Chapter 14
29 декабря 2017 г., 03:34
Тело онемело, как будто по венам пробежал лёд, её тело больше не ощущало тепла. Это похоже на то, что она жива, и всё же часть её мертва.
Лекса глубоко вздохнула глядя на природу через панорамное окно в кабинете. Великолепный вид, даже романтичный в определённое время суток, волшебно, когда небо чистое и полное звёзд. Сегодня всё чёрно-белое, скучное, нет обычной яркости; нет больше света. Ибо её свет погас, сдут холодным ветром безответной любви. Одежда отражает настроение: старые чёрные джинсы и потрёпанная чёрная футболка.
Кларк больше не любит её — это разрушительно.
Лекса посмотрела на свои руки. Руки, которые отвечали за ввод слов, чтобы помочь исцелить души и сердца многих читателей, но они не смогли исцелить её. Она посмотрела на экран компьютера, мигающий курсор ждал, когда она напечатает что-то, что угодно. Но слова не шли.
Лекса свернула окно и зашла на сайт журнала, чтобы ответить на некоторые вопросы поклонников и читателей.
Прочитав все вопросы, она попыталась ответить как можно лучше, но в ответах не было привычной искры, не было глубокой озабоченности. Она расстроенно откинулась на спинку стула.
— Лекса? Привезли обед, — сказала Аня, заглядывая в кабинет.
— Спасибо, — просто ответила Лекса, но не двинулась. Она неподвижно сидела на стуле, и Аня, её лучшая подруга и соседка, знала, что Лекса не выйдет отсюда.
— Поговори со мной, Лекс. Ты не можешь держать боль внутри. Я знаю, что с Кларк что-то пошло не так. То же сказала Октавия Рейвен. Ты не можешь держать свои эмоции запертыми и ожидать, что всё будет хорошо. Ты можешь выпустить их, Лекса. Никто не осудит тебя за это, — Аня медленными шагами, осторожно зашла в кабинет, с беспокойством глядя на Лексу.
Прошло несколько дней с тех пор, как Лекса вернулась со встречи с Кларк на горе и после неё она действует роботизировано. Защитный механизм Лексы заключался в том, чтобы закрыться от всех, глубоко спрятать эмоции и быть холодной. Аня знала, что иногда нужно выпускать свою эмоциональную сторону; печалиться, плакать или всё то, что подходило к определённой ситуации. Однако Лекса не делала этого.
Карие глаза просканировали лицо молодой писательницы. Аня надеялась найти способ и заставить Лексу открыться, и в этот момент третий обитатель в резиденции Вудс зашёл в кабинет.
— Я там стараюсь быть вежливой, жду вас двоих и не ем пиццу, но Иисусе, вы здесь уже вечность!
Аня хотела убить Рейвен, эта девушка была слишком шумной и с большим чувством геройства. Неудивительно, что она презирала бывшую ученицу во время уроков истории.
Рейвен ухмыльнулась, увидев убийственный взгляд Ани.
— Слушай, горячая штучка Командующая, думаю, что горячая еда может помочь тебе. Или мы можем пропустить пиццу и сразу перейти к мороженому. Ты слишком долго сидишь в кабинете, а Аня — ноющая задница.
Аня нахмурилась и скрестила руки на груди. На днях она убьёт механика.
— Мороженое? — Лекса подняла взгляд и посмотрела на Рейвен.
Конечно, это вызвало реакцию. Кларк говорила ей. Нет. Princess69 предложила Александрии помириться с Аней с помощью мороженого. По-видимому мороженое могло решить все мировые проблемы. Но оно не может справится с её расстройством.
— Пошли! Я голодная, и если я умру, это будет твоя вина.
По крайней мере, Лекса пошла за Рейвен, и Аня вздохнула с облегчением.
Трое сидели на кухне. Лекса молчала, хотя раньше у них были интересные разговоры.
Гнетущая тишина раздражала Рейвен, и ей нужно было вытащить голову Лексы из её же задницы, пока не стало слишком поздно.
— Кларк оставила тебя. Почему?
Аня подавилась кусочком пиццы. Рейвен как обычно тупит, а отсутствие такта нервирует. Она размышляла о способах убийства механика и тем, как будет жить с этим.
Лекса перестала жевать и на мгновение сжала челюсть, а затем продолжила, есть пиццу; зелёные глаза смотрели в карие Рейвен, позволяя ей продолжать. И, конечно же, Рейвен воспользовалась возможностью.
