Midnight Memories

Саске продолжал обнимать Наруто. Они наконец-то одни. Они впервые были одни дольше нескольких минут. Саске не мог насытиться этим моментом. Тьма в нем отступала, когда он касался Наруто, когда он понимал, что может защитить его. В этот раз ни одна сила не сможет оторвать их друг от друга. Он может сделать то, что у него не получалось на протяжении тысячелетия. Он сможет удержать его. Его руки сжали Наруто, позволяя почувствовать в полной мере эту загорелую крепкую фигуру. Как только Наруто стал наблюдателем, Саске заметил несколько изменений. Наруто меньше походил на обычного человека, одновременно включая в себя смесь из всех предыдущих жизней. Он был как все они, и одновременно не повторялся. Те жизни стали его тенями, создавая неповторимый образ его Наруто. — Саске, каково это? — Хмм? — он не ожидал вопроса. — Ты о чем? Наруто сел и посмотрел на него лучистыми глазами. — Смотреть, как я умираю. Я помню немного. Не все, только очень важное, но, если я начинаю прилагать усилия, то у меня такое ощущение, словно я вторгаюсь в чужую жизнь, хоть я и понимаю, что это моя собственная. Поэтому, пожалуйста, скажи мне, каково это? — Это ад. — Саске тяжело вздохнул, видя погрустневшее лицо Наруто. — Это как находиться в кромешной тьме, и единственный свет в ней мерцает только несколько секунд, но ты понимаешь, что уже зависим от него. Наруто смотрел вниз, на его глаза наворачивались слезы. Он всегда был тем, кто был открыт миру, независимо от воплощения. Это было в его природе. Это давало ему воспоминания. Хорошие и плохие. Эти воспоминания формировали пространный взгляд на мир, который он еще не мог понять. Саске поднял руку и проследил пальцами тонкие шрамы, пересекавшие щеки Наруто. — Но я выжил. — Но зачем ты это делал? Почему просто не забыл меня? Это бы спасло тебя от боли, так почему нет? — спросил Наруто. Саске не смог удержаться от ухмылки. — Ты не позволил мне. Слишком уж приставучий дебил мне попался. — Эй! — Наруто пихнул его плечом и скрестил руки на груди. — Может, ты это заслужил. Саске потянул его к себе, ненавидя то чувство, которое у него появлялось, стоило Наруто перестать его касаться. Можно сказать, что Наруто был его подушкой безопасности, сдерживающей от крушения этого мира. — Прости, я не хотел тебя обидеть. Наруто что-то пробубнил себе под нос и ткнул Саске еще раз, прежде чем позволил затянуть себя в объятия. — Просто поберегись в следующий раз. У меня, если что, суперспособности. Саске фыркнул. У Наруто может и были суперспособности, но он сам все еще был Наруто, и у Саске уже выработался инстинкт защищать его. — Приму это к сведению. Стало тихо, и Наруто развернулся к Саске так, что оседлал его бедра. — А что ты чувствуешь ко мне сейчас? — Я чувствую… — Саске замолчал, не зная, как объяснить. Он что-то чувствовал. Спустя столько времени, затерянный в буре ненужных эмоций, он чувствовал свободу. Он не знал, как это описать, и не был уверен, что сможет когда-нибудь это сделать. Наруто моргнул несколько раз, прежде чем широко улыбнулся. — Окей, я понял. Саске кивнул и продолжил поглаживать Наруто по спине. Он чувствовал, как тот полностью расслабляется. Если будет война с наблюдателями, то любой из них мог погибнуть. Он знал, что если Наруто умрет, то он последует за ним в небытие. Никто не посмеет их снова разлучить. Итачи не смог, а значит и какая-то божественная шишка тоже провалится. Желая прикасаться кожа к коже, он скользнул руками под рубашку и начал тянуть материал вверх. Это был не секс, но его уже накрывало удовлетворение от простого касания к своей драгоценности. Ему нужно показать, чье это. Он так долго этого желал. Холодные руки Саске остановились на загорелом животе, и Наруто медленно поднял руки в ленивом жесте. Его торс выгнулся, демонстрируя упругую грудь и сильные руки. Его Наруто был красив, очень красив, и это простое осознание заставляло Саске рычать от удовольствия. — Наруто… — он прошептал это имя, как молитву. С