"D" — Воля наших встреч

      Ворвавшись в чужую беседу на полуслове, Харрмишь искренне извинялась, а после спешно хотела уйти, решив, что идея поучаствовать в разговоре с пиратом Крига была несколько необдуманной. Но блондин, со свойственной ему услужливостью, предложил пиратке остаться, а пират от жареной рыбы всё же отказался, чем воспользовалась Лайс. — Значит вы, милая леди, воспользовались нашей кухней? Как только мимо коков проскочили? — задумчиво поинтересовался Санджи, глядя на копчёную шкуру рыбы. — А, ну, как-то вот получилось, — нервно рассмеялась Харрмишь. — Ты лучше скажи, принц, не хочешь ли пойти в команду к моему другу? — поинтересовалась Анаконда. — Простите, я ослышался, как вы обратились ко мне? — игнорируя мелкие мурашки, бегущие по спине, спросил кок, постаравшись сохранить всё хладнокровие при себе. — Санджи, ты похож на принца! Я в книжках видела, все принцы очень красивые, у них светлые волосы и голубые глаза, ты похож на них! — восторженно рассказывала Харрмишь, действительно считая кока красивым. — Но, на секунду… Твоё лицо было испуганным, я сказала что-то не то? — считая справедливым узнать ответ, спросила Лайс. — Просто мне редко делают комплименты, я смутился, — рассмеялся в ответ блондин. — Так почему вы решили позвать меня в команду к другу? — Ши-ши-хи! Судя по тому, как этот пират чуть тарелку вместе со стряпнёй не проглотил, кок ты отменный, а Лу и вся его команда очень уважают вкусную готовку, так не согласишься? — пояснила чуть конкретней пиратка. — Раз твой друг ищет только одного кока, людей у него не очень много. Что же он планирует со столь малым числом союзников? — поинтересовался пират, когда блондин закачал головой, всячески открещиваясь от предложения, стараясь не смотреть на девушку. — Верно, считая Санджи, пятеро и я, — согласилась Трёхкрылая. — Лу хочет плыть… впрочем, он и сам об этом расскажет, верно, Лу? — Харрмишь посмотрела на брата, стоявшего на второй палубе с улыбкой, кивая тому, что ни о чё важном не рассказывала. — Кок, айда ко мне в команду? — предложил Монки, спрыгнув к собеседникам, широко улыбаясь. — Я уже сказал нет, — отрезал Санджи. — Жаль, Лу, но его не подкупят и две девушки на нашем пиратском борту, — раздосадованно заметила голубоглазая пиратка, сдерживая смешок, вызванный нужной реакцией блондина. — Так вы пираты? — поинтересовался кок, оставляя в голове мысль о том, что девушек двое. — Зачем же тогда стреляли по нашему ресторану? — резонно поинтересовался зам шеф-повара, до которого все новости доносились достаточно быстро. — Ну… Так вышло. Отрикошетило не туда, — отводя взгляд, ответил Монки. — Хах, как смешно. Лучше вам быть поаккуратнее, старый хрыч очень печётся о своей драгоценности, — заметил кок, закурив очередную сигарету. — Что до остальных коков, то они в прошлом тоже пираты, как и большинство наших клиентов, а некоторые специально приплывают сюда, чтобы посмотреть на драки коков с пиратами. Так что жизнь здесь так кипит каждый день, — с непонятной привязанностью рассказывал блондин, явно любя это заведение со всеми его минусами и плюсами. — Не вынося этого всего, официанты и разбежались. — Ну хоть понятно, почему вкалывать надо было год, — хрустнув затёкшей шеей, заметила Анаконда. — Мне не сложно, но так долго здесь задерживаться не в интересах ни Лу, ни меня. Мало ли, кто напялит на себя корону Короля Пиратов, пока мы тут торчим, — с насмешкой заметила Анаконда, глядя на брата. — И всё же, что мешает тебе присоединиться к нам, Санджи? — сделав голос чуть приторней обычного, поинтересовалась Лайс. — Я не могу просто так взять и оставить это место, — ответил кок. — Почему?! — снова спрашивал Монки, не собираясь отступать. — Почему да почему! Потому! Я уже сказал нет, что тебе ещё нужно! — рявкнул Санджи, не имея ни сил, ни желания продолжать этот спор за собственную должность в море. — Простите, что прерываю, но… — попытался