From Darkness To Light

      В момент пробуждения Сомбра ничего не помнил о вчерашних событиях. Но воспоминания врезались в его мозг одно за другим, поэтому сонливость как копытом сняло.       Фестиваль. Жеребята. Восстановление всего. Кейденс, говорящая всей империи, что…       От этого воспоминания Сомбра ринулся головой под подушку. Конечно! Указ, оставленный королем, его приемным отцом. Он спрятал его так, чтобы отыскать документ смогла лишь Луна. И вместе с указом прилагался приснопамятный ножный браслет. Переделанный из короны королевы, когда-то носимый королем, браслет был оставлен Сомбре Клаудспарком.       Сомбра всеми силами старался избежать этой участи. К его полному недоумению и крайней степени шока, Кейденс и Шайнинг Армор не высказали ни единого слова против, как он надеялся, а даже наоборот, поддержали решение Клаудспарка. Даже Твайлайт Спаркл и её друзья позволили себе вмешаться и заявить, что он заслужил такой шанс. И, как вежливо высказала Эпплджек, это позволит ему перестать винить себя во всех его прегрешениях.       На следующий день после совета Луны перестать отсиживаться в замке и пойти погулять по городу, он вспомнил об обещании и помчался на школьную ярмарку, где малютка Брайт Спарк торговала пирожными вместе с матерью. После того, как на ярмарку обрушились несчастья, Сомбра вместе с принцем Шайнингом, тремя гвардейцами и шестью известными пони помогли всё восстановить. И пока происходило всё это безумие, остальная часть Империи переваривала новость о том, что Сомбра технически (и юридически, по заверениям Селестии) наследный принц Кристальной Империи.       Единорог поморщился, вспомнив, как он услышал в свой адрес «ваше высочество». Изрядную часть фестиваля он потратил на извинения за нерасторопность, вызванную задумчивостью, и кто-то заговорил с ним, обратившись к нему как к принцу и уверяя, что в его извинениях нет никакой нужды.       Впрочем, он улыбнулся, когда вспомнил, что день закончился внезапным превращением в няньку для группы жеребят. Спарк была так взволнована, что прыгала вокруг с энергией, которая, казалось, не кончится никогда. Сомбре пришлось признать, что он не хотел, чтобы этот день заканчивался.       Со стоном пришлось смириться, что подчиниться указу Клаудспарка придется, или хотя бы принять его. Это казалось… странным. Всё то безумие, насильственный захват власти, провозглашение себя Королем Тьмы, или кристаллов, или чем-ещё-сено-тебя-подери он себя обозвал. И всё это время маленькая записка-сюрприз ждала его, чтобы дать всё то, что он взял силой.       И вот тут у Сомбры проскочила интересная мысль. Почему он вообще взял себе титул короля? В Эквестрии «короли» и «королевы» были редкостью, и даже Клаудспарк был на грани того, чтобы отказаться от именования его «королем» ввиду чрезмерной официальности. Так почему же?       Отец. Наверное, в каком-то хитровывернутом смысле Сомбра пытался доказать себе что-то. Пытался уцепиться за последние остатки добра своей жизни, даже погружаясь в пучины безумия. То время отозвалось в теле Сомбры дрожью. Воспоминания были смутными, сознание надежно спрятало их где-то глубоко внутри. Каждый раз, как он пытался вспомнить хоть что-то, пони чувствовал колючую боль в груди, и его накрывала паника. Что же такого он не хотел помнить?       Недовольное бурчание желудка прервало его беспокойные размышления, порицая единорога за то, что он сидит без дела, а не ищет завтрак. Пони всё ещё преследовало чувство «я не в своей тарелке», но Сомбра накинул плащ и прошел в коридор.       — Доброе утро, ваше высочество! — поприветствовал сонного жеребца один из гвардейцев. Поначалу он думал, что Сомбра или не услышал его, или просто проигнорировал, пока тот не остановился спустя пару метров с недоуменным «а?». Спустя секунду до него дошло: Сомбра фэйсхуфнул, поморщился и пробормотал извинения, а затем ещё раз повторил, что не стоит его так называть. И ушел.       Это было немного забавно, подумал гвардеец. Скорость, с которой до Сомбры дошло, что его назвали «его высочеством», не могла не вызывать улыбку.       — Утречка! — поприветствовала его Твайлайт, когда Сомбра вошел. Он отозвался сонным «доброе утро», и вновь услышал громогласный вой желудка.       — Ммм! — Пинки Пай, чей рот был набит кексом, помахала ему и постучала по пустому стулу слева от неё, предлагая сесть. Сомбра вполуха слушал их оживленную беседу о каком-то Понивилле. Когда он спросил, что это за Понивилль такой, Пинки взмахнула копытом в воздухе, как будто он был жеребенком в школе.       — Оооо! Это супердупер крутой городок, где мы все живем! Там есть пекарня, библиотека, ферма, бутик и куча классных пони!       — Понятно, — Сомбра моргнул. — Я почему-то думал, что вы все живете здесь.       — Нет-нет-нет! — захихикала Пинки.       — Тем не менее, мы очень рады приезжать в Кристальную Империю иногда, — включилась в разговор Рэрити. — Я, например, обожаю здешнюю моду!       — Два слова: кристальные ягоды, — ухмыльнулась Эпплджек.       — Но Понивилль лучший дом, какой у нас мог быть, — улыбнулась Твайлайт, и пони закивали.       — За Понивилль мы всех замочим! — в духе чирлидера завопила Пинки Пай, залпом прикончив стаканчик апельсинового сока.       — Смотри сама не обмочись, — заметил Сомбра. Рэйнбоу Дэш прыснула в копыто. Пинки засмеялась, но смешки прерывались громкой икотой. В этот момент зашли Кейденс и Шайнинг Армор.       Сцена, которую они увидели, была поистине комическая. Твайлайт и все её друзья хихикали, как сумасшедшие, Пинки Пай громко икала, чуть ли не вылетая из кресла. Даже обычно сдержанная Рэрити держала копытце у рта, а её плечи сотрясались от смеха. Но примечательнее всех был Сомбра. Он единственный не смеялся до упаду, да ещё и очень резко заинтересовался эстетическим видом своего завтрака.       — Утра, — сказал он странно-сдержанным тоном.       — Обмочусь! — завопила Пинки Пай, и Сомбра всё же позволил себе небольшой смешок.       — Лллааадно, — Шайнинг и Кейденс сели за стол, глядя на развеселую компанию. Их взгляд буквально спрашивал: «что это вас так развеселило?»       Рэйнбоу Дэш удалось наконец отсмеяться и достаточно успокоиться для того, чтобы пересказать случайно вышедшую туалетную шутку.

***

      Когда все наконец успокоились, Сомбра расслабился и немного посмеялся над реакцией Пинки Пай. Она перестала икать, но решила, что сока с неё достаточно.       — Ну а теперь перейдем к менее глупым вещам, — усмехнулся Шайнинг Армор. — Селестия показала мне те рисунки, которые ты нарисовал, и, по моему мнению, их должны увидеть все.       — Но как? Просто расклеить плакаты будет недостаточно, — Кейденс нахмурилась. — Не все пони их увидят…       — О, идея! — Шайнинг постучал копытом по виску. — Стадион! Мы можем собрать всех пони там, и объяснить, по какому принципу тени меняют облик. И сделаешь это именно ты, Сомбра.       — Я? — Сомбра замялся. — Почему я?       — Ну, это же твои воспоминания. Логично, что ты сможешь рассказать о них больше, чем мы. Плюс ты понимаешь тьму, знаешь, как она работает. Пони будут верить тому, что скажешь ты, эксперт.       Сомбра выглядел крайне неуверенно, но с планом согласился.       — Тогда я сейчас же этим займусь, — уверил всех Шайнинг.

***

      Незадолго до возвращения Сомбры, Твайлайт с братом наткнулись на существо по имени Кристальный Бард. Это застенчивое и любящее уединение создание однажды было поймано Сомброй, который относился к нему как к питомцу, хоть оно и умело читать. Однажды Кристальный Бард обнаружил один из многих секретных проходов под замком и сбежал. Несмотря на то, что Сомбра поставил множество ловушек, поймать его снова не вышло. Но память о Кристальном Барде ушла водой в песок, и вряд ли бы Сомбра вспомнил о нем сейчас.       Что ж, было очень сложно определить, кто был шокирован больше, когда судьба свела их вновь.       Бард часто читал стопку книг, а затем погружался в спячку, чтобы помечтать. Всё то время, пока Сомбра маялся с тенями, Бард сладко спал. Теперь же он проснулся, потянул затекшие конечности и собрал позаимствованные в библиотеке книги, чтобы вернуть их. Из своего укрытия Бард выбирался, полностью сконцентрировавшись на том, чтобы не уронить книги, так что он не услышал приближающихся шагов и врезался в кого-то.       — О нет… мхрмх, — пробормотал он негромко, — мне очень жаль…       — Ауч, — этот голос. Бард поднял взгляд, и его глаза расширились в ужасе, потому что он, оказывается, сбил с ног жеребца.       — Книги? Это ты, принцесса Твайлайт? — пробормотал Сомбра.       — АААААААААААА! — Бард издал жуткий вопль, чем привлек внимание Сомбры.       — Ого, — единорог наконец-то поднялся на ноги, и смотрел на Барда, склонив голову. Бард же трясся от ужаса, как осиновый лист. — А ты кто?       — П-пожалуйста, отпустите меня, ваше высочество, — взмолился Бард, надеясь отвлечь Сомбру лестью, а потом сбежать. Твайлайт Спаркл уверяла, что Сомбры уже давно нет, и её брат подтвердил это! Откуда он здесь? Опять?!       — И снова я всем говорю, что не надо меня так называть…. — проворчал Сомбра себе под нос, а потом тряхнул головой и нахмурился, подошел ближе. — Ты кто такой, я спрашиваю?       Бард сконфуженно вздрогнул. Король его не узнает? Он же его поймал, в конце концов. Сомнения заставили Барда присмотреться к Сомбре, и отличия не заставили себя ждать. Во-первых, он больше не носил доспехи. Во-вторых, его уши торчали из-под развевающейся гривы, а плащ имел более современный вид. Также на ноге красовался браслет с потрясающим камнем, который отбрасывал яркие блики.       Слезы Барда мигом высохли, а переливы света внутри камня подействовали на него гипнотически. Сомбра понял, на что существо смотрит, медленно снял браслет, поставил его на пол и осторожно подтолкнул к нему.       — Красивый, да?       Заметив, что создание всё ещё наблюдает за ним с опаской, единорог попятился, пока между ними не оказалось приличное расстояние. Бард рискнул приблизиться к браслету и поднять его. Глаза существа загорелись, когда он всмотрелся в драгоценный камень.       — Этот камень называется Пурпурная Звезда, сейчас большая редкость, — Сомбра говорил очень тихо. Существо выглядело как ребенок, которому дали новую игрушку: рассматривало камушек со всех сторон, наклоняло то сюда, то туда. С надеждой на продолжение диалога Сомбра сделал шаг к нему, протянув копыто. — Могу я спросить?..       Но его движение напугало Барда, и он убежал и скрылся в проломе, которого раньше не было. А потом и вовсе захлопнул крошечную дверь. Сомбра вздохнул, снова нацепляя браслет на ногу. Кто это был, и почему он такой шуганный?       На пол пути до библиотеки до него дошло что, наверное, он терроризировал и это робкое существо, когда был королем.       К горлу поднялся комок желчи, напомнивший ему об отвращении, которое он испытывал от своих кошмаров.

***

      Сомбре повезло столкнуться с Шайнингом и тремя его гвардейцами, среди которых был Флэш Сэнтри, когда он завернул за угол.       — Эй, приятель, — Шайнинг позволил себе дружескую ухмылку. — Всё хорошо?       Все стражники склонили головы, приветствуя нового принца, и Сомбра неловко поморщился, едва борясь с желанием сказать, что так делать не надо. Это был всего лишь протокол, но смириться с ним было сложно.       — Там в библиотеке что-то очень странное… — начал Сомбра.       — Что конкретно? — спросил Шайнинг Армор. Сомбра подробно описал ему существо, с которым столкнулся.       — О, а я не знал, что он снова проснулся! — улыбнулся Шайнинг Армор. — Это Кристальный Бард. Надо поздороваться. Ну а нервный он…       — Не надо объяснять, — охранники отметили, каким убитым был голос Сомбры, когда он покорно вздохнул. — Может, если вы ему скажете, что меня не надо бояться, то вам он поверит.       — Ты с ним сам говорил?       — Говорил… безуспешно. Он перестал плакать, только когда увидел камень в браслете, — Сомбра кивнул на него. — Но когда я попытался подойти ближе, он напугался и сбежал. Теперь понятно, почему….       Знакомое затравленное выражение во взгляде Сомбры обеспокоило Шайнинга.       — Как бы там ни было, Кейденс хочет поговорить с тобой, — наконец сказал единорог. Сомбра кивнул, попрощался с ними и ушел.

***

      К его удивлению, у Кейденс для него было задание. Она также упомянула, что, по её мнению, ему нужно выполнить его как можно скорее, поскольку он теперь принц, и ему нужно привыкнуть к этому.       — С этим сложно на первых порах, понимаю. Шайнингу тоже потребовалась некоторое время, чтобы привыкнуть, когда мы только приехали, — она подала ему стопку писем. — Необходимо, чтобы горожане тебя видели. А поручения в интересах Империи сделают твоё присутствие в городе менее неловким. Вот, это ответы на запросы о финансировании. Можешь использовать, как оправдание, если кто спросит.       Аликорница уловила обеспокоенность на его лице и понимающе улыбнулась.       — Я настолько предсказуем? — вздохнул Сомбра, складывая пачки писем в седельные сумки.       — Я знаю, ты не склонен доверять себе или своим намерениям, — теперь Кейденс говорила серьезно. — Как говорила Эпплджек, от этого надо избавляться. Расслабься, просто поболтай с горожанами. Любопытство всегда сильнее страха.       Рассудив, что её слова вполне справедливы, Сомбра кивнул, хотя желудок его сжимался от волнения и предчувствия новых конфузов. Кейденс пробежалась по другим вещам, дала ему несколько заметок, которые, со слов Шайнинга, могут оказаться полезными. Сомбра ещё раз кивнул и убрал всё в сумку, а затем развернулся и вышел из зала.       Кейденс смотрела ему вслед и почти видела кашу из мыслей, бурлившую в его голове. Его внутренний конфликт был ещё силен. Казалось, Сомбра опасается «второго шанса», даже с учетом того, что это было желанием его отца.

