Одно на двоих

Четыре года спустя…       Генри сидел в отдалении и смотрел, как Элли нянчится с маленькой Лилит. Девочке дали важное и ответственное задание: посмотреть за ребенком, пока взрослые будут разбираться с очередной проблемой. Элли уверенно кивнула и, принеся огромное количество мягких игрушек, села рядом с колыбелькой. Разыгрывая разговоры игрушек, Элли как могла развлекала малышку, а Генри с удовольствием смотрел за своими двумя сестрами. Но вскоре Лилит потеряла интерес к разговаривающим фиолетовым слоникам и розовым собачкам и начала хныкать. Элли постаралась ее успокоить, но на все ее попытки Лилит отвечала лишь зарождающимся плачем. Генри поднялся на ноги и медленно подлетел к кроватке, видя, как его сестра легко отшатнулась от него, но все равно запел. Лилит, услышав знакомую мелодию, перестала плакать и теперь смотрела на мальчика. Генри догадывался, что Регина поет дочери ту же самую песню, что и ему, поэтому через пару минут Лилит уже забыла о слезах и спокойно смотрела по сторонам, облизывая пальчик. Генри улыбнулся и снова отошел от детей, но Элли последовала за ним. Девочка протянула своему брату руку, дождалась, когда он протянет свою, и попыталась сжать ее, как делала раньше. — Спасибо. — тихо прошептала Элли.       Генри улыбнулся и так же попытался сжать маленькую ручку девочки в ответ.

***

Пять лет спустя…       Питер смотрел в волшебный шар и скрипел зубами. Он хотел сделать Генри несчастным, хотел, чтобы тот потерял надежду, хотел дать ему желаемую близость родственников и в то же время лишить мальчика тепла любви. Но сейчас он играет с двумя своими сестрами, порой и вовсе забывая о том, что не имеет физической оболочки.       Питер схватил шар, который затопил зеленый туман от его прикосновения, и всерьез собирался запустить атрибут в ближайшую стену, но замер, услышав смех маленькой Лилит. — Пришло время возвращаться домой, Генри. — сказал парень и что-то тихо зашептал, наклонившись над волшебным шаром.

***

      Еще секунду назад комнату наполнял смех, а сейчас Лилит с надрывом кричала, раскидываясь игрушками. Элли бегала вокруг нее, пытаясь успокоить, но даже напевы Генри не срабатывали. Элли на мгновение задумалась, а после воскликнула: — Погремушка!       Девочка кинулась к дверям, но остановилась у порога. — Генри, ты же быстрее меня! — Какая погремушка? — сразу спросил мальчик. — Зелененькая, с желтым шариком. Её любимая!       Генри коротко кивнул и просочился сквозь ближайшую стену. Мальчик подлетел большую часть дома, заглядывая в каждый уголок в поисках игрушки, но так ничего не нашел. В какой-то момент ему показалось, что в зале под столом промелькнула нужная ему вещь, но обнаружил лишь обертку от конфеты. Генри кружил по дому, заглядывая порой в одни и те же места, но так ничего и не нашел. Мальчик полетел обратно в детскую, когда увидел, что что-то зеленое торчит между подушками на диване. Подлетев поближе, Генри улыбнулся и полетел в комнату еще быстрее, он уже был на лестнице, когда услышал крик сестры. — Генри!       Мальчик рванул, но так и замер на пороге комнаты. Под самым потолком детской парила тень Пэна, а Элли стояла перед кроваткой Лилит, преграждая путь к ребенку. Тень посмотрела на Генри и рванула прямо на девочку. Элли зажмурилась, но не отошла, а тень спокойно прошла сквозь нее, уже вытянув свои полупрозрачные конечности для того, чтобы схватить Лилит. Генри замер, не зная, что делать. Время казалось замедлилось, а мальчик все смотрел на пролетающую мимо тень. Вдруг Генри поднял голову, его взгляд был наполнен решимостью. — Я отдам Питеру свое сердце! — вскрикнул Генри в последний момент, смотря, как тень остановилась, так и не коснувшись ребенка.       Элли с ужасом и непониманием посмотрела на брата и на тень, которая сорвалась с места и, схватив прозрачное тело Генри за руку, унесла мальчика в окно. В комнате повисла тишина, нарушаемая только шорохом развивающихся на ветру штор.