вмешаться пират, на что получил сердитое «Чего тебе?!» и недовольный взгляд. — Я Гин, человек из команды Крейга. Так куда же ты всё-таки собираешься плыть, малец? — усталым голосом спрашивал пират из команды Крейга, не получивший ответ на свой вопрос ранее. — Я стану Королём пиратов и разыщу Ван Пис! — гордо отчеканил черноволосый пират, считая за великую честь следовать за подобной мечтой. — А значит нам прямой наводкой на Смертельное течение, — поддакнула Анаконда, имея в столь опасном месте иные планы. — На Грандлайн? — с икотой уточнил Гин. — Да. Но, похоже, вы знаете что-то, что должно нас предостеречь от необдуманных действий, в частности путешествия туда, — заметила Трёхкрылая, глядя в перепуганные глаза мужчины, очевидно, столкнувшегося с чем-то далёким от вещей привычных. — «О небо, неужто кто-то из сильных мира сего постарался?» — догадалась пиратка, зная, что на пустом месте такой испуг не заработаешь. — Хах… В том-то всё и дело, что я ничегошеньки не знаю. И боюсь я именно потому, что не знаю. Вы смышлёные ребята, не торопитесь идти на верную смерть. Да и потом, много морей и без этого Грандлайн, отправляйтесь на любое, но только не туда, — предостерегал Гин, вздрагивая всем телом от воспоминаний о недавнем поражении пятидесяти кораблей. — Трусоват ты для человека Крейга, — разочарованно заметил кок, делая очередную затяжку. — Ла-а, неужто этот Грандлайн и впрямь столь опасное, как говорит Гин? — расхохотался парень с шрамом под глазом, когда Харрмишь прыснула в кулак со смеху, вызванному всей комичностью чужих представлений о её родине. — Дай-ка подумать… Коби говорил, что оно Смертельное не просто так, но за всё время мы не потеряли ни одного человека, — подняв взгляд в небеса, задумчиво говорила Анаконда, продолжая размышлять над заданным вопросом и верным ответом на него. — Леди, вы говорите так, словно плавали там, — высказался Санджи, затушив сигарету, от которой остался только фильтр. — Так и есть, — кивнула Харрмишь. — Превосходная шутка. Я почти поверил вашему серьёзному взгляду, — делано громко рассмеялся пират Крига. — Да вы шутите?! Эта девушка вернулась живой с Грандлайн и хочет туда снова?! — не заметив, что угадал, выкрикнул гораздо громче Гин. — Было бы чему удивляться. Ла-а плавала на грозном корабле около года, прежде чем решила вернуться в Ист блю, — теперь рассмеялся уже Монки, наслушавшись историй сестры. — Да что вы говорите? Лайс-тян, да вы морская волчица? — растерянно выдохнул Санджи, глядя изменившемся при таких словах взглядом на девушку, согласно кивнувшую и вовсе не считающую, что сказала что-то странное.       А на кухне как раз говорили о сокоманднике Крига, и повар по имени Корне всерьёз злился на Патти, выставившего пирата такого грозного капитана за дверь. Все доводы перебивал один единственный аргумент: даже боевым кокам против целой флотилии головорезов не выстоять, нечего и пытаться. Но поскольку морские повара молоть языком подолгу не привыкли, очень скоро перебранка словесная стала чуть ли не дракой, быстро пресечённой шеф-поваром. Разобравшись с этим, хозяин ресторана, не найдя за плитой своего зама, направился его искать исключительно за тем, чтобы надрать уши. По нахождению ещё и за кормёжку пирата за просто так и лодку. — Нет доказательств, нет преступления, — заявил на это блондин, демонстративно отпустив в море пустую тарелку, стакан и ложку, под хихиканье молодых пиратов.       