***

      Сомбра решил пойти по обходной, чтобы дать себе время на размышления. Мысли кружились и витали вокруг да около того существа, что он встретил в библиотеке. Имя Кристальный Бард ему ни о чем не говорило. Вместо памяти о безумном правлении всплывала лишь пустота. Всё, что у него было, лишь смутные воспоминания, нечеткие и обрывочные. И такие же ощущения.       Солнечный блик привлек его внимание, и Сомбра остановился, чтобы взглянуть на витрину. В ней он узнал тот самый антикварный магазин, в который он ходил в свой первый день здесь с Флаттершай и принцессой Твайлайт. Невольно пони задался вопросом, сохранилась ли там птичка, вырезанная из того же камня, что и на его браслете-ленте.       — Всё хорошо, ваше высочество? — голос напугал его, и Сомбра издал испуганный возглас, а когда повернулся, узнал в вопрошающем владельца магазина.       — Я н-ничего… — выпалил единорог. — Извините за беспокойство, — он хотел было ринуться прочь, но владелец преградил ему путь своим копытом.       — Пожалуйста, не стесняйтесь. Я сожалею, если напугал вас. Помнится, когда мы впервые встретились, моё отношение к вам было не слишком радушным. Но тогда никто из нас не ожидал, что вы будете настолько отличаться от того, кого описали в учебниках истории. Прошу, входите.       Сомбра испытал удивление пополам с облегчением и последовал за жеребцом в магазин. Быстренько просмотрев письма, он заключил, что сюда ему заходить по поручению было не нужно.       — Я надеялся, что вы зайдете. Недавно мне пришел новый антиквариат, и на одном из них есть камень, с которым я не знаком. Пони говорят, что ваш знак отличия связан с кристаллами, так что, может быть, вы смогли бы его опознать.       — Сделаю всё, что смогу, — ответил Сомбра. — У меня есть к вам встречный вопрос.       — В самом деле? Какой же?       Сомбра спросил о птичке, которую он заприметил ещё давно.       — Я долго пытался понять, откуда же я знаю, что это за камень, но только когда принцесса Луна восстановила мои воспоминания об отце, я осознал, откуда, — проговорил Сомбра, глядя на браслет. Владелец магазина вытащил небольшой монокль с увеличительным стеклом и внимательно всмотрелся в реликвию.       — Великолепная огранка, такую редкость я вижу не часто. Подходит разве что для короля или принца, — жеребец добродушно усмехнулся, как бы намекая на новый титул Сомбры. Смущение Сомбры его удивило.       — Я… никто не должен меня так называть, — поспешно выдал он, — после всего…       — Будет вам. Принц Шайнинг Армор сказал в том объявлении, что вы категорически отказались и от титула, и от права наследования. Не знаю, почему вы считаете, что не заслуживаете этого, но пони империи думают иначе. Так что привыкайте, ваше высочество. Последнее время только и ходят слухи, что о вашей коронации. Впрочем, не позволите ли вы ещё на мгновение посмотреть на этот камень…       — Коронация? О, конские перья… Я даже не думал об этом! — простонал Сомбра про себя. Похоже, его план влиться в жизнь Империи в качестве принца максимально безболезненно очень быстро рушился.       Владелец магазина скрылся в задней комнате и вернулся с резной птичкой, поставив её прямо перед Сомброй.       — Только пыль нужно протереть. Большая жалость, что таких вещиц больше не сыщешь, она очень красива, и, как вы и говорили, замечательно светится…       Сомбре говорили, что если ему понадобится что-то купить, он может оформить свои расходы через казну Империи. Он открыл седельную сумку, чтобы достать записи по дворцовым протоколам, но владелец магазина усмехнулся и покачал головой.       — Осколок памяти о счастливых временах, — проговорил он, глядя на удивленного единорога. — То, как вы говорите об этом камне, дает понять, что эта безделушка для вас имеет особое значение. Так что примите это как подарок в благодарность за всё, что вы для нас сделали за эти дни.       Сомбре лишь через пару секунд удалось взять голос под контроль, поэтому благодарность вышла скомканной.       Владелец магазина не мог не заметить, как неуютно себя чувствует Сомбра при любом столкновении с проявлением доброты. Казалось, пони, который проявляет дружелюбие, лишь пытается усыпить бдительность, чтобы подставить его, и это пугало Сомбру. Но когда ему показали камень, единорог расслабился. Сомбра закрыл глаза, и между ним и камнем коротко вспыхнула магия. Когда он открыл глаза, в них было любопытство. Камень, как он сказал, очень древний, и ценится за свою текстуру и цвет. Всё это он знал и из своих детских уроков, и из природного чутья.       — Поразительно! Любой подумает, что у вас в голове целый учебник.       — Я не знаю, откуда я это знаю… Оно кажется мне элементарным, — пожал плечами Сомбра. — Даже советники в те времена не понимали, как я это делаю. Они думали, что это проявление темной магии, и с ума сходили.       — В древние времена всё неизвестное для пони было враждебным, — владелец магазина закатил глаза. — Принцесса немного рассказала нам о том, как пони той эпохи реагировали на вас, считая ходячим предзнаменованием их конца.       — Хорошо подмечено, — тихо рассмеялся Сомбра.       Дверь открылась, колокольчик весело зазвенел.       — Привет, дорогой, мы вернули-ой, извини, я не заметила, что у нас клиент.       Сомбра полуобернулся и увидел кобылу с голубой гривой и жеребёнка, стоящих в дверях. Малышка смотрела на него с любопытством, её глаза были широко раскрыты. Это был не недобрый и презрительный взгляд, скорее у неё была куча вопросов.       — Ваше высочество, это моя жена и дочь, Вэйвфликер и Санбим.       Сомбра учтиво поклонился и поздоровался.       — Теперь мы знаем, что это такое! — муж улыбнулся жене, подняв редкий камень. — Кажется, он довольно популярен среди ювелиров!       — Замечательно, проблем с клиентами не будет, — гордо улыбнулась Вэйвфликер.       — Мхм… Привет! — выпалила Санбим.       — Доброе утро, Санбим, — улыбнулся Сомбра. Она выглядела довольной, и спонтанно задала вопрос:       — Эммммм…. А можно на фиолетовый камушек посмотреть? Спарк сказала, что он очень крутой.       Сомбра кивнул и снял браслет, чтобы позволить кобылке получше рассмотреть его.       — Ух ты… Такой классный! — проворковала она, хихикая над гранями, заставлявшими свет танцевать на её лице. Любопытство было более чем удовлетворено, и пони вернула Сомбре браслет с широкой благодарной улыбкой.       Вскоре после этого Сомбра попрощался с ними, ещё раз поблагодарив за украшение.

***

      В это же время в городе Шайнин Си только что забрала Брайт Спарк с её утренних внеклассных занятий в школе. Её дочь прыгала вокруг и болтала без умолку о том, что они делали сегодня, обещая показать матери рисунки, которые она нарисовала.       Кто-то окликнул Шайнин Си, и они перешли улицу, остановились возле маленького уютного кафе. Шайнин Си начала болтать со своими друзьями, и вскоре Брайт наскучило слушать взрослые разговоры, поэтому мать дала ей немного битсов и отправила в кафе за печеньками.       — Как идет твоё исследование? — Шайнин Си кивнула одной из кобыл, которую звали Квил Пэтал. Она же была историком Кристальной Империи.       — Я провела небольшое исследование о доме принца Сомбры, — она приподняла несколько старых бумажек. — И я оказалась права, кое-чем оно прославилось. А именно — происхождением кометы под названием Чёрная Звезда! Говорят, что она упала на краю этого крошечного поселения.       — А ведь принцесса упоминала какое-то пророчество? — спросила другая кобылка. Квил Пэтал кивнула.       — Да! Я подняла его из архивов и выяснила, что оно буквально предсказывало рождение пони с темной магией!       — Его сила, безусловно, поразительна, — заметила Шайнин Си, вспоминая о щите, который Сомбра поставил, чтобы защитить их, и о том заклинании, которое выследило кукловода армии теней.       — Родился он с таким даром очень не вовремя. Времена темные были, — вздохнула Квил Пэтал. — Как мы могли наблюдать, возможности Сомбры превосходят всё, что есть в книжках истории. Однако темная магия очень опасна и в Эквестрии запрещена. Большинство пони, попробовавших её, выгорали. Опыты показали, что она отнимает слишком много магического резерва единорога.       — Мы ещё так многого о нем не знаем… — пробормотала Шайнин Си.       — Тебе ли об этом говорить, — фыркнула одна из кобыл.       — Ты это о чем? — невинно спросила Шайнин Си, хотя она уже чувствовала, что её щеки вспыхнули.       — Ты с ним разговаривала, наверное, больше чем кто угодно, кроме обитателей замка, конечно.       — Ну, технически, это Спарк с ним постоянно болтает, — Шайнин Си слабо улыбнулась. — Мы с ним не пересекались до чумы, когда он пришел, чтобы спасти и меня, и Спарк.       — Кстати о Сомбре, — говорившая кобылка мотнула головой в сторону улицы. Все посмотрели туда, куда она указала. Там бродил Сомбра, уткнувшись в листы пергамента и высматривая номера на домах.       Брайт Спарк выбежала из магазина с печеньем в сумке, заметила своего лучшего друга, бросающего жгучий взгляд на куски бумаги, и подбежала к краю тротуара, скача как надувной мяч.       — Сомбва! Сомбва! — взволнованно закричала она. При звуке её голоса уши Сомбры дёрнулись, и он моргнул. Как только он заметил Спарк, то сунул бумаги в седельную сумку и направился к ней. Когда он оказался достаточно близко, Спарк бросилась к нему и крепко обняла со всей свойственной ей живостью.       — Привет, мелочь! — усмехнулся он, присев, чтобы быть с кобылкой на одном уровне. Спарк улыбнулась ему и традиционно бупнула его нос. Сомбра тихо усмехнулся и телекинезом усадил её себе на спину.       — У меня, кажется, кое-что ваше оказалось, — улыбнулся он Шайнин Си, — такое маленькое, прыгучее и хихикающее, не знаете, что это?       Спарк хихикнула с его спины. Сомбра взглянул на остальных кобылок с любопытством и склонил голову, вежливо приветствуя их. Правда, его смутил тот факт, что две из них слегка покраснели.       Из кафе вышла официантка, дважды бросила взгляд на внезапно появившуюся королевскую особу и взволнованно покачала головой, прежде чем спросить, не желают ли уважаемые гости сделать заказ.       — Ты останешься с нами? — спросила Квил Пэтал у Шайнин Си. Кобылка была близка, чтобы поддаться искушению поболтать с подружками, но вспомнила, что у неё есть дочь. Сомбра заметил её взволнованный и немного расстроенный взгляд и влез в диалог.       — Я мог бы взять Спарк с собой, на какое-то время? — мягко произнес он. — На самом деле у меня куча дел, но я понятия не имею, куда иду, и мне бы очень пригодилась её помощь.       — Ты как, солнышко, хочешь? — спросила Шайнин Си Брайт, мгновенно закивавшую с такой скоростью, что удивительно, как у неё голова не оторвалась. И это пока она, к удовольствию присутствующих кобыл, рассеянно жевала постоянно утекающий кусок гривы Сомбры.       — Я не думаю, что она в ближайшем будущем будет похожа на еду, — весело сказал Сомбра, даже не повернув головы.       — А, ой, — хихикнула Спарк, оставляя его гриву в покое. Сомбра мягко улыбнулся, договорился, что отведет маленькую пони домой. А потом, вежливо попрощавшись, пустился рысью по улице.

***

      — Твоя дочь абсолютно бесстрашная, — усмехнулась Квил Пэтал, когда Шайнин Си села за стол.       — Я знаю! Поначалу я забеспокоилась, когда она сказала, что встретила высокого темного пони. Я уже слышала об указе к тому времени, так что я поняла, о ком она говорит. Спарк сказала, что он показался ей очень одиноким, и я подумала, может, она видит больше, чем я? Я чуть в обморок не упала, когда она сказала, что представилась обычным способом — а это значит, что она подошла к нему, стукнула ему копытом по носу и сказала «буп!». Я была абсолютно уверена, что он огрызнется на неё, вы же знаете, каким он раньше был! Но он этого не сделал. Она сказала мне, что Сомбра смотрел на неё с любопытством. Думаю, он был поражен её дружелюбием! А потом он помог ей спрятаться от хулиганов, ещё и отпугнул их!       Пони слушали с молчаливым любопытством. Шайнин Си продолжила.       — Потом, в день её пикника с классом, она приходит домой и рассказывает что-то о розовой пони в королевской кухне, и на этот раз Брайт назвала его по имени! Сказала, что он отругал этих подлых кобылок и сказал, что она такая же яркая, как её имя. Она выглядела такой счастливой впервые за долгое время, в кой-то веки она улыбалась! А на следующий день даже классная руководительница сказала мне, что была ошеломлена тем, как Брайт изменилась после встречи с Сомброй… — она остановилась, чтобы перевести дух. — Наверное, он интуитивно понял её.       — Рада видеть, как она улыбается. Знаю, как ты о ней беспокоилась, — сказала подруга. Шайнин Си моргнула в знак согласия.       — Никогда бы не подумала, что ключом к такому сиянию Спарк будет пони вроде него. Но как-то он им стал! Когда она рассказала мне о нападении на дворец, у меня голова кругом пошла. И что Сомбра встал на пути тварей, чтобы защитить её! Вот тогда я и поняла, что он никогда не причинит ей вреда… или любому из жителей. Если он так заботился о жеребёнке, то я обязана дать ему шанс…       — Я удивлена, то он так умен и вежлив. Кажется таким диким после всего, что он творил раньше. Его нормальное «я» так… хорошо себя подает.       — Всё, что я знаю, это то, что прошлое ещё беспокоит его, — заметила Шайнин Си, вспоминая озабоченность дочери, рассказывавшей о том, как Сомбре было грустно. — Он всё ещё не может принимать чью-либо доброту в свой адрес…       — Он хотя бы из дворца выходит, — Квил Пэтал вздохнула. — Народ говорил, он боялся, что мы навредим ему, думал, нападем или того хуже.       — Не в этом дело, — мотнула головой Шайнин Си. — С первого дня своего здесь появления его избивали до полусмерти, он не боится физической боли. Из того, что я узнала от Спарк и принцессы Кейденс на фестивале, можно сделать вывод, что у него нет доверия к другим из-за его прошлого. Подумать только, с самого детства тебя боятся и ненавидят только потому, что у тебя другая магия…       — Похоже на поговорку «обжегся на молоке, на воду дуешь», — прокомментировала кобылка, — любое проявление доброты и чуткости было лишь для того, чтобы ударить побольнее потом. Ему это надоело, и теперь он опасается подпускать к себе хоть кого-то. Ну, кроме маленьких очаровательных жеребят.       Все они улыбнулись, потому что взаимодействие Брайт Спарк и Сомбры было очень милым!       — Спарк всегда чувствовала себя одинокой и грустной из-за своей картавости, — Шайнин Си говорила о дочери с любовью. — И несмотря на мои попытки, я не смогла убедить её поверить в себя. Для маленького жеребёнка вера состоит наполовину из семьи, и наполовину из мира. Без веры в обеих половин она впала в уныние. Сомбра увидел в ней что-то знакомое, когда она его встретила, вот почему он присматривает за ней. Петалблум процитировал мне его слова: «Неважно, как она говорит! Честности её слов достаточно, чтобы сделать её лучше любой пони, которая пытается её унизить!».       — Как красноречиво!

***

      — В тот день она пришла домой радостнее некуда, несмотря на выходки хулиганов. А то, что Сомбра сказал про её имя, просто сделало её день!       — Надеюсь, мы сможем убедить его раскрыться нам немного больше, — грустно размышляла Квил Пэтал.       — Похвала от других, в которую не веришь сам, не имеет никакого смысла, — вздохнула Шайнин Си.

***

      Вдали от кобылок, перемывающих кости его загадочной натуры, Сомбра чувствовал себя намного спокойнее, особенно когда его любимая маленькая подруга сопровождала его. Брайт забралась в седельную сумку, высунула оттуда голову и хихикнула. Сомбре ничего не оставалось делать, кроме как слегка посмеиваться её выходкам.       Вскоре они подошли к первому магазину, и Брайт Спарк вдруг заявила, что у неё есть идея, а затем скрылась в седельной сумке. Поняв её замысел, Сомбра слегка толкнул дверь текстильного магазина.       — Доброе утро! О! В-ваше высочество! — поспешно поправилась кобылка. Она никогда раньше не встречала Сомбру лично, не то, что разговаривала. Как и многие, ей доводилось наблюдать за ним издалека, обычно между боями или просто в городе.       — Принцесса Кейденс попросила, чтобы я доставил вам… секундочку… — он повернул голову, заглядывая в сумку. — Нашлось?       Кобыла моргнула. Зачем он разговаривает со своей сумкой? У него там это, с головой всё хорошо?       Вдруг клапан сумки откинулся сам собой, и сияющая от удовольствия кобылка высунула голову, держа конверт в зубах!       — Спасибо, мелочь, — Сомбра усмехнулся, телекинезом взял письмо и переправил его продавцу. Кобыла не могла сдержать улыбки от этой очаровательной шутки. Большинство пони уже знали, что маленький жеребенок был первым, кто решил прорваться сквозь барьеры мрачности Сомбры.

***

      В том же духе они доставляли все письма. Брайт Спарк, играя в почтальона, выскакивала, чтобы протянуть своему другу необходимое письмо.

