенных комнат. Даже не знаю, когда братья успели там обжиться и устроить такой редкостный свинарник, на который даже я не способна. Фили стянул с себя рубаху, щеголяя передо мной в полуголом виде и, похоже, его это вполне устраивало. Кили же просто завалился на кровать, как подкошенный. – Какого чёрта произошло в Лихолесье? Трандуил покусал Торина? – начала я, ни слова не сказав полуголому Фили. – Как я упустила то, что стала невестой вашего дядюшки, господа? Младший что-то невнятно пробурчал, взял полотенце, разделся по примеру брата и направился к стоящему в углу рукомойнику. Они решили мне устроить день голых мужчин? Если да, то пусть хотя бы без бургомистра и Бомбура. Это слишком для моих расшатанных нервов. – А мне показалось, что всё стало ясно после того, как мы миновали реку, – неоднозначно ответил он, усмехнувшись в усы. Неужели они снова подглядывали? Наверное, лицо у меня стало совсем страшное, потому что Фили поспешил добавить: – Я видел царапины на спине дядюшки. Тут даже орку всё будет ясно. Почувствовав, что к щекам начал приливать румянец, я поспешно отвернулась, старательно разглядывая комод. Не знаю, перед кем мне было стыдно больше, перед собой или перед Фили. Но, с другой стороны, почему я должна оправдываться? Пусть они и старше меня, но я – не из этого мира, поэтому устроена по-другому. – Что случилось с Кили? – съехала я с темы. Он практически не разговаривал с того момента, как Назар вытащил братьев из бочек. Фили вздохнул и присел на кровать, хлопнув ладонью по матрасу. Послушно плюхнувшись рядом, я откинулась на спину, разглядывая причудливый узор на потолке. – Кили влюбился, – коротко ответил старший брат, неотрывно смотря в одну точку. Ни один мускул на его лице не дрогнул, вот только взгляд стал печальным. Он же не хочет сказать, что Кили влюбился в орка? – Я бы не возражал, окажись предмет его любви гномихой или человеком. Но эльф! Так-так, а вот с этого места поподробнее. Наш Ванилли влюбился в эльфа? Вот это новость! Надеюсь, что это – эльфийка, иначе моё сердце, равно, как и сердце Торина, просто не выдержит новости о гомосексуализме. Но сколько перспектив! Их можно будет рисовать, писать истории про их неправильную любовь – прямо мечта слэшера! – Это хоть эльфийка? – поспешила уточнить я, чтобы окончательно убедиться в том, что наиболее извращённая фантазия в этом мире только у меня. – И как так получилось, вы же всё это время в темнице сидели! – Эльфийка-эльфийка, – ответил за брата Кили. – Тауриэль зовут, она кто-то вроде военачальницы там. А познакомились потому, что Трандуил посылал её к нам, пытаясь выведать, куда мы путь держим. И ещё она еду нам приносила иногда, да и из лука хорошо стреляет… Всё с ним понятно. Влюбился в свою женскую копию, которая, кроме всего, может напоить-накормить. Ещё и является точной копией Эванджелин Лилли. Хотя с последним я бы поспорила, так как большая часть персонажей этой нехитрой истории-заварушки оказалась куда краше, чем на экране. А из Леголаса жизнь вообще настоящую конфетку сделала, да и Кили не слишком уж на эльфа похож, что радует. – Насколько я понимаю, ваш дядюшка об этом ничего не знает? – на всякий случай переспросила я. Братья синхронно кивнули. Нет, им точно надо на конкурс лучших китайских болванчиков! Даже я так не умею! – Тогда какой эльф его укусил, что он меня невестой своей назвал, а? Здесь определённо должна быть какая-то ошибка. Может, это всё же кратковременное помутнение рассудка на почве радости от побега из эльфийского царства? – Всё не так просто, как ты думаешь, Санни, – начал Фили, старательно подбирая слова. – У гномов редко встречается понятие любовь, ведь в большинстве случаев мы заключаем браки только из-за того, что это необходимо. Именно поэтому отношения между мужем и женой очень крепкие, так как они основываются на дружбе, а не на чувствах… – Давай ближе к делу, – перебила я его. Выслушивать о том, как возникает дружба между мужчиной и женщиной мне не хотелось. Дружбы с братьями мне хватало с избытком. – Ты же не хочешь сказать, что Торин меня любит? – А почему нет? – вмешался Кили. – Ты ничего не знаешь о чувствах гномов! Я задумалась. Может, я и вправду мало что соображала в гномьей психологии и физиологии, но мне была хорошо знакома мужская. – Зато я достаточно неплохо разбираюсь в психологии отношений, Кили, – осадила я его. – Этого просто не может быть! Я практически не общалась