Айсберг теплее его взгляда...

К моменту нашего прибытия в лес уже изрядно потемнело. В поисках нужной поляны пришлось немало покружить, но вот за очередным поворотом открылся довольно большой участок, освещаемый светом фар. Все уже сидели вокруг ярко пылающего костра под звук гитары и запах готовящихся где-то сбоку шашлыков. — Мальчишки, как же я вам рада! — кинулась к нам на шею Лиза. — Угадай в какой руке? — решил я вспомнить детство, как только она перестала нас душить. — Ээм, в левой, — ткнула девушка. — Не угадала. В твоей, — улыбнулся я. — Что? — Лиза посмотрела на руку. Удивлению девушки не было предела, когда она обнаружила висевший на кольце ключик. За тяжестью колец и браслетов она не смогла его заметить сразу. — Ахахах дай угадаю — ловкость рук и никакого мошенничества? И куда мне тягаться с воришкой, везде успеешь, — чуть слышно посмеялась девушка. Лиза давно мечтала о мотоцикле, поэтому мы с Ником решили побаловать нашу малышку в день её рождения. Ловко справившись с ночлегом, благо иметь дело с палаткой нам пришлось далеко не в первый раз — иногда работа попадалась за пределами города, а спать в машине не так уж и удобно, мы присоединились к остальным. Вечер проходил за выпивкой, пением под гитару и поеданием подгоревшего мяса из-за выпивки и пения по гитару… После чего поступило весьма интригующее предложение поиграть в волейбол. И нет ничего лучше, чем играть в мяч лишь под свет фар, да и еще и отнюдь не в трезвом виде. Видимо, алкоголь сильно подкосил мою координацию, ибо мяч я несколько раз принял лицом. Так еще и переборщил с силой на очередной подаче, вследствие чего мяч улетел куда-то в темноту, но, судя по звуку, довольно далеко. — Ну кто дебил… ой, фу, отбил, тот и идет, — мило улыбнулся Кит. Ну это я тебе еще припомню, скотина ты млекопитающая. — Может там маньяки какие водятся, а ты друга одного на верную гибель отправляешь, — попытался подлизаться я. — Со своей совестью я как-нибудь договорюсь. И вообще не позорь Родину, этим я занимаюсь! Ты же мужик, а все мужики должны уметь бегать за мячиками, — крайне неубедительно проговорил Никита. Его блистательный аргумент я пропустил мимо ушей и уже пробирался сквозь густые сплетенные заросли деревьев. Хоть бы фонарик додумался взять. Кретин. Хорошо хоть сегодня полнолуние, так что лес все же освещается тусклым светом. Да и мяч белый. Несмотря на отнюдь не трезвое состояние, я был уверен, что уже довольно далеко ушел от лагеря. Где же гребаный мяч? Либо сбоку сейчас что-то сверкнуло, либо это занимательное явление под названием «Белочка». Допился, Кирюха. Но блеск повторился, только уже чуть левее. Но как только я решил вернуться в лагерь, сзади послышался злобный рык. Что за вашу мать здесь происходит?! Я медленно повернулся на звук. Сквозь темноту ночи мне удалось разглядеть сероватый силуэт волка. Опьянение моментально прошло, вот что значит прилив адреналина. И вообще откуда здесь волки? Злобное рычание тем временем уже окружало со всех сторон. В лунном свете глаза волков казались более свирепыми. Кричать бессмысленно — я слишком далеко, бежать и подавно. Что вообще это за порода? Почему они такие огромные? — Где этот щенок? — сзади послышался грубый мужской голос. Я моментально повернулся на звук. Передо мной стоял мужчина в черном одеянии. Так это его волки? — О чем вы? — не смог унять я дрожь в голосе. — Его запах на тебе. Я чувствую его за много миль. Но мы не можем учуять его самого, он слишком хорошо скрывается — злобно прорычал мой новый знакомый. Какой запах? Вы говорите то же самое, что и они… Теперь всё отчасти встало на свои места. Я уверен, что им нужен Шинар. Именно об этом говорил Лас, именно от них просил спасти меня. Мужчина стал расплываться. Неужели это слезы? Черт. Видимо, мне все же не хочется умирать так рано. Тем не менее хоть умру героем. Пусть я ничего не знаю об этом блондине, но сдавать его я не собираюсь. Да и все равно ведь убьют. А значит, отпираемся до последнего. — Я не знаю о ком вы, — я пытался звучать убедительно, но судя по раздавшемуся рыку, мне не поверили. — Неужели это запах привязанности? Мерзость. Не к тому ты привязался, парень, — несмотря на слова, жалостью в голосе и не пахло, — последний шанс сказать нам где наследник?! — ужасный оглушающий рык раздался со всех сторон. Я лишь упорно продолжал молчать, сам не понимая причины своих поступков. Готов умереть за него? Даже смешно… В спину ударила резкая боль. Я рухнул за землю. Так они хотят еще и поиграть. Второй удар был сильнее, но я не чувствовал ничего острого, словно меня бьют чем-то тупым. Как такое возможно? Я был уверен, что сзади меня только стая волков. С каждым новым ударом боль становилась все тупее, сознание мутнело, все смешалось. Кажется, я видел несколько человеческих ног, нет, я буквально чувствовал каждый их удар. Глаза практически отказывались видеть после удара в еще не заживший затылок. И это конец? Вот так просто? Время будто остановилось. Они специально тянут?! Нет, что-то происходит. Их внимание сосредоточено не на мне. Приложив огромные усилия, я смог немного повернуть голову. В свете луны я увидел белоснежную шерсть волка, что стоял надо мной. Он чуть повернул голову. Взгляд черных глаз устремился на меня. Ши.нар? Сколько раз нужно было ударить меня по голове, чтобы я такое видел? В любом другом случае я бы посмеялся, но как не верить собственным глазам? В картинке добавилось несколько пазлов: рык, который я слышал в особняке, острые…когти Шина, впивающиеся мне в шею, эта дьявольская улыбка, обнажающая необыкновенно острые клыки, и постоянные разговоры о запахе… Последнее, что я увидел, это ярость, с которой стая набросилась на Шина, закрывая от меня этот белоснежный свет.