Показуха и Воспоминания
27 июня 2018 г., 16:09
Через несколько часов Сомбру разбудили чьи-то голоса, звавшие его по имени.
— Сюда! — кто-то указал на то место, где он лежал.
Сомбра пытался сосредоточиться на том, чтобы навести порядок в голове, когда увидел приближающегося Стража.
— Мы провели зачистку, сир, больше сообщений о нападениях не поступало! — доложил он. Сомбра тихо вздохнул.
— Хорошо, — коротко сказал он. — Тогда нападавшим был одиночка, разведчик, возможно.
— И у меня послание от Принцессы Твайлайт Спаркл, — добавил Страж.
— Н-да? — вздохнул Сомбра. — И что же она говорит?
— «Спасибо», — просто ответил Страж и ушел. Сомбра медленно моргнул. Ну, ладно.
Он чувствовал, как его пожирает дюжина взглядов, а в душе мечтал о тишине и покое.
Поэтому он натянул одеяло на голову и задремал, слишком уставший и ослабевший, чтобы заботиться о чем-либо.
***
Через некоторое время его снова разбудили голоса, находящиеся недалеко от его постели. — Что ж, это был долгий день, но я думаю, что нам удалось разобраться с последним из серьезных случаев заболевания… — это был доктор. — Я рада это слышать, — послышался голос Селестии. — А Сомбра? — У него опасно высокая температура, — ответил доктор. — Он не щадил себя, бегая под дождем без зонта, не говоря уже о схватке с одним из тех монстров. — Я бы хотела поговорить с ним, но, вижу, нашу беседу придется отложить.***
Кейденс созвала народное собрание на центральной площади. — Граждане Кристальной Империи, я рада сообщить, что все пони постепенно выздоравливают! Новость встретили улыбками. — Мы избежали серьезного кризиса, и те, кто спас нас, достойны нашей благодарности… Она повернулась к Флэшу Сэнтри, стоящему чуть в стороне. — Один из наших лучших королевских стражников, который помог собирать нужные травы и разносить лекарство по домам пони! Толпа взорвалась аплодисментами, и Флэш даже немного покраснел. — И Хилин Бриз, пони, столь любезно приготовившую отвар, поставивший нас всех на ноги! Аптекарша весело отмахнулась, и ещё одна волна аплодисментов пронеслась по толпе. — Но это не все наши герои, — проговорила Кейденс. — Я знаю, многие из вас сомневались в возвращении Сомбры. Но без его помощи мы бы сейчас не стояли здесь. Пока я была больна, мне удалось собрать всю картину событий целиком. Когда ядро темного монстра взорвалось после драки на рынке, произошедшей несколько дней назад, оно распалось на множество маленьких осколков, которые впивались под кожу пони и инфицировали их, вызывая болезнь, победу над которой сегодня празднуем. Так как Сомбра был противником монстра в схватке, он также был первым зараженным. Его случай был крайне серьезен, поскольку размер застрявшего в нем осколка был чуть меньше крупного драгоценного камня. Этот осколок впился в его ногу. Многие пони поморщились. — В то время, пока он боролся с лихорадкой, большая часть города была заражена. С болезнью ему помог справиться отвар Хилин Бриз, он же спас всех остальных. Эти трое смогли остановить чуму, разросшуюся во всей империи. Она должна была ослабить нас и сделать беспомощными, чтобы мы не смогли оказать сопротивления тем монстрам, которые приходят из чёрной трещины в небе, пока они будут поглощать нашу магию и жизненную силу. Но их план не удался, и всё благодаря Сомбре. Она тряхнула головой. — Как вы понимаете, эти монстры не ожидали встретить сопротивления. Нам всем очень повезло, что Сомбра был готов помочь нам, а не покинуть Империю и обречь нас на произвол судьбы. По толпе пронеслись шокированные шепотки, а один пони заговорил: — И где же он? — Он всё ещё серьезно болен… — объяснила Кейденс. — Он скакал под дождем спустя всего лишь час после принятия лекарства, и это усугубило его состояние. Удивленный шепоток пронесся по толпе: Сомбра… помог им? Слухи оказались верны… — Спасибо, что собрались! — мило улыбнулась Кейденс. — Будьте бдительны и осторожны! Кейденс спустилась с трибуны под одобрительные возгласы и вместе с Флэшем, бегущим рысью рядом, вернулась во дворец. Кристальные пони были удивлены и даже шокированы, но они знали, что их Принцесса не стала бы лгать. Оказалось, злодей был в каком-то смысле героем на этот раз.***
Получив от доктора позволение вернуться в свою комнату, Сомбра наконец получил так необходимые ему тишину и покой на ближайшие ночь и день. Вместе с возвращением пришел и аппетит, пускай и не зверский, поэтому Сомбра шатался по дворцу в поисках еды. И врезался в Твайлайт и её друзей. — Ой, Сомбра! — светло улыбнулась Твайлайт. Она выглядела уже намного лучше. — Луна сказала нам, что ты спас всех нас и нашел лекарство! — Да ну, она лжет, — пренебрежительно проворчал он. Принимать благодарность этих пони было для него слишком неловко. Он знать не знал об утреннем собрании, поэтому думал, что все поблагодарят Хилин Бриз и Флэша Сэнтри и оставят его в покое. — Я определенно не лгу! — проревела Луна у него за спиной, заставляя Сомбру прыгнуть на целый метр. Заставляя всех прыгнуть на целый метр. — Боже… — проворчал Сомбра. — Успокойся там! — Тогда прекрати лгать! — парировала Луна. — Ты помог вылечить всю Империю, что конкретно тебе не нравится? — Аптекарша — герой, которого вы ищите, — прямо сказал он. — Я и твой синегривый дружок просто банки для лекарства закатывали. — Он развернулся и пошел дальше по коридору. — Синегривый… Ох, Флэш Сэнтри! — сообразила Твайлайт. — Я помню, он приходил ко мне… — Насколько нужно быть идиотом, чтобы отрицать свое участие в спасении пони! — нахмурилась Луна. — Если бы он и остальные не сделали этого, мы были бы по самый круп в болезни! Или мертвы! — Не думаю, шо он хотел, шоб на него надеялись, — честно сказала Эпплджек. — Поясни-ка, — попросила Рейнбоу. — Ему явно не привычно, что пони «благодарят его за ничего», — вздохнула Эпплджек. — Мне кажется, он не хочет верить, шо это произошло. Если этого не было — его никто не обвинит или не поблагодарит… по крайней мере, я так понимаю. — Что за дурацкое мышление? — фыркнула Рейнбоу. — Он же сделал все правильно! — Он должен быть счастлив… — пискнула Флаттершай. — Многие пони, которых мы лечили, говорили, что даже не узнали бы о болезни, если бы он не стучал в двери и не кричал инструкции. Не уверена, что они могли поверить ему тогда. — Дайте ему время, — сказала Твайлайт. — Я думаю, он придет в себя. Вдруг кто-то положил копыта на её глаза, и она пискнула от неожиданности. Но она знала, кто это. — Твайли! Она крепко обняла своего брата. — Тебе уже лучше, старший братец? — спросила Твайлайт. — Ага, снова в строю! — Твайлайт обняла его сильнее, и Шайнинг улыбнулся. — Почти все пони уже получили лекарство. По совету Селестии Кейденс и я назначили Хилин Бриз королевским аптекарем. — Она этого заслуживает, — улыбнулась Флаттершай. — И, судя по всему, она и Флэш Сэнтри не единственные пони, которых нам стоит благодарить, — Шайнинг Армор поднял бровь. — Я думал, Кейденс надо мной прикалывается, но Сомбра, похоже, действительно много для нас сделал. — Да! Только вот попробуй ему это докажи! — взвизгнула Пинки. — Он только что здесь был… — О, и куда же он ушел? — удивился Шайнинг. — Выходить из своего истерического состояния, — ответила Рейнбоу. — Пытались его поблагодарить, но у него, видите ли, не то настроение. — Рэйнбоу Дэш! — воскликнула Твайлайт, одарив пегаску укоризненным взором, потом посмотрела на брата. — Он просто ещё не привык, пытается отвлечь внимание от того, что произошло. — Наверное, он тоже думает, что над ним прикалываются, — задумчиво проговорил Шайнинг. — Так вот чего он так себя ведет! — догадалась Эпплджек. — Ой, я почти забыла! — вскрикнула Пинки. — Я в эту пятницу помогаю на школьной ярмарке выпечки! Кто хочет пойти? Прозвучал целый хор «я»!***