его губ это срывалось, как самое чистое и важное в этом мире. Наруто обвил руки вокруг широких плеч Саске и оставил нежный поцелуй на мягких губах. Может, он хотел только выразить этим свое признание в любви, но для Саске это несло совсем иной смысл. Прикосновение этих губ стало его погибелью. Столько тоски и страдания, до этого тихо таившихся в его душе, вырвались на свободу. Он впился зубами в податливую плоть, и несколько капель крови показались на поверхности. Без вопросов, без всего, он брал то, что ему принадлежало. Он всегда хотел только Наруто. И тяга к нему всегда будет выше остальных желаний. Наруто прочно укоренился в его душе, и без него не было бы обычного Саске. Наруто высунул язык, чтобы облизать губы, заставляя Саске дрожать от желания. Язычок огладил розовую плоть, ныряя обратно в тепло. В тепло, которое так нужно было Саске. Его пальцы обросли когтями, разодрав одежду так, чтобы больше не осталось преград между ним и теплым телом. Он должен завладеть каждым дюймом, каждой мыслью его обладателя. Они были одной душой, разделенной на два тела, как в старой доброй сказке о сотворении человека. — Саске! — ахнул Наруто, когда одежда была сорвана с его тела. Он не мог ему отказать. Саске бы не позволил. Его зубы прошлись по оголенным плечам, погружаясь в кожу и чувствуя кровь, наполняющую его рот. Наруто крикнул, его бедра дернулись вверх. Больше не было боли в кормежке. Только удовольствие. Саске не смог бы дотерпеть сквозь эти медленные проникновения и ласки. Время пришло. Наруто нужно было познакомиться с монстром, на пороге дома которого он стоял. Он взял его под колени и поднял ноги вверх, чуть их сгибая. Его пальцы прошлись вдоль чашечки, сжавшись ненадолго, прежде чем вернуться к самому колену. Тело под ним дрогнуло, и пальцы продолжили свое исследование. Наруто, наконец, его. Ничто не сможет разлучить их. — Наруто, я не могу… я не смогу сегодня быть нежным. — это было самое большее, что он мог ему предложить. Нежность он подарит позже, когда необходимость коснуться не будет разрывать его на части. Монстры внутри молили выпустить их и показать, чьим Наруто был на самом деле. Наруто застонал от его прикосновения, выгибаясь еще сильнее на слова. — Так … хорошо… черт. Саске ухмыльнулся и приспустил с Наруто штаны, давя на простату внешне. Его действие заставило затвердеть член Наруто еще больше, и на кончике стали появляться маленькие капельки семени, скатывающиеся вниз и исчезающие в белесых волосах у основания. Он видел, как сжимается и расслабляется анус Наруто. Он практически умолял, чтобы его заполнили. Это принадлежало Саске. Все принадлежало Саске. Волосы Наруто. Кожа Наруто. Все. Он перенес Наруто на большую кровать, стоявшую в комнате. Его кожа блестела в мягком свете лампы, загорелые руки на бледных предплечьях Саске, и губы, немо умоляющие продолжить. Пальцы Саске коснулись эрекции Наруто, снимая белые капельки и пробуя их на вкус. Этот вкус был подобен крови Наруто. Соленый, сильный, наполнявший его удивительным наслаждением. Это был Наруто. — Пожалуйста, Саске… Облизав пальцы, задыхаясь, он наклоняется, стремясь почувствовать этот удивительный вкус. Его клыки блеснули, и он сунул пальцы в рот Наруто, пока его зубы снова погружались в нежную плоть. Наруто застонал вокруг пальца, его бедра дернулись вверх, и он кончил, издав слабый стон. Саске вынул свои пальцы и посмотрел на испачканный живот Наруто. Румянец смущения сделал его еще более прекрасным. — Саске… Тот окунул пальцы в сперму и поднес их к губам Наруто. — Попробуй себя. Ты такой вкусный. Глаза Наруто расширились, и он слегка приподнялся на локтях. Он приоткрыл губы и впустил пальцы внутрь, тут же застонав от чуть горьковато-соленого привкуса, слизывая его. Взгляд Саске сверкнул красным, он вытащил пальцы и тут же засунул их в анус Наруто сильным толчком. Тот напрягся, туже затягиваясь вокруг пальцев Саске, отчего тот рыкнул, и этот звук был похож на звук животного, нежели человека. Это