Ну, а позже на кухню помогать приволокли и Луффи, потому как его долг никто не отменял. Лайс же от своих обязанностей не уклонялась и решила поддерживать брата не только морально. Поддерживать и в разбивании тарелок через одну, и в поедании чужих блюд, грубо говоря, во всём, к чему рука и душа лежат. По мнению коков из пиратка помощник, что из свинью лебедь, но против слов хозяина идти никто особо не хотел и от того в конечном счёте Монки с Харрмишь выгнали принимать заказы, попутно блюда разнося. — Официанточка, и наш заказ прими! — позвал чей-то удивительно знакомый голос, чему Анаконда напрасно не придала значения, подойдя к столу и внезапно узнав в сидящих за столом сокомандников с Мэрри. — Вы решили перебраться с корабля в ресторан и поглумиться над нами, да, Нами? — косо взглянув на подругу, поинтересовалась Анаконда, прекрасно понимая, что для старпома её вид и попросту нелеп. И этот белый фартук и доброжелательность к большинству людей. — Ох что ты! Я бы никогда не поступила так с подругой! — тут же забеспокоилась о мнении голубоглазой пиратки о себе рыжеволосая воришка. — Я знаю, Нами, знаю, — Лайс приобняла подругу одной рукой, продолжая удерживать тяжёлые подносы второй в стороне. В конце концов, не тяжелее же они горного тигра, можно и потерпеть. — Итак, что будете заказывать? — поставив поднос на голову, ибо обе руки нужны свободными и в таких ситуациях нет лучшего решения, чем воспользоваться головой, спрашивала Трёхкрылая, вытащив из передника ручку и небольшой блокнот, готовясь записывать.       Для Санджи наступил джекпот. Ещё бы, две мило беседующих девушки, периодически обнимающиеся и очень заразительно смеющиеся чем не куш? Сунув в руки одному из клиентов бутылку и бросив нечто вроде «Налей себе сам», кок медленно стал приближаться к своей цели. Вот только пока Санджи выбирал цветок в одной из подвесных клумб, Лайс, как чувствуя, поторопилась на кухню, попутно раздав заказы, не желая сталкиваться в замкнутом пространстве с курильщиком. Пиратка могла терпеть сигаретный дым и даже особенно не заморачивалась по этому поводу, просто находила неприятным курение и дым от него, при возможности избегая. — О что за дивное создание предо мной! — запел оду блондин, протянув Нами небольшую цветущую розу, что последнюю приятно удивило. — Благодарю вас, мне так неловко, — осведомлённая об опасности таких любезных парней, Нами старательно исполняла наивность. — «Ох как же братишка ошибался, великий ветер! И это у меня к такому таланту, Лу?» — усмехнулась Анаконда, вслух вместо этого сказав, умело поставив тарелки перед Зоро и Усоппом: — Господа, ваш заказ, наслаждайтесь местными кушаньями, — а улыбка сама забирается на лицо, и всё нутро требует рассмеяться, неловко закрывая рот и стараясь проглотить смешинку. — О, Лайс-тян, не утруждайте себя работой! — метнулся к Харрмишь Санджи, чего та не ожидала, но машинально отшагнула назад, потому как запах сигарет никуда деваться не спешил. — Кто бы мог подумать, что такая красавица согласится тут поработать, — аки весенний соловей пел блондин, но Трёхкрылая относилась к этим словам несколько цинично, что вполне вязалось с концепцией улыбчивой и наивной простушки, либо не воспринимающей эти слова по простоте, либо по циничному опыту. Так и так выходило одно. — Не переживай, мне это в радость, тем более… — на этих словах у Монки выскользнул из рук поднос. — Я буду паршиво себя чувствовать, если мой… друг, разгромит сей прекрасный ресторан, — добавила Харрмишь, взяв опустевший поднос и прислонив его к боку. — Санджи, тебе, как отличному коку, стоит заботиться о руках и неустанно стоять у плиты, а раздачу блюд оставь уж на меня, — заговаривала зубы с теми же лестными комплиментами Анаконда, стараясь отправить повара подальше, что не очень выходило. — Ах, как бы я хотел быть подле вас, но есть одно препятствие, мешающее мне, — наконец подчинившись предложению уйти на кухню, щебетал блондин. — Не меня ли, случаем, ты имеешь ввиду? — поинтересовался шеф-повар, стоящий у лестницы на вторую палубу. — Чёртов старик, — вздохнул Санджи, даже не оборачиваясь на Зеффа. — Послушай, почему бы тебе не свалить вместе с этими ребятами? Это превосходный шанс для тебя, — поглаживая свои усы, задумчиво предложил хозяин «Баратти». — К тому же здесь ты без надобности, может, хоть там кому пригодишься. — Что прости? Старик, я второе