***

      Пэн сидел в ногах у тела Генри, разглаживая, как ему казалось, многочисленные складки на одеяле, укрывающее тело мальчика.       Тело… Пэн усмехнулся. Когда парня предупреждали, что заклятие очень сильное, он не ожидал, что настолько. Он не видел еще ни разу, чтобы заклятие могло обойти волшебство Неверлэнда. Главный закон Неверлэнда — никто не растет и не стареет! Но сейчас Питер смотрел на Генри, который с каждым годом, проведенным под действием заклинания, становился все старше. Если на момент извлечения души Генри мальчику было всего одиннадцать, то сейчас перед Пэном лежал парень, который выглядел, как его ровесник. Питер прижал к груди Генри руку, чувствуя, как на вдохе вздымается грудная клетка. Вода Неверлэнда все эти пять лет поддерживала жизнь организма, лишая его потребностей в пище и еде, лишая его любых изъянов. Внезапно тень влетела в пещеру и швырнула к ногам парня, душу Генри. Парень затормозил, повиснув в воздухе, и посмотрел на Питера. — Ну здравствуй. — ухмыльнувшись, сказал Пэн. — Что? Еще не наигрался? — ответил вопросом Генри.       Питер рассмеялся и, проведя указательным пальцем по лицу тела Генри, ответил: — Еще нет. — Ты же себя еще не видел? — уточнил Питер и подмигнул, — Не желаешь взглянуть.       Пэн плавно потянул одеяло с тела парня, наблюдая, как Генри недобро покосился на него. Миллиметр за миллиметров одеяло спускалось все ниже, открывая обнаженное тело парня. — Я все это время здесь голышом валялся? — Как видишь. Я с тебя все пять лет пылинки сдувал, в прямом кстати смысле. — пожал плечами Питер, скатывая одеяло у ног тела Генри.       Пэн повернулся к телу. Рука Пэна коснулась груди Генри, а душа парня вздрогнула, порываясь остановить Питера, но вспоминая, что не имеет физической оболочки. Парень усмехнулся в ответ на действия Генри и, мягко оглаживая кожу лежащего перед ним тела, повёл руку вниз. Касаясь сосков, затем торса, Пэн следил за эмоциями души Генри, которая при приближении руки к паху все сильнее и сильнее начинала хмурится. Питер, не касаясь полового органа, перевел руку на бедро, закидываю ногу парня себе на одну из ног. Нависнув над Генри, Пэн отогнул нижнюю губу парня большим пальцем и слегка прикусил, тут же целуя тело в губы. Генри сорвался с места, собираясь пролететь сквозь ближайшую стену, но Питер разорвал поцелуй и что-то зашептал. Душу парня скрутило, и Генри упал на призрачные колени, сжимая руками грудную клетку, а Пэн все так же продолжал шептать. Вдруг Генри начал растворяться в воздухе, превращаясь в небольшой вихрь, который в ту же минуту засосало в тело. Генри подскочил на кровати и резко вдохнул. В глазах парня потемнело, а голова пошла кругом, заставляя снова откинуться на подушку. Генри открыл глаза, видя над собой смеющегося Пэна. Парень нахмурился и, перевернувшись на живот, попытался встать хотя бы на четвереньки. Ноги и руки не слушались и, казалось, затекли от долгого бездействия, поэтому когда Питер надавил на спину Генри, парень не выдержал и упал. — А ты и сзади ничего. — усмехнулся Пэн и обвел ладонью ягодицу Генри.       Парень дернулся, как от удара, и собирался удрать, но на ноги надежды не было. — Ты так и будешь меня домогаться или сердце заберешь?       Пэн замер, но не растерялся: — Одно другому не мешает, но если ты так и рвешься отдать мне свое сердце…       Пэн сплел свои пальцы с пальцами руки Генри и, прижавшись грудью к его спине, коснулся губами его шеи. Парень вздрогнул, но сжав зубы, прошипел: — Забери его и не мучай меня.       Пэн слез с Генри и ответил: — Если бы все было так просто…       Генри повернулся и посмотрел на парня. Пэн встал, поднимая парня на ноги и, почти волоча его на себе, вышел из убежища. Генри оглянулся и спросил: — А где ты спал все это время? — Не волнуйся, твою упругую попку я не трогал.       Генри вздрогнул, собираясь отстраниться и идти самостоятельно, но ноги начали подкашиваться, заставляя снова облокотиться на Пэна. Питер усмехнулся и, потянув парня поближе, ускорил шаг. Генри подозрительно оглядывайся по сторонам, боясь увидеть среди зарослей кустов Потерянных, что не скрылось от взгляда ведущего его Пэна. — Мальчиков здесь нет. Я велел им даже не приближаться к этой части острова.       Парень кивнул, но все равно постарался прикрыть достоинство рукой. — А я там уже все видел. Можешь не прятаться. — спокойно ответил Правитель Неверлэнда, заставляя Генри еще больше засмущаться.       Вскоре впереди замаячило побережье. Недалеко от утеса была привязана лодка, в которую Питер и толкнул Генри, а после, усевшись напротив, скомандовал: — Греби к острову Черепа.       Парень посмотрел на Пэна. — Я что-то не понятное сказал? Греби! Я на его возвращение последние силы потратил, а в ответ никакой благодарности. — Питер наигранно досадливо помотал головой и, прикрыв глаза, облокотился руками на колени.       