***

      Один из магазинов, куда вел их список, казался немного заброшенным. Сомбра взглянул на письмо. Оно было адресовано мистеру Шорткрусту и его жене Фрутбаркс. И хотя на двери висела табличка «открыто», внутри никого не было. Единорог прочистил горло, и его рокочущий голос пронесся по всему магазину.       — Есть кто живой?       — Здвавствуйте? — позвала Брайт.       — Минуточку, молодые пони, — донесся до их ушей измученный голос, а следом шарканье копыт. За прилавок проковылял пони. У него была сломана нога, и костыли не позволяли передвигаться быстрее. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, кто стоит на пороге его магазина.       — Доброго, это же принц Сомбра, не так ли? А кто ваша подруга?       — Это Брайт Спарк. Мы здесь, чтобы передать письмо от принцессы Кейденс.       Брайт передала письмо жеребцу; он открыл его, улыбнулся и положил рядом. Сомбра заметил, что в его улыбке что-то не так.       — Всё хорошо? — рискнул спросить он.       — Не о чем беспокоиться, ваше высочество, — жеребец попытался отмахнуться, но Сомбра не удержался.       — Принцесса Кейденс настаивает, чтобы я узнал состояние современной Империи, и бизнес в ней имеет первостепенное значение, так ведь? Если у вас что-то не так… — начал единорог.       — Приятно слышать подобные речи, — тихонько усмехнулся пони. — Вас, похоже, не обманешь, да?       Он вздохнул и сел, поморщившись.       — Дело в том, что моя жена приболела, а я на прошлой неделе упал с лестницы и сломал ногу. Я планировал украсить магазин, но средств на это нет, а много с гипсом на ноге не заработаешь. И испечь столько тортов я тоже не могу.       Сомбра нахмурился. Брайт смотрела на него и недоумевала, о чем он так задумался.       — Смею предположить, у меня есть решение, — Сомбра вытащил из сумки блокнот и перо и принялся что-то быстро писать. Брайт выбралась из его седельной сумки и теперь сидела на столе, с любопытством наблюдая за ним.       — Мне на ум сразу пришли две пони, которые могут вам помочь.       Сомбра запечатал письмо и быстрым заклинанием отправил его адресату. Это было заклинание-шутиха, которое ему пришлось направлять самостоятельно. Но поскольку он знал ауру одной лишь Твайлайт, то послал письмо ей, полагая, что её друзья будут находиться поблизости.       В принципе, он не ошибся.

***

      — Вот и всё, — заявила Рэрити, когда они вышли из магазина тканей. — Это всё, что мне было нужно, чтобы создать ваши новые платья для гала!       — Ура! — взвизгнула Пинки Пай. — Оно снова будет конфетным?       — Поживем-увидим, — загадочно ответила Рэрити, но не смогла скрыть возбужденной улыбки.       Из ниоткуда вдруг появился свиток, который плюхнулся на нос Твайлайт, обернувшейся посмотреть в сторону Рэрити.       — О! Почта! — Пинки захлопала копытами.       — Это от кого? — спросила Рэйнбоу.       — От Сомбры, — с любопытством ответила Твайлайт, развернула его и начала читать.       «Принцесса Твайлайт Спаркл, у меня есть просьба к вам и вашим друзьям, особенно к мисс Рэрити и мисс Пинки-Сладкая-Вата-Пай. По просьбе принцессы Кейденс я сегодня обошел Кристальную Империю, чтобы доставить уведомления по её поручению. Один из магазинов остро нуждается в — идиот».       Это слово было нацарапано рядом с огромным пятном. Рядом с ним было что-то похожее на маленькое копытце.       «Прошу прощения. Спарк, это перо НЕ игрушка, хах… Глупенькая, не может устоять перед пушистым гусиным пёрышком. Пока я пишу, она только и говорит о том, как это круто… Возвращаясь к сути, магазин, о котором я писал выше, нуждается не только в косметическом ремонте, с которым справится только мисс Рэрити, но и в помощи с выпечкой, а это, насколько я могу судить, призвание Сахарной Ваты. Пожалуйста, дайте мне знать, сможете ли вы заглянуть в магазин. Его владелец будет крайне признателен».       Внизу было ещё одно пятнышко в виде копытца и шаткие буковки, из которых складывалось «привет, принцесса Твайлайт Спаркл и её друзья!»       — Ой, — хихикнула Флаттершай, — эта кобылка очаровательна.       — О, о, о, давайте пойдем прямо сейчас? — Пинки Пай можно было назвать одной широкой улыбкой.       — Магазин нуждается в косметическом ремонте? Нельзя этого так оставлять, вы согласны? — Рэрити была настроена решительно.       И весёлая компания отправилась в магазин. Сомбра написал адрес с обратной стороны пергамента, так что они знали, куда идти.

***

      Брайт Спарк развлекала хозяина магазина рассказами о том, как они с мамой пекут печенье, когда раздался звонок в дверь и знакомый голос объявил:       — А вот и тортовая кавалерия!       — Ох, вот и славно, — Сомбра вздохнул с облегчением. Он надеялся, что они смогут зайти, но даже не подозревал о том, как скоро.       — Мы как раз ходили по магазинам, и тут твоё письмо, — просияла Рэрити. Они тут же представились владельцу магазина и включились в бурное обсуждение деталей ремонта.       Сомбра и хотел бы остаться, но у него было ещё много писем, поэтому он неохотно попрощался со всеми. Брайт прыгнула в его сумку и уютно устроилась.       — Глазам своим не верю, — покачал головой Шорткруст. — Собака лает, но не кусает, а?       — Он выглядит свирепым, но на деле не такой сварливый ворчун, — гордо кивнула Пинки Пай.

***

      К тому моменту как все письма были разнесены, Сомбра знал большинство владельцев магазинов Кристальной Империи. Также он умудрился найти ещё одну подработку для Рэрити, если она захочет, конечно: нужно было разработать униформу для официантов.       Брайт Спарк он отвел домой, как и обещал. Единорожка на прощание дала ему сложенный листок из своей сумки, строго настрого наказав посмотреть его позже, и одно из трех печений, которые купила утром.

***

      По пути в замок Сомбра быстро расправился с печеньем, а затем развернул листок.       Брайт нарисовала очаровательно красочный портрет себя, своей матери… и его.       «Моя семья» — гласила неровная подпись внизу. Сомбра остановился, не доведя копыто до земли, переполненный радостью и восторгом, в которые не смел поверить. Он думал, что удочерил её, но теперь всё было наоборот, потому что это она приняла его в свою семью.       Единорог надежно спрятал рисунок в свою сумку и, искренне улыбаясь, вернулся обратно в замок.

***

      Кейденс была рада видеть его таким радостным и расслабленным. Сомбра сообщил ей, что задание выполнено, вкратце рассказал о владельце магазина, нуждающемся в помощи, и о том, что Твайлайт Спаркл с компанией уже занимаются этим. И, конечно же, о своей маленькой помощнице.       «Он медленно приспосабливается, — подумала Кейденс после того, как он ушел. — Я рада видеть, что он становится более открытым».

***

      Сомбра вернулся в библиотеку вместе с резной птичкой и запиской, в которой говорилось, что он не ждет прощения от Кристального Барда, но надеется, что тот примет эту маленькую статуэтку в знак мира.       И статуэтку, и записку единорог оставил у того места, где последний раз видел исчезнувшего барда-затворника. Он правда не рассчитывал, что Бард его простит, но чувствовал непреодолимое желание хотя бы попытаться извиниться.

***

      В темном и искривленном пространстве бушевало негодование. Этот проклятый единорог продолжал рушить все планы! И остановить его оказалось невозможно. Он сопротивлялся каждому ранящему воспоминанию, которое было подсунуто ему под нос. Ему было ужасно больно, до одури больно, но этот упрямец не отступил! У него как будто безграничное количество козырей в рукаве, и это раздражает.       Но ничего. Новый план лучше прежних. Внезапный и эффективный, гораздо лучше прошлых атак… Он-то покажет этому жалкому ничтожеству, почему мир должен сотрясаться от ужаса! Но сначала нужна отрава… и тот, кто её добровольно пожрет.       Медленно, шаг за шагом принципы работы магии этого мира становились ясны. Тщательное изучение магии высосанных единорогов не прошло даром. Заклинание было готово сослужить свою прекрасную службу.

***

      Меж деревьями сиял ярко-окрашенный цветок. С виду безобидный, но если правильно смешать, можно получить мощное успокоительное или обезболивающее. Для скользнувшей тени он излучал опасность. Вот как виделись для неё вещи. Не нужно было никаких книг, чтобы понять, что это именно то, что она искала. Такова была её природа. Цветка хватило — тень сорвала его и тихо и мерзко захихикала.

***

      Вечером того же дня Шайнинг Армор спросил, не сможет ли Сомбра прийти утром на тренировочную площадку и научить стражников сражаться с тенями. Сомбра согласился и большую часть ночи провел за составлением плана к своему импровизированному уроку.       В конце концов, ему в голову пришла идея, и он начал составлять заклинание.

***

      Шайнинг Армор заметил, что Сомбра казался немного сонным, когда пришел к нему, но единорог заверил его, что всё в порядке, и упущенные часы сна стоили того. Мысленно задаваясь вопросом, что же такое жеребец запланировал, Шайнинг провел его к казармам, где проходили тренировки. Несколько рядов кристальных пони-стражников ждали их. Ропот любопытства прошелся по рядам, когда солдаты увидели Шайнинг Армора рядом с Сомброй. Несмотря на то, что их первые встречи сделали их врагами, сейчас со стороны казалось, что два принца связаны крепкой мужской дружбой.       Шайнинг откашлялся, прежде чем подойти к микрофону, чтобы его голос был четким и громким.       — Итак, все присутствующие! На сегодня вы уже без сомнения привыкли к очкам, созданным моей сестрой. Но у нас есть и другая цель, помимо уничтожения иномирных тварей — эффективное и БЕЗОПАСНОЕ их уничтожение, чтобы свести к минимуму потери среди нас и гражданских. Так что я, естественно, обратился к единственному сведущему в этом деле пони. Именно поэтому я попросил его прийти сюда сегодня, чтобы мы смогли научиться побеждать этих мерзких слизистых существ ещё лучше!       Все зааплодировали в знак одобрения. Шайнинг жестом пригласил Сомбру встать рядом с ним.       — Эти твари учатся так же быстро, как и мы, — низкий, рокочущий голос Сомбры мигом уничтожил всё веселье. Солдаты внимательно слушали. — Они перешли от одиночных атак к контролируемым групповым нападениям. В своих попытках ранить нас они становятся все более свирепыми. Те, кто был на фестивале, сами видели, как легко они нападают даже на детей.       Те, кто был, кивнули. Одна лишь перспектива нападения на невинных жеребят вызывала ярость.       — Они быстры и проворны, но их ядра слабее чем у того, кто их контролирует. До сих пор я не знаю, есть ли какой-то способ отличить их друг от друга, исключая тот, что принцесса Твайлайт Спаркл назвала моим инстинктом, знанием, заложенным во мне, грубым заклинанием, которое приводит меня к кукловоду. Но это занимает минуту или две, в течение которых тени массово атакуют. Я не могу расшифровать для вас заклинание, которое использую, так что мы должны работать с тем, что имеем. Ядра разбиваются со взрывом. С этого и начнем.       Последовали кивки и восторженные возгласы. Шайнинг кивнул в знак благодарности и велел всем двигаться к штурмовой трассе, чтобы проверить ловкость. Сомбра сидел рядом с Шайнингом и смотрел, как группы бегут по трассе. Он заметил, что у некоторых есть природные таланты к скорости и ловкости, и они вероятнее всего вступят в бой быстрее остальных.       — Они чрезвычайно хорошо обучены, — сказал он единорогу. — Образцовая работа.       Шайнинг Армор не мог скрыть свое довольство и гордость. Эта работа была большей частью его жизни; по крайней мере, в Кантерлоте.       Как только солдаты закончили разминаться, настало время следующего этапа тренировки, который Шайнинг предоставил Сомбре.       — Потребовались некоторые силы, но я смог создать тренажер, который вы можете использовать, момент…       Пони обменялись взглядами. Что он имел в виду под «тренажером»?       Сомбра закрыл глаза, позволяя своей магии работать на полную мощность. Перед ним образовался круг заклинаний, а затем появился черно-фиолетовый дым. Он закружился, а затем принял форму одной из теней. Светящееся пурпурное ядро можно было увидеть и без очков. Тень зависла над травой, её желтые глаза смотрели не мигая.       — Вау, — нервно выдохнул один из солдат.       — Не беспокойтесь, — Сомбра открыл глаза. — Это лишь фантом, созданный с помощью магии, не настоящая тень. На мой взгляд, лучший способ научиться — это сойтись в бою, и фантом показался мне менее опасным, чем другие варианты.       — Но оно… я хочу сказать, оно может думать? — беспокойно спросил солдат. Сомбра покачал головой.       — На деле я выяснил, что он даже стоять-то не может, если я его не держу. Смотрите сами.       Судя по всему, единорог отпустил поводья заклинания, поэтому тень какое-то время просто стояла на месте. А потом высунула язык и издала неприличный звук, похожий на тот, что издает шарик, из которого спустили воздух.       Стражи захохотали. Сомбра сам едва сдержался. Он не спал допоздна не только создавая это штуку, но и забавляясь тем, как она реагирует, когда он перестает её контролировать.       Ещё больше причин для смеха у солдат появилось, когда тень посреди очередного такого выступления упала мордой в пол. Но настоящая истерика началась, когда тень попыталась передвигаться, прижавшись лицом к земле, всё время издавая этот весёлый звук. Таким образом, монстр носился вперед-назад, сопровождаемый громким смехом.       — Хорошо…хорошо, — Флэш Сентри схватился за бока. — Мы поняли!       — Почему это кажется таким знакомым? — фыркнул один из стражей.       — Понятия не имею…       — Ладно, — Шайнингу пришлось опереться на Сомбру, потому что он готов был упасть от смеха. — Ты своего добился, приятель; пожалуйста, убери этого придурошного, пока я не упал в обморок!       — Без проблем, — Сомбра снова сфокусировался на тени.

***

      Стражей разделили на группы, каждая из которых должна была показать, как она справится с тенью. Благодаря обширному опыту общения, Сомбра усвоил множество их боевых привычек, поэтому смог неплохо подражать теням. При помощи небольшого магического усилия единорог направил фантом вперед, и дал шанс солдатам посмотреть, как она двигается.       Он также ещё раз объяснил, что для уничтожения ядра нужно много сил и осторожности, так как они взрываются и могут ранить кого-нибудь. Поэтому во время детонации лучше не стоять слишком близко.       — А прежде, чем вы скажете «но Сомбра, вы же сами стоите впритык к ним», я вам напомню, чем это обычно заканчивалось. Ко мне, по моему скромному мнению, очень применима фраза «я танк, я бронированный», поэтому в способностях своего организма выдержать подобные повреждения я не сомневаюсь. Но я не советую никому следовать моему примеру. Мы должны свести к минимуму риск вашей травмы. Поэтому моя рекомендация — удар с ноги в спину. Ваши накопытники придадут удару большую силу.       Некоторым стражам стало стыдно. Использовать Сомбру в качестве живого щита было как-то подло, хоть и эффективно на первое время. Единорога нельзя было назвать легкой преградой. И даже тени не могли отрицать, что он был грозным противником. Мысль о том, что Сомбра — союзник, радовала стражей Империи больше чем когда-либо.