было не нежно. Он не мог быть нежным. Все, на что он мог надеяться, это присутствие достаточного самоконтроля, чтобы гарантировать, что он не поранит Наруто, но тело, сжимающее его пальцы, делало эти надежды все более мелкими, почти несуществующими. — Прости… — прошептал он. Наруто покачал головой и приобнял Саске за плечи. — Мне хорошо. Саске сузил глаза от явной лжи, его разум заставлял его быть нежным настолько, насколько это было возможным, особенно учитывая его состояние. Тело Наруто было слишком чувствительным после оргазма, и прикосновения к нему были настолько больными, насколько и приятными одновременно. Ему нужно слиться с Наруто. Он должен слить две души в полноценную одну. Его тело. Тело Наруто. Это все становилось относительным, когда они были вместе. У них было не два, а одно с двумя спинами. Его руки подтянули Наруто чуть вверх, раскрывая его перед собой, как лакомое блюдо. Его яйца пульсировали синхронно с зубами во рту, и это не пройдет, пока они не будут едины с Наруто. Только Он мог его удовлетворить. Именно с этими мыслями он толкнулся членом вперед, окутывая Наруто теплом своего тела. Тот закричал, но не от удовольствия, а от боли. Саске почувствовал царапины, оставленные Наруто, пока он удерживал себя от желания двинуться вперед. Запах крови, не важно чьей, подогревал его страсть. Прошло так много времени. Это бесило его. Бесила эта слишком сильная потребность в Наруто. Он так сильно сжал челюсти, что не был уверен в сохранности зубов. Наруто окружал его теплом. Сам рай не мог поспорить с тем, что он чувствовал в этот момент. Его тело само замедлило движение, когда он погрузился в этот дар. Его губы раскрылись, и с них сорвался стон — единственной звук, который он мог произнести. Наруто поднял руки к лицу Саске и заставил их взгляды встретиться. — Я знаю. Я понимаю, что тебе нужно. Я не против. Эти слова послали дрожь в самое сердце Саске, срывая последние остатки самоконтроля. Он зажал в кулаке белокурые волосы, откидывая голову назад и обнажая удивительную шею. Она звала к себе. Он уже мог чувствовать вкус крови на губах. Он хотел ее. Он приник к горлу и провел по нему языком. Наруто задрожал, и Саске издал удовлетворяющий стон. Его зубы касались плоти. Бритвенно-острые концы прослеживали дорожки вен под гладкой кожей загорелой шеи. Это была прелюдия между ними. Он мог чувствовать новое возбуждение Наруто, вызванное прикосновением его зубов. Это было подавляюще. Быстр, как змея, Саске вонзился в шею и тут же почувствовал теплую, густую кровь. Наруто вскрикнул, но на этот раз от удовольствия, и этот звук вызвал рык удовлетворения от Саске. Он вытащил зубы и теперь смотрел, как происходит исцеление нового тела Наруто. Это не то, что он хотел. Его взгляд вспыхнул красным, и он зарычал от гнева. Он хотел оставить след на Наруто. Хотел, чтобы мир увидел его. Он хотел показать, что Наруто чей-то, и никто не посмеет приблизиться к нему без ведома Саске. Он опустил губы, целуя кожу, прежде чем снова вонзиться в нее, медленно растягивая клыки, заставляя Наруто чувствовать острую боль. Его бедра толкнулись следом, чувствуя всю силу мышц Наруто и, больше не в силах сдерживаться, он кончил, выплескиваясь внутрь. Тело Наруто задрожало, туго обхватывая член Саске. Кровь наполнила его рот, и Наруто снова кончил. Они были так близко друг к другу, размазывая между ними кровь и сперму, покрывающие каждый дюйм. Запах, звуки и прикосновения. В этом акте не было любви. Владение и нужда правили ими. Для тех, чьи души слились, уже было поздно для слов. То, что они чувствовали, было намного больше любви. Саске застонал и отклонился назад, чтобы снова приникнуть к венам. Времени не существовало. Его тело готово было самолично кричать, чтобы не отвлекать от этого рот, от удовольствия. Он не мог остановиться. Все его существо питало Наруто, как он сам питался от него. Вокруг было так жарко, словно взорвалась звезда. Больше ничего не существовало кроме них в объятиях друг