В конце концов, Селестия смогла уговорить Сомбру прийти в тронный зал на беседу. С его последнего визита в нем стало намного чище. Впрочем, спускался в него единорог всё равно неохотно. — Ах, ну наконец-то, — вздохнула Селестия, когда он остановился недалеко от неё. — Полагаю, тебе уже лучше? Он тихо вздохнул. — Симптомы болезни прошли, если вы об этом. И швы тоже сняли. — Хорошо, — кивнула Селестия. — Похоже, мы обязаны тебе… — Я уже сказал твоей сестре! — сорвался Сомбра. — Я не тот, кто… — Нет, ты именно тот! — вскрикнула она с такой силой в голосе, что единорог умолк. Она сурово посмотрела на него. — Если бы ты, трусливо поджав хвост, сидел себе спокойно здесь после выздоровления, мы все были бы до сих пор больны. Но факты — самая упрямая вещь на свете, поэтому, во-первых, ты узнал о целебных свойствах этого чая, во-вторых, принял сознательное решение приготовить ещё лекарства вместе с Хилин Бриз и Флэшем Сэнтри. Если бы ты не обратил на это внимание, никто бы не узнал о лекарстве, пока не стало бы слишком поздно. Сомбра молчал, не желая признавать, что это правда. — Возможно, ты этого не понимаешь, но этой ночью ты спас много жизней. То, что могло превратиться в серьезную проблему для всей Эквестрии, было взято под контроль благодаря тебе. А ещё в этом письме есть вопрос… Она левитировала к нему записку. Он развернул её и начал читать: Дорогие Принцессы, Я хотела бы поблагодарить вас за данное мне и моей дочери лекарство. Без него я бы свалилась с ног и не была б способна заботиться о ней. А ещё, кажется, нам всем стоит благодарить господина Сомбру. Моя дочь без ума от него, и она уверена, что именно он принес лекарство, в котором мы так нуждались. Пожалуйста, поблагодарите его от меня тоже, а также передайте эту маленькую записку от моей дочки. Подпись: Шайнин Си Перед ним лежал маленький запечатанный конверт. Сомбра подхватил его телекинезом. — Теперь ты понимаешь? — спросила Селестия, но Сомбра не отвечал ей. Он выглядел немного… сбитым с толку. — Кристальные пони не дураки, они доверяют Кейденс. И когда она сказала, что ты ответственен за их спасение… — Она сказала что? — пролепетал Сомбра, роняя конверт, но тут же подхватывая его. — Она сказала правду. — Селестия взглянула на него. — Это не единственное письмо… — Не хочу больше ничего слышать… — простонал Сомбра. — Если это всё, то я возвращаюсь в свою постель! Селестия тяжко вздохнула, но отпустила его. — Ты не шутила, сестра, — сказала она, как только единорог ушел. — Он действительно не хочет принимать чью-либо доброту…***
В своей комнате Сомбра распечатал письмо Спарк. Дорогой Сомбра, — её почерк был восхитительно корявым, — Спасибо, что помог маме выздороветь. Теперь она в порядке и готовит торты для школьной ярмарки. Пожалуйста, приходи. Брайт Спарк. Он не мог не улыбнуться. Честность Спарк заставляла его чувствовать себя меньшим монстром, чем он есть… или был?***
Ещё один день, проведенный в постели, сделал его сильнее. Правда, сильнее стал не только он, но и кошмары, поэтому он всё чаще просыпался в холодном поту и чувствовал себя очень плохо. Доктор, казалось, был крайне удивлен тому, что за время осмотра Сомбра едва ли издал какой-нибудь звук. Единорог казался вялым и усталым, и всё зашло настолько далеко, что бедняга задремал сидя, пока доктор продолжал осматривать ушибы. Слегка обеспокоенный этим, он отправился в тронный зал, чтобы встретиться с принцессами. Луна спала, но Селестия и Кейденс были бодры и бдительны. — И в чем же причина? — спросила Кейденс. — Меня беспокоит этот… Сомбра. Нет никаких улучшений с момента заражения. Я пришел осмотреть его сегодня, но мало того, что он этого даже не заметил, так он ещё и заснул! — Пребывание в запертой комнате ему ничем не поможет, — нахмурилась Кейденс. — Ему нужно подышать свежим воздухом, посмотрю, что смогу сделать. — Спасибо, ваше высочество, — сказал доктор, склонив голову, и ушел. — Где Твайлайт? — задумалась Кейденс.***
Твайлайт была счастлива исполнить просьбу невестки и уговорить Сомбру пойти на прогулку по империи. Но сначала Селестия захотела поговорить с ним. Она рылась в старой королевской оружейной, ища оружие, которое она могла бы доверить Сомбре. Это было кованное копье, довольно старое, но крепкое и сильное. У него была специальная ручка, с помощью которой можно было крепить его к боку. Копье и чехол Селестия представила Сомбре на следующее утро, когда он спустился к ней в тронный зал. — Где ты его нашла? — спросил он, осматривая богато украшенное оружие. — Это копье из давних времен… — В королевской оружейной. Похоже, кто-то заботился даже о старом оружии. Он разглядывал копье и думал, что видел нечто подобное в прошлом. Стиль у оружия был знакомым. — Прежде, чем ты спросишь, я сообщила охранникам, — сказала Селестия. — Они не будут удивлены. — И зачем мне это? — спросил Сомбра. — До сих пор ты сражался с этими тварями тем, что попадало под копыта. Если ты будешь носить оружие с собой, тебе не придется его искать. Сомбра кивнул и с трудом смог снять мантию, чтобы закрепить футляр вокруг пояса. Когда мантия вернулась на место, она прекрасно скрыла оружие. — Идеально! — заключила Селестия. — Это так только кажется… — пробормотал Сомбра. В дверь постучали, Твайлайт просунула голову внутрь. — О, вот ты где, Твайлайт! — Селестия радостно улыбнулась своей ученице. Твайлайт зашла на минутку поболтать, а затем отправилась на улицу. Следом за ней пошел Сомбра, остановившись только для того, чтобы пробормотать скомканную и грубоватую благодарность за оружие. Селестия улыбнулась. Она недооценила его: не так уж и плох Сомбра…***
Твайлайт заметила то, о чем говорила Кейденс: реакция Сомбры будто бы была замедлена. Он брел за ней, пока они шли в центр города. Пони останавливались поговорить с ней, и она весело отвечала им. Всё это было для Сомбры белым шумом: головная боль приобрела хронический характер. Кошмары последних ночей были много хуже прежних: казалось, у тьмы есть какое-то дополнительное измерение, но Сомбра был слишком измотан, чтобы пытаться разгадать, что оно из себя представляет. Он знал о бремени этого оружия. Специальное копье, которое для него нашла Селестия. Оставалось надеяться, что оно будет достаточно прочным для того, чтобы пробить ядро тварей. Сомбра уставился на площадь, и голова заболела так сильно, что он чуть не потерял сознание. Твайлайт увидела, как он шатается, готовый вот-вот рухнуть, и подбежала к нему. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила она. — Ты не очень хорошо выглядишь… — В порядке, принцесса, — коротко рявкнул он. Каждый раз как он оглядывался, Сомбра замечал устремленные на него взгляды, чувствовал шепотки за своей спиной. Разве пони уже не смирились с тем, что теперь он снова здесь? Но у Сомбры не было времени и желания размышлять над этим. А если бы он пригляделся, то заметил бы, что кристальные пони выглядят заинтересованными, а не враждебными. Он лениво бродил возле цветочного магазина, пока Твайлайт заказывала центральную композицию для очередного обеда-вечеринки Пинки Пай. Вдруг он услышал крик. Моргнув, он повернул голову и увидел склонившуюся над своей подругой пони. Судя по всему, кричала упавшая. Сомбра нахмурился, голова болела как… — А! — он мог поклясться, что на тончайшем интуитивном уровне знал, почему она упала в обморок. Сомбра видел движение, размытое, будто тень промелькнула, быстрое. Он пробежал по улице, оглядываясь вокруг. Ничего. Он что-то видел? Или это усталость играется с его разумом? Искры застилали глаза, как только он начинал двигаться слишком быстро, и Сомбра почти потерял равновесие. Внезапно кто-то подхватил его и поставил на ноги. — Тебе видать нездоровится, — отметил жеребцовый голос. — Ты в порядке? — Ч-то… — Сомбра пытался справиться с ватой, в которую превратился его мозг, — в-все нормально. — всплеск боли уколол его так быстро и остро, что он застонал, а потом и зарычал — от досады. — Голова болит? — задумчиво проговорил жеребец. — Ужасно, — вздохнул Сомбра. — Где эта фиолетовая принцесса, я возвращаюсь во дворец… Жеребец сначала не понял, о чем он говорит, но потом догадался, что Сомбра имел в виду Твайлайт Спаркл. — Она вон там! — указал он на Твайлайт, всё ещё погруженную в разговор с флористом. — А, спасибо, — Сомбра снова поморщился. Он почти перешел дорогу, как вдруг на полпути в него без