***

      После интенсивной и изнуряющей тренировки Шайнинг отпустил солдат, сказав, чтобы они хорошенько отдохнули.       — Отличная работа, — кивнул он Сомбре, пока они возвращались к дворцу. — Видишь? Они рады, что ты на нашей стороне, и кого же им просить о помощи кроме пони, который выбивает дурь из этих теней с первого дня своего появления?       — Я понял тебя. И я рад, что мой метод сработал, тренажер хорошо помог им сосредоточиться.       — Да, такая тренировка помогает видеть врага и его действия, а также дает гораздо больше мотивации. Хороший трюк. Если бы ему можно было поставить оценку по системе баллов, то парочку сверху он бы получил лишь за веселую демонстрацию!       Сомбра не смог сдержать смеха.       — Я полночи этим развлекался! — единорог покачал головой. — Жаль, что я не могу создать несколько фантомов разом, управление одним — уже мой предел.       — Этого вполне достаточно, — заверил его Шайнинг.       Сомбра решил погулять ещё немного, и договорился увидеться с Шайнингом чуть позже во дворце. Единорог отправился домой, весело помахав копытом на прощание. Сомбра слабо улыбнулся и пошел по тихой улице. Стража, казалось, теперь относится к нему совершенно иначе. Когда он только прибыл, его лишь игнорировали, если обстоятельства не вынуждали поступать иначе, и строго следили, чтобы Сомбра не причинил никому вреда. А теперь они с готовностью и радостью приняли его помощь в борьбе с захватчиками Империи.       Чуть впереди слышался слабый шум рынка. Сомбра задумался, открыла ли свой киоск Хилин Бриз? Ему жутко хотелось ещё немного чая её рецептуры. С этим намерением он направился к рынку.

***

      Стражник по имени Лайт Шеилд тихо мурлыкал себе под нос, входя в свою комнату в казармах. Неожиданно дверь за ним закрылась, и он обернулся. Там стояла тень, блокируя дверь, и жеребец запалил рог, готовый начать драку.       В его голове вдруг появилось нечто чужеродное, голос, владельца которого он не знал. Холодные желтые глаза тени впились в него, и единорог не мог пошевелиться.       — Ты же не доверяешь этому оскверненному единорогу, не так ли? — прошептало существо, обходя его по кругу. Голос его был похож на змеиное шипение. — Эта мерзость, которую вы зовете Сомброй.       — Ч-чего? Нет, в смысле…       — Ты не думаешь, что такой, как он, должен быть королевской особой, верно?       — Нет, я не… он не так уж и плох… — становилось всё труднее бороться.       — Стража теперь может сражаться без его помощи. Зачем он ещё нужен?       — Я… — измученный жеребец почувствовал, как его разум трещит по швам. Так просто было согласиться. Он действительно не был уверен, искренние ли изменения в Сомбре, но ведь он… он заслужил шанс, да ведь?..       — Нет! — тень застыла перед его лицом. Её глаза вспыхнули, и бедный страж почувствовал, как сила воли покидает его, ускользает как вода в канализацию, и заклинание взяло верх.       — Надо идти, да? — заключила тень и ухмыльнулась, когда охранник кивнул. — У тебя есть доступ во дворец? Отлично. Всё, что тебе надо сделать, это подсыпать вот это в его питье или еду при первой же возможности, и всё будет позади. Лучше всего — сегодня вечером…       Страж молча кивнул. Заставить Сомбру выпить этот особенный… чай? У Сомбры был особый сорт чая, который хранился на дворцовой кухне специально для него.       — Хороший мальчик, — усмехнулась тень.

***

      Чуть позже Бард выглянул наружу и с облегчением убедился, что библиотека пуста. Он поговорил с Шайнинг Армором, и принц объяснил ему, почему Сомбра вернулся, а так же рассказал, что жеребец разительно отличается от того, кого знал Бард. Это дало ему пищу для размышлений.       От раздумий его отвлекла сияющая статуэтка, стоявшая на столике возле его убежища. Заинтересовавшись, существо подняло её и схватило прижатую ей записку.       Он перечитал её несколько раз, вглядываясь в слова. Возможно ли, что Сомбра действительно изменился? Даже внешне он сильно отличался от того единорога, что остался в его жутких воспоминаниях.       Бард убежал обратно в своё укрытие, прихватив статуэтку и письмо. Тот же красивый камень, что и в браслете на ноге. Шайнинг Армор сказал, что Сомбра, хоть коронации ещё и не было, является юридическим наследником Кристальной Империи. И единорог всё ещё привыкает к своей новой роли, едва успев оклематься.       Сочувствие укололо Барда, когда принц сказал, что ему стало искренне жаль Сомбру, когда он увидел, что с ним сотворили его же родители. Тот сумасшедший единорог, с которым столкнулся Бард, был результатом мощнейшего заклинания, ускорившего его старение и изменившее внешность.

***

      Лайт Шеилд поменялся с другим охранником, чтобы иметь возможность дежурить в вечернюю смену во дворце. В голове крутилась единственная мысль: как заставить предателя своего народа и вида выпить яд?       По нелепой случайности он столкнулся с единорогом, когда Сомбра направлялся к кухне. Притворяясь раболепным и покорным, он спросил, не нужно ли жеребцу что-нибудь?       — Только после чаю… — Сомбра подавил зевок, сонные темно-красные глаза сосредоточились на говорящим с ним страже.       — Я могу приготовить чай для вас, ваше высочество, — весело сказал страж. Он увидел, как Сомбра вздрогнул.       — Просто… просто Сомбра, пожалуйста, — вздохнул он.       — Как пожелаете, сэр, — кивнул страж, и единорог счел это неплохим компромиссом.       Страж пообещал принести напиток прямо в его комнату. Сомбра чувствовал себя неловко, видя, как нетерпелив был этот пони, поэтому не мог ему отказать. Он слишком устал, чтобы возражать. Единорогу хотелось выпить чаю, а потом лечь спать, вот и все.       Лайт Шеилд заварил чай и добавил порошок, который вручила ему тень. Чай не изменился ни по цвету, ни по запаху. Маловероятно, что Сомбра что-то заподозрит.

***

      Сомбра сидел за столом, когда страж постучал в дверь. Разрешив ему войти, единорог сердито посмотрел на раскрытую книгу перед ним и застонал.       — Вот, пожалуйста, сэр, — страж сочувственно улыбнулся. — Надеюсь, я правильно всё заварил…       Сомбра поднял чашку с подноса и опустошил её наполовину за один миг.       — Всё отлично, — улыбнулся он, — спасибо…       Сомбра встал, подошел к окну, чтобы его закрыть.       — Есть ли ещё какие-нибудь сообщения или жалобы от граждан Империи?       — На данный момент атак не замечено, сэр, — отчеканил страж. Сомбра серьезно кивнул, возвращаясь к столу. Он уже собирался сказать жеребцу, что тот может идти, как пони внезапно бросился на него. Сомбра успел заметить блеск металла, а затем его лицо окатила волна жгучей боли. Он зарычал, инстинктивно отталкивая нападавшего.       — Ты что, с ума сошел?! — воскликнул единорог, и тут же понял, что в каком-то смысле рассудка страж действительно лишился. Странное желтое свечение в его глазах, казавшееся таким знакомым.       — Ох, конские перья… — пробормотал Сомбра. Надо было остановить одержимого. Но в момент, когда единорог собрался нанести ответный удар, комната покачнулась и накренилась.       — Чт-что? — вырвалось из рта Сомбры.       — Время умирать, предатель, — холодный, почти механический голос заморозил Сомбру изнутри. Что-то было не так, совсем не так!       Страж прыгнул на него второй раз, но в последний момент Сомбра сумел увернуться, с лихорадочной быстротой призывая на помощь магию. Страж попытался развернуться, чтобы снова прыгнуть, но внезапно оказался прижат к полу фиолетовой сетью.       Жеребец издал невнятный визг ярости, зарычал и попытался вырваться. Сомбре пришлось сконцентрироваться ещё больше, его дыхание было поверхностным. Сил удерживать заклинание не хватит надолго. Но теперь он видел тьму, охватившую стражника. Контур темной ауры, окружавший его, так же открылся его взору. Что бы ни контролировало его, теперь оно показало себя. И это, возможно, сыграет Сомбре на копыто.       Одержимый перестал сопротивляться, когда его окутала фиолетовая аура. Она вытянула из него тьму, несмотря на ярый протест жеребца. И с последним толчком тьмы, заклинание вернулось к единорогу, а жеребец плюхнулся на пол.       — Другого выбора нет, — пробормотал Сомбра. — Клин клином вышибают…       Он закрыл глаза и впитал тьму.       Стражник потерял сознание. Дрожа от облегчения и головокружения, Сомбра хотел было пойти за помощью, но далеко не ушел. Перед ним стоял один из монстров, и его приближения Сомбра не почувствовал. Чай…       — Пришло время от тебя избавиться, но у нас есть кое-что особенное… — с ухмылкой тень метнула огромный разряд черной молнии в одурманенного единорога. У Сомбры не было сил, чтобы заблокировать этот удар. Он почувствовал, как всё вокруг него медленно исчезает, прежде чем потерял сознание.

***

      Когда он очнулся, первым, что он почувствовал — холод по всему телу. Он лежал на чем-то холодном. Собравшись с силами, единорог поднял голову и услышал лязг цепей. Туман в глазах рассеялся моментально от шока — его передние и задние ноги были скованы.       — Меры предосторожности. Будет печально, если ты уйдешь, когда всё идет так хорошо. Тень стояла в нескольких метрах от него и премерзко улыбалась.       — Да пошел… ты…. — выдавил из себя Сомбра. Лицо тени разрезала холодная ухмылка, затем она подошла к лежащему единорогу и замахнулась призрачным копытом.       От удара у Сомбры искры из глаз посыпались. Он невольно подавился воздухом и едва не застонал от боли.       — А ты ведь молодец, не правда ли? Заставил их доверять тебе, дать эту драгоценную безделушку, позволил себе поверить, что ты не так уж отличаешься от них…       — Говори… что хочешь, — выплюнул Сомбра, и его тон остановил тень. — Я приму всё, что они мне скажут и как меня назовут, но тебя я слушать не собираюсь.       — Ты правда думаешь, что среди света есть место для тьмы? — усмехнулась тень. — Не смеши меня, ты — ошибка их вида.       В голове Сомбры вспыхнули слова пророчества, которое отыскали Твайлайт и Кейденс, и он удивил тень смехом.       — И тьма должна шагнуть вперед, чтобы идти вровень со светом, — усмехнулся единорог. — Они предсказали это задолго до того, как ты показал здесь свою уродливую рожу. Не притворяйся, что ты знаешь этот мир или знаешь меня!       На этот раз удар пришелся в ребра. Воздух выбили из легких, Сомбра зарычал от боли.       — Это не важно. Когда…. Вернее, если они тебя найдут, будет уже поздно.

***

      Стражник поднял голову, пытаясь справиться с головокружением. Что случилось? Где он? Он открыл глаза и увидел…       Кинжал. Воспоминания окатили волной. Тень, одержимость, попытка отравить Сомбру и нападение.       Дверь распахнулась, и в комнату ворвалась Селестия в сопровождении королевской стражи. Она хотела поговорить с Сомброй, но так и не получила ответа. Дверь была заперта, значит, единорог был в комнате, но интуиция подсказала принцессе, что творится что-то неладное. Она позвала стража, и несколько минут они стучали в дверь, и только сейчас её выломали.       Когда они узнали, что произошло, то беспокойство стало просто невыносимым.

***

      Грохот. Сомбра почувствовал, как боль пронзила всё его тело. Удар об стену пещеры перекрылся падением на пол. Он пытался встать, но яд превращал каждое движение в целое испытание. Сил бороться не оставалось.       — Ха, уже не настроен умничать, правда? — тень рассмеялась, подходя к нему. Но когда она подняла копыто, чтобы ударить Сомбру по шее, что-то просвистело мимо головы единорога и оттолкнуло её. Послышался вздох удивления.       Сомбра со слабостью поднял голову, смутно узнавая своего спасителя.

***

      Бард был экспертом во всех тайных тропках и скрытых проходах под замком. Когда он проводил очередной их обход, то услышал голоса и резкий крик боли. Обеспокоенный, Бард поспешил на звук. Добравшись, высунул голову из-за скалистого выступа, где был спрятан вход в туннель. Его глаза расширились от ужаса. Мерзкая призрачная тварь нависла над Сомброй, замахнувшись для удара. Единорог не выглядел так, как будто мог защитить себя. Он и шевелиться-то особо не мог, судя по всему.       Увидев, что тварь вот-вот ударит Сомбру вновь, Бард прыгнул вперед, оттолкнув её со всей силой, на которую был способен. Тень восстановила равновесие и уставилась на него.       — Ты ещё что такое? — заржала она.       — Мхм… друг.       — Какое же ты ничтожество, — обратилась тень к Сомбре. — Убедил ходячее украшение помогать тебе…       — Рот закрой! — выплюнул Сомбра. В его усталых глазах пылал гнев. — Как ты смеешь говорить такое…       — Прочь с дороги, идиотина, или мне и тебя уничтожить? — рассмеялась тень.       — Ты ему…мхмхм… не…       — Ладно, будь по-твоему, защити этого дегенерата и посмотри, как далеко это тебя заведет! — тень призвала свою мощь, собираясь взорвать кристальное существо.       — НЕТ! — Сомбра почувствовал всплеск адреналина, пронзивший туман в глазах. Он не мог позволить этому хрупкому существу погибнуть из-за него!       Словно в замедленной съемке он видел, как заклинание тьмы летит в Барда. Видел, как тот закрыл глаза, но не сдвинулся с места, защищая ЕГО.

***

      Бард мысленно приготовился к боли. Он не позволит тени убить Сомбру. Решение было принято. Сомбра заслуживал второго шанса.       Но удара не было. По крайней мере, в него. Бард услышал стук копыт, лязг цепей, а потом его сгребли и бесцеремонно оттолкнули в сторону. Он покатился по полированному полу пещеры как мяч. Раздался страшный крик, потом что-то упало на пол.       — Мрр… Сомбра? — Бард кое-как поднялся на ноги, прижимая кристальные копыта к заплаканному лицу. Сомбра принял удар на себя. Его отбросило на несколько метров, и теперь он лежал скрюченный от боли, на грани потери сознания.       — Ну хватит этого вашего лживого героизма! — сплюнуло существо. Оно не могло понять, как Сомбра мог быть порождением тьмы и существовать в этом светлом счастливом мире. Это ведь невозможно, правда ведь?!       — Сомбра… мхмхм… — заскулил Бард, свернувшись калачиком на полу и в ужасе наблюдая, как тень приближается к нему.       Сомбра лежал, ошеломленный и почти без сознания. Ему почудилось, что он слышит голоса своих друзей. Одна за другой, они мерцали вокруг него, и он помнил каждую.       Слова Селестии звенели в ушах:

Сахарная вата Пинки Пай. Веселая, игривая, сумасшедшая. Смех. Эпплджек. Смелая, прямолинейная. Честность. Рэрити. Любезная, вежливая. Щедрость. Твайлайт Спаркл. Умная, уравновешенная. Магия. Рэйнбоу Дэш. Свирепая, надежная. Верность. Флаттершай. Нежная, терпеливая. Доброта.

      Элементы, принадлежащие его друзьям. Элементы Гармонии.       Странное тепло. Боль чуточку стихла.

