Тридцать пять минут

Тело дрожало и совершенно не желало слушаться. Я мог лишь с трудом пошевелить рукой. Мог чуть тверже опереться ногами в пол. Но разогнуться не мог. Перед лицом появилась ладонь мужчины и положила что-то на «стол». Мои глаза уже немного привыкли к темноте, и я разглядел два маленьких мешочка. Вроде, резиновых. Или пластиковых. — На память! — крикнул на ухо мужчина. — Презервативы! С наполнением! Сувенир! И он рассмеялся. — Два? — в ужасе заорал я. — Два? Мужчина не понял. Он был слишком далеко и не слышал. Лишь видел, что я что-то кричу. Пригнулся к моему уху и весело добавил: — Отличная попка! Молодца! Голова исчезла из поля зрения. Я с трудом, медленно разогнулся. В анусе стрельнуло. В глубине живота заныло. Сжать сфинктер не получалось. Было ощущение, что он зияет. Но не это заставило меня вздрогнуть, а сердце екнуть. Я увидел нечто похуже. Гораздо хуже. В нише было две тени. Две! — Двое?! — закричал я, пытаясь схватить обоих, но мои ослабевшие, дрожавшие пальцы только скользнули по лацканам пиджаков. Я был шокирован. Мужчины спокойно продолжали застегивать штаны. — Двое?! — Тебе же понравилось! — равнодушно крикнул один из парней. И кивнул куда-то вниз. Я автоматически глянул туда же. Оказалось, мой член торчит. — Надо было рукой работать! Что же ты! Второй тоже наклонился к моему уху: — Ничего! Такому мальчику, как ты, любой отсосет! И засмеялся. Засмеялся и его друг. И они оба выскользнули наружу. Я остался в нише. Голова была пуста. В груди разливалось ощущение огромной катастрофы, беды, которую ничем не исправишь. Я не смог бы объяснить, что уж настолько трагичное случилось, но ощущения были именно такими. Я не мог двигаться. Да и не хотел двигаться… Не знаю, сколько я так простоял, бессмысленно таращась в темноту, ни о чем не думая, ничего не желая. В какой-то момент портьера снова отклонилась, внутрь кто-то заглянул. Поняв, что ниша занята, человек отпрянул, и тяжелая ткань, заколыхавшись, упала на место. Спустя мгновение она вновь поднялась. Человек уставился на меня. Потом вошел. — Ты чего? — крикнул он мне в ухо. Я молчал. Меня охватило какое-то полное, бесконечное равнодушие. — Что с тобой? — не сдавался человек. — Эй! Он потряс меня за плечо. — Меня двое… Только что… — проговорил я, не в силах кричать. Человек пытался поймать мои слова, ухо было наклонено к самому рту. — И что? — проорал он. — Они насильно, что ли? Я слегка дернул плечами. — А что? Без презервативов? Я невольно бросил взгляд на «стол», где лежало два заполненных «сувенира». Мужчина отклонил портьеру, чтобы впустить немного света, и нагнулся над уступом. — А что тогда? — непонимающе спросил он, вернувшись ко мне. Я молчал. — У тебя что, это первый раз? — вдруг догадался он. Я слегка кивнул. — Кто ж ходит в клуб за своим первым разом! — кричал человек. — Тут в игрушки не играют! Они что, не предупредили, что их будет двое? Я покачал головой. — И вошли «на холодную»? Я не знал, что это означает, и промолчал. Наш странный разговор расшевелил меня. Я вдруг понял, что стою перед незнакомым человеком со спущенными штанами, со стоящим членом. И тут же кожа покрылась пупырышками, я совсем замерз. — Пошли, посидишь где-нибудь, успокоишься! Мужчина глянул на меня и поправился: — Нет, сидеть тебе пока не стоит! Пойдем на воздух! Тебе нужно подышать! И человек стал тянуть меня из ниши. Потом он тоже понял, что я голый. Не говоря ни слова нагнулся, натянул на меня трусы, быстрым движением поднял на бедра штаны, застегнул ширинку, застегнул ремень, сунул рубашку в брюки. И снова потянул меня наружу. Я подчинился. В коридоре было гораздо светлее, глаза щурились. Легкие вдохнули воздух, и я понял, насколько спертой была атмосфера в нише. — Пойдем, пойдем, — кричал человек. За руку, как какого-нибудь ребенка, он протащил меня через холл, распахнул дверь, и мы вышли наружу. Вышибала равнодушно глянул на нас и отвернулся. Очередь за это время стала еще длиннее. Снаружи было совсем тихо. Настолько, что после музыки внутри эта тишина оглушала. — Дыши, дыши, — сказал человек, все еще держа меня за руку повыше локтя. — Куришь? Я могу стрельнуть у кого-нибудь сигарету. Я покачал головой. Воздух улицы был прохладным, освежающим, живительным. Я почувствовал, как проясняется в голове, как отступает пелена перед глазами. Стал ощущать свой анус. Он стрелял резью. Он зиял. Он не был способен сомкнуться. Во всяком случае, как я ни напрягался, ощущения, что он смыкается, хоть как-то смыкается, не было… И живот! В низу живота что-то тянуло. По всему низу. Сильно, блин, тянуло… Мои глаза невольно поднялись на часы над станцией метро. В клубе я пробыл тридцать пять минут. — Слушай, — проговорил человек, — тебе, наверное, на сегодня хватит. Может, лучше домой поедешь? Это был парень чуть старше меня. Лет двадцать. Субтильный. Приторно красивый. Сладенький. Несомненный гей. Об этом кричали и прическа, и кожа, и маникюр, и одежда. И, кстати, фигура. Да и манеры… Именно такой мог бы сидеть напротив меня за столиком там, в клубе. Собственно, именно такой и должен был бы там сидеть… — Ты в порядке? Доберешься? Я нерешительно кивнул. — Давай я тебе такси кликну, — сказал парень. — Ты где живешь? Я полез в карман за пропуском в гостиницу. На асфальт упали купленные в автомате презерватив и тюбик со смазкой. Я на них даже не глянул. Парень же поднял и то, и другое, сунул мне обратно в карман. — Это дорогие бренды, ты ими не разбрасывайся. Я протянул ему гостиничный пропуск. Человек взял его и отправился к дежурившим у клуба таксистам. Вернулся почти сразу. — Они вдесятеро дерут. Может, лучше на метро? Тут ведь без пересадок, всего три остановки! Я снова кивнул. Парень замер. Видно, он ожидал, что я пойду, но я все так же стоял, не двигаясь. Что-то во мне оборвалось, перегорело, исчезло… — Давай я тебя до станции доведу. Ставшим уже привычным движением он схватил меня за локоть и потащил на пешеходный переход. А потом, не снижая темпа, к дверям метро. Остановился у самой двери. Взглянул на меня с сомнением. — Ладно, доставлю тебя в гостиницу. В конце концов, это ведь только три остановки. Без пересадок! Потащил к турникетам. Заплатил за меня. Заплатил за себя. Я не помню, как мы ехали, не помню, как выбирались на поверхность. Очнулся я только перед самой гостиницей. — Все, — хмыкнул парень. — Дальше сам. И сунул обратно в руки мой пропуск. — Я с другой стороны написал свой телефон. Если захочешь поговорить, звони. В любое время. А почувствуешь, что тебе нужен кто-то рядом, не стесняйся, я приеду, посижу с тобой. Только не раскисай! Я слабо кивнул и, так и не сказав ни слова, даже не поблагодарив, не попрощавшись, потопал через гостиничный холл к лифтам.