предупреждения что-то врезалось и сбило на брусчатку. Зрение затуманилось, и Сомбра на мгновение отключился, не в силах встать. Толпа зевак остановилась, пытаясь понять, что происходит. Следом за Сомброй рухнула на землю ещё одна пони. Услышав крики, Твайлайт выбежала наружу. Она увидела, как падают на землю пони, и как поднимается Сомбра. Едва он встал на ноги, что-то снова опрокинуло его на землю. Более того — оно упало вместе с ним. — Отвали! — ярость придала Сомбре сил, и он вскочил на ноги, сбрасывая с себя противника. Его разум прояснел, и он, сфокусировав взгляд на нем, сразу смог понять, что это… Тень. Всё ещё принимающая форму пони, она наклонилась к нему. Он сделал шаг вперед. — Ах-ах, — она улыбнулась, показывая полный рот клыков. — Не хочешь навредить ни одному маленькому созданию, не так ли? Они ведь захотят убить тебя, если ты это сделаешь… Сомбра дрогнул, его рассудок закружился вихрем, но он лишь тряхнул головой. — Не говори так, будто всё знаешь! — выплюнул единорог. Он глянул на Твайлайт Спаркл, и внезапно его голову посетила идея. — Создайте защитный пузырь, сейчас же! Твайлайт мгновенно поняла, чего он хочет. Она сосредоточила свою магию на кончике рога, и прозрачный белый пузырь окружил тень и Сомбру. Он начал расширяться, заставляя зевак отойти назад и освобождая пространство. — А вот и комнатка, чтобы размазать по стенке тебя и твои бомбочки, — ухмыльнулся Сомбра. — Ах ты! — прорычала тень. — Какая им выгода от твоей жизни?! — Ты знаешь, какая! — ответил Сомбра. — Та, которой ты боишься, потому что я могу вас уничтожить! — Ха! — тень увидела, как устало он выглядел. — И чего ты надеешься достичь, ты же едва способен стоять. Разве ты не усвоил урок, данный тебе чумой? — Если вы не заметили, я не склонен обращать внимание на такие вещи… — засмеялся Сомбра. Он думал, что пузырь был звуконепроницаемым, но, к сожалению, он таким не был. Так что все пони, смотрящие на схватку, могли слышать его слова. — Ты сам выкопал себе могилу, глупый пони. Если я заперт здесь, то так же, как и ты. И рядом с тобой нет садовых инструментов, которыми ты так виртуозно сражался. Об этом ты не подумал, верно? Сомбра громко рассмеялся и одним быстрым движением сбросил плащ, откидывая его к краю арены, чтобы он не запутался в копье. Он выдернул копье из чехла и выдвинул его, закрепив шарнир, и выставил его перед собой. — Ошибаешься, — сказал Сомбра, наслаждаясь вытянутым от удивления лицом тени. — Аргх! — она заревела зверем и бросилась на него. Единорог размахивал копьем, чтобы острием встретить шею врага. Тень потеряла облик пони, превратившись в чёрную бесформенную кучу — Сомбра понял, что он почти обезглавил её. Она метнулась назад, чтобы перестроиться, но вместо этого получила ещё один удар копьем. Тень выстрелила в него, но Сомбра закрутил копье, блокируя чёрные молнии и отбрасывая их в стороны. Оружие ему идеально подходило. Тяжелое, но крепкое древко. Легкое для вращения, оно было превосходно сбалансировано своим создателем. Пони, стоящие на краю арены, ахнули и поморщились, когда две великие силы сошлись в поединке. Блеск зубов и клыков, блики, пускаемые богато украшенным копьем, которое Сомбра использовал с удивительной легкостью. БАХ! Тень обошла копье и швырнула Сомбру в стенку щита. Он замерцал, но рог Твайлайт засиял ярче, и повреждения восстановились. Понимая, что она не сможет удерживать щит вечно, Сомбра знал, что должен закончить бой как можно скорее. Он воспользовался тем, что тень щупальцами держала его за шею, и просунул обутое в накопытник копыто в её плоть. Чувствуя, что дотянулся до её ядра, тень мгновенно отбросила его. Сомбра упал неудачно, прямо на ногу, которая как-то неестественно выгнулась под ним. — Просто сдайся! — завизжала тень, когда он поднялся на ноги. — Ты не нужен им, просто сдайся и умри наконец! Одной кобыле, вжимающейся носом в стенку щита, показалось, что тень измождения и поражения пробежала по лицу Сомбры. Он помог спасти их всех от этих монстров, запер себя вместе с ним в клетке, чтобы никто больше не пострадал. Неужели он думает, что кристальные пони хотят его смерти? Она помотала головой, отвечая на собственный вопрос. И решила сказать ему об этом. — Не слушай её! — прокричала она. — Она — единственный монстр здесь! — Да! — послышался ещё один голос. — Папочка сказал, он спас нас от тебя! — прозвучал жеребячий визг. Всё больше пони кивали, поддерживая высказывавшихся и указывая копытами на тень. Сомбра заморгал в удивлении. Они подбадривали его?! — Надери ему круп! — воскликнул ещё кто-то. Пони, которая всё это начала, выпалила вдогонку: — Ты не такой, как этот монстр, больше нет! — несколько невнятных криков подтвердили это, весь гнев толпы был направлен на тень. Которая выглядела несколько сконфуженно. Сомбра перевел взгляд с толпы на монстра и ухмыльнулся. — Ты их слышал, — коротко сказал он. — Пора оставить нас в покое! — Ты, мерзкий, мелкий!.. — тень бросилась на него снова, Сомбра приготовил копье, которое до этого держал на боку, чтобы оно снова зачаровалось. Отвлекая её тем, что направлял наконечник копья в голову, Сомбра нырнул под тень и, гордясь остротой кончика его рога, прорезал им плоть тени, достав до её ядра. Рог проделал в нем трещины, и Сомбра с хлопком впечатал тень, сначала парящую в воздухе, в землю. Он снова поднял копье, прицеливаясь в треснутое ядро, светящееся среди завихрений чёрной массы… — У тебя правда хватит сил меня убить? — загоготала тень. — Такой выродок, как ты? Голос тени изменился, и Сомбра хорошо знал этот голос. Слишком хорошо. Это был голос отца. Он почувствовал приступ тошноты, голова закружилась. Тень встала на ноги. Её форма начала кружиться, вытягивать длинные щупальца, а затем к всеобщему удивлению превратилась в белую пони с бледно-синей гривой и хвостом. На её кьютимарке красовалась кристальная снежинка. — Ты… — прошептал Сомбра так тихо, что его никто не услышал. — Прекрати эту драку, Сомбра, — сказал морок. Сомбра смотрел на кобылку и понимал, что не видел её лица целую вечность. Однажды он дал обещание, которого сдержать не сумел… — Ты меня не узнаешь? — морок приблизился достаточно близко, и Сомбра мог разглядеть насмешливую грусть в голубых глазах. — Ты обещал… Сомбра наставил на неё копье, качая головой. — Ей. Не тебе, — прошипел он. Прежде, чем тень смогла пожалеть о выбранном для морока образе, Сомбра проткнул её копьем. Невинная бледная кобылка замерцала и померкла, тень стала тенью, а затем её ядро взорвалось и стерло монстра с лица земли. Сомбра пялился на то место, где стояла тень. Откуда она знала?.. Он вспомнил свои кошмары. Должно быть, они как-то проникли в его сознание, пока он был болен, и его магия была слаба, защита сбита. Он поспешно сложил копье, вернув его в чехол. Твайлайт Спаркл, всё ещё глазеющая на зрелище вместе с остальными пони, рассеяла щит. Сомбра, слегка пошатываясь, надел плащ, спрятав под него оружие. Ему было плохо, но голова больше не болела. Видя, что монстр исчез, пони возликовали, бросая полные восхищения взгляды на ничего не замечающего Сомбру. Твайлайт рысцой подбежала к нему, подмечая, что он стал ещё бледнее, да и дрожал сильнее, чем когда они только вышли. — Слишком много событий для профилактической прогулки, — извиняющимся тоном сказала она. — Пока она, — Сомбра указал на трещину в небе, — не исчезнет, такие «события» будут продолжаться, — он вдруг почувствовал, как мир вокруг него начал вращаться, и сгорбился, пытаясь снова начать дышать. — Сомбра, — он слышал голос Твайлайт, чувствовал, как копыто нежно коснулось его передней ноги, но ответить не мог. После нескольких секунд борьбы за ясное сознание, головокружение отступило, и он открыл глаза. Правда, тут же словил шок, когда увидел не только Твайлайт Спаркл, обеспокоенно вглядывающуюся в него, но и кучу других пони. …чёрт, как быстро сгинуть? Почему они все на него так пялятся?! — Тебе лучше? — спросила Твайлайт. Он чувствовал, что тошнит его немного меньше, да и голова слегка проясняется. Сомбра молча кивнул. — Вы оба выглядите так, словно вам нужен хороший отдых, — они взглянули на пони, стоявшего рядом с Твайлайт. — Моё кафе через дорогу, можете отдохнуть там! Интуиция Сомбры подсказывала, что лучше как можно скорее попасть в замок, но к тому моменту, когда он мог вставить слово, Твайлайт уже приняла приглашение. Понимая, что уйти, не поднимая шума, не удастся, Сомбра неохотно последовал за ней.***