***

      В это время Твайлайт с компанией уже знали о случившемся. Они только что открыли ларец с Элементами Гармонии, как чья-то сила откинула крышку. Каждый из Элементов нашел свою хозяйку, а затем они засветились. Из комнаты в холл вылетела радужная стрела, какая появлялась каждый раз, когда шестерка пони сражалась сo злодеем.       — Быстрее! — выпалила Твайлайт. — За ней!       — Шо, сено его дери, случилось? — на бегу спросила Эпплджек. — Эт ты сделала, Твай?       — Нет! — покачала головой Твайлайт, продолжая погоню за стремительно убегающей радугой. К ним присоединилась Селестия. — Они просто… просто сработали сами!       Магия Элементов вела их с этажа на этаж, а затем влетела в комнату, растворившись в стене. Твайлайт потребовалось несколько секунд, чтобы обнаружить секретный проход, и погоня продолжилась. Вниз по резным кристальным ступеням, вниз, под самую землю, вниз, вниз, вниз…

***

      Тень направилась к одурманенному единорогу, ухмыляясь со злобой и ненавистью. Но вдруг её ослепила вспышка красочной магии. Она оглушила тень, и та успела лишь заметить, что радужное сияние обернулось лентой вокруг единорога. Свет скрыл фигуру Сомбры.       Бард смотрел на это с широко раскрытыми глазами. Что происходит?       Тень поднялась на ноги, как только свет померк. Сомбра встал, но теперь он выглядел сильнее обычного. И его вид, он тоже был другой.       Мантия, которую он носил, теперь имела аристократический высокий воротник, шелковый шарф оборачивал его, и спереди шарф скрепляла брошь в форме кристального сердца. Заколка, удерживавшая его гриву, тоже изменилась. Она превратилась в корону, похожую на ту, что он носил раньше, только на этот раз из золота. Ромбовидный узор изгибался вокруг его ушей, обнажая их. Накопытники были в том же стиле, что и корона.       В глазах у единорога прояснилось, и теперь они сияли настороженностью.       — Как?! — зашипела тень. Сомбра не утрудил себя ответом и яростно атаковал. На этот раз ему ничего не мешало, и тень распрощалась с жизнью, как только Сомбра одним ударом разбил её ядро.       — Мррр… Сомбра? — единорог повернулся и увидел, что Бард смотрит на него с широко открытыми глазами.       — Мне очень жаль, — мягко сказал Сомбра. — Я не хотел навредить тебе. Сейчас или тогда, — он подошел к Барду и с надеждой протянул копыто. — Я не надеюсь, что ты простишь меня, но…       — Мрр… уже прощен! — заявил Бард, принимая его копыто. Всё-таки Сомбра, защитивший его, был не таким, как раньше.       Облегчение и надежда обрушились на Сомбру. Как только он поставил копыто на пол, единорог услышал эхо чьих-то голосов. Инстинктивно он двинулся вперед, заслоняя Барда и напрягая всё тело.

***

      Твайлайт и остальные бежали по ступеням, пытаясь нагнать радугу. Их занесло на повороте, когда они увидели две фигуры чуть впереди.       Кристальный Бард выглядывал из-за спины Сомбры, готового к драке. Осколки взорвавшегося ядра валялись на полу напротив них. Но первым в глаза бросался, конечно, новый прикид единорога.       — Чо мы пропустили? — спросила Рэйнбоу. Услышав знакомый голос, Сомбра расслабился и вышел из боевой стойки. Бард увидел группу пони и вышел из-за Сомбры, махая им лапкой.       — Оввв, привет, парнишка! — просияла Эпплджек, подходя к нему.       Сомбра слегка вздрогнул. Магия Элементов свела на нет действие яда, но последствия избиений не прошли.       — Вот это стиль, я его уже просто обожаю, дорогуша! — он обернулся на голос Рэрити. Единорожка металась вокруг него, разглядывая новую мантию и в восторге попискивая от накопытников.       — Похоже, работа ваших элементов, — устало сказал Сомбра. — Может, они знают ваши вкусы?       Рэрити обрадовалась комплименту и искренне понадеялась, что так оно и есть.       — Уху, прикольненько! — завопила Пинки.       — Почему-то мне кажется, что этот наряд мог подойти только тебе! — заявила Рэрити. Увидев озадаченный взгляд Сомбры, она пояснила. — У тебя великолепная осанка и стать, чтобы выглядеть так аристократично, а стиль плюс стать — идеально сочетание!       — Слова профессионала, — пошутила Эпплджек, и все застонали.       — Звинйяте, — со смешком сказала Эпплджек.       Сомбра слабо рассмеялся, но смех лишь утомил. Его отвели обратно в комнату, где уже не находил себе места врач. К счастью, Сомбра не пострадал, просто очень устал. Как только все пони ушли, он забрался на кровать и рухнул без сил.

***

      Через некоторое время он очнулся от прикосновения копыта ко лбу. Сомбра вздрогнул, поток спутанных воспоминаний дезориентировал его. Задыхаясь, он отчаянно пытался поднять голову.       — П-пожалуйста, успокойтесь, сир! — он узнал голос. Это был Хартрейт, помощник врача. Сомбра посмотрел на него, пытаясь сфокусировать мутный взгляд.       — Извини, — прохрипел он. — Я не понимал, где я. Всё запуталось… немного…       — Ты проспал почти сутки, расслабься, — осторожно взглянул на него Хартрейт. — Как самочувствие?       — Не очень. Голова болит, но в целом… всё в порядке, — Сомбра откинул голову на подушку. — А скажи-ка… с тем стражем всё хорошо? Я не узнал его имени…       — Стражем? А, ты про Лайт Шеилда! Да, он в норме. Хотя и весьма шокирован произошедшим.       — Понимаемо, — сонно пробормотал Сомбра.       — Ему плохо из-за того, что он напал на тебя. Когда я слышал его последний раз, он говорил, что собирается уйти… ЭЙ! — на последних словах Сомбра рывком поднялся в кровати и выпрямился.       — С-сир? — Хартрейт смотрел на него с беспокойством. — Вам следует лежать…       — Что ты сказал? — выпалил Сомбра, полностью сбросив остатки сна. — Он собирался сделать ЧТО?       — Планирует уйти… эй, вы не должны вставать! — Сомбра, пошатываясь, сполз с кровати, схватил свой плащ и накинул его на спину. Телекинез, мерцающий от слабости, застегнул брошь.       Хартрейт безуспешно бормотал, пытаясь вразумить нерадивого больного, пока Сомбра надевал накопытники.       — Я собираюсь поговорить с этим куском идиота! — пробормотал Сомбра.       — Хорошо, есть ли ХОТЬ КАКОЙ-ТО смысл пытаться вас остановить? — спросил его Хартрейт. Сомбра сжалился над жеребцом.       — Я поговорю с ним и мигом вернусь, обещаю.       Хартрейт вздохнул и кивнул, удовлетворившись честным и прямолинейным ответом. Под его уставшим взглядом Сомбра выбежал из комнаты.

***

      Он мчался по коридорам, надеясь, что ещё не поздно найти Лайт Шеилда. В конце концов, кто-то направил его в казармы гвардейцев. Новые доспехи и корона, созданные Элементами, отражали свет и сияли. Надо было признать, ходить не босиком было приятно, но старую броню надевать не хотелось. Она была… пережитком прошлого, скажем так.       Двое стражей у входной двери были заняты разговором и сначала не заметили Сомбру. Но когда они услышали, как кто-то откашливается, то сразу вытянулись по стойке смирно. Они казались немного удивленными, увидев единорога, но быстро взяли себя в копыта.       — Всё в порядке, сир? — спросил один из них.       — Мне нужно найти одного из стражников, Лайт Шеилда, — Сомбра выглядел слегка обеспокоенным. — Я должен с ним поговорить.       Привлеченный голосами у дверей, к ним подошел один из командиров. Когда он услышал, кого ищет Сомбра, то сказал, что сейчас же займется его поисками.

***

      — Право, если вы здесь по той причине, о которой я думаю, ваше высочество, то вы чертовски вовремя!       — Вовремя для чего? — спросил Сомбра, когда они пересекали большую открытую тренировочную площадку. Там проходили курсы по скоростным тренировкам. Командир остановился, чтобы коротко рявкнуть приказ продолжать, пока он не вернется. Сомбра чувствовал на своей спине любопытные взгляды.       — Чтобы остановить этого идиота, — вздохнул командир.       — Почему он решил уйти? То, что случилось, не было его виной! — Сомбра нахмурился, когда они подошли к дверям общей комнаты.       — Он был сильно потрясен. Взгляните на ситуацию с его стороны. Конечно, вы всё ещё привыкаете к своим новым обязанностям, но для королевской гвардии нападать на тех, кто защищает Империю немыслимо. Он тверд, как кристалл, в своем намерении уйти, но вас, может быть, послушает!       — Я отсюда точно не уйду, пока он не передумает, — прямо проговорил Сомбра.       Лайт Шеилд сидел на своей кровати в казарме, окруженный друзьями, пытавшимися вразумить его или хотя бы поддержать.       — Гвардеец Лайт Шеилд! — он вздрогнул, услышав голос командира. — Тебя хотят видеть немедленно!       Лайт Шеилд заметил, что все его друзья притихли, но не обратил на это внимание.       — Простите, сэр, — Лайт Шеилд не обернулся, — но им придется подождать…       — Я не позволяю тебе игнорировать этого пони! — рявкнул командир.       Лайт Шеилд вздохнул, спрыгнул с кровати и понял, почему его друзья выглядели испуганными. С командиром стоял не кто иной, как принц Сомбра!       — О, конские перья! — голос жеребца дал петуха. Принц, должно быть, пришел, чтобы наказать его за нападение. Лайт Шеилд старался не выдать настоящую степень своего испуга, но получалось не очень. Именно по этой причине он хотел сбежать, надеясь, что уйдет до того, как разъяренный принц придет вытряхивать из него душу.       Он заставил себя перестать дрожать и посмотреть на высокого единорога, когда тот приблизился. Стражники заметили, что Сомбра всё ещё выглядел бледным, а на его щеках проступали красные пятна от бега по дворцовым залам.       — Что за чушь мне донесли о том, что ты увольняешься?       — Я не могу больше быть стражем, после того, что я…       — Слушай, — перебил его Сомбра, — не надо мне читать лекцию о свершенных ошибках, ладно? На случай, если ты не читал книжки по истории, я абсолютно уверен, что порабощение Империи, вызванное захватившим меня безумием, превосходит то, что ты попал под контроль врага. Ты ошибся единожды…       — Вы не понимаете, ваше высочество! — Лайт Шеилд содрогнулся, вспоминая, каково это, быть неподвластным самому себе. Он замолчал, когда Сомбра склонил голову набок, но взгляд его не дрогнул.       — Закончил? — уточнил Сомбра. — А теперь позволь-ка мне кое-что сказать: я был не старше принцессы Твайлайт Спаркл и её подруг, когда моя собственная сила вырвалась на свободу и свела меня с ума. Она взяла надо мной верх и изменила всё. В тот день я потерял гораздо больше, чем рассудок. Сейчас, ты думаешь, меня не тошнит от этого? Я даже не могу вспомнить большую часть того, что со мной было! Просто смутные образы и отголоски, но этого достаточно, чтобы чувствовать вину.       Лайт Шеилд и его друзья замерли в ошеломленном молчании. Все в комнате умолкли. Он только что сказал, что превратился из ребенка во взрослого в момент захвата власти? Только так книги по истории имели смысл.       — Что бы вы ни чувствовали во время одержимости, я могу с грустью сказать, что я знаю, что это. Я был одержим, я вынес это. Я знаю, что такая мощь может с вами сделать. Так что послушай вот что, Лайт Шеилд: не позволяй этой ошибке тебя сломать. Я ошибся, я сломался, и посмотри, к чему это привело, — он покачал головой, и отстраненность в его взгляде исчезла.       Он ткнул копытом в Лайт Шеилда.       — Я не могу исправить свои ошибки, но я абсолютно уверен, что могу остановить тебя от их повторения. Если понадобится, я не отстану от Шайнинг Армора, пока он не передумает. Или я уговорю Сахарную Вату ходить за тобой повсюду с флюгергорном и играть самую отвратительную мелодию, которой я смогу её научить, пока ты не прислушаешься к голосу разума!       Челюсть Лайта лежала на полу. Жеребец был шокирован. Как и его друзья, впрочем.       — Ну? — голос Сомбры звучал почти властно. — Ты понимаешь, что я говорю?       Немой кивок.       — И? — единорог сурово посмотрел на стража. — Что теперь скажешь?       Лайт Шеилд открывал и закрывал рот как рыба, выброшенная на берег.       — Давай-давай! — поддержал Сомбру один из стражников. — Если ты уйдешь, все изменится! Ты же хотел быть стражем всё время, что я тебя знаю! Помнишь, как ты впервые вступил в отряд?       — Да! И когда Шайнинг Армор сказал, что у тебя лучший результат по проворности и ловкости в тот день, когда стал принцем!       Лайт Шеилд перевел взгляд с них на Сомбру. Принц с каменным спокойствием стоял и ждал. Не только Лайта, но и многих из стражей поразило то, как сильно он изменился с тех пор, как появился здесь. Даже то, как он общался с другими пони, изменилось. Как будто со сменой доспехов он стал чувствовать себя в Империи как дома.       — Мне сообщить Шайнинг Армору, что ты остаешься, или…? — Сомбра взглянул на Лайт Шеилда.       — Нет, ваше высочество, — Лайт Шеилд вздохнул с облегчением, о котором даже не подозревал. — Я доложу ему сам.       — Превосходно, — выражение лица Сомбры смягчилось, хотя он всё равно выглядел немного взволнованным, услышав сначала «нет». Он повернулся, чтобы уйти.       — Н-но… сир… — единорог остановился на полушаге и снова повернулся, оглядываясь на Лайт Шеилда.       — Я-я не понимаю… ну, много не понимаю, на самом деле.       — Что именно? — спросил Сомбра.       — Как эта штука попала ко мне в голову? И как, во имя Эквестрии, вы умудрились её вытащить?!       — Касаемо первого. Думаю, вы поймете, о чем я. Всё произошло из-за вашего неоднозначного отношения ко мне. Эти монстры — мастера манипуляций и извращений. С самого начала они ищут любые способы от меня избавиться. Убить меня атаками не удалось, они пошли на другие меры. Несомненно, это случайность, я уверен, что в Империи множество пони всё ещё не доверяют мне, но вы просто оказались удобнее всех, полагаю.       Пони стыдливо замерли, многие подошли ближе, чтобы услышать речь молчаливого принца. Многое они услышали в его голосе, резко подобранных словах. Грусть, сожаление, даже капля надежды.       — После того, как тень залезла в вашу голову, ей оставалось вытеснить все мысли кроме тех, что были ей нужны. А если говорить о том, как мне удалось её прогнать, то я не могу объяснить заклинание. Похоже, мою магию нельзя развивать изучением заклинаний, она в большей степени инстинктивная. Может быть, это из-за того, что я никогда ей не обучался. А если объяснять доступным языком, я просто поглотил тьму, захватившую твой разум, растворив её в собственной. Тени достаточно насмехались над схожестью нашей магии, так что я осмелился предположить, что смогу провернуть что-то и в свою пользу. Вот и всё.       — Всё? — недоверчиво отозвался кто-то из толпы. — Звучит как продвинутая магия!       — Вас не обучали магии? — один из друзей Лайт Шеилда смотрел на Сомбру с приподнятой бровью. — Вообще никогда?       Сомбра покачал головой.       — Это, кстати, одна из гипотез, почему я потерял контроль. Тысячу лет назад темная магия считалась концом всего приличного и правильного в мире. Меня держали подальше что от пони, что от книг заклинаний, пока это было возможно. Все дрожали от страха при мысли, что может произойти, если я ими когда-нибудь овладею.       — Блин, это полный отстой, — заметил кто-то сзади.       — Так всё и было. Логика и здравый смысл были не в чести, а умами пони правили суеверия и теории заговора, — улыбнулся Сомбра, но улыбка его была грустно-задумчивой. Лайт Шеилд снова выглядел подавленным, поэтому единорог подошел к нему и, понизив голос, чтобы его услышал только жеребец и двое стоящих рядом с ним, сказал:       — Что бы ты сейчас про себя не думал, это тебе пользы не принесет. Твои возражения против моего присутствия здесь более чем понятны. Тень просто использовала это как отправную точку. Так что брось кукситься. Ясно?       Облегченный кивок.       — Хорошо, — Сомбра повернулся и уже почти подошел к двери, когда Лайт Шеилд понял, что ещё не всё сказал. Он и наполовину так не нервничал, когда Сомбра зашел. Именно с этой мыслью он протянул ему копыто.       — Спасибо вам, ваше высочество, — сказал он с облегчением и благодарностью. — Я не брошу тех, кого поклялся защищать!       Сомбра с облегчением увидел, что его усилия не пропали даром, и был рад пожать ему копыто.       Как только Лайт Шеилд поставил копыта на землю, он выпрямился и отсалютовал. Обеспокоенный командир мог только усмехнуться про себя. Быстро же Сомбра смог вразумить новобранца.       Под впечатлением от услышанного, от честности и откровенности Сомбры, признания им ошибок, остальные повторили этот жест. Уважение к единорогу среди солдат возросло. Единый удар копыт, ознаменовавший окончание салюта, эхом разнесся по казармам.       — Для протокола, — тихо сказал Лайт Шеилд Сомбре, — не думаю, что у теней будут новые мишени среди солдат. Больше нет.       — О, так я вовремя!       Они обернулись и увидели Шайнинг Армора, стоявшего в проходе. Он ухмыльнулся Сомбре.       — Приятель, везде тебя искал. Там доктор в истерике, а его помощники носятся в панике. Кажется, они слегка обеспокоены тем, что ты слишком напрягаешься. Опять.       — Ох, я и забыл, что обещал Хартрейту. Надо скорее возвращаться.       — Я только что получил письмо, которое ты оставил, — Шайнинг Армор посмотрел на Лайт Шеилда. — Пришел вот с тобой поговорить, но вижу, меня обогнали.       Лайт Шеилд залился краской. Вел он себя крайне глупо, следует признать. Он взглянул на Сомбру и сказал:       — Да, сэр. Я не мог ясно соображать… Я запаниковал.       — Ну, всё кончено, а значит, нет смысла беспокоиться, — кивнул Шайнинг Армор. Он ненадолго задержался, чтобы перекинуться парой слов с командиром, а потом ушел вместе с Сомброй.

