Defensor

      Кровь разбрызгивается алым веером, заливая всё вокруг. И всех, кроме Зеро-Вана, он предусмотрительно отступил подальше, за наши спины. И уже оттуда поясняет шокированному Айгару-старшему:       — Своей покупкой распоряжаюсь, как хочу. И у вас, как опытного поставщика своих детей в Белый Мир, должна быть вывеска. Красный, прошу.       Тот улыбается. Одними глазами: искры по бледным радужкам. Снова движение клинком, но на этот раз — с упитанным хрустом. Тело обмякает, валится на бок, а голова оказывается у него в руке. Кровь вытекает из шеи, глаза открыты, и могу поклясться, парень ещё не совсем умер. Кто знает, что чувствует, когда Красный, сделав шаг, пихает в руки Айгару-старшему «сувенир». Чавкающий звук удара. Мужчина выпустил голову из рук и осел у стены, глядя прямо перед собой на расползающуюся лужу крови.       Я сглатываю вязкую слюну. Слышу, что Тиву всё-таки тошнит. Понимаю его. И начинаю понимать Вана и его жестокие игры. Он — редкая тварь, холодная, жонглирующая человеческими жизнями, как стекляшками. Но хочет что-то доказать и показать. Устрашить. Резня в доме Айгаров — как укор всему нашему обществу, в котором деньги, статус и власть давно поставлены превыше жизней собственных родных. Это немного… героично?       Понятно, что делать нам здесь больше нечего, но чёрта с два нам бы спокойно дали уйти. В коридоре ждут. Конечно же, даже у Айгаров есть мальчики по вызову. Обычные наёмники для охраны лабораторий, у нас тоже такие были. Польза от них может быть только в том, чтобы ловить детишек, пытающихся в окна влезть, да гонять забулдыг — лаборатории размещаются не на фешенебельных Кольцах. Но сейчас они могут взять числом… могли бы. Но с нами Красный, Тень и Каст. Хотя зверь сейчас — защитник, закрывает собой не только меня, но и Тиву, и даже Ван воспользовался этим «укрытием», кивнув Красному. И тот ринулся в бой первым. Всё за доли секунды, я едва успел уследить.       Жалко нападавших. Они уж точно не ожидали, что на них выйдут два киборга с абсолютно разными стилями боя. Но последние секунды их жизни превратились, как и все смерти до этого, в некое подобие искусства. Красный атакует неожиданно быстро. От его комплекции и типа имплантов ожидаешь силового стиля боя каким-нибудь тяжёлым оружием. Но нет — он как шаровая молния. Клинки — в обеих руках и одинаково смертоносны. Прыжок, отскок, почти кувырок, разворот по дуге. Кажется, его тело вообще ничего не весит и не имеет костей. На его счету — четыре трупа. Сложно понять, как и куда он успевал бить нападавших — они просто осели на покрытие Кольца и больше не шевелились.       Тень же заходит врагам в спины, воспользовавшись суматохой, и я его почти не вижу. Успеваю заметить только один удар — последний. Скупой на эстетику, жёсткий, но не менее смертельный, чем «танец» Красного. И как будто дурачась, киборги дают друг другу пять, толкаются кулаками. Как будто не только что шесть человек убили, а пари какое выиграли. Улыбаются. Забрызганные кровью, страшные. Кровожадные. Сумасшедшие.       Ощущаю, что инстинктивно впился в плечо Каста, разжимаю пальцы. Вот зверь — холоден. Его лицо сосредоточено и напряжено. Его никак не тронула резня, и это тоже страшно.       — У нас потери, — голос Зеро-Вана холоден. — Заберёте его?       Тива. Не убит и не ранен, просто не выдержал зрелища, отрубился. Ну, не все же видят кровь и смерти постоянно! А Ван? Что видели его зелёные глаза за жизнь?       Особо с Тивой никто не церемонится — Красный забрасывает парнишку на плечо, как какой-нибудь шарф. И никто больше не мешает нам уйти. Хотя меня подмывает оглянуться. Что же там, в комнатах, откуда слышу сдавленный женский крик.       — Ребята заботливо оставили нам транспорт, — как ни в чём не бывало произносит Ван, указывая на стоянку камагов.       Это выводит меня из несколько оглушённого состояния, понимаю, что не выпускал предплечье Каста всё это время, пока мы сюда шли, а он смотрит на меня обеспокоенно. Слабо ему киваю. Я в порядке. Чего не скажешь об остальных. Наш визит — и восемь трупов, один из которых — маленькой девочки.       — А где Гелиотроп? — разлепляю губы.       — О, он ещё внутри, — кивает Ван на покинутый нами дом. — Он ещё немного побеседует с Мастером Айгаром. За «ужином».       