Глава сорок пятая
15 июля 2019 г., 19:53
За неполные сутки случилось столь многое, что хватило бы на тот самый год, через который они дважды перескочили во времени – туда и обратно. Каарас чувствовал себя просто переполненным важнейшей информацией. Так что первым делом он приказал позвать Кассандру – и какая-то человеческая женщина в форменном плаще Инквизиции с капральским позументом со всех ног бросилась в замок. Через минуту взволнованная Искательница вихрем сбежала по лестнице:
– Слава Создателю! А мы уж думали, он вас убил! Как вы на крыше-то оказались?!
– Кассандра! – юная Тревельян, всхлипывая, повисла у нее на шее, – миленькая, ты жива! Я так рада тебя видеть!..
Каарас тоже рад был видеть Искательницу живой и не пораженной скверной, но не чувствовал себя вправе поддаваться эмоциям, пока не доложит ей все, что он узнал о будущем.
Стоящий рядом Павус тяжело опирался на посох. Он был очень бледен, несмотря на природную смуглость.
– Тоже дико рад всех видеть, – отрывисто сказал он, – но на меня с утра применили «столкновение маны», после которого я еще весь день колдовал. Мне срочно нужен квалифицированный духовный целитель, десятикратно разбавленный лириум высшей очистки и постельный режим.
– Лорд Павус настоящий герой, Кассандра, мы спаслись только благодаря ему! – тут же ударилась в славословия тевинтерцу леди Тревельян. – Если бы не он…
– «Столкновение маны» – это серьезно, – пробормотала Искательница. – Так, вы двое, отведите лорда Павуса в его покои…
– Только сначала передайте Искательнице амулет, лорд Павус, – как мог вежливо вставил Адаар.
Тевинтерец неверяще уставился на него:
– Ну ты и сукин сын, да простят меня дамы! До сих пор меня в чем-то подозреваешь?!
– Вы сами знаете, что стоит на кону, лорд Павус, мы не имеем права рисковать, – ровным тоном ответил Адаар.
– Сер Каарас! Ну зачем вы так?!
– Каффас! Чтобы я еще раз связался с кунари!.. Леди Тревельян, – маг осторожно снял с шеи бирюзовый кубик на цепочке, – я могу доверить его только вам. Не позволяйте никому из магов касаться его. А лучше вообще никому. Обещайте.
– Обещаю, лорд Павус. Пожалуйста, простите сера Каараса за его… грубость.
– От этого, пожалуй, воздержусь, – саирабаз адресовал Адаару полный презрения взгляд. Но Каарас не видел в своих действиях ничего, на что стоило бы в этих обстоятельствах сердиться, поэтому просто проигнорировал это.
Кассандра отдала необходимые распоряжения, и двое солдат Инквизиции позволили Павусу опереться на них, чтобы препроводить его в замок, а еще один поспешил вниз, за целителем, лириумом и, по требованию Каараса, храмовником.
– Так что в итоге с вами случилось-то? Где вы были?
– О, это был такой ужас, Кассандра! Мы…
– Леди Тревельян, это секретная информация, – остановил их васгот, обращая внимание женщин на то, что во дворе замка они далеко не одни.
– Ты прав. Возвращаемся в лагерь. Обсудим все на совете.
Каленхада, конечно, за прошедшее время расседлали и стреножили, но хоть не увели вниз. Пока белого мерина снова снаряжали, новости о возвращении Вестницы и ее Рыцаря явно успели разойтись по замку – во дворике скоро стало тесно от замковых слуг, которых тщетно пытался вернуть по рабочим местам эльф-дворецкий. Бедной леди Тревельян пришлось где-то найти силы, чтобы всем им улыбаться и заверять, что с ней все хорошо.
– Эгей, Карс! – с лестницы сбежал и Северин, радостно махая рукой. – Мне тут сказали, вас нашли! Ну и слава Камню, а то мы тут пересрали, честно говоря…
Каарас моргнул, давя непрошенное воспоминание о гноме, потерявшем рассудок от скверны и бессмысленно копошащемся в грязной камере. Этого всего еще не случилось – и если они все сделают правильно, этого не случится никогда. Главное, сейчас его оруженосец жив, здоров и в своем уме, как и Кассандра, как и леди Монтилье с сером Калленом…
– Привет, Сев.