***

      Вечером того же дня за ужином Шайнинг рассказал о подвигах Сомбры, предотвративших потерю в составах армии.       — Уф, вот уж облегченье, малой поди испужался до чёртиков, — сказала Эпплджек. — Эт ж не его вина, тени его просто использовали!       — Они воспользовались его недоверием, — мягко ответил Сомбра. — Похоже, монстры впадают в отчаяние и пробуют все доступные методы.       — Ага, чтобы от тебя избавиться, — махнул копытом Шайнинг Армор. — Я волнуюсь, как далеко они могут зайти. Ты в буквальном смысле наш костяк, главный защитник Империи, которая сопротивляется захвату. Понятно дело, что они одержимы победой над тобой, ведь по их логике не станет тебя — не станет и тех, кто будет защищать нас.       — Империя могла бы обойтись и без меня, — честно ответил Сомбра. — Тени недооценивают вас и то, на что вы способн-ауч!       Эпплджек, сидевшая рядом с ним, резко протянула копыто и ударила его по уху.       — Да хватит уже, сахарок. Ты никуда не денешься, так шо не говори такой фигни. Мы б скакали по дерьмовому каньону без седла, если б ты не спасал наши задницы раз за разом, — она покачала головой. — Над отучить тя от этой самоуничижительной привычки. Если када-нить будет такое заклинание, шоб в прошлое вернуться, я прилечу прямиком к твоим предкам и врежу им по башке так сильно, что они ток через неделю проснутся!       Стол взорвался смехом. Громче всех, конечно, хохотали Пинки Пай и Рэйнбоу Дэш. «Сомбра слегка покраснел», отметила Твайлайт.       Она переглянулась с Кейденс и поняла, что они обе увидели одно и то же. Сомбра не выглядел таким пристыженным и неловким, слушая то, что ему говорят другие. Когда он только появился здесь, доброта от других была ему чужда, что уж говорить про комплименты. И сейчас он машинально избегает благодарностей, но всё хотя бы не так плохо, как было раньше.

***

      Ночью Сомбра понял, что сегодня не уснет. Поэтому он снова поднялся на башню, где, как и в прошлый раз, нашел Луну, смотревшую на звезды.       — Сомбра, — мягко улыбнулась она. — Уснуть не можешь?       — К сожалению, не могу. Ощущение, что я что-то ещё не решил… Хотелось бы объяснить понятнее.       — В этом нет нужды, подобное недоступно ничьему пониманию, — она взглянула на мерцающую трещину в небе. — И каков их план, интересно?       — Всё, что я знаю наверняка, это то, что они хотят захватить этот мир, потому что их собственный погибает, — Сомбра замолк. Он взглянул на принцессу и понял, что она что-то задумала. На её шее висели очки, которые он сделал для неё. Она заметила его взгляд и постучала по ним копытом.       — Мы наблюдаем ночью, чтобы мерзкие твари не напали, пока все пони спят, — её улыбка отчего-то потускнела, и Сомбра почувствовал её беспокойство.       — Что-то случилось?       — Мы хотим проконсультироваться с тобой относительно темной магии.       Сомбра удивленно моргнул. Он знал, что она не шутит — нельзя шутить с таким серьезным выражением лица.       — Я… я постараюсь объяснить как можно доступнее. Что именно тебя интересует?        — Как ты её контролируешь? — заметив его озадаченно-нахмуренный взгляд и попытку возразить, она покачала головой. — Ты обладаешь великолепным умением обладать своей силой, мы видели это своими глазами. Темная магия как будто у тебя на побегушках. Возможно, в прошлом ты совершал ошибки, но сейчас ты единственный в Империи, кто способен бороться с тварями и отбрасывать их от наших земель!       — И не поспоришь, — Сомбра слегка улыбнулся. — Но, честно говоря, я не понимаю, как именно контролирую магию. Как я и говорил Твайлайт, моя магия действует не через познание и изучение заклинаний, она только кажется таковой. Заклинания, которые я применяю, просто плетутся из моей головы. Хотелось бы мне лучше объяснить, но это лучшее, что я могу придумать.       — Как ты, возможно, осведомлен, мы с сестрой немного разбираемся в темной магии. Как и Твайлайт Спаркл. Но то, что знаем мы, лишь обрывки твоих способностей. У нас было время поразмышлять над прошлым. Мы изучали темную магию незадолго до нашей… трансформации.       — Думаешь, твоя…трансформация произошла из-за этого? — спросил Сомбра, быстро уловив суть.       Она кивнула. Выглядела Луна встревоженной.       — Мы думали об этом много ночей. И ещё чаще стали, когда ты вернулся. Мы сочли благоразумным подождать и посмотреть, как ты отреагируешь на возвращение из мертвых, прежде чем искать ответы.       — Ага, чтобы убедиться, что я больше не безумец, — Сомбра слабо улыбнулся. — Не стоит беспокоиться. Я бы тоже остерегался себя, будь я на твоем месте.       — Не принимай прошлые сомнения за нынешние! — одёрнула его Луна, заметив в выражении лица единорога знакомую покорность. Он вздрогнул. Принцесса сочувственно улыбнулась. — Если ты не забыл, мы оба совершали похожие ошибки в прошлом. И ты доказал всем, что ты нечто большее, чем часть прошлого. Прекрати себя недооценивать, Сомбра, Империи повезло, что ты здесь.       Это заставило Сомбру отказаться от любых возможных возражений, и через мгновение он просто кивнул.       — Хорошо, — твердо кивнула Луна. — А теперь, как, по-твоему, ты контролируешь магию?       — Я не уверен, — нерешительно помотал головой Сомбра. — Наверное, в глубине моего сознания всегда есть мысль, что я не должен допустить ещё одного… инцидента, как в прошлый раз. Кроме того, всю мою жизнь пони говорили, что моя сила — это проклятие. Я начал им верить, наверное.       — Это похоже на механизм магии любого нормального единорога. Ты позволил себе стать более расслабленным, и вместо стресса и страха твоей силой управляют инстинкты.       — Тогда ты сама ответила на свой вопрос, — с любопытством хмыкнул Сомбра. — Конечно, когда используешь темную магию, нужно сохранять спокойствие…       — Это не так просто. Ты наделен темной магией, но для остальных это тернистый и опасный путь. Прошло много времени с тех пор, как мы были Найтмэр Мун; не думаю, что мы могли изменить себя с помощью темной магии. Но мы поговорили с нашей сестрой, и она рассказала всю правду о той ночи. Когда мы потеряли контроль и набросились на неё, наша комната была завалена книгами о темной магии. Мы не знаем, почему, но, может быть, мы думали, что сможем стать сильнее с её помощью.       — Теперь ясно, почему всё это время она была под запретом, — тихо сказал Сомбра, глядя на звезды. — Попав не в те копыта, она может натворить много бед. Даже то, что я родился с ней, не освобождает меня от свойственного темной магии безумия. Я не знаю, каково это, владеть любым другим видом магии. Поэтому я не знаю, чем я могу тебе помочь, принцесса…       — Я хочу попробовать одно или два заклинания. От тебя требуется просто следить за происходящим. Даже если ты не знаешь составляющие заклинания, ты должен чувствовать, правильно оно или нет. Даже Селестия порекомендовала попросить тебя, как первопроходца. Ты знаешь больше, чем думаешь. Возможно, это поможет тебе перестать относиться к своей магии с отвращением.       — И не обманешь тебя, принцесса, — единорог вздохнул. — Темная магия — это внушительная часть меня, но я каждый раз думаю, каким бы я был, если бы обладал нормальной единорожьей магией.       — Ты был бы не ты, — прямо сказала Луна. — Не был бы наследным принцем Империи, не был бы пони, так много отдавшим для защиты беззащитных граждан и нас.       Луна попросила помочь ей использовать простое темное заклинание. Сомбра кивнул и закрыл глаза, а когда открыл их, знакомое свечение отразилось в глазах принцессы Луны. Трепет, наполнивший её, был похож на тот, который он почувствовал, когда вернул свою магию.       — Тебе нужно держать её железным копытом, — слова сами пришли к нему. — Упустишь бдительность, и тьма начнет свирепствовать. Как трещина в окне, она будет расширяться, пока не разобьет всё вдребезги. Это всё ещё твоя магия. Не забывай об этом, и заставь её подчиняться.       Луна кивнула, выражение её лица стало более решительным.       — Какое заклинание хочешь попробовать? — спросил Сомбра, как только убедился, что ей комфортно с темной силой.       — Базовую телепортацию. Мы изучили одно из заклинаний, напомнившее нам о том, как ты телепортируешься. Похоже, радиус его действия больше, чем у обычного.       Это было правдой. Сомбра рассказал, как он перенесся из школы на сцену, где Кейденс и Шайнинг Армор проводили встречу.       — И всё это время ты поддерживал щит? — Луна была впечатлена. — Ты себя недооцениваешь, такой талант достоин восхищения.       — Я об этом не думал, — Сомбра пожал плечами. — В том плане, что я сам всё ещё учусь. Не только из-за ошибок прошлого, но и из-за той силы, что внутри меня.       Он встал и исчез, вновь появившись на парящей кристальной платформе недалеко от башни. Единорог повернулся к Луне, стоявшей у окна.       — Просто попробуй перенестись ко мне, — крикнул он, чувствуя, как крепнет уверенность в себе. Может быть, он способен использовать свою магию, чтобы помочь другим научиться использовать темные силы.       Луна кивнула.       — Контролируй себя, — твердо сказала она, прежде чем закрыть глаза. В мыслях она желала, чтобы заклинание сработало и перенесло её к принцу Сомбре. С такого расстояния она видела его силу, а в её мыслях он был похож на сполох пурпурного пламени. Луна бросила якорь заклинания в сторону этого костра.       Со вспышкой черно-синего пламени она исчезла и появилась прямо перед его лицом, на краю платформы. Нерешительно приоткрыв один глаз, она увидела удивление Сомбры, и поняла, что всё получилось.       — Та-да-а-а! — громко заявила она.       — И правда, — кивнул единорог. — Усложним задачу…       Он исчез, но на этот раз его не было в пределах видимости.       — Сомбра? — нахмурилась Луна. — Это что ещё за шутки?       Не получив ответа, она сердито фыркнула, но поняла, что это часть того, о чем она просила. Он пытался учить её.       — Ладно, мы тебя найдем, так и знай! — заявила она и снова закрыла глаза. Алгоритм был тот же. А вот и фиолетовое пламя — за ним!       И снова вихрь магии закружил её, Луна почувствовала, как растворяется её тело, а затем обретает материальность уже в другом месте. Птичье щебетание — первое, что она услышала, прежде чем открыла глаза. Сомбра сидел на противоположной стороне поляны. Увидев её, он кивнул и поднялся на ноги.       — Интригующе, — пробормотала Луна. — Я ничего не колдовала специально, но всё же сумела тебя найти!       — Возможно, это ключ к темной магии. Она контролируется разумом, а не техникой и формулой, как обычная магия. Я никогда об этом не думал в таком смысле… — задумчиво проговорил Сомбра.

***

      Луне пришлось пройти ещё несколько испытаний, прыгая за Сомброй по всей Империи и возвращаясь обратно на башню. Единорог заметил, что принцесса заметно вздрогнула, когда она появилась в башне вновь, и настоял, чтобы на этом их тренировка закончилась.       — Мы справимся! — сердито ответила Луна, но Сомбра покачал головой.       — Я не сомневаюсь в твоих магических способностях, принцесса Луна. Я боюсь, что чрезмерное использование темной магии может тебе навредить. Поверь мне, — тихо сказал он, — тебе нужно привыкнуть к ней, если хочешь снова принять её силу.       Луна осознала, что Сомбра серьезен как никогда, и кивнула. Когда она снова открыла глаза, они были обычными. Аликорница улыбнулась, видя, что магическая аура Сомбры всё ещё сияет.       — Странным образом, но тебе идет такой вид, — заметила она, имея в виду светящиеся склеры и плетущиеся язычки фиолетового пламени. — Как сказано в пророчестве, ты был рожден, чтобы владеть сией силой.       — Не значит, что я был готов ей владеть, — парировал Сомбра почти грустно, затем слегка пожал плечами. — Я бы рекомендовал подождать с тренировками до следующей ночи.       Луна, конечно, слегка расстроилась от небольшой величины прогресса, но поняла, о чем Сомбра говорит. Он понимал темную магию так же, как обычные единороги — свою. Хитрость их тренировок была в том, чтобы перевести его природную одаренность и интуитивность в знание.

***

      Следующей ночью Сомбра вернулся и продолжил посвящать Луну в премудрости темной магии. Он показал ей, как создавал заклинание для вызова кристальных шипов. Когда Луне удалось окружить себя кучей шипов, она выглядела такой воодушевленной, что ему пришлось её поздравить.       — Мы узнаем больше! — обрадовалась принцесса. — Возможно, однажды мы сможем владеть ею так же, как ты!       И хотя Сомбра был доволен быстротой и качеством обучения Луны, несмотря на медленный темп, в груди возилось беспокойство.

***

      На третью ночь играть днем в принца-защитника, а ночью в учителя стало напряжно.       — Ты в порядке? — с любопытством спросила Луна, когда он невольно зевнул.       — Да, всё хорошо, — мягко ответил он. — Не о чем беспокоиться, принцесса.       Она некоторое время смотрела на него, но промолчала. Как только Смобра собрался показать, как можно использовать кристальные шипы в тактике, его скрутило от боли.       — Один из монстров рядом? — выпалила Луна, узнавая приступ. В прошлый раз после такого же им пришлось вместе сражаться.       Сомбра кивнул.       — Тогда давай сразим его немедля! — воскликнула она. Как только боль стихла, Сомбра телепортировал их обоих туда, где темная сила расползалась.       — Мне кажется… мне кажется, я их чувствую, — проговорила Луна, когда они появились недалеко от места, напоминавшего поле битвы. Тени носились без какого-либо порядка, разрушая всё, до чего дотянутся, вытаскивая пони из их домов. Но как только принц и принцесса появились перед ними, разгневанные до безумия, монстры бросились на них.       То, что сначала казалось неорганизованным буйством, оказалось четко спланированной ловушкой. Тени сосредоточились на Сомбре, окружая его и переплетаясь друг с другом, как многоконечный торнадо. Луна пыталась разогнать монстров от горожан, когда услышала как единорог вскрикнул от боли. Обернувшись, она увидела, что он рычит и борется, пытаясь освободиться от хватки чего-то, напоминавшего трещину в самом воздухе.       — Сомбра! — взревела Луна, магической стрелой целясь в ближайшую из теней, вонзившей свои клыки в ногу единорога. Она пыталась помочь ему вырваться из жидкой тьмы, пытавшейся затянуть его в себя. Тень затрясла головой, приходя в себя после атаки принцессы, и, разъяренная, бросилась на неё. Сомбра попытался оттолкнуть монстра, но хватка остальных была слишком сильна, и тень просто врезалась в них обоих, отбросив и единорога, и аликорницу в небольшую трещину, которая дрогнула и схлопнулась. Связь между ней и её создателем разорвалась.       Пони, которым помогала Луна, испуганно закричали, и кто-то побежал за стражей.

