Пир
17 августа 2017 г., 07:32
«Свадьба гремела на весь Вестерос, Вина и веселья полна. Жених был могуч, словно древний утёс, Невеста прекрасной была…»…
Певцы разрывались, услаждая слух медовыми голосами и подыгрывая себе на лютнях и волынках. Каждый из них старался перепеть других и польстить былому могуществу Роберта и красоте королевы, сидящих на высоком помосте вместе с лордом и леди Винтерфелла, десницей короля и его женой, не сводящей глаз со стола, занятого детьми, куда посадили ее сына. Великий Чертог Винтерфелла был до краев полон народу. Столы ломились от еды и вина. На первое подавали сытную рыбную похлебку, со свежим ароматным хлебом, затем кровяную колбасу, пирог с голубями, жаренную в шипящем масле свинину, а на десерт – яблоки, обваленные в меду и сладкий яблочный штрудель. Собаки шныряли под ногами, выпрашивая еду. Пятеро лютоволчат, принадлежащих детям Неда, Кейтилин поначалу хотела запереть, но Лианна, узнав об этом, добилась разрешения взять зверей с собой на пир, за что племянники наградили ее взглядами, полными обожания. С помоста она невольно наблюдала за ними. Рыжеволосая Санса – вежливая и милая – заслушивалась певцов вместе с подругами Джейни Пуль и Бэт Кассель, когда Арья, отличающаяся от сестры не только внешностью, но и шкодливым нравом, швырнула ложку каши прямо на ее платье. Мальчишки засмеялись, и сама Лиа усмехнулась тоже. Она и сама обожала подобные шалости когда-то.«Спас Ее он из драконовых лап, Чтоб сделать навеки женой. Он стал королём и героем баллад Лишь ради неё для одной».
Эти слова королева знала наизусть, но каждый раз, слыша их, готова была разорвать горло исполнителю, как бы искусно тот не пел. Эта песня до сих пор отзывалась болью в груди, хоть и была несомненно прекрасной. Роберт хохотал во весь голос над какой-то шуткой Джона Аррена, и Нед улыбался тоже. Кейтилин и Лиза обсуждали меж собой вопросы воспитания и вспоминали детство, проведенное в Риверране. Кэт лишь изредка поворачивалась к Лианне, чтобы убедиться, не скучает ли ее королева. Лиа не скучала. Она наслаждалась веселым шумом празднества, радовалась снова оказаться в родных стенах среди знакомых с ранних лет северян. Простые солдаты и слуги сидели ниже соли, и за их столами тоже раздавался смех и стучали чаши с элем. – Бенджена все еще нет, – вздохнула королева, тронув брата за рукав красивого камзола из белого бархата с серым лютоволком на груди. Эддард повернулся к ней, а затем окинул зал внимательными взглядом. – Он бы не стал громко заявлять о своем прибытии, ты же знаешь Бена, – успокоил сестру лорд Старк, и Лианна, улыбнувшись, на миг сильнее сжала его руку. – Милорд, – раздался за их спинами голос Джори, который поклонился королю и королеве, а после шепнул что-то на ухо Неду, и тот немедленно поднялся с места и вышел из чертога через дверь за помостом. Джон Аррен поднялся и вышел следом, но король, казалось, не заметил отсутствия друзей. Роберт пил кубок за кубком, проливая вино на свой золотой дублет с вышитым на нем венценосным оленем Баратеонов, и худенькая молоденькая служанка подбежала к королю, чтобы вытереть со стола пролитое и наполнить кубок заново. – Не нужно, – вмешалась Лианна, остановив девушку, которая кротко и вопросительно перевела взор на нее. Глаза королевы же обратились к супругу, чье раскрасневшееся лицо отразило возмущение. – Его Величество пропустит один кубок. Служанка торопливо поклонилась, собираясь уйти вместе со штофом, но Роберт возразил заплетающемся языком: – Глупости, женщина, я в состоянии пить за здоровье твоей семьи столько, сколько посчитаю нужным, – и после этого он смачно шлепнул девочку по ягодице, заставив ту налить еще. Служанка вздрогнула, ошарашенно воззрившись на короля, но повиновалась, торопливо наполнила кубок и убежала. Роберт, будто не замечая ледяного взгляда жены, прикованного к нему, осушил его в три жадных глотка и вытер стекающие по бороде и усам остатки рукавом. – Ты чересчур серьезна, моя любовь, – выдохнул король, широко улыбаясь. – Ты же так просила привезти тебя домой, что я и сделал. Не понимаю, чего еще тебе надо? Певцы заиграли Медведя и Прекрасную Деву, и зал начал подпевать, стуча кубками по столам.«Медведь! Медведь»
