Разрушитель - это Я

— Это всё Рон Уизли! — Внезапно даже для самого себя перевожу стрелки. — Мистер Поттер, — грозно обращается Дамблдор. — Мы все знаем о вашей нелюбви к мистеру Уизли. Оговаривать этого достойного во всех отношениях молодого человека, крайне не красит вас. Я очень разочарован вами. Ваши родители не похвалили бы этот поступок. — Альбус, не заговаривай зубы. У мистера Поттера наверняка были причины для таких слов. — Августа, я давно знаю семью Уизли. Они добрые, отзывчивые люди. — Ты совершенно прав. Напомни мне, с какой формулировкой были отчислены братья Уизли из Хогвартса? Малфой с довольным видом наслаждался пикировкой. — Это не имеет отношение к делу. Фред и Джордж раскаялись, и имеют право на второй шанс, каждый может оступиться. Мистер Малфой этому свидетель. Блондин от такого поворота, чуть не выронил вертевшую в руках трость. — Ээ, директор к чему вы это? — Мы все знаем вашу историю. Но вы раскаялись и получили второй шанс. — Простите, но я был под заклинанием Империо. Это совсем разные вещи. — Директор Дамблдор, — вмешалась Амелия Боунс. — Давайте не будем отвлекаться и вернёмся к причине нашего прибытия в школу. Все снова обратили на меня внимание. — Мистер Поттер, — обратился скривившийся высокий маг. — Я Прайс Флэтворфи. Ещё бы мне тебя не знать. Вон как тебя корёжит при обращении ко мне. — Расскажите, что вы видели? — Ну, увидев надпись с заколдованной кошкой мистера Филча, Рон Уизли стал выкрикивать, что виноваты слизеринцы… — Мистер Поттер, мне кажется вы кое-что забыли упомянуть, — не дал закончить Дамблдор. — Сначала был мистер Малфой. — Ах, да. Спасибо директор, — тот довольный кивнул. — Сначала, Рон Уизли ударил кулаком в спину Драко Малфоя. — Так-так-так. Продолжайте мистер Поттер, это очень интересно, — встрепенулся отец Драко. — Я и говорю, ударил Драко Малфоя. После этого, всё и началось. Рон постоянно кричал: «Бей слизней!», но почему-то кидал заклинания в меня. Хотя он видел, что я держу щит защищая первокурсников и не могу ему ответить. И напоследок бросаю парфянскую стрелу*. — Директор Дамблдор, почему на меня напал профессор Снейп? — С чего вы взяли мистер Поттер, что на вас напал профессор Снейп? — И уже обращаясь к остальным. — Мальчик ударился головой, вот и мерещится всякое. — Да. — Да. — Бедный мальчик. Послышалось от его сторонников. Спорить не стал, вместо этого внимательно смотрю на Амелию Боунс. Без её поддержки, смысла рыпаться никакого не было. — Альбус, зачем спорить? Думосброс нам в руки и всё узнаем, кому и чего показалось, — не подвела моих ожиданий Боунс. Директор принял этот удар достойно, то-есть как обычно, не поморщившись. — Северус успокаивал самых буйных, видимо случайно и попал в мистера Поттера, — не очень убедительно отбояривался Дамблдор. — Пройдёмте ко мне в кабинет, там всё и обсудим. Не став никого ждать, старый волшебник довольно бодрой походкой вышел из палаты. За ним сразу последовали четверо: Гектор Фоули, Септимус Гринграсс, Олли Гамп и Винсент Брайт. Немного погодя, отдельными группами, представляющими каждая свою фракцию, выходили остальные. У моей кровати задержалась Амелия Боунс.

* * *

Разговор с Боунс оставил двоякое впечатление. Она сама затронула тему «охлаждения отношений». Поднимать этот вопрос после некоторого размышления, я отказался после разговора с Финч-Флетчли в поезде, просто не видел смысла. С одной стороны я её понимал, она отстаивала интересы своих людей. По мне это не сильно ударило, задело только переписку с Джастином. Но осадок остался. Вывод для себя сделал один:

Врага можно простить. Предателя — никогда.

15 октября 1992 года

В гостиной Хаффлпаффа, к камину подходили молодые волшебники и волшебницы. Они рассаживались в полном молчании, только кивали головой в приветствии. Перед тем как встать и начать собрание, Уинстон Керч обвёл однокурсников взглядом: Седрик Диггори — капитан команды по квиддичу, пятый курс. Питер Уайт — самый сильный ученик Хогвартса и его друг, шестой курс. Аманда Кэклст — староста, дочь подруги декана Спраут, шестой курс. Хейди Макэвой — самая красивая девушка на свете, шестой курс. — Итак… — А я ведь говорила! Говорила же! — Перебила старосту мисс Макэвой. — Хейди! — Что Хейди?! Что Хейди?! Девушка даже встала от обуревающих её чувств. — Это нечестно! — Нечестно? — Да Уин, нечестно! Самое интересное начнёт происходить, когда Гарри Поттер будет на четвёртом-пятом курсе! А я уже в следующем году выпускаюсь! — Обида так и плескалась в её голосе. Диггори фыркнул. Он не переваривал этого выскочку с прошлого года. Остальные только закатили глаза. — Итак. Вернёмся к главной теме. Что произошло вчера вечером? — Ооо! — Хейди, угомонись! — Стон девушки вывел его из себя, ведь причиной такой реакции был совсем не он. — Итак, — в третий раз начал староста. — Кто начнёт? Мисс Кэклст? Аманда Кэклст пожала плечами, показывая своё равнодушное отношение к предложению. — Тогда прошу. Девушка в своей манере закрыв глаза, тихо, на грани шепота заговорила. — Кто-то на кануне передавил всех птиц у нашего лесника… — Причем здесь курицы этого тугодума? — Притом мистер Диггори. Когда я вчера увидела надпись на стене, мои диагностические чары показали, это кровь петуха. А Хагрид жаловался нашему декану, что у одной птицы отсутствовала кровь. — Мы этого не знали, — впервые подал голос Питер Уайт. — Нам это ничего не даёт. Это может быть кто угодно. Ну кроме первого-второго курса. Ростом не вышли. — Диггори, ну ты и выдал! — Засмеялся Уайт. — Мы маги или кто? — Вот Флитвик будет рад, сравнили с первокурсником, — поддержала шутку Хейди. Седрик злобно зыркнул в их сторону и отвернулся. Как бы ему хотелось вернуться в тот самый день и предупредить, остановить. Именно после того разговора, его триумф был похоронен. Осуществилась давняя мечта, его выбрали капитаном команды по квиддичу и тут этот Поттер. Нет, капитаном он остался, но вот авторитет был утерян. Ненавижу. — Значит эти события из одной цепочки, — почесал свой затылок Керч. — И Поттер здесь совершенно не причем. — Ага, не причем, — передразнила та, кому предназначались слова. — Четыре года учились-учились, тишь да гладь. Поступает Поттер, а он не причем. Некоторое время все молчали, обдумывая прозвучавшее. — Нам придется приглядывать за маглорожденными, — выдала Аманда.

Где-то в банковской ячейке…

— Что-то мне не по себе, — дрожащим голосом вымолвил Том Риддл. — Меня обставила обычная магла. — Как же просто было с Хагридом! — ударился он в воспоминания о прошлом.