***

      — Что? Как пропали? — Шайнинг Армор уставился на стража, разбудившего его и Кейденс в неприлично поздний час.       — Д-да, сир… По показаниям свидетелей, принц и принцесса пытались бороться с целой толпой тварей. Они пытались затащить принца Сомбру в разрыв в пространстве, и принцессе Луне почти удалось их остановить. Затем напали уже на них обоих, и оба не смогли вовремя уйти от атаки и исчезли в разрыве.       Селестия пришла в отчаяние и неистовство, услышав эти новости. Её сестра и Сомбра похищены этими тварями!

***

      Луна вздрогнула, медленно приходя в себя.       — Аргх, моя голова, — простонала она.       — Дыши глубже, — знакомый рокочущий тон окончательно привел её в себя. Подняв голову, Луна увидела, что Сомбра сидит рядом. Выглядел он усталым, но бдительным.       — Что случилось? Где мы? — спросила она, приложив копыто к виску. — Последнее, что мы помним — как пытались помочь тебе…       — Эти уроды затянули нас к себе в мир, — Сомбра выглядел предельно серьезным. — Мне очень жаль, принцесса Луна, я не должен был подвергать тебя такой опасности, не должен был вас в это втягивать…       — Замолчи сейчас же! — негодующе воскликнула Луна. — Мы вызвались помогать защищать это королевство! Если ты можешь это делать, почему мы не можем?!       — Ну хотя бы потому, что моё тело достаточно крепко для боя. Спросите дворцового доктора, он скажет вам, что я достаточно упрям и крепок, чтобы выдержать столько ударов, сколько я выдерживаю. Я бы не хотел, чтобы вы пережили хотя бы малую часть тех побоев, что достались мне, принцесса. Эти твари очень опасны.       — И что ты предлагаешь? Мы будем сидеть сложа копыта и смотреть, как ты несешь это бремя в одиночку? Как я полагаю, Твайлайт Спаркл и её друзья уже доказали тебе, что ты не одинок, что они могут помочь, так же, как и мы. Мы не будем рисковать тобой и твоим выгоранием только лишь потому, что ты пытаешься защитить нас!       Сомбра потерялся, не в силах придумать ещё аргументов. Луна спокойно смотрела на него.       — Твоё мужество достойно восхищения, как и твое желание защитить всех нас. Но мы являемся частью нашего мира и не уклонимся от своего долга.       Сомбра вздохнул.       — Тогда будь осторожна, не влезай в драку… предоставь её мне.       Луна кивнула. Она понимала, что Сомбра всегда будет пытаться вытянуть всё в одиночку, и что всё, что она и остальные могли сделать, это присмотреть за ним и не дать погибнуть.       Теперь ей удалось осмотреться. Руины. Архитектура казалась странной, стены были из камня и металла. Снаружи воздух влажный и задымленный, создавалось ощущение вечной темноты. Недалеко от них вспыхнул маленький фиолетовый огонек. Он излучал удивительно много тепла для такого маленького размера.       — Где мы… Как нам вернуться? — тут же вырывался вопрос. Сомбра неуверенно покачал головой.       — Трещина, через которую они спускаются в Империю, далеко отсюда. Где бы мы ни были, расстояние приличное. И у меня такое ощущение, что выход усиленно охраняется. Есть… я стесняюсь назвать это заклинаниями, потому что они не обладают нужными качествами… в общем, что-то охраняет это место. Пробраться туда будет чертовски сложно, не факт, что мы выживем.       Луна заметила, как он вздрогнул, когда поднялся на ноги. Рана ещё кровоточила. Она потребовала, чтобы он позволил ей осмотреть рану, и целых полминуты гонялась за единорогом, который до последнего уклонялся, прежде чем вынудила его протянуть переднюю правую ногу.       Укус оставил неприятную на вид рану. К её вящему беспокойству она была воспалена. Вокруг следов от зубов появлялась знакомая кристаллическая сыпь.       — Зараза, — прошептала она. Сомбра кивнул.       — В этот раз как будто что-то другое, хотя я уже ей болел.       Принцесса протянула копыто, чтобы осмотреть укус поближе, но Сомбра резко отдернул ногу и покачал головой.       — Не могу рисковать тобой. Не знаю, так же ли она распространяется, как прошлая, но чем меньше ты с ней контактируешь, тем лучше.       Луна кивнула.       — Нужно вернуться в наш мир и напоить тебя чудесным чаем, которым ты спас Империю.       Единорог тоже кивнул, но Луна успела заметить, какой он бледный, и как сильно у него болела нога.       — Нужно идти сейчас же, — решила она, собираясь вывести их. Она надела очки. — Мы не можем здесь задерживаться.       — Не спорю, — тихо ответил Сомбра.       — Так странно, — проговорила Луна мгновение спустя. — Ты стоишь прямо передо мной, но я не могу ощутить твою магию так легко, как раньше.       — Я подозревал, что моя аура и структура магии этих тварей имеют сходства. Может быть, здесь я отхожу на задний план.       — Не в этом дело, — покачала головой Луна. — Твоя магия всё ещё ярко горит, но её как будто что-то приглушает.       — Держись рядом, — бросил Сомбра, хромая к кратеру в стене гниющего здания. — Заблудиться здесь — удовольствие не из приятных.

***

      Они вышли из-под укрытия здания, и огонь, согревавший их, погас. Луну окатила волна мороза, пробравшая до костей. Прежде чем она успела пожаловаться на аномальный холод, ей на спину опустилось что-то теплое. Она моргнула, а затем поняла, что это была мантия Сомбры. Принцесса недоуменно взглянула на него.       — А ты? Замерзнешь ведь.       — Холод мне не страшен, — слабо улыбнулся Сомбра. — Помнится, правда смутно, что один из моих стражей когда-то обозвал меня лордом севера, когда узнал, откуда я родом. Вполне уместно. Я ведь родился в деревне, где всё покрыто снегом и льдом, помнишь?       — Как не помнить место из твоих кошмаров, — пробормотала Луна.       — Я к холоду привыкший, а ты, очевидно, нет. Так что давай пойдем вперед, движение согревает.       Луна кивнула, и вдруг ей в голову пришла идея. Она отстегнула шарф, обтянутый вокруг воротника, и повязала его на раненную ногу Сомбры, пытаясь остановить кровотечение. Ему всё ещё было больно ходить, и каждый шаг выглядел неуклюжим из-за этого.       — У тебя есть план?       — К великому сожалению, нет. Я мало что могу почувствовать в этом мире. Просто знаю, что разрыв — это ближайшая точка, из которой мы можем вырваться. Только как? Придется мне что-то придумать.       — Ты хотел сказать нам! И я имею в виду не королевское «нам», — многозначительно хмыкнула Луна, шагая впереди него, чтобы подчеркнуть свою мысль. Сомбра вздохнул за её спиной, признавая, что в этот раз сражаться в одиночку он не в силах. Ему оставалось только надеяться, что вздорная принцесса не пострадает.

***

      Шли молча. Оба были на взводе, ожидая нападения из-за каждого угла.       — Это место такое странное… Дома, здания не похожи ни на что, что нам знакомо. И какова же настоящая форма этих существ?       — Кто знает, — пожал плечами Сомбра, — это место кажется каким-то… в корне неправильным, что ли.       — Оно умирает. Наверное, поэтому ему нужна Эквестрия, да?       — Я тоже так думаю. Эквестрия пропитана магией, и это делает её идеальной для теней.       Впереди высилось массивное здание, построенное из старого раскрошившегося камня, хотя кое-где виднелись бреши в кладке. Все остальные здания превратились в руины, и они сочли его лучшим местом для пути.       Внутрь вела большая арка. Пара шла осторожно, Луне казалось, что Сомбра вот-вот спросит, что это за глухой звук, потому что её сердце колотилось о ребра. Внутри здания было ещё чуднее. Высокий потолок тянулся над их головами. Окна были так затянуты паутиной и пылью, что едва пропускали свет, и чем дальше они шли, тем темнее становилось. Луна выпустила небольшой сгусток магии, и через секунду комнату озарило голубое сияние. Она невольно выдохнула, а Сомбра тихо выругался.       Они были не одни.       Вокруг них стояли странные существа. Ростом они были где-то с пони, вставшего на задние копыта. Подкравшись поближе, принцесса и принц увидели, что вместо копыт у них вместо были передние лапы, оканчивающиеся веретенообразными штучками, как будто на конец длинной ноги был насажен паук. Задние ноги согнуты под странным углом, шея была неправильной, короткой и тощей. А голова подчеркивала всю негармоничность существа: круглая, с крошечным носом и глазницами, похожими на блюдца. Вместо рта — уродливый разрез, из которого вытекало что-то, похожее на черную жижу. Кожа на вид была похожа на пластик, один в один манекен в бутике Рэрити. На стыках лап и шеи образовались щели и трещины, а кристаллические наросты мешали им двигаться. Сомбра бросил взгляд на свою ногу. Боль немного притупилась, но всё та же кристаллическая сыпь ползла от раны к плечу и шее.       — Святая старшая сестра… — прошептала Луна. За её словами последовал скрежет.       Сомбра слегка повернул голову и почувствовал, как у него в животе образуется кусок льда. Из теней вышли другие существа, они медленно приближались к ним. Он заметил, что головы более высоких наклонены под другим углом, что означало, что они смотрели на…       — Принцесса! — прошипел он. — Твоя магия, они могут её видеть, погаси свет!       — Но как мы будем видеть? — пальнула она в ответ.       — Я попробую свою, — видя её сбитый с толку взгляд, Сомбра взмолился. — Пожалуйста, доверься мне!       Луна кивнула, погасила свет. Несколько секунд в темноте, и Сомбра зажег маленькое фиолетовое пламя в воздухе, поместив его над их головами. Приглушенный свет добавил жути. Луна, чуть не обмерев от ужаса, увидела, что одно из существ вот-вот коснется своим паучьим копытом её гривы. Она вздрогнула и отошла от него так быстро, как ей позволяла королевская гордость. Теперь взоры существ были безучастно направлены в потолок.       — Они жаждут света, — мягко сказал Сомбра, — каким бы призрачным он ни был…       — Тогда наша магия привлечет их к нам. Моя, я имею в виду. Твой огонь им, кажется, не интересен.       — Что ж, на этот раз рождение во тьме оказалось выгодным, — Сомбра протискивался вперед между существами. — Не думал, что скажу о себе такое!       Луна покачала головой.       — Когда ты уже поймешь, что тьма — это не всегда плохо?       — Отец спрашивал у меня то же самое, — ответил ей единорог. Им удалось преодолеть ряды странных существ.       — Где же это место? — Луна наблюдала за всеми странностями вокруг них. Над их головами было что-то похожее на чёрные окна, прикрепленные к рушащимся стенам, но там, где они были разбиты, неба видно не было.       — Это последняя жертва паразита, — мрачно ответил Сомбра. — Я знаю, что эта штука перемещается от мира к миру, высасывая всё хорошее, что найдет, прежде чем разорвать небо на части и отправиться на поиски новой кормушки.       — Мы не можем допустить, чтобы это случилось с Эквестрией! — яростно прошептала Луна.       — Сделаем всё что угодно, чтобы избавить вашу Империю от этих тварей, — ответил Сомбра.       — Мою, — поправила его Луна.       — Извини? — рассеянно спросил единорог, толкая ногой обшарпанную деревянную дверь и лавируя между осколками.       — Твоя формулировка неверна. Должно было прозвучать «избавить мою Империю», разве мы не правы?       Сомбра ненадолго замолчал, а потом смущенно улыбнулся, продолжив дёргать дверь.       — Мы позаботимся о том, чтобы ты преодолел эту неловкость, так или иначе, Сомбра! — шутливо-угрожающе прошептала Луна. Сомбра пропустил это мимо ушей, потому что дверь поддалась и распахнулась. Они вышли в странную комнату. Под ногами была каменная платформа, чуть дальше — такие же колонны. Потом платформа обрывалась. Но выглянув за край, они не обнаружили бездонную пропасть. Лишь метровое углубление, на дне которого лежало что-то, отдаленно напоминавшее рельсы.       — Может, в чем-то мы и не отличаемся, — пробормотал Сомбра.       Они несколько мгновений стояли, гадая, куда же им идти. Сомбра заметил, что огонек, который он зажег, мерцает слева от них. Он кивнул Луне, и они направились в ту сторону, куда вел их фиолетовый огонек, единственный их проводник.

***

      Когда стены начали уже нешуточно давить на мозг Луны, они вышли на платформу, похожую на предыдущую, только на этот раз она была с противоположной стороны. Место казалось пустынным, они вскочили на каменный выступ и услышали забавный стук.       — Что за? — прохрипел Сомбра, увидев, что кто-то приближается к ним, пошатываясь. Ещё больше тех существ, только они выглядели не так дерьмово, как предыдущие. Странная черная жижа капала с их омерзительных лиц, суставы расходились трещинами. Но они могли ходить без труда, хотя и смешной шатающейся походкой.       — Что будем делать?       — Выхода нет, придется драться… то есть, — он на мгновение потерял дар речи, когда увидел позеленевшие склеры и фиолетовое пламя в глазах принцессы.       — Я, может, многого и не знаю, но смогу хоть чуть-чуть помочь! — с вызовом бросила она.       Сомбра не стал спорить и бросился вперед, когда первое из существ потянулось к нему. Он навалился на него всем весом, швырнул назад на нескольких товарищей, и они полетели с веселым грохотом, как кегли в боулинге. Единорог выругался от боли, когда ему пришлось опереться на раненную ногу. Паучьи конечности вцепились ему в ухо, и боль от этого перекрыла боль в ноге. Сомбра зарычал и отбросил нападавшего. Он не упал. Только пошатнулся и уставился на единорога устрашающе пустыми черными глазницами. Существо подняло конечность с каплями крови на ней и зло усмехнулось.       — Лидер! — тактику Сомбра узнал. Он не выпускал это существо из виду, даже когда оно смешалось с остальными. Он пробивался за ним, и не обращал внимания на всех, кто вцеплялся ему в уши, бока и гриву.       Луна тем временем делала то же, что и Сомбра: брыкалась изо всех сил. Пусть её тело и не было атлетического сложения, она тоже могла за себя постоять. Твердые, как алмаз, туфли ломали конечности существ, выводя их из строя. После этого они могли только ползать на своих странных передних лапах. Когда она развернулась, чтобы уклониться, то заметила, что у Сомбры на боку всё ещё висит сумка со сложенным копьем. Она ненадолго зажгла рог, телекинезом вытаскивая копье, и, удобнее перехватив его, с удовольствием размахивала тяжелым оружием со всей силой, на которую была способна. Острый наконечник прошивал их тела, из них лилась темная жижа, и существа, потеряв слишком много, падали на пол.       Она приготовилась уже отправить на тот свет следующее существо, когда оно вдруг вздрогнуло и рухнуло на каменный пол, где и осталось, дергаясь в судорогах. Принцесса оглянулась и увидела Сомбру, стоящего над разрубленными останками другого существа.       — Что произошло? — спросила аликорница.       — Помнишь день, когда тень сорвала с меня ошейник? Так вот, на самом деле, там был один-единственный монстр, контролировавший остальных. Кажется, это их обычная тактика. Следуют единой схеме во всех мирах.       Им удалось сбежать, промчавшись через заброшенную станцию и сиганув в вечный полумрак туннеля. Луна в который раз мысленно поблагодарила Сомбру за мантию, потому что воздух был ужасно холодным.       — Ты в порядке? — спросил её Сомбра. Луна кивнула. Пока они шли, она заметила, что он всё чаще спотыкается, и не из-за того, что земля была неровной.       — Сомбра? — голос Луны олицетворял волнение. — Тебе хуже?       Единорог ничего не ответил, лишь кивнул. Она подошла к нему с другой стороны, беспокойство кольнуло её иглой.       Инфекция распространялась с умопомрачительной скоростью, а существа ещё и заставили сгибать ногу. Шарф, которым Луна перевязала рану, промок от крови насквозь.       — Мы не можем останавливаться, — пресек её Сомбра. — Мы должны идти.       Впереди путь казался свободным, виднелись просветы между кучами щебня, куда они могли бы выйти. Но едва ли всё было так просто. Стоило им преодолеть несколько улиц, как зловещую тишину разорвал звук движущихся камней.       — Беги! — рявкнул Сомбра. Луна не спорила. Она бросилась вперед, держа под крылом копье. Сосредоточить темную магию было трудно, но иного выбора не оставалось. Твари тянулись к её магии, как мотыльки к огню! Хуже всего, что они могли отслеживать их по ней. Сомбра не отставал, хотя чуть не терял сознание от боли.       — Я не продержусь долго… нужно торопиться!       Они мчались по пересечениям улиц. Из-под обломков вынырнул целый легион существ. Луна резко остановилась, забуксовав на щебне, подняла копье, готовая сбивать каждого, кто сунется. За спиной она слышала грязную ругань Сомбры и чувствовала знакомое присутствие его магии.       Сомбре едва удавалось сдерживать монстров, когда один из самых хитрых и менее искалеченных схватил его сбоку; тонкие паучьи лапы царапнули раненную ногу. Боль ослепила и настолько ослабила защиту, что и вовсе разрушила заклинание. Атака, которую единорог готовил, сорвалась, и его швырнуло на холодную землю. Сомбра попытался сбросить с себя тупую тварь, но странная форма их тел позволяла им с необычайной ловкостью и цепкостью хватать его за ноги и прижимать к земле.       Затуманенным от боли зрением Сомбра увидел над собой нависшего монстра, держащего в лапах ржавую трубу.       Луну охватил гнев.       — Отпусти его, щенок поганый! — заорала она, и её голос отвлек существ. Она закрыла глаза, сплетая собственную магию с той, которой обучил её Сомбра, и черно-синее пламя вспыхнуло.       — ИСЧЕЗНИ! — закричала она, открывая глаза и впиваясь взглядом в существ.       К её удивлению, её слово буквально изничтожило монстров. Буквы, взрезавшие землю в виде пурпурно-голубых кристаллов, влетали в нападающих, разбивая их хрупкие тела.       — Умолкни! — крикнула она снова, и на этот раз кристаллы разрубили надвое тело того, что держал трубку. Кусок металла покатился по земле, и те, кто держал Сомбру, ринулись за ним.       — Тебе. Не. Победить! — с каждым словом Луна чувствовала, как растет её сила. Это наполняло её волнительным трепетом. Вскоре существа оставили их в покое, а она стояла на поле битвы, торжествующая.       Ей понадобилось какое-то время, чтобы вспомнить, почему она сражалась. Забавно, на секунду она почти забыла…       — Сомбра! — Луна подбежала к единорогу. У него не очень-то получалось скрывать боль. — Стоять можешь?       — Наверное, д-да, — запнулся он. Жеребец вскочил на ноги, но первые несколько шагов дались с лютой болью, сопровождаемой рычанием. Сомбра заставил себя идти, хотя с каждым метром хромал всё сильнее. Луна снова попыталась заставить его показать ей рану, но Сомбра поклялся, что не увидит, как эта дрянь заражает её, поэтому ей пришлось оставить его в покое.

