Чувства чувствовать

С чего вдруг Юра решает сделать пирсинг он не знает. Ну то есть он и раньше задумывался об этом. Но это всё были мысли о неосуществимом будущем. То есть когда-нибудь, вот через годик. А когда именно это «через годик» настанет неизвестно. Но вот сейчас ему хочется чего-то внезапного. Юра чувствует, что вот сейчас. Самое время. Пока в голову снова не забрались сомнения. Юра не даёт себе и дня на размышления. Неуверенность появляется лишь когда напротив него стоит Ника уперев руки в бока. - Сосок значит? - Да, - храбрится Юра. - Уверен? - Уверен. Юра глубоко вдыхает. Пути назад уже нет. Он уже пришёл в салон и уже снял футболку. Всё он уже решил. Ника еще раз спрашивает уверен ли он в этом и Юра уже начинает злится, что и не замечает, как всё заканчивается, и Ника уже объясняет че да как, как ухаживать, чтоб не воспалилось. Юра зевает и думает, что всё равно же вместе живут, если что поможет. Очень безответственно, Отабек бы не одобрил. Дома он просто лежит и пытается не обращать внимания на постепенно сходящую анестезию и появляющуюся пульсирующую боль. Пялится в телефон и читает про гитары. Он всё еще не выбрал, но уже ближе к истине, чем в начале пути. Путем нехитрых вопросов он узнаёт, что у Отабека была акустическая гитара, которую еще и к усилителю подключать можно было. Юра запомнил. На самом деле развести Отабека на подобный разговор было делом пары секунд. Это на первый взгляд кажется, что он угрюмый и неразговорчивый и что мобилу ща отожмет (Юра правда пытается так не шутить, но это выше его сил). На деле если найти нужную тему, то Алтына было не заткнуть. Юре и слова было не вставить. А музыка и была тем самым камнем преткновения. Для Юры тоже. Что-то в музыке Отабека дергало, кидало, швыряло. Так приглядеться, вроде ничего особенного там не было, набор звуков, а херачило знатно. Кожа мурашками покрывалась. То ли холодно было, то ли бахнуло так сильно. Юра и не понимал как так. Ну, недавно совсем не так было. Да, музыка классная, прям уносила, вау. Но сейчас прям невмоготу. Прям внутри что-то переворачивала и играла. Юра никак не мог понять, то ли это музыка и вправду такая, то ли дело в Отабеке, что её сводил. Юра подумал, что вот сыграет Отабек на гитаре и всё, Юра на молекулы распадется, и будет витать в комнате Отабека. Пылью осядет на его вещи и приживется здесь. Приживала пыль Юрий Плисецкий. А Отабек сотрет его тряпочкой. Нехорошо тогда. Тогда пусть надышится этой пылью, чтоб Юрка в него впитался и больше никогда не расставались. И будет Юра паразитом. Или нет. Симбиоз какой-нибудь. Он Отабеку вредить не будет. Даже в виде пыли. Отабека дома не было и похвастаться железякой в теле Юре было некому. Поэтому он лениво читал лекции и пытался хоть немного вникнуть. Юра вообще расстроился, когда пришёл домой и понял, что он один в квартире. Борис, конечно же, не в счет. Отабека не было, хотя по идее он должен был уже вернуться. И на сообщение что слал ему Юра, не отвечал. Поэтому когда он слышит щелчок дверного замка, то чуть не подпрыгивает на месте. Встать правда не успевает, в дверь стучатся первыми. Не дожидаясь ответа, в комнату заглядывает голова Отабека. - Привет. Чай будешь пить? – не давая задать Юре лишних вопросов, спрашивает Алтын. Юра кивает и отбрасывает тетрадь на пол. Она скользит по полу и врезается в греющегося под батареей Бориса. Борис подскакивает и недовольно мяукает. Голова Отабека улыбается и скрывается за дверью. Отабек был в черной футболке, но Юра видел на крючке ужасную адидасовскую олимпийку. По каким критериям он вообще одежду выбирает? - По удобству, - отвечает Отабек, когда вопрос слетает с языка Юры. – И по цене. Это я брал в секонде. За сущие копейки. Ну да. Экономия и всё такое. Юра не шибко умел экономить. Нет, он не был транжирой или что-то в этом роде. Умел жить скромно. Но если ему что-то жуть как нравилось, то он мог спустить большую сумму денег за раз. Денег со степухи и зарплаты ему хватало, да еще и дед немного присылал. Юра пытался не тратить деньги, что отправлял ему дед. Откладывал и планировал потом вернуть. Или купить ему что-то на это. Пока не придумал что. - Куда ходил? – спрашивает Юра и чувствует себя при этом какой-то ревнивой женушкой. Пытается убедить себя, что это не так. - Да так, прогуляться, - уклончиво отвечает Отабек. - Пиздишь, - хмыкает Юра, но ответа не требует. Если надо расскажет. - Тебя самого не было дома. Плавно переводит разговор. Ну и