Только сейчас Генри заметил, что Пэн выглядит, мягко говоря, не очень. Синяки под глазами, бледная кожа, губы отсвечивают легкой синевой. Парень медленно взял в руки весла и погреб к острову, периодически оглядываясь через плечо. Только когда лодка напоролась на каменистый берег, Питер открыл глаза и вылез из лодки; Генри ничего не оставалось, как последовать за ним. Пэн, поманив Генри за собой, начал подниматься по каменистому склону, похожему на винтовую лестницу, а достигнув вершины, направился в глубь «Черепа». Генри последовал за Питером, но замер, только увидев огромные песочные часы. Пэн же остановился у песочные часов и коснулся стекла. Песок уже не сыпался, а лежал горкой в нижней части часов, и лишь несколько песчинок «зависло» у самой середины, оставаясь в верхней части. — Что это? — спросил парень. — Можно сказать, срок годности моих сил. И эти силы уже давным-давно просрочились. — ответил Пэн.       Генри нахмурился и задал очередной вопрос: — Тогда почему ты не вернул меня раньше? Для чего было ждать пять лет? — Мне так захотелось. — Питер пожал плечами. — Не верю. — сказал в ответ парень, приближаясь к Пэну. — В любом случае, это не твое дело. Может уже перейдем к делу?       Генри коротко кивнул, останавливаясь рядом с парнем. Питер взял парня за руку и легко провел над ней ладонью другой руки. Кисть Генри засветилась, а последние песчинки скатились вниз. Питер дернулся, привлекая внимание Генри. Парень замер, а Пэн все смотрел на его руку, не отводя взгляда, следя за каждым движение пальцев. Генри еще приблизился к Пэну и коснулся светящейся рукой своей груди. На лице Питера, казалось, не было ни одной эмоции, но Генри догадывался о том, что в душе парня все совсем иначе. Парень напряг руку, но внезапно кинулся вперед, вонзая ее в грудь Пэна. Парень дернулся, лицо исказилось от страха, а после раздался оглушающий хохот. Питер смеялся, наблюдая, как Генри замер, так и не найдя сердце. Грудная клетка была пуста. — Это возбуждает, ты так не думаешь? — спросил Пэн, мелко трясясь от смеха. — Возбуждает чувство власти над другим, то, что ты можешь подчинить себе чужую волю.       Питер сжал запястье парня и выдернул из своей груди. — Сердце.       Генри внезапно прикрыл глаза, а после резко вытащил из груди свое сердце. Питер ухмыльнулся и подошел ближе, касаясь руки Генри, держащей сердце. Парень посмотрел на Пэна и отодвинул от него сердце. — Что еще?! — раздраженно спросил Питер. — Когда я умру, пообещай вернуть моим родителям настоящее тело. — тихо попросил Генри. — Обещаю. — в тот же миг ответил Питер. — Нет, посмотри мне в глаза и пообещай! — настаивал на своем Генри.       Пэн оторвал взгляд от сердца, источающего легкое свечение, и посмотрел Генри в глаза. — Я обещаю, что верну твое тело твоим предкам.       Генри коротко кивнул и со всего размаху вставил Питеру в грудь свое сердце. Пэн засмеялся и развернулся к песочные часам, смотря, как они растворяются в воздухе, и взмахнул руками. С секунду ничего не происходило, а после Пэн снова взмахнул руками, но снова ничего не случилось. Парень резко развернулся, злобно сверкая глазами, и посмотрел на все еще живого Генри. — Что ты сделал?! Что?!       Пэн начал наступать на парня, который, усмехаясь, нагло смотрел ему в глаза. — А ты посмотри на свое сердце. — сказал Генри выпрямив спину.       Питер резко достал свое сердце и взвыл. — Лишь половина… — Пэн на секунду замолчал, а после снова вскинулся. — Ты заставил меня посмотреть тебе в глаза, а сам разделил сердце!       Генри засмеялся, не ожидая удара. Кулак Пэна пришелся под дых, заставляя парня задыхаясь упасть на землю. Питер прижал Генри к полу собираясь ударить еще раз, но хриплый голос Генри его остановил. — Давай, убей меня… — прохрипел парень, — Если самому жить надоело!       Генри рассмеялся, игнорируя боль в груди. Питер замер, а после, подскочил на ноги, отшвырнув Генри в сторону и исчез в клубах зеленого дыма под смех парня.

***

      Питер стоял около костра в окружении Потерянных и, прижимая Генри за плечи к себе, говорил: — С радостью сообщаю, что Генри выздоровел и теперь стал полноценным Потерянным Мальчиком. Ура!       Генри стоял и улыбался, чувствуя, как на его плече сжимается рука Питера. Он знал, что Пэн терпеть не может, когда все идет не так, как он задумал, а Генри прямое напоминание того, что план Пэна разрушили и растоптали. Мальчики вскричали «Ура!» и кинулись вокруг костра, крича и завывая. Генри опустился на землю рядом с Пэном и смотрел на эти сумасшедшие пляски, периодически косясь на Питера. Парень злобно двигал челюстью и скрипел зубами, из-за чего Генри не выдержал и, приблизившись к уху Пэна, прошептал: — Одно на двоих.       Питер дернул парня за рубаху к себе и в самые губы прошептал: — Ты всю свою длинную, но жалкую, жизнь будешь расплачиваться за эту выходку.       Генри усмехнулся и, отстранив Питера, снова вернулся к созерцанию танцев.