с Торином во время путешествия, исключая, пожалуй, Ривенделл, где мы набросились друг на друга, словно изголодавшиеся коты на сметану. А дальше? Переход через горы, гоблины, орки, Азог и вот – он заключает меня в свои объятия и мы счастливы. Это слишком быстро и подозрительно. А после невесты и подавно. Фили хмыкнул, быстро переглянувшись с братом. Кили слегка кивнул. Иногда меня несказанно раздражали эти их невербальные диалоги, оставляющие после себя кучу нерешенных вопросов. – Если ты не знаешь, что происходит у него в голове, то не стоит столь смело утверждать, что чувств нет, – с видом знатока проговорил младший. Ещё указательного пальца вверх не хватало для полноты картины. – Гномы ведут себя чуточку иначе, чем люди, поэтому перестань сравнивать нас. – А лучше сходи к Торину и сама у него всё спроси, – подытожил Фили, подхватывая меня на руки и направляясь в сторону двери. – Я почему-то уверен, что он с радостью ответит на все твои вопросы. После этого он открыл дверь и вручил меня кому-то в руки. Что за?.. Ага, Торин. И долго он торчал тут под дверью, интересно? – Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо? – поинтересовалась я, пока он нёс меня в свою комнату. Зачем – я не знала, да и не хотела знать. Куда интереснее мне было представлять, как он стоял у двери, пытаясь уловить хоть слово. – И многое ты слышал? – Достаточно, – грубовато ответил он, открывая дверь комнаты. Судя по его виду, об эльфийке он не успел узнать. По крайней мере, Кили и Фили в безопасности, в ближайший месяц на них не обрушится гнев дядюшки. Торин осторожно опустил меня на ноги. Я опять была выше. Какая жалость… Мельком взглянув на его лицо, я ужаснулась. В глазах плясали огоньки пламени, выдавая бурю в душе. Милый мой, что же эти эльфы сделали с тобой? Хотелось подойти к нему и обнять. Потереться щекой о бороду, зарыться носом в волосы и вдохнуть знакомый горьковатый запах, быть с ним и принадлежать только ему. Это похоже на зависимость, только намного сильнее наркотиков, алкоголя или никотина. Зависимость, от которой просто невозможно избавиться. Что-то тянуло меня к нему и это «что-то» было во много раз глубже и ярче любых чувств, которые я испытывала раньше. Я боялась потерять его снова, даже на несколько коротких секунд. Этот гордый угрюмый мужчина был необходим мне, как воздух. – Скажи мне, что с тобой происходит? – тихо спросила я, подходя ближе и касаясь ладошкой его щеки. Он молчал. Осторожно обрисовывая пальцами контур его лица, я со страхом ждала ответа. Торин резко вскинул глаза. Сердце ухнуло в пятки. – Ты спрашивала Фили о том, почему я назвал тебя своей невестой, – твёрдым голосом начал он, сжав в ладонях мою руку. – Я сам не совсем понимаю, почему. До начала нашего похода я не позволял себе задумываться о чувствах. А теперь вот пришлось, и причина этого – ты. Ты не боялась спорить со мной и бросать мне вызов, если это было нужно, чтобы облегчить жизнь остальным. Но, в тоже время, ты прислушивалась к моему мнению, оставляя за собой право выбора. Эти качества достойны королевы, Сандра. Именно эти качества и привлекли меня. Я присматривался к тебе, пытаясь понять, кто ты, но лишь окончательно запутался. Ведь, с одной стороны, ты показывала себя как храбрый воин, а с другой – оставалась девушкой, которой требовалась защита… Приложив палец к губам Торина, я остановила этот словесный поток. Было ужасно неловко слышать все эти речи из уст Короля-под-Горой. Они не подходили ему, его облику, всему его существу. Может быть, будь он моложе, но не сейчас. Сейчас это не Торин. Когда придёт время, он сам скажет о своих чувствах. – Я тебя люблю, – тихо прошептала я прямо в его губы и запустила руку в чуть влажные волосы. Он принимал ванную? Торин порывисто обнял меня, прижав к себе так сильно, что стало трудно дышать. Его пальцы нетерпеливо теребили шнуровку моего платья, пытаясь развязать коварный узелок. Поняв, что мой демон быстрее разорвёт платье, чем снимет, я отстранилась от него и ловко распустила тесёмки на спине, пока он снимал с себя рубаху и штаны. Платье с тихим шелестом соскользнуло на пол, оставив меня в одном нижнем белье. Решив, что бюстгальтер на растерзание Торину тоже лучше не оставлять, я избавилась от него сама. Твою дивизию, сапоги! Сапоги всё ещё были на мне. Наверняка, со стороны это выглядит ужасно нелепо. Так и есть – вон как улыбается, гад! Я опустила глаза, но от этого