В кафе было тихо и прохладно, как раз то, что нужно после солнцепека. Сомбра думал, что мог бы даже задремать здесь. Твайлайт заметила, что хозяин кафе, казалось, хотел что-то сказать ему, но угрюмое молчание единорога заставило его нервничать. По пути в уборную, она прошептала: — Просто заговорите с ним, он не откусит вам голову. Пони, поверив ей, обратился к Сомбре. — Вы, наверное, не помните, но вы помогли спасти мою жену… Сомбра открыл глаза и, внимательно посмотрев на жеребца, проявил признаки смутного узнавания. — В любом случае, — жеребец стушевался из-за тишины в ответ и начал лепетать, — вы пришли в наш дом, сказали, искать осколки. Я знаю мою семью, и я не очень любезно к вам отнес… я хотел сказать, мне жаль, что мы вас не послушали с самого начала. Вы были правы, она была инфицирована. — Пони выглядел напуганным. — Она беременна, но врачи сказали, что болезнь не навредила её жеребёнку… — Отлично, — тупо пробормотал Сомбра. — К чему я это: мы обязаны вам за то, что вы сделали. Вы могли уйти после того, как мы накричали на вас, а не стоять под дождем и пытаться убедить… — он резко, отрывисто мотнул головой. — Спасибо вам. Сомбра ерзал на месте: он не привык к благодарности пони. — Ага. Хорошо, — выдавил он наконец, — это хорошо, что все выздоровели. Владелец отметил, что Сомбра выглядел слегка беззащитным, когда другие благодарили его. Твайлайт вернулась из ванной и заказала напитки. Выпив чашку чего-то, напоминающего травяной чай, Сомбра почувствовал себя лучше. В кафе заходили и заходили пони. Видя Сомбру в компании Твайлайт, они набирались решимости заговорить с ними. Твайлайт пришлось подавить улыбку, после того, как ещё двое поблагодарили выбитого из колеи Сомбру за спасение от кристальной чумы. Он видел столько лиц, что не мог узнать всех. Но одно он всё-таки вспомнил. — Вы защитили меня от монстра, — сказал жеребец: Сомбра припомнил, что именно он дернул его за хвост и попытался наорать. — Если бы вы не проходили мимо… он бы убил нас всех. — Теперь его нет, — тихо сказал Сомбра. — Беспокоиться больше не о чем. — И я хотел вас отблагодарить, — прямо выпалил жеребец. — Мы с женой премного вам благодарны. Он ушел, а Сомбра несколько секунд смотрел на поставленную перед ним вторую чашку чая, от которой поднимался пар. — Они уже не кажутся такими напуганными, — сухо сказал он. — Ты спас огромное количество пони. Ты, Хилин Бриз и Флэш. И они благодарны тебе, — ответила Твайлайт. — И это правильно. Мы все обязаны те… — Я единственный, кто может сражаться с тенями, — отрезал Сомбра. — Они просто рады, что у них есть способ отразить атаки врага. — У них есть кто-то способный отразить атаки врага, — возразила Твайлайт. — А не способ. Сомбра молча пил чай. Чуть позже они вышли из кафе и продолжили путь. Сомбра выглядел чуть лучше после отдыха. Поднимался слабый ветерок, и он придавал бдительности.***
— Куда мы идем? — спросил он, в конце концов. Твайлайт просияла, вытаскивая письмо из сумки. — Кейденс написала письмо учителю дошкольного учреждения, мы его доставляем. — О, — тихо сказал Сомбра. Вскоре они дошли до Кристальной Школы. Это было большое, просторное и открытое здание. Твайлайт отметила, что она намного больше школы в Понивилле, которая была сделана в стиле кантри и имела маленькие классы. Они спросили проходящего мимо ученика о мисс Петалблум. Сомбра подумал, что он откуда-то знает это имя. Какой-то нервный ученик послал их в конец коридора. Жеребята бегали по крытому тренажерному залу, выполняли полосу препятствий. — Мисс Петалблум? — позвала Твайлайт. Кобыла обернулась и увидела пони, стоящих у двери. — Принцесса! Сомбра! — она рысью проскакала к ним. — Чем я могу помочь? — У меня к вам письмо от Принцессы Кейденс. — Твайлайт передала свиток Петалблум. Она прочитала его и с восторгом улыбнулась. — Передайте её высочеству огромное спасибо, это замечательно! — просияла Петалблум. Она взглянула на Сомбру. — Вам уже лучше? Принцесса Кейденс сказала, что вы были очень больны несколько дней назад. Сомбра переступил копытами. — Я здоров, — коротко ответил он. — Это радует, — Петалблум улыбнулась. — Я слышала рассказы о вашем сражении с монстрами. Мы все очень, очень благодарны вам за спасение наших жизней. — Они хотели убить всех, — тихо пробормотал Сомбра. — Я не мог им этого позволить. — В общем, мы рады, что вы здесь, — торжественно сказала учительница. — Спасибо вам. — СОМБВА! — Брайт Спарк, прыгая на батуте, заметила своего друга посреди очередного взлета и ринулась в его сторону. Твайлайт усмехнулась, когда она ловко спрыгнула с него и остановилась рядом с единорогом. — А, мелочь, — мягко улыбнулся Сомбра. — Твоя мама уже поправилась? — Агась! — Брайт Спарк закивала. — Она стала попвавляться намного быствее после того, как ты помог удалить осколок! Остальная часть класса, после вскрика Брайт Спарк, заметила, что к ним пришла не только принцесса. Они бродили неподалеку, наблюдая за тем, как Брайт Спарк любуется своим отражением в железных накопытниках и корчит рожи. Они были весьма удивлены тому, что Сомбра смеется и слегка качает головой. Он видел, что один крохотный жеребенок на него таращится, и, когда Сомбра поймал его взгляд, испуганный малыш выпалил: — Не повезло тебе, что ты высокий! Твайлайт захихикала. Сомбра и вправду был чуть выше обычного пони, но для жеребят он должно быть казался гигантом! — Ой-ой, а ты получил моё письмо? — засияла Спарк. — Да, мелочь, и спасибо тебе, — мягко ответил он. — Значит, ты пвидешь болеть за нас? — с надеждой спросила единорожка. Сомбра колебался, но увидев щенячью моську, которую Брайт тут же соорудила, кашлянул и уступил. — Ува! — прокричала она. — Ладно, класс! — улыбнулась Петалблум. — Возвращайтесь к занятиям! — Пока-пока! — Спарк помахала Сомбре копытом, прежде чем упрыгать обратно. — И почему эта мелочь решает всё за меня, — пробормотал Сомбра, когда они с Твайлайт вышли из здания. Ученик, который проводил их к мисс Петалблум, уже успел рассказать своему классу о том, кого он встретил в холле, поэтому много малышей высыпало из кабинетов, чтобы посмотреть на идущих мимо них единорога и аликорна. — Она юла, — хихикнула Твайлайт. — Почему-то я вспоминаю Пинки Пай, когда смотрю на неё… — А, пони-сахарная вата, верно… Твайлайт хотела было спросить о том, кем была кобылка, чей облик приняла тень, но чувствовала, что Сомбра не настроен на разговор по душам. Но его реакция на её появление заставила её задуматься.***
Они сообщили об ещё одной атаке Селестии и Кейденс. Новость о том, что монстры теперь способны принимать облики других пони, сильно их обеспокоила. Но Сомбра отказался рассказывать о том, в кого превратилась тень, пробормотав только то, что это была кобылка. Твайлайт взглянула на него, заметив, как скованно он себя вел. Опять. Когда Сомбра лег в постель, его сны были легче прошлых. Но он всё ещё чувствовал, что видит её лицо. На краткий миг он снова ощутил себя жеребенком… вспомнил, как она плакала, когда он уходил…***
Твайлайт, её брат и Кейденс провели в библиотеке весь вечер, собирая горячие новости о монстрах, трещине и всем остальном. Они пробыли там так долго, что даже не сразу поняли, что настал вечер. И все как один умирали с голоду. — Пора кушать! — заявила Пинки. — Все на кухню! Пони последовали за скачущей кобылкой вниз по лестнице.***