– Чего мокрый, под дождь попал? Вроде не было… ох, а сапоги куда дел?..
– Потом объясню. Захвати тот тюк, там важные бумаги.
Гном озадаченно хмыкнул, но пристроил простыню с архивом магистра на плече.
Спустились с холма, оседлали лошадей и добрались до лагеря без приключений. При всем равнодушии к красотам природы Каарас в пути все же радовался, что видит мир живым. Буйная свежая зелень, россыпь цветов, трели вечерних птиц – все то, что он раньше принимал как должное и непреходящее, сейчас казалось драгоценным и хрупким. Даже пыльные серые камни по обочине дороги были хороши хотя бы тем, что не висели в воздухе, а смирно лежали на своих местах. Каарас, проезжая под одним деревом, низко опустившим свои ветви над дорогой, даже коснулся листвы – будто отодвигая ветку от лица, а на самом деле просто чтобы почувствовать это прикосновение, на миг ощутить кожей тихую, плавную жизнь растения. Листья были прохладными, упругими и нежными. Васгот слегка смутился своего сентиментального порыва, но все же был рад, что поддался ему.
В лагере леди Тревельян препоручили заботам ее горничной, а Каарас, лишь переодевшись в сухое и обувшись, присоединился к Кассандре в шатре совета.
– Сначала расскажи ты, – предложил васгот. – Что произошло в наше отсутствие?
– Да ничего, в общем-то. Вы пропали… в такой сине-зеленой вспышке. Я попыталась добраться до магистра, но он тоже исчез, в такой же вспышке. Мы перерыли весь замок на всякий случай – ни его, ни вас. Еще я сразу попросила эрла позволить выставить стражу у ворот, чтобы информация не ушла дальше замка и не началась паника. Он согласился и вообще был очень любезен, был готов предоставить нам стол и кров на ближайшие дни. В общем, мы уже не знали, что еще можно сделать, как тут прибегает капрал и кричит, что вы нашлись. Дальше ты в курсе.
– Магистр использовал амулет, переносящий во времени. Нас троих закинуло в будущее, ровно на год вперед…
Каарас старался рассказывать максимально сухо, не поддаваясь эмоциям – и не пугая Кассандру ужасными подробностями. И все же Искательница была поражена и шокирована услышанным. Когда Адаар закончил, она какое-то время молчала, а потом несколько раз крепко выругалась, напоследок грохнув кулаком по столу со всей силы.
– Дерьмо! – Искательница откинулась в кресле, вцепившись руками в волосы. – Армия демонов из моровой пустыни… Если через два месяца они уже атакуют Орлей – мы никак не успеем это расследовать и тем более предотвратить. На подготовку экспедиции в лучшем случае уйдет недели две, и на дорогу не меньше. И одновременно с этим надо еще успеть предотвратить убийство императрицы! И еще закрыть Брешь. Это нереально!
– У нас есть амулет времени. И Павус умеет им пользоваться.
Какое-то время она переваривала эту мысль.
– Л-ладно. Может быть, и справимся. Хорошо. Но первым делом надо поймать ублюдка-магистра.
– Да. К сожалению, у него тоже есть амулет времени. Вернее… у него тот же самый амулет, что у нас. Просто на год новее.
Искательница нервно усмехнулась:
– Звучит дико, конечно. Ладно, завтра к вечеру, если все будет нормально, уже приедут Жозефина и мать Жизель. Тогда и соберем совет – и попытаемся придумать, что со всем этим делать. А пока отдыхай, Каарас. Тебе ведь тоже досталось, я вижу.
Каарас напомнил Искательнице, что маскировочные чары на метке нужно заменить, и та пообещала прислать к нему Соласа. Заглянувший через полчаса в его палатку эльф почти с брезгливостью осмотрел его руку и одним жестом снял чары Павуса. Ядовитая зелень вновь ударила по глазам.
– Чья это была магия? – осведомился Солас светским тоном.
Каарас промолчал – он не собирался делиться с этим саирабазом важной информацией.
– Вы доверили еще кому-то из магов тайну метки? – Солас предпочел не понять намека, привычно формируя маскирующие чары вокруг ладони васгота.
– Я не могу вам ответить.
Эльф тонко улыбнулся.