лицо после шеф-повара, в смысле я здесь без надобности? — праведно возмутился Санджи, не имея с позицией Зеффа ни единой общей точки. — Коки устали терпеть твои бесконечные выходки. Готовка твоя отвратительна, а стоит тебе увидеть бабу, как ты тут же забываешь про все свои обязанности, — перечислял хозяин ресторана, тогда как другие повара собрались поглядеть на выпроваживание блондина из «Баратти». — Не мели чушь. Оскорблять мою готовку я не позволю даже тебе, — схватив шеф-повара за ворот, повысил тон Санджи. — И не дорос ты ещё меня за грудки хватать, — заметил Зефф, деревянной своей ногой отправив зама лететь добрые три метра, врезавшись в стол и сбив тот. Благо в команде Лу люди еду уважающие и быстро забирающие себе свои тарелки. — Чёрт! — цыкнул себе под нос Санджи, быстро поднимаясь с места. — Чтобы ты не сказал, я останусь тут и буду работать, пока ты не умрёшь, — резко заявил блондин, явно отступать не собирающийся. — Долго ждать придётся. Я проживу ещё сотню лет, — ответил на это хозяин ресторана, уходя к себе в каюту: раненая голова всё же немного гудела, а от ругани лучше не стало. — Санджи, теперь тебе разрешено покинуть это место, — с радостной улыбкой заметила Анаконда, хитро подняв взгляд на кока и схватив того за руку. — «Лу, я тебе припомню эту идею, » — про себя свою думу думала Лайс, согласившаяся на всё это только потому, что брат шепнул, будто было бы неплохо так поступить. — С вами, Лайс-тян, хоть сейчас! Но мне необходимо остаться здесь, — тут же переключился Санджи, расстроенно закрывая ладонью лицо. — И, простите за этот инцидент. Комплимент от заведения в знак извинения, — произнёс кок уже для Нами, поставив взявшийся из ниоткуда сладкий десерт. — Лу, у тебя появилась одна большая проблема, — заметила с театральным удивлением Харрмишь. Вообще, актрисой Анаконда была так себе, но, судя по всему, в скором времени этот навык ей придётся часто отрабатывать. — Этот алчный Принц даже к нам на Мэрри не пойдёт ради собственных принципов, — протянула голубоглазая пиратка, столь деланно расстроенным голоском, что ей самой он показался чужим. — Правда, Лу, для тебя это скорее плюс, — облокотившись подбородком на братское плечо, заключила Лайс, — принц не предаст, если ты сумеешь уговорить его пойти за тобой, — закончила мысль младшая, взглянув на согласно кивающего Монки, оценивающе оглядывая будущего товарища. — И всё же, Лайс-тян, быть может, мне поработать немного за вас? — предлагал блондин, уже успевший заверить, что воришка есть за счёт своих друзей. — В свете последних событий лучше пекись о своей работе, — заявил со смехом Монки, тут же получивший по затылку. — Тогда, в конце дня, отужинайте со мной? — в полупоклоне спрашивал Санджи, положив одну руку на сердце, а второй держа за шкирку пирата с шрамом под глазом, собираясь волочить того на кухню. — Присоединяйтесь к нам, как закончите говорить, Лайс-тян, буду ждать, — получив скромное согласие, добавил кок, удаляясь на кухню вместе с мальчиком на побегушках, упорно трудиться не желающим. — Ловко ты его спровадила… — заметил тремечник, избавляя себя от жажды глотком саке, когда пиратка и воришка хитро улыбнулись, переглянулись и тихо захихикали. — Кто ты и что ты сделал с Зоро? Старпом Лу не был столь дружелюбен, — нагло подворовывая фрукты из бокала Нами, поинтересовалась Анаконда, не помня за Ророноа подобных любезностей.       