ладно, ну и пожалуйста. Не так уж и интересно. Конечно, интересно, Юра. Гребанное любопытство. - К Нике ходил. - На работу? – удивленно вскидывает брови Отабек. - Ну да. Юра копается в коробке с чайными пакетиками, пытаясь найти лучший и самый вкусный. Отабек сидит напротив него, подперев щеку рукой, и наблюдает за копошащимся Юрой. - Ты же сказал, что не собираешься делать тату, - взгляд Отабека, почему то настороженный. - Ну так я и не бил ничего. - А что тогда… - Отабек внимательно вглядывается в лицо Юры. – Пирсинг? Он шарит взглядом по Юре, чуть наклоняет голову, чтоб увидеть левое ухо, но и там ничего нет. В итоге возвращается к глазам и смотрит с немым вопросом. Юра молча встаёт и задирает футболку с правой стороны. Отабек давится воздухом и на его лице явно гуляет удивление. Юре на секунду кажется, что он краснеет. Или свет просто так падает. Точно свет. Чего это ему краснеть. И на Юру так свет падает. Ему так неловко становится. Он резко одергивает футболку и садится обратно, а Отабек всё так же потрясенно смотрит на него. - Чего это ты решил… Ну… - он кивает в сторону Юры. - Да вот захотелось. Не знаю. Долго не мог решиться, а тут вот че-то стукнуло и я решил, пока не передумал. Они пьют чай, и Отабек всё расспрашивает: больно ли было, не страшно ли и всё в этом духе. Они перебираются в комнату к Отабеку, когда заканчивают гонять чаи, и Отабек говорит, что хочет поработать. Юра не против, но Юра хочет посидеть рядом. Для приличия берет с собой тетрадь с лекциями и кладет рядом на кровать. Но не открывает. Он вообще-то не для этого сюда пришёл. Скролит ленту, не особо на самом деле обращая внимания на записи. Юра занимает свой наблюдательный пост и смотрит на спину Отабека. Вот за этим он сюда и пришёл. И разговорами отвлекать не будет. А то Юра любитель поговорить, когда не надо, а так спокоен, можно полностью отдаться в наблюдения за Отабеком, за его спиной. Юра любил, что у Отабека в гардеробе были такие потрясные футболки. Ну, в смысле обтягивающие. Юра поерзал, зашипел, когда футболка неудачно проехалась по коже. Дернул плечом, отвлекся на сообщение от Милки, которая почему-то взяла за привычку изливать душу Юре. Ныла, что поссорилась со своим парнем. А Юре вообще какое дело-то? Почему он? Так и написал. Он в психологи не нанимался. Сама пусть разбирается. Опять зашипел. Подумал. Откинул телефон и снял футболку. Так лучше, однозначно. Ничего не натирало и не мешало. Юра снова вернулся к телефону. Милка не отвечала. Ну и хер с тобой. - Тебе жарко? – в голосе Отабека звучат странные интонации. Он крепко сжимает рукой край стола. Очень крепко. Юра видит, как белеют его пальцы. - Нет. Просто в футболке неудобно. – Юра показывает пальцем на сосок. – Натирает. - А. – коротко отвечает Отабек. – Ясно. «Хуясно» - думает Юра. Как-то странно реагирует Отабек. Юра чувствует какой-то дискомфорт, как будто Отабек осуждает его. Больше чем вежливого набора вопросов и комментариев он от него не дождался. А они же типа друзья. Ну официально. Неофициально Юра хочет присесть на его член и еще испытывает какой-то запутанный узел чувств, в которых не хочет копаться. Ну знаете, он не особо шарит так что… Как говорится не лезь, если не шаришь и типа того. Поэтому Юра не лез. Вот есть этот узел или клубок, и пусть будет. И вообще этого не Юрино, ему подкинули. - Юр. Ты не мог бы оставить меня одного? Мне надо поработать. Подумать. Одному, – говорит рублено. Юра бы посмеялся, если бы было смешно. Он на несколько секунд замирает, смотря на Отабека. Но тот видимо не собирается отвечать ему взглядом. - Все нормально, Бек? - Да, - слишком быстро отвечает он. Очевидно, что не всё нормально. - Юр. Просто надо побыть одному. Не обижайся. - Да я не обижаюсь. Юра хмурится и встает. Топчется. - До завтра, тогда? - До завтра. Юра кивает сам себе и идет к двери. - Ночи, – в спину бросает Отабек. - Доброй, – отзывается Юра, и закрывает за собой дверь. В его комнате непозволительно холодно, потому что, уходя, он забыл закрыть окно. Надуло холодного воздуха и Юра моментально покрывается мурашками. И замечает, что на нём нет футболки. Ну епт. Юра бьет себя по лицу ладонью. Забыл у Отабека. Уже разворачивается, но тут же останавливается. Не очень красиво получится. Он же попросил оставить его одного. Юра морщится. Вообще не круто. Что на него нашло? Никогда же не жаловался. Не мешал ему Юра. Честно-честно. Сидел себе тихонько и всё. А тут вдруг. Одному побыть надо. Ну