– Ваша осторожность превыше похвал, сер Каарас. Но я спрашиваю лишь затем, чтобы научить этого мага накладывать скрывающие чары правильно. Эти никуда не годились.
– Вряд ли это понадобится, – без крайней необходимости Каарас не позволил бы тевинтерскому малефикару колдовать над своей рукой вообще. На этом эльф все же оставил попытки что-то вызнать у него, и, сделав свое дело, распрощался.
Северин к этому времени уже расстарался с ужином, и хотя у Каараса не было аппетита, он немного перекусил, после чего лег спать. Сон долго не шел к нему – усталый разум все равно пытался осмыслить произошедшее и придумать какой-нибудь способ улучшить положение дел. Заполночь пришел Вейл, разделся, лег и заснул, а Каарас все никак не мог сомкнуть глаз. Отчаявшись уснуть, он выбрался из палатки под уже светлеющее небо. Лагерь еще спал – кроме патрульных и караульных. Чтобы хоть как-то развеяться, Адаар обошел посты – никто не спал и не занимался посторонними делами, его тихо приветствовали все стражники. Увидев лицо одного из них, Каарас вздрогнул. Это был смуглый человеческий мужчина, тот самый, которого они в будущем освободили из застенков венатори, тот самый, что подставился под удар вражеского копья, защищая леди Тревельян. Сейчас он выглядел куда дороднее и свежее, и, конечно, не был поражен скверной, но это точно был он. Кассандра из будущего называла его имя…
– Паттер, верно? – негромко спросил Каарас.
– Ага, – кивнул он. – Паттер Гринч, сер. Служу Инквизиции! Все тихо, сер.
Каарас не мог поблагодарить солдата за то, чего он еще не совершил, но взял фамилию на заметку – чтобы рекомендовать к повышению. Кивнув ему, васгот закончил обход, вернулся в палатку – душную и жаркую после рассветной свежести – и на этот раз все же смог забыться сном.
***
Эвелина все же простыла, как и опасался лорд Павус. Слабость и ломота во всем теле, заложенный нос, мутное ощущение жара… девушка пролежала в постели до следующего вечера, окруженная хлопотами Нессы. Иногда она забывалась беспокойной дремотой, но настоящий сон не шел к ней. Горничная как могла развлекала ее своей обычной болтовней: кто как на кого смотрел, кто с кем уходил гулять к озеру… единственное, что не относилось к чьим-то любовным похождениям, была забавная история об огненно-красном баране, которого встретил патруль Инквизиции, но поймать не смог. Жители Перекрестка рассказали, что барана зовут Лорд Шерстли, и он принадлежит некоему Джимми, который зачем-то, не иначе как от безделья, покрасил вожака своего стада мареной и куркумой – и на каждом углу хвастался, что баран волшебный и приносит удачу. Доподлинно было известно лишь, что баран этот пару лет назад выбил хозяину глаз – впрочем, вроде бы в остальном дела у Джимми и впрямь были неплохи, пока не началась война магов и храмовников. За день Эвелине лучше не стало, но на вечерний совет девушка пришла, закутавшись не по погоде в плед и запасшись кружевными платками. В шатре совета уже ждали Кассандра, сер Каарас и недавно прибывшая леди посол. Жозефина просто лучилась здоровьем и энергией. Кокетливый дорожный костюм очень шел ей. Эвелина еще с утра, проснувшись, приняла решение постараться не вспоминать, какими увидела своих новых товарищей там… вернее, тогда. Пусть все пережитое окажется лишь дурным сном. Но пока что она не могла забыть ужасов из будущего – и не могла не содрогнуться, представив это приветливое смуглое лицо в черноте и язвах от скверны. – Здравствуйте, Эвелина! Создатель, бедненькая, вы заболели? Я обязательно пришлю к вам Бениту с одним замечательным бальзамом – три капли перед сном, и наутро будете совершенно здоровы… – Добрый вечер, – Эвелина откашлялась, пытаясь прогнать простуженную хрипоту из голоса и дурные мысли из головы. – Рада вас видеть, Жозефина. Спасибо, вы очень любезны. А где же мать Жизель… разве она не приехала? – Мать Жизель – не член совета, – мрачно объяснила Кассандра, ковыряя ногтем край стола. – На обсуждение переговоров с магами мы ее позовем, но пока… Каарас, расскажи