За несколько минут до этого Сомбра пробрался на кухню, чтобы найти чего-нибудь попить. Обеспокоенная незнакомыми шагами, дворцовая кухарка покинула свою комнату и пошла по коридору, чтобы посмотреть, кто это там на кухне ходит так поздно. Когда вдруг зажегся ослепивший его свет, Сомбра словил сердечный приступ от испуга. — Е… — выругался он. — Ой! — кухарке понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кого она увидела. — Простите… Она была довольно пухлой, улыбчивой кобылой с большим и мягким сердцем. Хоть она и побаивалась Сомбру, как все остальные пони, она не видела ничего плохого в том, чтобы верить в его невиновность, раз уж он здесь. — Чому вы свет не включили? Нельзя ж готовить в темноте! — Я тьма, поверьте, мне не привыкать, — резко ответил Сомбра. — О, и я не собирался ничего здесь «готовить», так что можете не волноваться. Ей нечего было ответить. Сомбра вздохнул и обошел её, направляясь к выходу из огромной кухни. Как только он это сделал, его желудок, внезапно, выбрал самый подходящий момент для того, чтобы заурчать. Причем так громко, как он не урчал ни разу в жизни до этого. Сомбра замер на половине шага, подняв копыто, да так и не опустив его. Кухарка рассмеялась. — Ну, ваш желудок от еды уж точно не откажется! — усмехнулась она, подходя к плите. — Моя еда не так уж плоха, останьтесь, попробуйте! Сомбра колебался, он знал, что скорее всего снова будет болен на утро, потому что его желудок откажется переваривать еду и попросит её на выход. Но он уже все равно собирался принять её предложение, как вдруг услышал приближающиеся голоса. Он узнал голос Твайлайт Спаркл, а потом и её брата, и её друзей. — Мне надо идти, — отрезал он. Сейчас он был не в настроении видеть их лица. Кухарка за ним нахмурилась. На её глазах произошло что-то странное. Но потом она отвлеклась на двух принцесс и их компанию, извиняющихся за то, что не пришли на ужин раньше. Она пообещала им немедленно приготовить что-нибудь вкусненькое.***
— Ты просто потрясающая! — сказала ей Пинки Пай. Кухарка усмехнулась, энтузиазм розовой пони ей льстил. — О боже, у мя живот набит как чучело… — застонала Эпплджек. — Похвалы Пинки заслужены! — Угу, — подтвердил Шайнинг Армор. Кейденс смеялась с аппетита мужа, потому что он в прямом смысле ел как лошадь. — Рада видеть ваш аппетит, — любезно ответила им кухарка. — Может, вы сможете заставить этого затворника поесть… — А? Эт кого? А-а, вы имеете в виду мрачнушку! — захихикала Пинки. Кухарка усмехнулась, услышав его прозвище. — Он кажется резковат, да? Я с ним столкнулась перед тем, как вы сюда спустились. — Правда? — спросила Твайлайт. — И куда он пошел? — Я предложила приготовить ему еды. Его желудок жалобно выл «я не ел целую вечность!» — я слышала эти слова в его урчании! Я вообще заметила, что он в последнее время ничего не ест, а тут вдруг пришел на кухню, пошарился тут, а потом убежал за пару секунд до вашего прихода. — Он действительно не покидает комнаты, если он не должен из неё выходить по нашим…просьбам, — нахмурилась Кейденс. — Но я не знала, что он не ест. — Но почему он от еды отмахивается? — спросил Шайнинг. — Ну, если вам посчастливится, и вы сможете привести его сюда, если он захочет чего-нибудь, зовите меня. В конце концов, для чего меня наняли, если не для готовки в любое время? — усмехнулась кухарка. — Даю слово! — сказал Шайнинг, а потом громко рыгнул. — Старший братец! — Твайлайт ругалась, но не могла удержать смеха, видя его лицо. — Я начинаю привыкать к этому, — засмеялась Кейденс. — Ага, а когда он был маленьким, он с друзьями пытались сформировать группу «отрыжка акапелла». — Твайли! — Шайнинг Армор бросил в неё скомканной салфеткой, которую Твайлайт поймала и бросила обратно в его лицо. Все засмеялись.***
Они проходили мимо библиотеки к лестнице, ведущей на этаж с их комнатами, когда Твайлайт заметила открытую дверь и вспомнила, что она забыла свои заметки по поводу принесенного Сомброй ядра. Проход не поделили с Пинки: она решила запрыгнуть внутрь, чтобы забрать книгу рецептов, которую смотрела не так давно, а потом они обе увидели кого-то, спящего возле камина. — О-о-о, мрачнушка прикорнул! — хихикнула Пинки. Не заметить дремлющего Сомбру было сложно хотя бы потому, что его довольно примечательный плащ обернулся вокруг него. Шайнинг Армор подозрительно покачал головой, присматриваясь к тому, как именно Сомбра лежал, вернее даже, как он упал. — Мне кажется, это не дрема, больше похоже на очередной обморок. — ОЙ! — Пинки Пай нахмурилась, а затем допрыгнула до Сомбры и начала трясти его плечо. — Просыпайся, просыпайся, булочка! Секундой позже она отпрыгнула назад, пока испуганный и ошарашенный внезапным пробуждением Сомбра поднимался на ноги, мотая головой. — Чего? — ворчал он, тряхнув головой. — Ты в порядке? — спросила Эпплджек. — Да, — безучастно ответил Сомбра. — Ничего… Однако его желудок его мнения не разделял. Он заурчал снова, даже громче, чем в первый раз, если это вообще было возможно. Сомбра ударил копытом по лбу. — Оюшки, а кухарка-то не шутила… ты ж голодный, как стая древесных волков! — воскликнула Пинки Пай. — Те надо че-нить пожевать. Болезнь из тя последние соки высосет, а еда тут хороша, — Эпплджек вспомнила о съеденном десерте. — Ох, я б ещё пирожка бы съела б. — Решено! Пойдемте за добавкой пирога, а ты поужинаешь! — улыбалась и прыгала возле Сомбры с её обычной энергией Пинки. — Мне ничего не нужно! — попытался возразить Сомбра. Но головокружение становилось сильнее. Болезнь отобрала у него аппетит, он выглядел истощенным и бледным, а ярость в рубиновых глазах поблекла. Будто в насмешку над его дерзостью, приступ случился снова: его зрение помутилось и он споткнулся о своё копыто, врезался в косяк двери. — Коне-е-е-ечно, — ехидно протянул Шайнинг Армор. — Ты же в полном порядке! Сомбра раздраженно зарычал на него. — Тебе нужно кушать! Это важно! — снова попыталась уговаривать его Пинки, прыгая рядом. Это заставило Сомбру дернуться, чтобы не упасть в очередной раз, потому что глаза разбегались от ряби, в которую превращалась сахарная вата. На его лице читалось раздражение, он цыкнул на неё: — Какой смысл в пище, шарик ты пуха конфетного, если из-за этих кошмаров с тьмой по утрам чувствуешь себя неудачливым матросом с морской болезнью, а потом ещё от фаянсового друга не отходишь по часу и больше?! Тут он вдруг осознал, что сказал много лишнего, и захлопнул рот, отступив назад. Повисла тишина. — Ой, — Пинки Пай сочувствующе поглядела на него. — Ну, может, тогда суп? Моя тетушка всегда готовила мне суп, когда я болела, он никогда не подводил! Сомбра колебался. Он был ужасно голоден, очень хотелось съесть что-нибудь и оставить это в своем желудке, а не в унитазе, но он знал свои сны. — Нет, — сказал он и выскочил из библиотеки так быстро, как мог. — Ах ты ж вечериночный обломщик! — надулась Пинки. — Я думаю, надо поговорить с Принцессой Луной, — высказалась Твайлайт. Тут же раздался магический хлопок телепорта. — Звали? — спросила Луна. — Да. Ты можешь как-нибудь подавить кошмары, которые видит Сомбра, или убрать их совсем? — Кейденс хмурилась. — Если он болен, он не может сражаться за нас, а если он серьезно ранен, мы не можем допустить, чтобы ему стало хуже. Луна кивнула. — Это будет наилучшим выходом. Он упоминал какие-то подробности? — Он упоминал что-то, связанное с тьмой, — вспомнил Шайнинг Армор. Луна снова кивнула. — Тогда можно предположить, что они о трещине. — Можем мы пойти с тобой? — спросила Твайлайт. — Тогда не придется рассказывать нам о том, что удалось сделать. — Да, конечно. И, как только они убедились в том, что Сомбра уснул, они встали в круг. Луна закрыла глаза. Вспышка света, легкое головокружение, и они перенеслись.***