друга. Они убаюкивались присутствием самого дорогого в их жизни, и со страхом ждали того, что должно было произойти дальше. — Саске… — дыхание Наруто, наконец, выровнялось, и он поднял руку, чтобы пригладить растрепавшиеся черные волосы. Саске оторвал голову от гладкой шеи с тихим рычанием. — Почему ты не хочешь отметки? — Что? — Наруто нахмурился, очевидно, не совсем понимая вопроса. — Ты о чем? Палец Саске проследил уже вновь залеченную кожу. — Я хочу пометить тебя, как своего. — Я не уверен… — Наруто замер, как только Саске снова убрал руку и впился зубами в пульсирующую вену. — Ай! Стоп, ты, ублюдок. Ты осушишь меня. — Хн. — проворчал Саске. — Смотри. Два прокола заживлялись прямо на глазах. Сначала они покрылись корочкой, потом стали еле заметными шрамиками, а после — снова нетронутая кожа. Глаза Наруто расширились от удивления, а Саске — сузились от раздражения. — Видишь? — Вау. Круто. Пейн не говорил мне, что я так могу. — Наруто провел пальцем по коже, где кусал Саске. — Все еще чувствую. — Прекрати и дай мне уже укусить тебя, — прорычал Саске, снова делая попытку опуститься к плечу Наруто, чтобы оставить еще один укус, как вдруг тот оттолкнул его. — Хватит. Достаточно накусался. — Наруто подвинулся и встал уже было с кровати, но рывок Саске вернул его обратно. — Ты никуда не пойдешь. — Саске уткнулся лицом в шею Наруто, снова пробегая клыками по плоти. — Хватит! — Наруто начал бороться, чтобы освободиться. — Я просто хотел помыться. Саске отодвинулся, чтобы посмотреть на него. Его кожа была покрыта высохшими потом, кровью и спермой. Он не смог удержаться от соблазна вдохнуть этот аромат их смешанных запахов. Это было восхитительно, гораздо лучше. Его веки приоткрылись, являя малиновые радужки, смотрящие на Наруто со смесью вожделения и владения. — И хватит уже смотреть на меня так. Божечки, неужели ты постоянно будешь кончать… в меня. Не дай бог, наблюдатели могут забеременеть. — Наруто передернуло от этой мысли. Саске сморщил нос. Он даже и думать не хотел о беременном Наруто. Это была отвратительная мысль, которая пресекла его возбуждение на корню. Наруто пошел в ванную. Саске мрачно усмехнулся. О, если бы только Наруто знал, каким собственником он может быть. ООО Итачи нес удивительно легкого парня через длинный лабиринт коридоров. Длинноволосый вел его, постоянно оглядываясь назад. Смотря на парня, которого он нес, он отмечал удивительную непохожесть с вечно хмурым рыжеволосым. Когда он на него смотрел, в памяти постоянно всплывали какие-то обрывки. Мальчик раб, смотрящий на него так, что щемило сердце. Он мотнул головой, сгоняя непрошеные воспоминания. Не время сожалеть о прошлом, когда будущее мира висит на волоске. Они вошли в большую комнату. Свет, идущий от кристаллов, ослепил Итачи, и он споткнулся, теряя точку опоры. Его роду предначертано жить во тьме. Такой яркий свет доставлял дискомфорт. — Положи его там, — указал Неджи на большой стол из кварца. Итачи сделал так, как ему велели, одновременно осматриваясь. Зал был почти полностью из хрусталя. Был похож на исторический собор, нежели чем на подземное убежище. — Что это за место? Неджи помолчал секунду. — Не уверен, стоит ли говорить об этом. Вы вторглись в наш дом без приглашения… — Ваш мастер взял Наруто без нашего разрешения, — прорычал Итачи. Этот свет его раздражал. Неджи вернул раздражение в полной мере. — Он не мой мастер. Он один из тех, в ком мы видим лидера. Особенно в такие времена, когда Конан уже нет с нами. — Если ты не хочешь говорить мне, то я спрошу у него. Мне не важен информатор. — Итачи, конечно же, мог ждать. Он обладал огромным терпением, правя своим народом уже более тысячелетия. Неджи нахмурился и, казалось начал рассматривать дальнейшие варианты событий. Он был верным, это Итачи уже подметил. Он действительно заботился о том, кто лежал сейчас без сознания на кварцевом столе. Вопрос о том, как именно он заботился, неожиданно проник в мозги Итачи. Это было довольно шокирующее — узнать