Голубоглазая пиратка ощущала, как клубок тёплых и светлых воспоминаний катается где-то по телу, наполняя его лёгкостью, подвижностью и поразительной, распирающей свободой. С чего бы этому клубку увеличиваться, когда он раскручивается, и тем более не ясно, откуда он там, Харрмишь гадать и думать не стала, но нежиться в этом внутреннем свете было приятно. — Кто же тогда ты? Если я не должен был этому удивляться, то ты, Лайс, явно не должна была так себя сейчас вести, — заметил зеленоволосый парень. — Отваживать и не таких настойчивых научишься, коли нужно. С опытом приходит много хлопот, но иногда этот опыт очень полезен, — пожимая плечами, не зная, что и добавить, отвечала Анаконда, когда на периферии стало заметно резкое удивление рыжеволосой воришки, не очень успевающей за ходом мыслей подруги. — Ты официантка? В прошлом? — недоверчиво, словно боясь самой такой мысли спрашивает Зоро. — Ни разу, — отчеканил Монки, успевший побывать и на кухне и даже вернуться, неправильно раздать заказы и снова оказаться у столика товарищей. — Тебе-то откуда знать? — спросил Усопп, тоже не сумевший состыковать ответ капитана за знакомую. — Мы росли вместе. В одном баре Ла-а часто помогала его хозяйке и отлично справляется с такого рода работой, — рассказал Монки. — Всё так, — кивнула Харрмишь, стащив ещё одну апельсиновую дольку из тарелки и уверенно зашагав в сторону кухни, снова давая команде пообсуждать что да как.       И вот, настал третий из семи дней, когда капитан уже намаялся вкалывать, а его команда даже подумывала уплыть. Харрмишь же снова вертелась юлой, болтала по вечерам с блондином, оказавшимся пусть и страшным ловеласом, но столь хорошим собеседником, что можно простить ему постоянный флирт и бесконечные комплименты, засоряющие любой разговор. С другой стороны, к этому было возможно привыкнуть, не то что к стойкому чувству надвигающейся силы. К силе тогда примешивался запах другого моря, чужого голода и странная пустота. Всё это вкупе давило и иногда мешало думать, занимая всю голову размышлениями о грядущем.       И вот грядущее наступило. В «Баратти» стучали мытые тарелки, звенели бокалы, а посетители бренчали столовыми приборами. Нами загорала на солнышке, периодически вздрагивая, вспоминая о листовке, спрятанной под подушкой своей кровати, а Зоро тренировался, а Луффи и Лайс шныряли между столов, пока один мужчина не вскочил с места, с испугом не тыча на туманный горизонт, где уже виднелись мачты первого из кораблей огромной флотилии. — А вот и обещанные приключения, — растирала по лицу сладкий соус из-под недавно съеденного мяса Анаконда, заглядывая в окно на приближающуюся проблему. — Санджи, душка, как много ножей есть на кухне? — обернувшись к коку, спрашивала Трёхкрылая, попутно закрывая глаза на то, что слушают её вполуха. — Лайс-тян, вы разумеете, что боевые коки орудуют исключительно ножами для резки мяса и овощей? — риторически поинтересовался блондин, и Харрмишь догадливо усмехнулась, не предавая приближающемуся галеону никакого значения. — Какой огромный корабль! Как думаешь, Гин пришёл с благодарностью? Ши-ши-ши! — сразу же выдвинул предположение Луффи, тогда как повар развели такой громкий крик и ругань по отношению к Патти, что ужас просто. — Быть может, но… Разве этот корабль не выглядит странно? — не в силах отвести взгляда от дырявой тряпки, бывшей когда-то гордым пиратским флагом, и ростра, чей вид стал лишь более угрожающим после того, как нечто вырвало из него часть, спрашивал молодой кок.       Как и ожидалось, именно Гин привёл к плавучему ресторану остатки огромного флота. Сам же капитан, обессиленный и осунувшийся, просил хоть кроху хлеба и хоть глоток воды. Повременив со своим титулом опустился на колени и разжалобил одного кока. Одного, принесшего гарнир с морепродуктами и воду. Одного из всех посетителей и работников, самого мягкосердечного. Такие, казалось, мысли крутились в чужих головах. — «Нет, не жалость это, » — пронеслось в двух головах одно суждение. — «За этим поступком стоит куда более непоколебимое чувство, » — решил черноволосый пират, и предположила голубоглазая пиратка.       