Они все стояли, тесно прижавшись к бокам друг друга, на маленьком чердаке какого-то дома. — Это не похоже на Кристальную Империю, — фыркнула Рэйнбоу Дэш, чтобы хоть как-то разбавить густую тишину, почти что осязаемую копытами. — Паутина! — Рэрити задрожала. — Пожалуйста, скажите, что пауков здесь нет! Дверь внезапно распахнулась, и внутрь комнаты чьим-то сильным копытом был брошен серый комок. Он приземлился в кучу одеял, дверь за ним бесцеремонно захлопнулась, щёлкнула замком. Маленький жеребенок — а это был жеребенок — выпутался из одеял и тут же рванул к двери. — Выпустите меня! — отчаянно вопил он. — А ну-ка заткнись! — огрызнулся злой жеребцовый голос. — Иначе ещё получишь! Жеребёнок сел на круп, когда цоканье копыт отдалилось от двери, на его глаза навернулись слёзы. Подкравшись ближе, пони увидели, что глаз малыша заплыл из-за огромного синяка. Он был очень маленьким, шерсть его была темно-серой, грива и хвост чёрными, а при взгляде на не подбитый глаз можно было увидеть, что его радужка красная, рубиновая. Маленький рог виднелся из-под густой и растрепанной, как старая тряпка, гривы. — Это…? — прошептала Твайлайт. — Авввв! — громко завизжала Пинки. — Он такой милый! — она подпрыгнула вперед, нависнув над единорожком. — Бедный маленький малыш… — Это, должно быть, его дом… — проговорила Луна. Рэрити взглянула на чердак — пустынное, холодное и отнюдь недружелюбное место. — Это место точно не подходит для жеребенка! — заявила она. — Тут сыро и отвратительно! — Почему его здесь заперли? — удивилась Твайлайт. Пока она говорила, крохотный Сомбра встал, утирая глаза копытом, а потом шмыгнул носом. Он осмотрелся вокруг, ища что-то, остановил взгляд — видимо, нашел. Подошел ближе, сверля взглядом переполненные полки. Он закрыл не подбитый глаз и сосредоточился, было видно, что ему сложно кастовать заклинание, которое струилось по рогу темно-фиолетовой аурой. — Его магия, — Луна прервалась на несколько секунд, пытаясь справиться с шоком. — Она уже…темная? Небольшой мячик, лежащий на полке, заколебался на краю, а затем упал, отскочив от пола к копытам Сомбры. Это, казалось, развеселило маленького единорога, который легонько пнул его одним копытом. — Как такое возможно? — Твайлайт пыталась найти хоть какое-то объяснение. — Я никогда не встречала в книгах единорогов, способных использовать темную магию в таком юном возрасте! — Может, он с ней родился! — выпалила Пинки. — Он всего лишь малюсенький жеребенок, он не мог её освоить так быстро! — Тут ты права, — кивнула Луна. — Даже для подготовленного аликорна темная магия — сложная материя, опасная для изучения. Малыш перестал играть с мячом и теперь рылся в одеялах. Он вытащил на свет Селестии потрепанную книгу и начал её рассматривать. Твайлайт подбежала, чтобы посмотреть, что в ней. Жеребенок смотрел на набросок, нарисованный на последней странице книги, которая, как подумала принцесса, была своеобразным дневником. На рисунке была кобыла, стоящая рядом с кроватью, и маленький жеребенок, лежащий на сгибе её передней ноги. Она смотрела на него с материнской нежностью и обожанием. «Сан Фэзер и малыш Сомбра», — гласила подпись. — Это его мама? — задумчиво спросила Кейденс, заглядывая Твайлайт за плечо. — Она, должно быть, очень сильно любила его, почему она или его отец начали бить его? — Из-за его магии, — тихо сказала Твайлайт. Жеребенок вдруг рассердился и бросил книгу через комнату. Она влетела в стену и с грохотом упала на пол. — Слышь, гнида, тихо там! — проревел голос снизу. Сомбра подпрыгнул и напрягся, но как только цоканье копыт удалилось от лестницы, он расслабился. — Что ж, его отец настоящий мудак, — заключила Рэйнбоу Дэш. Жеребенок вздохнул и зарылся в одеяла, будто решил спрятаться ото всех. Пространство вокруг них поблекло, размылось, а фокус вернулся посреди очередной сцены в кладовке. Здесь были родители Сомбры и ещё шесть стариков, три единорога, один земной пони и два пегаса. — Мы должны изгнать зло из этого жеребенка, — сказал старейшина. — Тогда наша деревня снова будет процветать! Пони во главе с Луной бросились вперед и увидели, что Сомбра был там. Ошейник из веревки, привязанной к вкопанному в землю колу, душил его. Тело жеребенка было фиолетовым от синяков, он пытался убежать, даже сейчас грыз веревку, но всё было тщетно. Синяков прибавилось, когда его отец подошел и ударил его по голове, оглушая. — Тихо, сопляк! — прорычал чёрный, словно полночь, земной пони. Единороги окружили Сомбру, встав треугольником. Какая-то странная магия начала стекать с их рогов, и Сомбра перевернулся, пытаясь освободиться яростнее, чем когда-либо. Безуспешно. Молния, заряженная магией трех старейшин, ударила в него, и единорог закричал так пронзительно, что закладывало уши. — Что они делают?! — взвизгнула Твайлайт. — Пытаются изменить природу его магии, насколько я поняла, — ответила Луна. Свечение, поднявшееся вокруг Сомбры после удара, исчезло, и он упал на землю, задыхаясь и хныча. Стоявшие вокруг него пони смотрели на то, как жеребенок поднимается на дрожащие от страха копыта. — Поколдуй, сопляк, — скомандовал отец Сомбры, крупный земной пони с темно-серыми волосами и холодными голубыми глазами. Его мать, темно-красная кобылка с красно-оранжевыми волосами поморщилась, но всего лишь на секунду: её лицо тут же стало безразличной маской, как и у её мужа. Сомбра попробовал зажечь рог, но у него ничего не вышло. — Получилось! — воскликнул один из старейшин. Но они были слишком самоуверенны. Отвернувшись, чтобы поговорить с родителями Сомбры, они так и не поняли, что малыш всё ещё пытался сплести заклинание. И у него получилось. Вспышка, треск и шипение оглушили и ослепили пони вокруг, а в следующие несколько секунд стоящие неподалеку дома, к счастью, пустые, заполыхали фиолетовым пламенем. — Что, — старейшины смотрели на обескураженного, как и они сами, Сомбру. — Пожар! — закричал кто-то. — Тушите скорее! Но огонь быстро распространялся. Он перекинулся и на веревку, удерживавшую Сомбру, и та упала горсткой пепла. Жеребенок не упустил возможность и бросился в ночь, убегая как можно дальше от пожарища, старейшин, родителей. — Все пони быстро из домов! — прокричал один из единорогов, и всё снова поблекло.***
Теперь они стояли посреди заснеженного поля. Они услышали болезненный вскрик, доносившийся из маленького фермерского домика, занесенного снегом. Пони бросились вперед, столпились у окна, наблюдая очередную сцену издевательства. В комнате на полу лежал Сомбра, пытаясь копытами защитить голову от удара. Он выглядел старше, чем в прошлый раз. Его отец навис над ним и уже занес копыто, чтобы ударить в очередной раз. Они слышали его сквозь открытое окно. — Что я тебе говорил, маленький говнюк? Ты не должен использовать магию там, где кто-нибудь может это увидеть! Нужно было держать тебя в твоей комнате и дальше! — Хватит, — выдохнул единорог. — Ты выродок! Никто со стороны твоей матери или моей не имел такой магии, как ты, ублюдок! Наши соседи подозрительно смотрят на нас из-за тебя, они говорят, что ты проклят, и поэтому деревня начинает чахнуть. Старейшина Лайт Лиф слишком мягок к тебе! С каждым словом, с каждым ругательством на единорога сыпались удары, и он сжимался всё сильнее и сильнее, стараясь защитить голову. — Ты мне не сын! — взревел жеребец и поднялся на задние копыта, чтобы ударить ещё. — Оставь меня в покое! — сорвался Сомбра. Его тело окутала темная аура, которая тут же расширилась и ударной волной отбросила назад отца, влепив его в стену, разбила окна, вазы, тарелки, чашки, стоявшие в комнате, снесла с петель дверь и несколько кирпичей косяка. Тишина звенела несколько секунд, пока единорог не поднял голову. Он посмотрел на сотворенный им хаос со слезами на глазах. Сомбра поднялся и выпрыгнул в снег, выходя из дома и дрожа от холода. Прошел рядом с Луной и остальными, и тут раздался кобылий голос. — Сомбра? О, богини небесные, что случилось?! — бледная белая кобылка подбежала к нему из ниоткуда. Она, казалось, была его возраста, её грива и хвост были голубыми. Твайлайт внимательно присмотрелась к ней и поняла, что это та же самая кобылка, в которую превратилась тень, только младше! Сомбра не отвечал, только стоял и дрожал. — Должно быть, это было задолго до его превращения в тирана, — предположила Кейденс. — Здесь он всего лишь жеребенок, а тогда он был значительно старше. — И у него ещё нет кьютимарки, — подтвердил Шайнинг Армор. — Хотя, погодите, у него вообще есть кьютимарка? — Три красных кристалла, — кивнула Твайлайт. Осмотрев место происшествия, кобылка глядела на развалины в ужасе. — Это моя вина… я не смог контролировать себя… — он