че такое. Юра захлопывает окно, находит Бориса под одеялом, накрывает его обратно. Приходит сообщение от Милы. Юра морщится снова. «Ты ж мой единственный настоящий друг, Юр» Да какой он друг? Друг из него так себе. Юра бы с собой дружить не стал. И Милке не советовал бы. Потому что нахер такие друзья. Он же только о себе и думает. Юра знает. Ловит себя на этом, но не считает чем-то плохим. У него свои проблемы, и свои загоны. Он не знает, что делать с загонами Милки. И копаться в этом не хочет. Ну жаль девку, ну да. Но честно, Юра не любил ебаться с чужими проблемами. Он вообще не любит ебаться с проблемами. Милка пишет, что не ему решать с кем ей дружить. «Ну и закончили» - отвечает Юра и выключает интернет. Нахуй это надо. Еще вдруг будет ждать, что Отабек напишет. Но он не напишет. Он же работает. В одиночестве. И вот чем ему Юра мешал? Как обычно сидел, ну. Юра на секунду пугается, что тот заметил или почувствовал там шестым чувством его взгляд и ему стало неприятно. Хотя будем откровенны, Юре никогда шибко взгляд этот свой не прятал. Мог случайно и за завтраком глянуть и когда в настолки играли. Отабек видел. И ничего не говорил. Юра подумал – подумал. Достал телефон. Написал Нике: «Ты дома?». Он не слышал, как она возвращалась домой, но вполне мог пропустить этот момент «Тебе сложно проверить?» «Лень выходить из комнаты» «Нет, я не дома. Паразит» «Как думаешь, Отабек знает, что он мне нравится?» Юра блокирует телефон и откладывает на стол. Сам идет к шкафу, роется, ищет толстовку, самую просторную. В комнате до сих пор прохладно и даже Борис до сих пор прячется под одеялом. Надевает, возвращается к телефону. «Да только дурак не заметит, как ты на него слюни пускаешь» «Ника, я серьезно» «Я тоже. Что ты от меня хочешь услышать? Я не говорила с ним на эту тему. Хочешь поговорю?» «Нет – нет! Не вздумай!» «Чего тогда?» «Просто я подумал. Ну если это так заметно. То может и Отабек заметил. Но он… Никак об этом не даёт знать. Ну в смысле ему не неприятно и …» «Бля, с каких пор ты стал такой нерешительной тряпкой? Не узнаю тебя, Юра» «Да пошла ты» Юра откидывает телефон и падает на кровать. Забывает, что он на этой кровати не один. Борис орет как резанный и вырывается с боем из-под Юры. Юра сам пугается и вскрикивает то ли от внезапности, то ли от опасной близости когтей, то ли от испуга за кота. Борис обиженно мяукает и гордо уходит под батарею. В дверь стучатся и появляется голова и плечо Отабека. - У тебя всё нормально? - Да – да. На Борьку случайно чуть не сел. - Хорошо. – Отабек тут же закрывает дверь. - Отабек! – кричит Юра вслед. Дверь снова открывается. Отабек возникает в дверях и молча спрашивает чего ему. - А у тебя всё норм? - Норм. - Точно? – недоверчиво щурится Юра. - Точно. Отабек топчется на пороге. - Я пойду, - похоже больше на вопрос, нежели на утверждение. - Ага. Он аккуратно закрывает дверь и Юра снова валится на кровать. Теперь там уже нет никаких Борисов и он в полной безопасности. «У меня есть три варика. Или он просто слепой, и не видит очевидного, хотя Отабек не кажется мне дураком, но кто знает, может у него слепое пятно на это дело. Второе он знает и ему насрать. Ну, то есть ты ему не нравишься, но ему и не противно и дружить можно, главное не поощрять тебя. И третье. Ты ему нравишься, и он тебе нравится. Тогда только вопрос, почему вы еще не вместе» - Успокоила, - устало шепчет Юра перечитывая сообщение. – Вот как так, Борька? Юра смотрит на кота, но тот развернулся к нему спиной и обиженно сопит свернувшись в клубочек. Юра тоже хочет свернуться в клубочек и спрятаться там от всей этой ебанины. А внутри прям горечь и обида, сквозь ткани и клетки в кровь. Юра дергается, смотрит в потолок. Не хочет он этого всего. И это чувствовать не хочет. Фу, чувства. Юра не любил это дело. Типа не круто. Фу. Он видел, как мучился Гошка, какую ебанину вытворил Виктор. Лучше вообще, без этих всяких чувств и тому подобного. И так же норм. Зачем вот это всё. Дружим же просто с Отабеком. А еще лучше, чтоб без этих мыслей, что симпатичный он и вообще… Без влечений всяких. Во, идеально. Ебался бы с кем-нибудь. С зожником например. Без заморочек на чувства. Ну круто же. Просто удовольствие. А с чувствами сложно. Юре очень сложно. Юра не знает, что с ними делать, и как чувствовать. Да и вообще. Не нужны они. Вон, мать его любила отца, и что? И ничего хорошего. Всё. Юра растрепал волосы. Нахуй это. Нахуй чувства и нахуй мысли всякие. Вот.