Замутило, в точности так же, как Тиву, я упираюсь в плечо Каста лбом. Зверь, почувствовав, что я нуждаюсь, обнимает меня, обвивает тёплыми руками. Я шумно вдыхаю его запах, сглатываю. Пытаюсь не думать о том, что там будет происходить. Щелчки зажигалок, я открываю глаза. Боевые киборги невозмутимо закурили, воспользовавшись передышкой, причём в случае Красного это едва не комично — одной рукой он при этом придерживает Тиву от падения, но целомудренно, пониже задницы.       Ван отошёл от них подальше и, когда Каст меня выпускает, спрашивает:       — Хотите догадку, Мастер, о чём они будут говорить?       — Это бесплатно? — выдавливаю подобие улыбки.       — Бесплатно. Это же всего лишь догадка.       Ван слегка склоняет голову, мне отчётливо видно, как переливается изящная тату на его шее. У лучшего Канальщика Агры не может быть догадок. Точнее, наоборот. Все его догадки — верны.       — Да, — киваю.       — Пожалуй, вам известно, чем прославился Гелиотроп, — начав говорить, Ван не смотрит мне в глаза, а отчищает несуществующие пятнышки от костюма. — Так вот, Мастер Ричард Айгар похож на ту девушку не просто так. Она — его старшая сестра. Которую отец прижил от Муравейщицы. Той повезло — носить белое платье, а вот девушке… скажем так, он сделал вид, что её не существовало.       Кривлюсь. И почему именно у таких людей рождаются дети? Некоторые годами бьются, чтобы зачать хоть одно дитя. Просят даже нас, кибернетиков, «что-нибудь восстановить». Но мы не волшебники. А кто-то детей бросает. И продаёт. Ван, между тем, закончив чистку, что-то смотрит на визионе и продолжает:       — К девушкам её положения обычно боевые киборги не сватаются, ведь так? И такие девочки не подсаживаются на наркотики, их не встречают, переодетых в Муравейщиц, на Кольце. И их боевые киборги не застают в невменяемом состоянии с чужой спермой в вагине, ведь так? Такие девушки проживают счастливую жизнь, длинную, безбедную, многодетную, статусную. Но, наверное, не все. Хотя откуда мне знать, это всего лишь догадка.       Ван замолкает, бросив на меня быстрый взгляд. А у меня, наверное, вид довольно глупый. По крайней мере, рот был приоткрыт, я спешу его закрыть. Почему я сам об этом не подумал? Всё же сходилось, ну вот всё! Хотя что с меня взять, я до сих пор в генные карты Вана и Красного не заглянул. Кибернетик хуев. А я ведь так глубоко завяз в политических интригах, что должен собирать любую информацию откуда угодно. А я как в флэш-слэш играю с завязанными глазами!       Боевые киборги машут нам. Докурили, и уже грузят Тиву в камаг. Так вот почему Ван копался в визионе — взламывал систему безопасности. Делал бы я выводы о событиях своевременно, а не тогда, когда уже не нужно!       Каст мягко похлопывает меня по плечу. И удивительно, никто из киборгов не смотрит на меня осуждающе или снисходительно, хотя я показал себя отнюдь не молодцом, и ничего не предпринял, был только декоративной игрушкой в махинациях Вана.       В камаге просторно, так что Тиву уложили на целый ряд сидений, а Ван отсел максимально далеко от Каста. Красный к нему, разумеется, присоседился, но Зеро его пихнул в грудь, грязный, мол. На что Красный не обиделся, а перехватил длинные пальцы любовника, поднёс к губам и успел поцеловать прежде, чем Ван их отдёрнул. Играются так. Тень, хмыкнув, качает головой и устремляет взгляд в окно.       Съёживаюсь. Я сейчас в окружении убийц сижу, чувствую себя несчастной жертвой. Каст тоже бы кинулся в мясорубку, если бы это было нужно для моей защиты. Или по приказу. И в этом киборги не слишком от него отличаются. Им тоже что-то приказывает: азарт, деньги, любовь. Но это их выбор, так же? С первого разреза на столе кибернетика и до этого момента. Вздыхаю.       Камаг поднимается в воздух неспешно, его Ван давно направил и сейчас смотрит в цветную бездну под нами. Он высоты не боится. А мою ногу обвил и стиснул хвост Каста. Так зверь показывает, что рядом. Не бросит. И в то же время, что я… вроде собственности. Вот такое что-то смазанное, похожее на браваду именитыми родственниками или богатством, тебе не принадлежащим.       Никуда шумная компания съезжать не собирается, все выходят на Кольце около моего дома. Ну, зато не пусто будет и не скучно. Хотя куда уж с моей жизнью соскучиться.       