в своих эмоциях ревность. Нужно было больше узнать об их отношениях, из-за которых он все больше и больше раздражался. Это чувство делало его терпение нереально коротким. — Скажи мне. — Здесь наша святыня. — наконец заговорил он. — Мы возвращаемся сюда, чтобы подкрепиться энергией, идущей от земли. Она — наша жизнь, и нам в действительности не нужно есть или пить, чтобы получать ненужное удовольствие от таких вещей. Пейн выполнял траур по потере Конан, отказываясь от подпитки. Еще на него повлияла подготовка одного из молодых… — Неджи нахмурился, смотря на Пейна. — Что-то не так. Итачи посмотрел в сторону лежащего человека. Он казался моложе своих лет, но, как он уже понял, его возраст значительно старше. Если бы все дело было во внешности, то он бы дал ему не больше двадцати. — Что случилось? Неджи начал снимать одежду с Пейна, показывая больше пирсинга, проколотого через его соски и пупок. Итачи боролся с желанием сглотнуть при виде стройного, подтянутого тела перед ним. Это были красиво очерченные мышцы, спрятанные под персиковой кожей. Как только Неджи снял кожаные брюки с тонких бедер, он увидел цепочку пирсинга, тянущуюся вниз, очерчивающей форму пениса. Итачи мысленно скривился, думая, насколько больно делать подобные вещи. Одинаково с ними, он предполагал, сколько удовольствия это принесет во время секса. Подобные вещи означают, что носитель наслаждается болью. Итачи мог бы ему продемонстрировать, насколько близко граничат боль и удовольствие. Как только он заметил, о чем думает, то тут же попытался абстрагироваться от этого. У него не было времени на такие вещи. Только Пейн, видимо, знал о каких-то конфликтах с охотниками. И Итачи не хотел допустить раскола в его рядах. Переизбыток смертей был во время правления его отца. Фугаку Учиха был великим лидером, и его народ был предан ему, но Итачи был не настолько глуп, чтобы поверить, что кроме слепого обожания там больше ничего не было. Его отец был сильным лидером, которому нельзя было не подчиниться, а уж когда и Данзо получил в свои руки кусок власти, то желающих спорить не стало совсем. В прямом смысле, информация о котором тщательно оберегалась. — Он не берет ее, — разочарованно сказал Неджи. — Не знал, что он так истощен. Итачи выгнул бровь. — Так разбуди его и скажи, чтобы взял. Тот покачал головой и посмотрел на Итачи. — Это делается бесконтрольно. Нам не нужно быть в сознании, чтобы брать энергию из этих мест. На самом деле, в бессознательном состоянии это сделать намного легче. Все барьеры исчезают, и наши тела принимают дар, кварц помогает установить контакт с землей и осветляет нашу связь. — Но? — Но этого не происходит. Он не реагирует так, как… всегда. — Неджи прижал тело Пейна, стремясь ускорить связь, но безрезультатно. Тело Пейна отвергало свою сущность. — Плохо. С тех пор, как твой брат и его парень вошли в нашу жизнь, нас поджидают сплошные разочарования. Вы разрушаете нас. Итачи подошел к постаменту и провел пальцами по прохладному камню. Прикосновение отозвалось током на кончиках пальцев. Это было не статическое электричество. Неджи нахмурился и отошел от алтаря. — Не может быть… он принял энергию. Итачи нахмурился и посмотрел на обмякшее тело Пейна. — Ему стало лучше. И действительно. На щеки вернулся румянец, хоть он все еще и был слишком бледным, но теперь это была не смертельная краска. Неджи кивнул в знак согласия. — Он один из тех наблюдателей, кто имеет в паре не человека. Мы думали, что он вообще не выживет, но когда он принял дар земли, то мы решили, что это случайность. А потом появился Наруто, и мы поняли, что так случается. — Хватит говорить загадками. — прорычал Итачи. Неджи перевел на него свои бледные глаза. — Видимо, ты точно такой же экземпляр. Возьми его за руку. Итачи продолжил хмуриться, но сделал, как ему сказали. Прикосновение обожгло, а вокруг их рук тут же появился свет, постепенно охвативший все тело Пейна. Его бледность исчезла, возвращая приятный здоровый цвет. Соски