все еще раз. Васгот распрямился, перевел дыхание. – Вчерашним утром мы с леди Тревельян прибыли в замок Редклиф по приглашению эрла, чтобы закрыть разрыв… – начал он доклад. Хотя сер Каарас не останавливался на подробностях, говорил он долго. Иногда Эвелина тоже вставляла пару фраз, если ей казалось это важным – например, упомянула о том, что красный лириум по какой-то причине почти не действовал на Великую Чародейку Фиону – единственную из всех магов. И о том, что этот таинственный Старший считает себя не то самим Создателем, не то одним из древнетевинтерских магистров, осквернивших Золотой Город – об этом неверующий сер Каарас, конечно, вообще не вспомнил. И, наконец, про идею мессира Соласа, о которой рассказывала Кассандра из будущего – что Брешь возможно закрыть с помощью древних артефактов, стабилизирующих Завесу. Жозефина сосредоточенно вела протокол доклада скорописью – перо ее так и летало над бумагой, оставляя отдаленно напоминающие буквы значки. Эвелину некогда учили стенографии, но она уже много лет не тренировалась – так что прочесть написанное леди послом могла бы, а вот сменить ее – нет. Жозефина лишь один раз попросила прерваться ненадолго, чтобы отдохнула рука, исписав при этом под две дюжины листов. – Павус перенастроил амулет времени с помощью метки, и мы перенеслись в настоящее, – закончил сер Каарас рассказ. – Сейчас этот амулет у леди Тревельян. Это, полагаю, самое ценное, что на данный момент есть в распоряжении Инквизиции. И самое опасное. Дописав последнюю строчку, Жозефина отложила перо и обхватила себя руками, будто замерзнув. – Это… в это все даже сложно поверить, – проговорила она упавшим голосом. – Быть может, это были просто видения Тени?.. Я слышала, демоны могут заморочить любого, внушить все, что угодно… – Лорд Павус говорил, что неоднократно проверял, Тень ли это, – произнесла Эвелина. – И это была реальность. Он говорил что-то о поляризации Завесы и магических потоках. И что ниоткуда не виден Черный Город. – Кто знает, как это все выглядит, когда попадаешь в Тень не разумом, а во плоти, – неуверенно произнесла Кассандра. – Может быть, в этом случае все эти признаки не работают. – Мы ведь принесли оттуда… вещи. Амулет, архив магистра. Я не знаю, можно ли забрать из Тени что-то материальное, – проговорил сер Каарас, хмурясь. – Если нет… – Попав туда обычным способом, лишь разумом – конечно, нет, – ответила Искательница. – Но мы слишком мало знаем о другом способе. Собственно, вам с Эвелиной о нем известно даже больше, чем всем теоретикам магии. Было ли это ваше… путешествие похоже на то, первое? Эвелина задумалась. Никаких кардинальных отличий она припомнить не могла. И там, и там все не казалось сном. И там, и там девушка чувствовала свое тело, ей нужно было дышать, она физически уставала от усилий. События – во всяком случае, те, что она помнила – не перескакивали, как это бывает во снах, все происходило последовательно, как наяву. И разум ее был ясен, тогда как во снах частенько совершеннейшая чушь казалась вполне логичной, пока не проснешься. К сожалению, попав в Тень после взрыва на Конклаве, Эвелина не пыталась отыскать взглядом Черный Город и тем более не озаботилась прихватить оттуда какой-нибудь предмет. – Сложно судить, – похоже, сер Каарас думал о том же. – Но если есть хоть малая вероятность, что показанное нам будущее – не просто иллюзия, нам придется считать его правдой. Нападение армии демонов – слишком серьезная угроза, пренебречь этим предупреждением мы не можем себе позволить. – Вы правы, сер, – сказала Жозефина. – Как и тем, что готовится покушение на императрицу Селину и герцога Гаспара. При том, что королеву Ферелдена собираются просто казнить по ходу дела, как, полагаю, и правителей всех остальных завоеванных стран. Враг желает заранее обезглавить самую могущественную страну юга – это значит, силы Орлея все же представляют для него серьезную угрозу. Нам необходимо как можно быстрее предупредить Орлей об опасности и убедить их в необходимости