Предположение о бесчестии Крига, нередко поднимавшего белый флаг ради неожиданной атаки, оказалось правдой, к удивлению даже Гина, верившего, что благодарность его капитану уж не чужда. Дальше больше, Криг, набравшись сил, представлял крепкую угрозу, требовал дать еды и на остаток подчинённых, уцелевших после неведомого события, а заодно и отдать крепки «Баратти». Тогда же ушёл в сторону камбуза шеф-повар, как заметили Санджи и Лайс. — Хочешь что-нибудь сказать, Лу? — искоса поглядывая на сжимающиеся кулаки брата, тихо спрашивала Харрмишь. — Сделать. Выйдет нехорошо, если коку просто станет некуда возвращаться, — громче младшей сказал Монки, сжав руку до побелевших костяшек. — Если человек голоден, обязанность кока — накормить его. Что будет дальше, меня не волнует, — произнёс Санджи, когда на него наставили пистолеты, запретили и помышлять о готовке для таких негодяев, обещая выстрелить при сопротивлении.       Понять такой мотив было одновременно просто и до жути сложно. Как кок блондин, конечно, должен кормить голодных, занесённых в море, а с другой… Так рьяно защищать этот долг нужна причина повесомее, чем клятва столовым приборам и кулинарии. Однако размышлять было некогда и повара решили просто выгнать противника силой, чувствуя численное превосходство. Разве что Криг слишком любил себя, от того, верно, кастеты приобрёл алмазные, а тело обвешал пушками так, что напоминал ходячую крепость, защищённую ещё и прочными доспехами. В результате, потасовка ничего не принесла, кроме разгрома зала. Остановил бесполезный бой Зефф, бросив перед Кригом мешок, полный еды, сказав, чтобы маршировал на корабль.       От происходящего несло безрассудством и непоследовательностью, что иной раз Анаконда ловила себя на том, как тянется рукой к лицу, чтобы заткнуть рот и нос. Таких простых вещей как угроза, страх или шантаж очень не хватало, чтобы всё вставало на свои места. Странной была возможность сбежать всем, согласие накормить враждующую команду, абсолютное спокойствие обеих сторон… Понемногу логика летела в тар-тар, прихватив с собой остатки здравого смысла. А любое вмешательство представлялось такой же несусветной тупостью, что оставалось лишь молча наблюдать, через силу заставляя себя размышлять над происходящим. — Как вы сказали… Зефф? — весь продрогнув, переспросил мужчина, когда коки стали возмущаться решением хозяина ресторана. — Вы думаете у его людей будет мотивация ещё сражаться? — спросил шеф-повар. — У пиратов, сбежавших с Грандлайн? — уточнил он свой вопрос. — М? Беглец? С чего такое решение, шеф? — как можно громче, чтобы наверняка быть услышанной, спрашивала Харрмишь, поражаясь чужой проницательности. — Властитель восточного моря не сумел пройти до конца Смертельное течение? Это просто невозможно! — заметил один из поваров, довольно быстро воображая все людские страхи, сбежавшие из веков на Грандлайн. — Ты видела его корабль, он один из всего флота здесь. А его людей? В нашем море некому ему что-то противопоставить, делай выводы, — пояснил одноногий кок. — Тот самый Красноногий Зефф?! Так ты ещё жив? — догадался о прошлом владельца «Баратти» Криг. — И что с этого? Теперь я скромный владелец ресторана и всё, — отрезал шеф-повар. — Похоже, это не ты выбрал такую жизнь, а она тебя, — с оскалом заметил Криг. — Тебя звали «Красноногим», ведь твои ноги дробили камни и проминали закалённую сталь, а ботинки всегда были покрыты кровью побеждённых врагов, и ты никогда не использовал руки, ведь был ещё и коком. А теперь, — мужчина красноречиво посмотрел на деревянную ногу хозяина «Баратти», — у тебя просто нет возможности сражаться. — Пусть так, зато мои руки при мне и я способен готовить, — парировал Зефф. — По слухам, ты вёл дневник своих приключений весь тот год на Грандлайн. Отдай мне его вместе с этим рестораном, — приказал Криг. — Не думай. Был. Давно, — схватив брата за руку, полушипящим голосом произнесла Лайс, убеждая Монки в том, что спрашивать не нужно и это чистая правда. — Есть одна идея, — взглянув ещё раз в сторону второго входа, добавила младшая. — Что за идея? — тут же спрашивал черноволосый капитан. — А вот она как раз и подошла, — кивнув на старпома и