повернулся и пошел прочь. — Куда ты? — плакала кобылка. — Не знаю, — прошептал он. — Но здесь я оставаться не могу… в следующий раз я могу сделать больно кому-нибудь, кто мне дорог… а если это будешь ты?! — Это не должно произойти… Твоя магия просто немножко другая. Я попробую снова поговорить с папой, он поймет это, я уверена… Сомбра остановился и повернулся к ней лицом. Он мягко потерся своей щекой о её, мокрую от слёз. — Нет, он будет кричать на тебя, а я этого не перенесу, — Сомбра вздохнул. — Может, мой отец прав, может, я действительно зло… темная магия… во всех книгах, которые ты мне давала… — Ты не должен верить всему, что читаешь. Темная магия это… это как миф, о котором никто не знает. Но я верю, что кто-нибудь всё-таки знает, хоть кто-нибудь?.. Но Сомбра лишь покачал головой. — Как только они узнают о ней, они будут охотиться за мной. Мне жаль… Кобылка посмотрела на снежное поле. — Почему он должен страдать за чьи-то грехи?! — заорала вдруг она, подняв голову в небо. — Это не его вина! Нельзя клеймить жеребенка только за то, что он родился с другой магией! Сомбра молчал, смотрел на трещину в стене своего дома. Отец уже скоро очнется, ему нужно идти. Он уже развернулся, как вдруг почувствовал тепло, потому что она обняла его. — Если ты этого хочешь… — она отпустила его, а затем сняла шарф и обвязала им его шею, а потом поцеловала в щеку. — Обещай, что ты не сдашься, хорошо? Там обязательно найдется пони, который примет тебя таким, какой ты есть… мой друг… — Прости меня, — мягко сказал он. — За всё… — Нет, извиняться должны дряхлые старейшины, управляющие деревней! — замотала головой кобылка. — Мой отец хочет, чтобы я управляла ей, когда вырасту… Я ненавижу его идею всем сердцем, но, может, мне удастся изменить это место, заставить пони понимать и принимать друг друга! — Если кто-нибудь и сможет это сделать, то только ты, — Сомбра слабо улыбнулся. — Прощай. Он поскакал сквозь снег и не оборачивался. Кобылка смотрела на него, слезы струились по её лицу, а когда фигура единорога исчезла за сугробами, она зашла в разрушенный дом. Рэйнбоу Дэш стояла с упавшей до пола челюстью и дергалась в припадке ярости. — Да это город мудаков! — взревела она, и мир снова поблек.***
Они мчались сквозь осколки памяти, показывающие реакцию пони на его магию. Крики, страх, ужас, чужая жестокость. В конце концов, сон привел их в Кристальную Империю, где побитый, голодный Сомбра попал в центр города посреди поминок. Пони очутились в мягкой комнате, которую все признали больничной палатой. Потрепанный, дрожащий Сомбра только что проснулся в теплой кровати. Он выглядел напуганным и ошеломленным. — О, проснулся наконец, — жеребцовый голос разрезал тишину. Сомбра сжался, готовясь к очередному удару. — Тише-тише, ты в безопасности. Ты пришел к нам в ужасном состоянии, мальчик мой, что с тобой произошло? Говорившим был свежекоронованный король. Сомбра не отвечал, отвернулся. — У тебя не будет никаких проблем, ты не сделал ничего плохого. Можешь хотя бы назвать свое имя? Сомбра несколько секунд угрюмо рассматривал короля, прежде чем позволить себе расслабиться на крошечную капельку. — Сомбра, — выдавил он. — Ого, это необычное имя, — усмехнулся король. — Ты выглядишь довольно молодо для заядлого путешественника-одиночки… Забрел так далеко от дома? — У меня нет дома, — сухо ответил Сомбра. — Мне… пришлось уйти. — И почему же? — искренне полюбопытствовал король. Сомбра вздохнул, встал на ноги и подошел к окну, выглядывая на сияющую улицу. — Полагаю, это не имеет никакого значения, — пробормотал он, а затем посмотрел королю в лицо. Единорог закрыл глаза и призвал всю магию, какую имел. Темная аура заструилась по его рогам, а кровать, на которой он лежал раньше, приподнялась на несколько сантиметров, прежде чем снова опуститься на пол. — Что… — король не верил своим глазам. — Это темная магия! Как ты сумел овладеть ею, она запрещена… — Я не овладевал ею! — крикнул Сомбра, впадая в панику. — Я был с ней рожден! — Рожден? — переспросил король. Сомбра задрожал от слабости, вызванной применением магии. — Да, рожден! С самого жеребячества моя магия была такой! Вот почему я сбежал! Прошу, поверьте мне, я не монстр! — он был на грани истерики или потери сознания, сказать было сложно. Король мог видеть чистый ужас и боль в его глазах. — Понимаю… значит, ты убегал от чего-то, а не куда-то, — он смотрел на единорога, и по его лицу расползался ужас. Сомбра бросился бежать, но на пороге вдруг появилась стража. Король подумал, что бедный жеребёнок выглядит голодным, поэтому прежде, чем пойти к нему лично, приказал страже принести немного еды. Ошибочно приняв их приход за арест, Сомбра запаниковал и бросился к окну, пытаясь вылезти через него на балкон. Король прыгнул вслед за ним, обхватил копытами за талию. — Отпустите! — завопил Сомбра. — Всё хорошо, тебя никто не тронет! — король захлопал крыльями и втянул его обратно в комнату. Он легонько хлопнул его по плечу. — Ха, кажется, то окно не было первым, — заметила Рэйнбоу Дэш. — Да у этого парня прям пристрастие к опасным для жизни побегам! Сомбра посмотрел на короля с бескрайним удивлением. Пегас усмехался. — Жизнь не баловала тебя удачей, верно? Почему бы тебе не остаться здесь? Мне как раз нужен помощник. — Вы серьезно? — выдохнул Сомбра, с надеждой, но в то же время и с подозрением в глазах. — Но вы меня даже не знаете! — Я серьезно. Ты молод и полон сил, тебе нужна лишь цель в жизни. И если бы ты был тем, кем ты себя называешь, я был бы уже мертв, а ты — далеко, я прав? Зачем тратить время, если тебе не нужно думать о том, что ты кому-нибудь навредил? Сомбра подтвердил, что это правда. — Но моя магия…я… — Я прикажу Скролворку просмотреть все тома по темной магии, какие сможет найти, посмотрим, что мне удастся выяснить. Кто-то наверняка должен знать о ней хоть что-то! Сомбра всё ещё не выглядел так, словно доверяет пегасу. — Зачем вы мне помогаете? — Я верю, что каждый заслуживает шанс жить нормальной жизнью, — сказал король, отчего Флаттершай улыбнулась: она тоже так думала. — Даже выродок? — мрачно спросил Сомбра. — Тебе не следует так себя называть. Я могу точно сказать, что в твоей груди бьется доброе сердце, хоть оно и прячется под маску недоверия, — Король мягко улыбнулся. — Попробуешь дать себе шанс? Ты можешь уйти в любой момент, если захочешь. Сомбра глядел на него несколько секунд, потом неохотно кивнул. — Хорошо! — король протянул жеребенку копыто. — Добро пожаловать в Кристальную Империю, Сомбра…***
Следующий осколок воспоминания был намного счастливее предыдущих. Сомбра изучал книгу, рассказывающую о свойствах кристаллов и драгоценностей, имеющихся в Кристальной Империи. Чуть позже король показывал ему различные кристаллы, прося назвать их. Сомбра не только правильно назвал каждый, но и смог почувствовать магические особенности каждого из них, даже те, о которых в книгах не было ни слова! — Отлично! — поздравил его король. — Кажется, у тебя талант! — Наверное, — Сомбра опустил взгляд на кристаллы. — Большинство пони учатся целые десятилетия, прежде чем узнать всё, что ты знаешь теперь. Сомбра не смог сдержать горделивую улыбку. Вдруг его окружило свечение, а когда оно исчезло, на его крупе красовались три красных кристалла. — Ты только погляди! — правитель засмеялся. — Это нужно отпраздновать. — Что это значит? — удивился Сомбра, рассматривая свою кьютимарку. — Я могу распознавать кристаллы… она кажется слишком упрощенной. — Ты разберешься с этим со временем, — улыбнулся король. — А теперь давай посмотрим, чем нас может накормить наша кухня…***
Но даже Кристальная Империя не была тем идеальным домом, о котором мечтал Сомбра. Пони, как и многие до них, отворачивались от него, как только видели цвет его магии. Королю это было не важно. Он делал всё возможное для того, чтобы обучить Сомбру и сделать своим советником. Жеребец, бывший его правым копытом, был недоволен этим и не доверял Сомбре, поэтому однажды сказал королю, что жеребенок нестабилен.***