Лианна придвинулась к мужу на один стул, заняв место ушедшего Неда, и лицо короля снова расплылось в блуждающей улыбке. Он взял ее за руку, но пальцы королевы тут же впились ногтями в мясистую липкую от пота кожу. – Не смей позорить меня перед моими людьми, – прошипела она ему в ухо, стискивая зубы. – Мои братья здесь, и они сочтут это оскорблением, как и все северяне. Роберт отмахнулся, пробурчав что-то невнятное, а после поднес к губам ее руку, принявшись целовать длинные тонкие пальцы. – Я бросил мир к твоим ногам, женщина, а тебе все мало. Лианна поморщилась, желая убрать ладонь, но муж держал крепко. Кейтилин, видевшая все это, посмотрела на нее с сочувствием, отчего Лиа, крепко стиснув зубы, вырвала руку из ослабевшей на секунду хватки. От зарождающейся ссоры ее спас внезапно вернувшийся Нед, и королева, пользуясь моментом, отодвинулась от супруга, чтобы уступить брату место. – Мне сказали, что Бен прибыл около получаса назад, – пожал плечами лорд Старк. – Вошел через Охотничьи Ворота? – предположила Лианна, нервно вытирая ладонь салфеткой. Злость все еще колотилась под кожей. Эддард хотел, было, что-то ответить, как вдруг на дальнем конце чертога послышались крики, смех и звон посуды, как раз в этот момент музыканты смолкли, и все взгляды устремились к источнику шума. Королева увидела мальчика, стремительно пробирающегося к выходу под шквал насмешек и улюлюканья. Он столкнулся с одной из служанок, и та опрокинула на пол поднос с элем и мясом, и собаки сразу же набросились на добычу, визжа и скалясь друг на друга, но Лианна, словно не замечала всей этой суматохи, провожая закрывшего лицо руками паренька, пока тот не скрылся за массивными дверьми, а после этого гул голосов сразу смолк, и все снова вернулись к трапезе и песням, забыв о случившемся. – Кто это? – на выдохе спросила Лиа, все еще пристально смотря на закрывшуюся дверь. Краем глаза она заметила хмурое лицо Эддарда, но за мужа ответила Кейтилин: – Простите, Ваше Величество, что Вам пришлось это увидеть, – виновато проговорила леди Старк, и королева ощутила горечь во рту. Веселый пир чертога, музыканты и солдаты, Джон Аррен, Нед и Роберт, будто перестали существовать, а далекие горькие воспоминания заволокли разум, унося ее далеко отсюда… на долгие пятнадцать лет назад.***
Солнце палило нещадно, и воздух пах кровью, болезнью… войной и песком. В нем кружили сотни мух, жужжа над трупами павших северян и трех рыцарей Королевской Гвардии, чья кровь еще не до конца впиталась в землю. Лиа шла по ней, не чувствуя ног, прижимая к груди маленький сверток. Ее волосы трепал жаркий ветер, срывая с головы капюшон длинного плаща. Тело все еще было слабым после родильной горячки, но отдыхать было некогда. Ее сын… Эйегон Таргариен… последнее напоминание о Драконе и кратковременном счастье… беспокойно спал на ее руках, сжимая маленькие кулачки на краях ее нижней сорочки. – Нед? – позвала Лианна севшим голосом. Шедший впереди брат остановился, сжимая в руке Рассвет – меч павшего сира Эртура Дейна, и спина его напряглась. – Нед, если Роберт узнает обо всем, он убьет моего сына! Она готова была заплакать, но слезы отказывались литься из покрасневших глаз. Ребенок у ее груди шевельнулся и захныкал, словно поняв тревогу матери. – Прошу тебя, брат, позволь мне сбежать в Вольные Города вместе с ним? Скажи Роберту, что