канонира, усмехнулась Анаконда. — Лу, слушай, что сейчас скажет этот подлец, — порекомендовала голубоглазая пиратка. — Больно жирно для тебя! Этот журнал моя и тех славных пиратов, с которыми мы бороздили моря, гордость, тебе я даже взглянуть на него не дам, слишком много чести, — отказал хозяин ресторана, делиться одним из своих сокровищ не собираясь. — Тогда я заберу его себе сам! — крикнул Криг. — Мне не хватало информации, только и всего! А заполучив твой дневник, я сумею захватить все сокровища мира и стать Королём среди пиратов! — поделился своими амбициями мужчина. — Эй, секундочку! — вышел вперёд парень в соломенной шляпе, возмущённый тем, что его мечту кто-то хочет забрать себе, ещё и столь наглым образом. — Королём пиратов стану я! — указывая на свою персону, гордо повторял в который раз Луффи. — И отступить я никак не могу! — Что ты там вякнул, мальчишка? Я могу сделать вид, что ничего не слышал, — с издевательским смешком произнёс Криг. — Не стоит! Я не шучу! — ответил капитан в соломенной шляпе. — Ты слышал, даже этому капитану флотилии, Дону Кригу не удалось одолеть демонов Грандлайн, — неприлично громко раздался чей-то насмешливый голос. — А я о чём! Может всё же не стоит нам туда плыть? — отвечал кто-то очень настороженно, привлекая лишь больше внимания. — Молчите, болтуны! — устало произнёс женский голос, обращаясь к Зоро, чьим намерением была драка и Усоппа, думающего только о побеге. — Лу, тут Ророноа интересуется, подсобить тебе, или сам управишься? — сидя на ступенях, спрашивала Анаконда, болтая свешенными ногами, словно это обычный разговор и нет ни единого повода для беспокойств. — Да нет, не стоит, просто наблюдайте, — произнёс в ответ парень с шрамом под глазом. — - И это все твои товарищи? Двое парней и девчонка, маловато для покорения Грандлайн! — расхохотался Криг. — А вот и нет, есть ещё двое! — тут же ответил Монки, и, не удержавшись, Трёхкрылая тоже захохотала. — Что вас рассмешило, Лайс-тян? Неужто есть что-то смешное в происходящем? Или вам смешон Дон Криг? — спрашивал Санджи, искренне недоумевая со столь странного поведения пиратки. — Как ты сказала? Дон Криг? — повторила голубоглазая девушка, с такой странной миной, словно уже всё просчитала и теперь сухо наблюдает за событиями, о которых уже знает. — Что скажешь, ты поболе нас в море, слышала о нём? — спрашивал Ророноа, быстро просёкший, что информации у Трёхкрылой много, да не всегда она будет отвечать. — Как странно… Я помню только труса-Крига, но капитана огромной флотилии… увы, — копаясь в воспоминаниях, выдавила утомившаяся от мыслительных процессов Лайс, качая головой и разводя руками, мол, таких на моей памяти в этом море не водилось. — Девчонка, что ты себе возомнила?! Как ты смеешь так обо мне говорить? — не выдержал подобного снисходительного обращения Криг. — Эй! У меня вообще-то тоже имеется имя, и я бы предпочла подобное обращение! Скажем, Лайс-тян, вполне легко запоминается, что скажешь? — ухватившись за перила и поднимаясь на ноги, спрашивала с узкой ухмылкой Харрмишь, не боясь называть настоящее имя, посчитав, что это как раз подходящий момент. — «Пусть знают. Те, кому обещана встреча. Пусть слышат чужое имя чаще.» — Чудное имя, почти мальчишечье, — заметил мужчина, внимательнее присмотревшись к девушке и тут же о чём-то вспомнив. — А ведь я тебя знаю. Ты та мелкая шмакодявка с корабля Пик! — воскликнул Криг, вспомнив девчонку, радостно прикусывающую леденцы, когда точила клинки или отирала те от крови.       Личного знакомства у них не было, но два корабля как-то пересеклись в одной бухте. Разве что ребёнок, тем более девица, на короткой руке с пиратами, не стесняющимися пускать в ход кулаки, запоминается быстро, а листовка с наградой за чужую буйную молодую головушку летит быстрее всякой другой. По всему очевидно, что и Анаконда об этом знает, от того и так безразличная к упоминанию собственного имени.