— Глупости, Скролворк, — помахал копытом король. Луна и остальные стояли неподалеку от приоткрытых дверей, за которыми Сомбра подслушивал разговор. — Эта магия зло. Если вы позволите ему оставаться среди ваших подданных, никто не знает, что он может сделать! Сомбра отступил от двери на шаг, его лицо ничего не выражало. — Он немного нервный, но у него любознательный и острый ум. Он не обучался темной магии. Я верю его словам: он с ней родился. — Вы не можете быть уверены в этом на сто процентов, ваше величество. Все мы знаем, что книги о темной магии есть даже в Кристальной Империи, в запрещенной секции библиотеки. Чёрной магии нужно чёрное сердце! — Ничье сердце не может быть чёрным полностью. Его главным врагом будет страх и подозрительность, но он должен научиться бороться с ними, прежде чем будет готов управлять королевством! — Пожалуйста, ваше величество, услышьте мои слова, он подвергнет нас всех огромной опасности… — Они все одинаковые, — бормотал Сомбра с горечью в глазах и голосе. — Все пони меня боятся. Что я такое? Внезапно его лицо исказила ярость. Он уставился на дверь, а потом топнул копытом по кристальному полу. Аура тьмы окружила его, а сам он ухмыльнулся. — Пусть тогда они все исчезнут! Король и Скролворк услышали его ругань и подбежали к двери. — Сомбра? Дитя, что ты делаешь? — пегас с ужасом смотрел на объявшую единорога ауру. — Вы все лжецы, вам нужно преподать урок… — Видите, ваше величество, — глумился Скролворк. — Нестабильный и опасный! — ЗАТКНИСЬ! — Сомбра закрыл глаза, и над его головой заклубился шар темной энергии. Он расширился, втянул в себя пространство, а затем оглушительно взорвался. Все, кого он коснулся, исчезли. — Просто держитесь от меня подальше! — закричал Сомбра. Коридоры и залы опустели. Сомбра стоял в полном одиночестве, замок был пуст. Его бока вздымались, а большая часть сил ушла вместе с магией. — Они все одинаковые, — икнул он. — Все до одного. Он вбежал в тронный зал, глядя на пустующее кресло короля. — Ты тоже лжец, старик, — его голос наполнился злобой. — Ты никогда бы не позволил мне помогать тебе в управлении государством, ты тоже меня боялся. Он зарычал и сгустком магии разбил кристальный трон на куски. На пол упала кипа свитков, и он подтащил один к себе, развернул и начал читать. Свиток, подписанный Скролворком, рекомендовал королю отказать Сомбре в месте в Совете, ссылаясь на его жестокость и нестабильность. Он прочитал его громко, вслух, и его голос ломался от гнева, обиды и горечи, а когда он дочитал, вся боль выплеснулась в диком крике. Свиток упал на пол. — Я сдаюсь, — он лег возле осколков трона и положил голову на передние копыта. — Я устал бороться…***
Некоторое время было тихо, только тихие, но от того не менее душераздирающие всхлипы и проклятия доносились от обозленного и расстроенного единорога. Искра темной магии снова пробежала по его рогу, тихо стрекоча. Он сел, не понимая, что происходит, и огляделся. — Ч-что происходит? — запаниковал Сомбра. Под его копытами внезапно разверзлась бездна, в которой темными водами плавала магия. Он попытался встать, но щупальца опутали его ноги, обвили спину и шею, прижимая к полу. Сомбра запаниковал, отчаянно пытаясь освободиться, но жидкую тьму нельзя было остановить. Она опутала его полностью, Сомбра попытался зажечь рог, но ничего не произошло. Наблюдающие за ним пони вздрогнули и услышали вопль, полный чистейшего ужаса и боли. Перед ними корчилась в конвульсиях фигура пони, облепленная вязкой чернотой, маслянистые бока блестели, а рот, чёрный даже изнутри, распахнулся в беззвучном крике. На мгновение она, казалось, просто облепила его тело, но затем начала расти, дёргаться, перекатываться… Тьма стекла вниз в одно мгновение. Пони, стоявший перед ними, был тем самым Сомброй, которого они знали. Выше, сильнее, с плывущей гривой и загнутым красным рогом. Но превращение не закончилось. Тьма, плавая у его копыт, заструилась по его ногам вверх, оставляя после себя доспехи и мантию. Сомбра открыл глаза. Теперь они были темнее, чем прежде, но по-прежнему сохраняли рубиновый оттенок. Он оглядел себя, а затем засмеялся, и смех этот был полон безумного удовлетворения. — Посмотрим, как вам теперь удастся меня уничтожить, — загоготал он. — Они искали причину бояться меня, что ж, теперь она есть! — его голос тоже изменился, стал похож на тот, который они знали. Он стал ниже под влиянием тьмы, окутавшей его сердце. Пространство заполнила темнота, а пони проснулись в библиотеке.***
Несколько минут они просто стояли и молчали, переваривая всё, что увидели. Твайлайт не могла сдержать слёз. — Оно… оно просто полностью захватило его! — Это было… — Шайнинг Армор потряс головой. — Неудивительно, что он сошел с ума. Он был совсем молод, это тьма состарила его! — Он просто хотел быть достаточно сильным, чтобы никто не мог ему навредить, и это желание исполнилось… — тихо прошептала Твайлайт. — Должно быть, он чуть от горя не умер, када единственный пони, который в него верил, собирался от него отвернуться, но шо это была за тьма? — Эпплджек вопросительно посмотрела на Луну. — Старсвил Бородатый сказал однажды что не вся магия исходит от света. Темная магия была запрещена, и у этого были свои причины: она была слишком сильна и опасна в злых копытах. Настолько сильна, что её иногда невозможно было бы контролировать. Все мы неосознанно держим некий барьер, позволяющий нашей магии не уничтожать всё вокруг, а выходить только тогда, когда нам это нужно — то есть, не даем магии просто так палить из рога, а контролируем её. Когда его вера в мир рухнула, это могло повлечь за собой ослабление барьера: он дрогнул, и тьма захватила его. Она замолчала, а потом прошептала: — Со мной случилось то же самое, когда я превратилась в Найтмэр Мун. Ревность к любви пони привела меня в отчаяние, и тьма захватила и моё сердце… — Но он же таким родился, это ведь не его вина, — сочувственно прогорланила Пинки. — Но все пони были так злы к нему! — Ага, например, его собственный отец, — вздрогнула Рэрити. — Это ж просто… бессердечно! — Возможно, если бы он встретил пони, который обучил бы его борьбе с этим, всё было бы по-другому. Но, насколько я знаю, он — единственный пони, рожденный с темной магией, — ответила Луна. — Неудивительно, что Империя подверглась жестокости с его стороны — это всё, что он знал по отношению к самому себе, — Кейденс покачала головой. — Делать пони больно и получать то, что хочешь… Этого можно было избежать, если бы к нему проявили хоть каплю доброты. — И он видит это каждую ночь? — спросила Твайлайт. — Возможно, — покивала Луна. — Когда я входила в его сны, он думал только о трещине, поэтому я не видела этих сцен. — А мы че-нить можем сделать? — спросила Рэйнбоу. — Мне, типа, жаль его… Я имею в виду, его детство полный отстой! — Дайте ему шанс, — Твайлайт вытерла слёзы копытом и посмотрела на брата. — Хорошо, Твайли. Я доверяю тебе. Может, он действительно заслуживает нормальной жизни. У меня язык не поворачивается винить его после всего того, что я увидел. — Я удивлена, что он не заметил нас в своем сне, — задумчиво потерла подбородок Луна. — Должно быть, кошмар был настолько всепоглощающим, что он даже не обратил внимания на посетителей. — В королевской библиотеке должно быть что-то, что могло бы нам помочь, — Кейденс взглянула на Твайлайт. — Нужна любая информация. — Ему нужна помощь, прежде, чем он уничтожит сам себя! — кивнула Твайлайт. — Когда осколок Кристального Сердца поселился в его собственном, он, должно быть, вспомнил обо всем этом, — заключила Луна. — Думаю, он смог забыть всё после того, как стал… другим. — Но это так…так ужасно! — Флаттершай, как и Пинки Пай, была очень расстроена тем, что увидела. — Никто такого не заслуживает! Неудивительно, что Сомбра никому не доверяет, у него и повода нет! — Тогда давайте покажем ему, что мир больше не будет к нему так жесток! — в глазах Твайлайт загорелась решительность. — Да! — воскликнула Рэйнбоу Дэш. Остальные закивали. Началась бурная беседа, темой которой был острый вопрос: как помочь Сомбре.