покраснела ещё больше. Торин был полностью обнажён, ему явно не терпелось. Вот что бывает, когда любишь мужчину старше тебя! Ждать ему, похоже, надоело, поэтому он сгрёб меня в охапку, поцеловал и усадил на кровать, опустившись на колени у моих ног. Неужели поможет снять сапоги? Интересно, как это сочетается с королевской честью? Ох, да он не просто так их снимает… Его губы ласково коснулись выступающей косточки на моей щиколотке, борода приятно пощекотала пятку. От непривычного ощущения я на мгновение задержала дыхание, после чего шумно выдохнула. Покрыв ногу поцелуями от пальцев до коленки, Торин вскоре переключился на другую. Я уже давно лежала на кровати, комкая простыню и старательно закусив губу. Заметив это, мой Король слегка улыбнулся и встал с колен. Кровать прогнулась под тяжестью мужского тела. Его губы прильнули к моим, и он ловко освободил меня от последней ненужной тряпочки. Торин целовал меня мучительно нежно, медленно, будто хотел свести с ума. Легонько прихватывал зубами припухшие губы, дразнил языком, сначала верхнюю, потом нижнюю, снова верхнюю. Я потерялась в ощущениях. Его руки на моих плечах, на бёдрах, на спине, везде… Его губы на моей груди, такие горячие, такие ненасытные. Когда он прикусил сосок, я не выдержала напряжения и застонала. Кажется, мой стон распалил Торина ещё больше – он сжал мои запястья железной хваткой, прижав их к кровати. Наверняка останутся синяки. Постепенно его поцелуи спускались ниже, язык вырисовывал непонятные узоры вокруг моего пупка, и снова эта борода. Ох, кто бы подумал, что она может подарить такие невообразимые ощущения? – Торин… – простонала я в темноту комнаты, заставив мужчину оторваться от изучения моего живота. Неожиданная идея прокралась в мою голову, я привстала на локтях и опрокинула Торина на спину. С такого угла мой демон больше напоминал наглого матёрого кота, чем короля, но это нисколько меня не беспокоило. Теперь моя очередь издеваться. Я начала с осторожного поцелуя, прикусив нижнюю губу и потянув её зубами. Его пальцы до боли стиснули мою талию. Услышав тихий стон, я снова поцеловала Торина, аккуратно опускаясь на его плоть, на мгновение оторвавшись от таких манящих губ. И снова с них слетает еле слышный стон. Знакомые сильные руки на моих бёдрах нетерпеливо тянут, заставляя начать движение. И я начинаю. Неторопливо, невыносимо медленно, с каким-то отчаянием вглядываясь в его лицо. Он откидывает голову назад, но потемневшие от страсти голубые глаза, кажется, смотрят мне прямо в душу. Одного этого взгляда достаточно, чтобы внутри разгорелся пожар, но тело требует всё большего. Быстрее, ещё быстрее. Вдруг Торин резко сел, вынудив меня вскрикнуть от неожиданности и обхватить ногами его талию. Его руки настойчиво подталкивают меня, помогая двигаться в нужном для него ритме. Губы опять находят мой сосок, болезненно прикусывают. Я выгибаюсь, как тростник на ветру от этой грубой ласки, снова и снова выдыхаю его имя. Неважно, кто мы, где мы, только он и я, остальное не существует. Ритм нарастает, мои ногти оставляют всё новые царапины на его спине. Торин утыкается носом в мою шею, щекочет усами, опаляет дыханием кожу. Его пальцы ещё крепче, до отметин, стискивают мои ягодицы. Громкий стон рвётся наружу, но любимые губы перехватывают его, упиваются им, как самым крепким вином. В глубине зарождается что-то... Да, вот оно, сейчас… Мышцы сводит лёгкая судорога, пальцы на ногах немеют. Ещё несколько мощных толчков и мой демон замирает, втягивая воздух сквозь сжатые зубы. Я слышу его приглушённый стон, частое дыхание и бешеное биение сердца. Не разжимая объятий, мы валимся на подушки. Тело приятно ноет от неожиданной нагрузки, движения стали ужасно медлительными и неуклюжими, но Торин рядом, это хорошо, это успокаивает. Устраиваюсь поудобнее и забрасываю на него ногу. Сил не осталось даже на то, чтобы принять ванну, хотя очень хочется. Он осторожно целует меня, продолжая сжимать в объятиях, покрывает поцелуями мои губы, щёки, лицо. И глядит так странно, будто я – его наваждение, его безумие. – Моя королева… – шепчет он, прижимая мою голову к своему плечу. Я же доверчиво обнимаю его, словно плюшевого медведя. – Я так рад, что Ауле подарил мне тебя… Улыбаюсь, ощущая, как веки постепенно наливаются свинцом, а тело легчает. Засыпая, я сильнее прижалась к своему гному, не беспокоясь о завтрашнем дне, ведь рядом со мной мой любимый, мой Торин.