союза против Старшего. В Редклифе же есть королевская воронятня? Я сегодня же напишу первые письма. Конечно, придется выдумать иной источник информации… упоминать путешествие в будущее может оказаться недальновидным. – В первую очередь нужно обезвредить магистра. Если этот подонок действительно может скакать туда-сюда по времени, он может устроить что угодно, – сказала Кассандра. – Не говоря уже о том, что он должен ответить за свои преступления. – Если бы он мог устроить что угодно, он бы уже устроил это, – подумав, возразил сер Каарас. – Но он приготовил нам ловушку именно в замке, дождался, пока мы оба окажемся там – не явился ни посреди нашего лагеря, ни в Убежище, ни где-либо еще, где мы с леди Тревельян бывали. Ведь куда проще было бы похитить нас ночью, пока мы спали – и если бы он мог так же «ниоткуда» появиться в наших палатках или спальнях, он давно бы это сделал. Скорее всего, его возможности ограничены территорией замка Редклиф. – Теперь у нас самих есть амулет времени, – Эвелина едва коснулась цепочки, на которой висел артефакт. – Мы не знаем, где магистр сейчас, но мы знаем, где он был раньше... мы можем поймать его так же, как он – нас. Девушка слегка смутилась, увидев, что все сосредоточили свое внимание на ней, поэтому поспешно продолжила говорить, желая пояснить свою мысль: – Если несколько храмовников вернутся в прошлое в тот момент, когда магистр напал на нас – прямо рядом с ним – они смогут обезвредить его до того, как он нападет. – Я думал об этом, – произнес сер Каарас, – но не знаю, что произойдет, если мы не позволим ему перекинуть нас в будущее. Нас со вчерашнего вечера будет по двое – вернувшиеся и не попадавшие туда? Или те мы, что вернулись оттуда, то есть именно мы с вами… просто исчезнем? – Не могли бы вы пояснить, сер? – склонила голову к плечу Жозефина. – Из-за чего и кто исчезнет? Сер Каарас попросил бумагу с пером и нарисовал схему созданной их невольным путешествием во времени петли. И второй, гипотетической, если кто-то вернется в прошлое и помешает магистру создать первую петлю. Объяснил еще раз оба варианта. Эвелина вздрогнула. Вариант с раздвоением был совершенно безумным, а с исчезновением путешественников во времени – страшным. И если верен второй вариант… да, останутся какие-то другие Эвелина, сер Каарас и лорд Павус, и эти другие будут даже счастливее – так как не увидят воочию всех ужасов будущего. Но они трое, пережившие все это, погибнут. Вернее, даже не умрут – просто сотрутся из реальности. Девушка поплотнее закуталась в плед, будто могла им защититься от временных парадоксов. – А будущее влияет на прошлое? – задумчиво спросила Жозефина, разглядывая схему. – Ведь если в скором времени мы пошлем храмовников сюда… – аккуратно подпиленный ноготь указал на начало первой петли, – то наше прошлое уже изменилось, а значит, и нынешний момент тоже. И сейчас или вы двое не знали бы о том, что случится через год, так как этого путешествия не было бы и вместо вас сейчас тут сидели бы другие вы, никуда не отправлявшиеся… или мы знали бы о двойниках. Но мы не наблюдаем ни того, ни другого. – А если реальности двоятся, как тогда, с Редклифом? – сер Каарас неосознанно начал расчесывать основания рогов, поглощенный сложными мыслями. – И сейчас мы находимся в таком же пузыре, где происходит не то, что во всем остальном мире?.. – Так, хватит домыслов, – Кассандра с силой припечатала ладонью лист к столу, закрывая таким образом схему от глаз собравшихся. – Никто из нас во всей этой временной мути не разбирается, так что нечего изощряться в догадках и тратить на это время. Надо просто спросить у тех, кто в курсе. – Давайте спросим у лорда Павуса, – предложила очевидный вариант Эвелина. – А если он еще не выздоровел… мессир Солас вроде бы тоже что-то знает о временной магии. – Отлично. На следующий совет позовем их и спросим. А пока вернемся к союзу с оставшимися в Редклифе магами. Нам нужно уломать хотя бы сотню из них помочь нам с Брешью. Дежурные! Пригласите мать Жизель.