сделались темными, привлекая взгляд Итачи и неосознанно вызывая в нем возбуждение. Ощущения схлынули, как только он взял себя в руки. Он не позволит контролировать себя эмоциям. Он уже было собрался отпустить руку, как вдруг его схватили за запястье. Тело Пейна билось в страшных конвульсиях, кварц окрасился в алый цвет и светил настолько ярко, что Неджи пришлось отвести глаза. Пейн задохнулся в крике, широко раскрыв глаза, его рука с такой силой сжала Итачи, что тому почудился хруст костей. Хоть его руке и было больно, сам он не мог отвести взгляд от прекрасного лица. Он смутно ощутил внезапное опустошение своей энергии и сильный голод. В таком состоянии он больше не мог себя контролировать, его взгляд стал алым, и он каждой унцией своего тела чувствовал кровь, текущую прямо перед ним. Его клыки удлинились, и он, неожиданно для себя, ощутил эрекцию в брюках. Он понимал, что Пейн прямо сейчас берет его энергию, и голос, живший в нем, требовал взять прямо сейчас то, что и ему принадлежало по праву. Жилка, бешено бьющаяся на шее, и только что открывшиеся потрясающие серые глаза, смотрящие на него в замешательстве. — Ты. — прошептал Пейн, ослабляя хватку на руке Итачи. Неджи подскочил и тут же разорвал связь между их телами. Это действие вызвало в Итачи всплеск ярости. Он замотал головой, борясь с желанием прикончить его на месте. При потере контакта взгляд Пейна потемнел. — Неджи, что произошло? Итачи ощутил странное чувство, которое он бы окрестил разочарованием, от потери. — Ты отключился, — ответил вместо бледноглазого Итачи. Пейн гневно на него посмотрел. — А он что делает в нашем святилище? — Простите, — поклонился Неджи. — Он… сам вошел. Надежда, таящаяся во взгляде, тут же была задавлена иронией. — И ты позволил ему? — Может тогда лучше ответишь, почему ты отказывался есть? Ты кричишь о войне, но сам не можешь позаботиться о себе, что, естественно, говорит о твоей быстрой капитуляции перед захватчиками. — Итачи скрестил руки на груди, прислоняясь к хрустальной колонне. — Тебе нужно уйти. — Пейн схватил поданную Неджи одежду и стал одеваться, не чувствуя ни малейшего стыда. — Нет, пока ты не ответишь на вопросы. — парировал Итачи. Неджи чувствовал себя явно не в своей тарелке, когда, наклонившись, прошептал: — Вы использовали его энергию, отказываясь от силы земли. Итачи никак не показал никаких эмоций, хотя прекрасно все слышал. Пейн посмотрел на него испуганным взглядом, дав понять, что ему известно, что он все слышит. — Ч-что? Итачи приподнял уголки губ, отчего на скулах Пейна появился яростный румянец. Он был настолько ярким, что невольно делал рыжие волосы блеклыми на своем фоне. Итачи понял, что ему нравится это наблюдать. Пейн замотал головой, прогоняя эмоции, и бросился к выходу. Итачи удивленно посмотрел на Неджи и последовал за ним. О, наконец-то он ушел из этой комнаты. Свет невыносимо резал глаза. Пейн шел через сплошные коридоры, не останавливаясь ни на миг. Итачи шел за ним, ориентируясь по запаху. Дверь, за которой исчез Пейн, была открыта. Итачи осторожно вошел и медленно закрыл ее за собой на замок. — Ты можешь объяснить? Пейн подошел к столу и взял книгу Конан. С горящими от непонятно чего глазами он бросил ее Итачи. — Прочти, если захочешь. Хотя, это уже давно не важно. — Что я найду здесь? — спросил Итачи, вертя журнал в руке и любуясь кожаным переплетом. — Правду. Или, вернее, один из взглядов на правду. И я верю этому больше, чем кому-либо еще. — Пейн опустился в кресло перед камином и взмахом руки зажег пламя в углях. Итачи нахмурился, открывая книгу и видя надпись, адресованную Пейну. Под языком засосало от плохого предчувствия. Он не был уверен, хочет ли он знать содержимое, но ему хотелось прочитать, чтобы понять то, что он постоянно упускал. И он приступил к чтению. Дурные предчувствия нахлынули на него. Он не был уверен, что он хотел знать, что лежит на страницах древней книги, но он хотел прочитать, чтобы понять происходящее. И он приступил.