Нас встречает Сола. Ходит она еле-еле, подволакивая лапы, но видно, что старается показать своему новому старому хозяину, что она чего-то, да сто́ит. Инстинктивная благодарность и желание быть полезной. Я рассеяно поглаживаю её между пар ушей. Хорошая животинка, очень верная. Мне и Касту жизнь спасла. Здорово, что Гелиотроп её выручил. Может, и у него осталось что-то человеческое. А после «догадки» Вана у меня многое встало на свои места, очень многое. Надо только предупредить Ричарда, чтобы даже думать не смел ни о каких Муравейщицах, и на всякий случай все драм-синема с порнухой выкинул. И беседку потёр со всякими ссылками. И чтобы с бухлом и наркотой завязал. А Гелиотроп… он же человек. Мужчина. Как и все мы. Просто хотел быть любимым. Единственным. Чтобы его дома ждали. И сложно разобраться, кто же всё-таки виноват в этой трагичной истории больше всех. Все события — связаны, цепь, за одним — другое. А дети отвечают за ошибки родителей.       — Не зависай, Мастер, — Красный шутливо толкает меня в плечо.       Оглядевшись, замечаю, что все уже успели разуться и разойтись, а Каст стоит неподалёку, наблюдая. Красный задержался, понятное дело, не только сам разулся, но ещё и Тиву разул. Пихнув Солу, которая взялась обтирать мне ноги, радуясь ласке, ослабляю застёжки сапог. Да, ноги устали. И я весь вместе с ними. Завалиться бы сейчас опять спать, да подольше и покрепче. Но сначала, конечно, понежничать с Кастом. Попросить его, например, сделать приятное хозяину на его усмотрение. Интересно, что хитрый зверь изобретёт на этот раз.       Продолжаю сладко мечтать, пока иду по коридору. Но надо найти Ричарда, не натворил бы он дел. Похоже, всё-таки натворил, потому что с женской половины дома слышу сначала его голос, а потом, на повышенных тонах — Зеро. Красный пробегает мимо нас рысью. Он хоть Тиву успел куда-то нормально устроить? Как же, обижают его ненаглядного Вана! Сола поплелась следом. Тоже хочет защищать. Надо бы узнать, что там случилось, но я не могу оставить никого в неизвестности!       За Тивой, оказывается, присматривает Тень. Ну, как присматривает — присел рядом с диваном, на который Красный всё-таки успел сгрузить Канальщика, и похлопывает того по щекам. Сомневаюсь, что так он приведёт его в чувство, но состояние парня на керровый криз не похоже, да и не с чего ему взяться. Очухается.       На женской половине ссора ничуть не стихает, наоборот, усиливается. Распахиваю дверь, прохожу. В чём-то даже забавно, и Красный уже это оценил — сидит в кресле, просто наблюдает, иногда похлопывает Солу по голове — вот она волнуется. А посередине комнаты-гостиной друг на друга повышают аргументы Ван, безупречно одетый и скрестивший руки на груди, и Ричард, прикрывающей полотенцем только срам спереди, даже на заживающей руке нет повязки, она предстаёт весьма устрашающей воспалённой мозаикой. А ещё Рич насквозь мокрый, от него идёт пар, а с волос текут ручейки и срываются капли.       Уловить суть спора становится просто, когда Ричард, и не трезвевший, бросает в сторону Вана:       — Зажравшийся! Хочешь сказать, что побрезгуешь свою задницу там купать?       — И побрезгую, — Ван пытается казаться невозмутимым, но я вижу, как глубоко дышит, раздувая ноздри. — Я оборудовал купальню лично для себя. Это не общественное место, Мастер Айгар.       — Мы просто в одном доме живём! И ты, Единица Нулёвая, либо всем делишься, либо и нам такую же делаешь! Я мыться по очереди не побрезгую, не заразный! Может, заразный тут как раз ты? — Ричард пьяно усмехается, его чуть шатает. — Тогда благодарю, что ты заботишься о нашем здоровье!       Рич потешно кланяется и машет полотенцем в воздухе над собой, предоставив нам созерцать всё, чем он собирался род продолжать. Нахрена он там только выбрился, непонятно. Может, Гелиотроп заставляет, а, может, чтобы член длинней казался. В любом случае, ситуация очень смешная. И не будь Ричард так сильно пьян, был бы уже мёртв — Красный и за меньшие оскорбления убьёт. Сам Зеро тоже понимает, что брать с пьяного нечего, и решает фарс не продолжать. С него вполне достаточно, что Ричард его взбесил. Удивительное дело.       — Я запрещаю вам, Мастер Айгар, появляться на этой половине дома отныне и впредь. Совсем.       — Ни-ху-я-шень-ки ты мне не можешь приказать, сэнсэй. Просто потому что это дом Кита, — тянет Ричард и смотрит на меня.       Ван тоже, и очень внимательно. Понятно, надо бы сознаться. Но я решаю попробовать разрулить ситуацию как-нибудь полюбовно:       — Ричард, чувак, серьёзно. Никто бы тебе не запретил, если бы ты спросил разрешения, ведь так?       Ван на это только приподнимает светлую бровь, но молчит. Рич же молчать не намерен:       — А с какого хуя я должен спрашиваться? Дом общий, комнаты — общие! Нахапал себе, устроился, как Сенатор, и никого не пускает! Ещё замок кодовый поставь!       Ван не реагирует, но по глазам понять можно — поставит, нет у него к нам больше никакого доверия. Я же снова пытаюсь вразумить Ричарда:       — Послушай, тебе тоже будет неприятно, если тебе ночью в кровать ляжет не Сола, а воняющий Каст. И укусит.       Каст оскорблённо приподнимает ушки. Не понял юмора, и никогда от него ничем не воняло, даже пот пах остро, но приятно. Но и я же шучу! Видимо, неудачно, потому что Ричард становится серьёзным, будто слегка трезвеет:       — Меня тоже никто не спрашивает. Гелиотроп просто приходит. Никому из вас, — обводит всех взглядом, — не пожелаю такого.       Неловко повязывает полотенце на талию и, толкнув меня плечом, чтобы уступил проход, идёт мимо. Сола трусит за ним. Хлопает дверь. Молчание первым нарушает Ван:       — Что, так и будет это продолжаться? Генкло в комнатах линяют, кто захочет — купаться лезет. Так проснусь, а с двух сторон посторонние мужики!       — Хи, не перегибай, — ласково осаживает его Красный. — Никто не хочет ничего плохого. Ребята привыкли жить шумной семьёй, а в семье всё делят и идут на уступки. А генкло… ну что они тебе сделают?       — Ты знаешь, что! — взвивается Ван. — Я тут ни секунды не останусь, пока всё не будет вычищено, вымыто, продезинфицировано, я…       — Замолчи, — обрывает его Красный уже грубее, встаёт, подходит. — Не устраивай истерики из ничего. Терпеть не могу.       — Да как ты…       — Смею, — Красный кивает, медленно моргнув, и наклоняется к Вану. — Ещё как смею.       И тут происходит странное. Зеро сам прижимается к нему, обвивает руками шею, тычется в губы губами. Целуются. Нежно, но Канальщик иногда вздрагивает. И это очень похоже на то, как я открываюсь Касту, как прошу у него поддержки и защиты. А ещё на то, что, судя по тому, что Красный запускает руку за пояс брюк Вана, тут сейчас будет жаркий секс, и нам бы с Кастом лучше по-тихому тактично свалить.       Но такое хитрое выражение глаз у зверя я знаю, тоже что-то задумал. Молча кивает куда-то направо, я так же молчаливо соглашаюсь, и тогда Каст мягко перехватывает меня за руку и увлекает за собой. Подчиняюсь, и вскоре мы оказываемся в особенной купальне. Тут нет наматывателя обёрток, тут — горячая ванна в полу. Почти такая же, как была в клубе «Ovum», но скромнее размером и без подсветки. Ох и влетит нам от Вана, когда он будет в состоянии осознать, что мы, как и Ричард, нарушили его территорию. Очень отчётливо слышно протяжный, сладострастный стон — похоже, нескоро это случится, и стесняться Зеро не будет. И нам нечего.       — Воду надо поменять, — заключаю.       — Брезгуете, Мастер?       Каст шутит. Улыбается. И сейчас он настолько желанен, что мне в мгновение становится похер на чистоту воды, я его прямо на плитку сейчас завалю.       — Не хочу экономить деньги Вана, — бурчу из чистого упрямства. — Только не умею управляться с таким… устройством.       — Я умею, — успокаивает меня Каст и уже что-то подкручивает и переключает на металлической окантовке ванны. — Разденетесь пока?       Вот моё упрямство и кончилось. На ещё одном стоне Вана, на этот раз более тихом и грубом. Они же прямо за стеной! Чёрт! Постоянно так, то подглядывал, теперь — подслушиваю. Не специально? Да конечно!       Клянусь себе, что начну носить штаны шире. Каждый раз, когда их надеваю и снимаю, но сейчас особенно — хрен расстегнёшь. Рановато для стояка, но… но вот так вот.       — Ого, — впрочем, одобряет его Каст, когда оборачиваюсь. — Присоединитесь, Мастер?       Каст уже сам успел раздеться и в ванную влезть, сейчас она по новой набирается, и воды ещё недостаточно, чтобы скрыть, что он-то как раз ещё не заинтересовался сексом. Исправим. Очень быстро.       — Возможно, — уклончиво отвечаю.