7. Самопоклонство II (Соколов, драма)
16 мая 2018 г., 18:00
Ненавидеть всех он начинает быстро.
Кажется, будто от него так и ждут ненависти, что, разумеется, только сильнее доводит его до исступления. Он, как-никак, гений; само определение гения означает того, кто не следует по заранее уготованному пути. Считается, видимо, что путь гения — презирать и порицать тех, на кого он работает. Он презирает и порицает то, что путь таков. Парадокс.
(Слабое утешение. Парадоксы он обожает.)
Отношение меняется с месяцами и годами, от ненависти к клиентам, до ненависти к городу, до ненависти ко всему на свете. Дануолл холодный во всех смыслах. Холод здесь пронзительный, но не прекрасный, как в городах Тивии: у него нет цвета, нет снега, только серость, соль, уродливые очертания. Еда ужасная (даже алкоголь; особенно алкоголь), а люди ещё хуже. Эти люди не ценят изящество его разработок. Он создаёт для них восхитительные механизмы, которые могут оглушить или сжечь дотла; испепелить человека в прах мелкий, как тивийский снег; очертить все кости в теле, обрамить их огнём пронзительно-синим, как Бездна. Он создаёт для них солдат на ходулях тонких, как конечности насекомых, создаёт врата, сотканные из ослепительного света — но они видят только убийства.
Имбецилы.
Он создаёт гениальное лекарство от чумы, которое считают приземлённым, незавершённым, массово воспроизводят и продают на чёрном рынке.
Идиоты.
Он выплёскивает ненависть в названия своих полотен. Выражает её в длинных витиеватых фразах, именах, которые ничего не значат. Он пишет портрет регента, верховного смотрителя и остальных, кланяется и прогибается под чужие прихоти так, как гению прогибаться не положено, и слова, которыми он подписывает угол каждого портрета — это просто ещё один многословный способ сказать: ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу.
Он выше этого.
Он настолько выше.
В одиночестве мастерской на вершине моста он создаёт картину, чтобы проиллюстрировать это. Она предназначена для него и только для него одного: изображение мужчины, выступающего из Бездны созидания, несущего дары в широко разведённых руках, с лицом в тени, готового вот-вот шагнуть из рамы на свободу.
Я на голову выше этого всего, говорит он каждым мазком. Я ненавижу их всех. Ты одобряешь. Ты можешь разделить. Я заслужил это. Почему же ты не приходишь ко мне?