я мертва… или скажи ему правду! Но позволь мне уехать, скрыться, исчезнуть навсегда! Эддард Старк – повзрослевший на десятки лет за долгие месяцы войны – медленно обернулся к сестре, ссутулив плечи. На его лице отражалась скорбь всех потерь и беспомощность ребенка, в руках которого оказалось непосильное бремя решения. – Ты плохо знаешь его, Роберт умеет признавать поражение, и он никогда не сможет тронуть невинное дитя… – он холодно кивнул в сторону свертка и тут же отвел глаза, тяжело вдохнув спертый южный воздух. – Мы оба все расскажем ему, а после уедем в Винтерфелл, и… Лианна расхохоталась. Резко. Гортанно. Надрывно. И смех этот, казалось, проморозил его кожу до самых костей. – Не будь таким наивным, брат. Мой сын – сын Рейегара, а значит – угроза его правлению. Неужели ты думаешь, что Роберт позволит спокойно расти тому, у кого больше прав на его трон? Хоуленд Рид, ждущий их вместе с лошадьми, потупил взор. Лиа верила этому человеку, знала, что он не выдаст ее тайну, как и собственный брат, но знала она и то, что Неда всегда обучали жить по слову чести, и эта честь могла бы вынести ей смертный приговор. – …Паук все равно узнает об этом, – помолчав немного, с горечью в голосе ответил Эддард, и Лианна споткнулась, едва не упав на окровавленный песок. – И пусть узнает! Пусть нас ищут, брат! Он не сможет навредить тебе или Бену, Джон Аррен не позволит ему этого! Вся вина ляжет на меня, и только я стану платить за свои поступки. Шаг за шагом она подошла ближе к брату, коснувшись его предплечья одной рукой. Нед на миг закрыл глаза, моргнул, взглянул на племянника, так сильно похожего на мать, и взор его постепенно смягчился; твердый лед уступил место растерянности. – Я найму вам самый быстрый корабль, дам доверенных людей, которые проводят вас в Браавос, а там… Жесткие тонкие губы Эддарда Старка коснулись вспотевшего лба Лианны, и на сердце у нее потеплело, но вдруг вдалеке послышался топот копыт. Кто-то приближался к ним с севера. Вилла – маленькая темноволосая девушка, служанка из Звездопада – явилась на взмыленной лошади, разрушив все надежды на спасение: – Милорд, Моя Принцесса, – задыхаясь, прохрипела она. – Всадники! Со знаменами Баратеона. Они едут за королевой. Едут сюда.***
Лианне хотелось призвать Кэт к ответу, почему ее племянник ужинает с солдатами, а не с другими детьми, сказать, что для нее он такой же сын брата, как и все прочие, но сдержалась. Это бы оскорбило леди Винтерфелла и… Сердце Лии вдруг сжалось от страха и осознания. О чем она только думает?! Она потеряла контроль над собой на ничтожное мгновенье, но ее внимание заметили, пусть даже Винтерфелл не населяло такое количество крыс, которое наводняло до краев Красный Замок, но и здесь бы с легкостью нашлись те, кто мог бы зацепиться за ее промах, вонзиться в него маленькими ядовитыми коготками и копать, пока не доберется до истины. В тот далекий жаркий день Эддард Старк отдал Лианну людям Роберта, пообещав, что позаботится о ее ребенке, которого заблаговременно увезли Хоуленд Рид и Вилла. По пути из Звездопада брат заехал в столицу на королевскую свадьбу, но покинул ее, не прогостив и двух недель. – Бастарды – порок семьи, – визгливый голос Лизы Аррен вернул королеву к окружающим. Казалось, никто больше не услышал ее слов. Нед отвернулся к Джону Аррену, который говорил, будто Его Величество пора бы сопроводить в покои. Кейтилин требовательно одернула сестру от разговора о бастардах, а королева почувствовала себя приросшей к стулу. Она ждала… ждала момента, когда приличия позволят ей подняться и уйти, когда пристальное внимание северян перестанет быть направлено только на нее, и Лиа поняла, что этот миг настал, как только увидела в конце зала поднимающегося из-за стола Бенджена, допившего свой кубок.
