36. После (Джефф Карноу, Корво; постканон)
3 мая 2018 г., 20:41
Здесь нет выбоин от пуль.
Паб откроется снова не раньше, чем через месяц, но новые хозяева уже соскоблили подпалины, оставшиеся после толлбоев, и заменили все разбитые окна. Сквозь крышу льётся золотой свет. Сияют латунные краны. А если тени клубятся как-то слишком уж густо, если шаги Джеффа отдаются эхом в пустоте чересчур большого помещения… это Дануолл. Корво знакомы все его закоулки. Это ожидаемо; всё идёт, как должно.
В зале пусто, пусто, и единственная рана, выбоина от пули здесь тот, кто стоит за барной стойкой. Косматый, с потрёпанным лицом, и рубцы на его руках скрипят о стекло стакана, и его форма тёмно-синяя, как тени под столами, как китовая кожа. Просто ещё один шрам
Прежний Корво поднял бы голову, когда Джефф вошёл. Корво, который плавал с ним по островам, поднял бы голову, и улыбнулся чуточку глупо, но искренне, толкнул в его сторону стакан с выпивкой по стойке, и не стал бы…
Джефф Карноу пересекает зал, проходит через пустоту, которая должна полниться призраками посетителей, мимо всех остальных их общих призраков. Когда он опирается о стойку, Корво наконец подаёт признаки жизни. Бросает на него тяжёлый взгляд искоса, и между ними рикошетом разлетаются вопросы. Им предстоит поговорить о многом. Джефф прикусывает язык. Призраки в своём измерении прикусывают свои сизые дымчатые языки.
(Джеффу знакомы призраки, горе, эти поникшие плечи напротив, это пожалуйста, не сейчас на дне глаз. Призраки терпеливы. Слова про Хольджера и тот день в Башне могут подождать.)
Когда становится ясно, что Джефф не будет спрашивать, допытываться, осуждать, плечи Корво чуть расслабляются. Он наливает второй стакан. Он толкает его по стойке. Это единственные звуки в пустом пабе. Джеффу кажется, хочется верить, что в уголке рта Корво прячется улыбка, и улыбается краешком губ в ответ, и они пьют в непринуждённом молчании тех, кто мог бы или должен бы сидеть в пабе с ними, и им ещё долго не нужно говорить ничего.