***

      Путь привел их к гребню того, что издалека выглядело как холм, но на деле оказалось скалой. Внизу была темная пропасть без дна. Они стояли на краю, не видя другого способа добраться до мерцающей трещины.       — Что ж, похоже путь нам придется проложить самим.       Луна оглянулась, увидев нечто, что с такого расстояния могло показаться роем насекомых, но она знала, что это было скоплением теней.       — Мы уничтожили так много их сородичей, что теперь они на нас в открытую охотятся, — прямо сказала Луна. — Темная магия позволяет нам ненадолго скрыться, но в конце концов…       — Я знаю, — выдохнул Сомбра. На мгновение он закрыл глаза. — Я думаю, что могу создать заклинание, которое позволит нам попасть к трещине, но это потребует времени. А значит, тебе придется защищать меня от любой твари, которая подойдет слишком близко.       — Не волнуйся, — ответила Луна, спускаясь со скалы. — Мы не дадим им пройти!       Беспокойство и страх сковывали грудь Сомбры, когда он снова обратил взор на пропасть, зияющую между ними и их спасением. Он закрыл глаза и позволил инстинкту действовать, сплести нужное ему заклинание, как он всегда делал.       Перед его копытами начала формироваться пурпурная кристальная дорожка, медленно ползущая к трещине в небе. Это взволновало теней, потому что их стало больше.       Луна открыла в себе новый талант, когда тени её почти окружили. Она расправила крылья, пытаясь оттолкнуть монстров, и услышала несколько тяжелых глухих звуков. Моргнув, она увидела, что кончики её перьев теперь окружены невесомыми голубыми кристаллами. Она поджала крылья и снова расправила их. Осколки посыпались дождем.       Она взмыла в небо, вращаясь в воздухе, и шипы полетели градом. Снова коснувшись земли, принцесса разрубила одну из теней копьем.       Луна взглянула на Сомбру и поняла, что времени почти не осталось. Он был бледен, и даже с такого расстояния было видно, что боль побеждает. Он с трудом дышал, взгляд был устремлен на быстро растущий мост. И Луна призвала свою силу, чувствуя, как оборачивает свою обычную магию тьмой.       Тени резко замерли, их взгляды метнулись вправо. Она взглянула туда же и увидела бесформенное черное облако, направляющееся к ним. Две далекие, крохотные, как булавки, желтые точки, похожие на глаза. Знакомые глаза.       Сердце замерло. Вот он. Их враг. Разум, стоящий за всеми засланными в Империю монстрами.       — Сомбра?!       — Я… я знаю! — выдохнул он, едва подавляя дрожь, сбивающую его с ног. Новая волна теней приближалась к Луне. Сомбра слышал её крик, порождающий кристальные шипы, слышал, как хрупкие тела раскалываются на части.       Он на мгновение оторвался от своей задачи и увидел нечто, отчего кровь застыла в его жилах. Хищная улыбка на лице Луны и знакомое выражение глаз. Она тяжело дышала, а её зрачки сузились до размера булавочной головки.       — Нет! Я должен её остановить, — запаниковал единорог. Мост был почти готов, но Луна… выбора не было! Сомбра бросил заклинание и метнулся к Луне, мысленно умоляя её простить его за то, что он собирается сделать.       Она почувствовала, как заклинание сбивает её с ног, и прежде чем успела подумать, потеряла сознание.       Сомбра подхватил её и перекинул на спину. Зная, что в полумраке сверкают зубы хищников, терзающие его с неистовством, он развернулся и побежал к почти законченному мосту. Облако, почувствовав заклятого врага, заверещало с такой яростью, что барабанные перепонки чуть не лопнули, а зрение затуманилось. Сомбра усилием воли заставил себя идти, копытами вздымая вспышки пурпурного света, творя заклинание на ходу, и прочь, прочь отсюда по спасительному мосту, к трещине, к мерцающей и пульсирующей трещине!       Он почувствовал, как облако дышит ему в спину. Сомбра не мог обернуться. На это просто не было времени. Он должен спасти принцессу Луну, он не допустит, чтобы Селестия потеряла свою сестру!       Эта мысль гнала его вперед, сердце колотилось в такт бегущим копытам. Конец моста вырисовывался перед носом, и у него была только одна попытка.       На самом краю он прибавил скорость, насколько это было возможно, поджал под себя задние ноги. Почувствовал, как что-то царапнуло его копыта.       И прыгнул.       В пустоту. В ушах звенит тишина и пульсирует кровь. Сомбра закрыл глаза и почувствовал, как его копыта коснулись трещины. Этого хватило.       Так же, как их затянуло сюда, понадобилось малейшее прикосновение.

***

      Они появились в Империи, только вот не на её земле, а в воздухе над ней. Сомбра на секунду испытал иррациональное чувство страха, когда они зависли в воздухе, но затем гравитация в который раз доказала, что она бессердечная сука, и они начали падать. Он умудрился развернуться, обнять Луну здоровой ногой. Взгляд единорога метался по быстро приближающимся пейзажам.       Туда! Дворцовый сад!       Он закрыл глаза, роясь в памяти и молясь, чтобы телепортация сработала. К его счастью, она не заставила себя ждать. Пони приземлились на клумбы, мягкие ароматные растения смягчили их падение. Он выпустил Луну, как только сработал телепорт, и теперь лежал в нескольких метрах от неё. Ошеломленный и запыхавшийся, он с трудом поднялся на ноги и пробился к тому месту, где она лежала. Самый край клумбы. Единорог видел, как трепещут её веки, как вздымается и опускается грудь. Она не была ранена и она была жива.       С облегчением рассеялся и эффект адреналина. Боль была невыносима. Сомбра выругался, пытаясь удержать себя в вертикальном состоянии, но едва ли справился с этой задачей.       Двери замка распахнулись, и к нему побежали смазанные фигуры.

***

      Флэш Сентри возвращался на свой пост после проверки города, когда увидел в саду вспышку телепорта. Без промедления он позвал Лайт Шеилда и ещё одного стража, и троица выбежала в сад. То, что они увидели, заставило их ахнуть от ужаса и выдохнуть от облегчения.       Яркий лунный свет освещал лежащую в обмороке Луну и едва не следующего за ней Сомбру, всем своим видом демонстрировавшего то, что он к ней никого не подпустит.       — Ваше высочество?! — Флэш Сентри побежал к нему, но встретился носом с искрящимся куполом, накрывшим королевских особ.       — Сир? — выпалил Лайт Шеилд. Флэш Сэнтри моргнул от удивления, не понимая, почему Сомбра держит их на расстоянии.       — Н-не подходи, — прохрипел он, качая головой. Они не успели спросить, почему, потому что увидели ногу и боль, с которой Сомбра на неё опирался.       Кристальная чума, опять. Только в этот раз в более тяжелой форме. Болезненно-черный кристалл покрыл большую часть его правой ноги и уже заползал на грудь.       — Нельзя позволить ей распространиться… — Сомбра покачал головой. Он шагнул в сторону. — Я не думаю, что Луна заражена, так что позаботьтесь о ней. СЕЙЧАС ЖЕ. Я-аргх!       Следующий шаг был слишком большим. Как только его правая нога коснулась земли, она подкосилась от боли, и Сомбра рухнул на траву. Щит рухнул вместе с ним, остатки магии, которая у него была, иссякли.       Он услышал топот копыт и вздохнул с облегчением. Хорошо. Луна в порядке.       — Эй, большой парень, давай! — он медленно открыл глаза и увидел стоящего рядом с ним Флэша Сентри. Он мотнул головой, пытаясь призвать щит, но магическое истощение это не шутки.       — Уходи! — прорычал Сомбра.       Флэш покачал головой.       — Спирхэд ушел за остальными. Но мы вас не оставим страдать в одиночестве, ваше высочество.       Вскоре прибежали другие стражи, и среди них был Шайнинг Армор. Он быстро выслушал доклад о состоянии Луны, и не заметил ничего, кроме переохлаждения. А вот у Сомбры дела были плохи, как никогда. Единорог пытался держаться на расстоянии от всех, даже предпринимал попытки встать на ноги, чтобы отступить, но боль окончательно завладела его рассудком, и он рухнул на траву.       Доктор и его помощники не отставали от стражей. Они приказали доставить Луну в лазарет. Но Сомбру нужно было изолировать.       Шайнинг Армор подумал, какой же мукой будет для Сомбры идти куда-либо, поэтому предложил занять один из кабинетов на первом этаже. Там были большие камины, и бедному жеребцу не пришлось бы идти далеко.       Шайнинг держался как можно ближе, и с горем пополам им удалось привести Сомбру в кабинет. Один из стражей предусмотрительно перетащил все большие диванные подушки к огню и добавил ещё одеял. Игнорируя слабые попытки Сомбры оттолкнуть их, Шайнинг и доктор уложили его у огня. Сомбра сонно смотрел на пламя и дрожал.       Всё, что доктор мог сделать, это очистить и зашить рану. Шайнинг Армор поспешил за целебным чаем, но в этот раз — тройной дозой!

***

      Между тем, пока Сомбру отпаивали чаем, Селестию разбудили и известили о том, что он и её сестра вернулись! Принцесса заплакала от облегчения, увидев свою сестру, крепко спящую в лазарете. Она посидела с ней какое-то время, пока доктор объяснял, что всю ночь принцесса спала, но в остальном цела и невредима. Вроде её не коснулась болезнь, но на всякий случай как только она проснется, ей дадут отвар.       Селестия ласково ткнулась носом в щеку сестры, поцеловала её лоб и спросила о Сомбре.

***

      Её предупредили, что состояние у него не из лучших, но смотреть на него всё равно было больно.       — Похоже, у этой заразы другой способ передачи, — сказал ей доктор. — Сомбра говорит, что его укусили, так что, вероятно, заразиться можно только через кровь.       Селестия кивнула, и доктор уселся в углу комнаты, пока принцесса присаживалась рядом с Сомброй. Он моргнул, словно не узнал её. Но затем он вновь сосредоточился, взгляд его прояснился, и ему удалось сесть.       — Принцесса! — он закашлялся. — Луна, она?..       — С ней всё будет хорошо. Сейчас она спит как младенец, — Селестия говорила с таким облегчением и радостью, что вина сдавила его горло ещё сильнее. — Спасибо, что вернул её, спасибо что вы оба вернулись.       — Мне жаль! — выпалил Сомбра. Селестия моргнула, недоумевая, за что он извиняется. Сомбра лихорадочно замотал головой, и она увидела тень вины и ужаса на его лице. — Я должен был её оглушить, не дать уйти… слишком глубоко…       — О чем ты? — спросила принцесса, не находя сердце на месте.       Он рассказал ей всё. Как обычная магия только привлекает монстров, как он велел Луне не использовать всё разом. Как Луна смогла применить пару удивительно искусных заклинаний. Как она начала впадать в боевое безумие. Как он обернулся и увидел знакомое выражение на её лице.       — Я боялся, что она потеряет контроль, — он закрыл глаза, когда его зрение снова начало расплываться, но на этот раз не от боли. — Прости, принцесса, но другого выбора не было, эти монстры были прямо перед нами. Не стоило мне показывать ей, как пользоваться темной магией. Во всем этом только моя вина.       Сомбра знал, что Селестия будет в ярости, но он слишком устал, чтобы сделать что-то больше, кроме как извиниться, пока она не разозлилась.       — Пожалуйста, дайте ей знать, что мне очень жаль.       Он был удивлен, когда копыто коснулось его подбородка, приподнимая его. Он моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд.       Селестия не выглядела рассерженной, но, пожалуй, очень радостной и спокойной.       — С ней всё хорошо, Сомбра. И это я предложила ей обратиться к тебе за советом по поводу темной магии. Мы ведь мало что о ней знаем по сравнению с тобой, и её давно беспокоило, что наши знания так скупы. Я бы не отдала её под опеку пони, которому бы не доверяла.       Сомбра выглядел удивленным, но обнадеженным.       — Я должна благодарить тебя за то, что ты вернул мне сестру. Луна сильна, она не повторит своих ошибок. В любом случае, мы все на её стороне, как и ты, клянусь своим именем.       Молчаливый кивок. Селестия радушно улыбнулась.       — Справедливости ради, когда сестра проснется, она будет немного в ярости. Луна не привыкла, чтобы на неё так набрасывались, поэтому будь готов к суровому отчитыванию!       Сомбра выдавил из себя слабую дрожащую улыбку.       — Принцесса…       — Тебе не нужно извиняться, — твердо сказала Селестия. — Я благодарна тебе и знаю, что Луна разделит мою благодарность. Мы все счастливы, что ты здесь. Так что успокойся, ты выполнил свою часть работы.       Сомбра мог только кивнуть. Селестия подождала, пока он уснет, прежде чем уйти. Доктор пообещал внимательно следить за ним.