— О сказала мне кое-что. Кларк многого не рассказала, но я знаю что, чтобы она не сказала — это полная фигня. Я знаю её ещё с начальной школы, и эта идиотка будет делать всё, чтобы все были в порядке, но не она сама. Спорю на свою задницу, она саботировала себя.
— Она хочет, чтобы я была счастлива. Двигалась дальше, — шепотом призналась Лекса, будто пыталась сделать слова исходящие изо рта ложью.
Аня нахмурилась, возможно, она не будет убивать Рейвен. В конце концов, она вынудила Лексу заговорить, но здесь Аня лучшая подруга.
— Конечно, — Рейвен подперла стол локтями и склонила голову на ладонь. — Ёбаная Кларк! Я побью её, конечно, она сказала это. Она любит тебя, Лекса.
— Она не любит меня, Рейвен! — Лекса выпалила слова так, словно они были ядовитыми и могли убить её. — Кларк не чувствует тоже же самое что и я. Больше нет, и это моя вина. Я не доверилась ей и потеряла её. Конец истории.
Рейвен нахмурилась, пытаясь придумать, что сказать, но, что она может сказать, если её лучшая подруга больше не хочет иметь ничего общего с Лексой. Хотя и знала, что Кларк лжёт.
— Лекса. Я знаю, что тебе больно, но уверяю, Кларк любит тебя.
Брюнетка глубоко вздохнула и сделала глоток из бутылки с водой. У неё возник соблазн поверить словам Рейвен, потому что она не хочет ничего, кроме любви Кларк. Но она не может обманывать себя. Кларк чётко объяснила свои намерения. Даже дружбы не может быть после тех раздираемых отношений. Лучше перестать надеяться раз и навсегда.
Мобильный Рейвен издал звук, механик посмотрела на экран:
— Это Кларк, она хочет поговорить со мной. Мы не разговаривали с презентации твоей книги, — она задумалась на секунду и отправила ответ. — Думаю для меня это подходящее время, чтобы наладить отношения с ней.
— Да, это хорошо, Рейвен. Ты хороший друг, и она нужна тебе, — Лекса не может быть рядом с Кларк, но, по крайней мере, Рейвен может, и для неё этого достаточно, знать, что Кларк общается со своими друзьями, которые поддержат её, исцелят и сделают счастливой.
Они продолжили обедать. Аня и Рейвен вели глупый разговор, а Лекса просто кивала, как будто слушала, но на самом деле не обращала внимания.
Когда они закончили, Рейвен быстро убрала со стола и прежде чем пойти на встречу с Кларк ей нужно было сказать то, что держала внутри:
— Слушай, Лекса, эта тупица жаждала тебя с тех пор как впервые увидела в школе. Я была свидетелем того, как она каждый день раздевала тебя глазами во время занятий.
— Фу, Рейвен, чёрт возьми, это не то, что мне сейчас нужно, — застонала Аня подходя к раковине.
— Ты понимаешь? Как можно разрушить эту прочную связь? Что бы там ни было, это не имеет никакого отношения к отсутствию любви к тебе.
— Всё в порядке, Рейвен. Я уважаю решение Кларк. Я буду двигаться вперёд, как она этого хочет, — после паузы она добавила: — Я уезжаю.
Рейвен несколько раз моргнула, пытаясь ассимилировать информацию. Аня бросила посуду в раковину и повернулась к Лексе:
— Что? Куда уезжаешь?
Писательница подошла к дивану и села, глядя на подругу:
— Издатели хотят провести общенациональный тур до конца года, чтобы продвинуть роман. Поскольку всё идёт хорошо, они думают, что это сможет ещё больше повысит продажи, а потом мы сможем объявить о продолжении.
— Святое дерьмище, это же шесть месяцев! Я надеюсь, что ты успеешь до Рождества. И будет ещё одна книга? — спросила Аня. Лекса много работала приближаясь к мечте и теперь люди надеются на большее.
— Да, я получила предложение написать ещё одну книгу. Я уже разговаривала с Онтари и я собираюсь написать её в течение следующего года.
— А как же «Polis»? — спросила Рейвен. — В журнале у тебя тоже большой успех.
— У меня будет встреча с мистером Уоллесом, и мы договоримся об этом. Больше всего я люблю писать и очень хочу сосредоточиться на этой возможности и стать профессионалом.
(На самом деле большего всего Лекса любит Кларк, но она не будет упоминать об этом.)
— Поздравляю, горячая штучка Командующая, ты порвешь всех в продажах. Лучший грёбаный продавец и ещё номер в любовных романах, — девушка надела красную куртку и прошла к входной двери. — Сейчас мне нужно идти, но я потрясена и взволнована. Вечером принесу пиво, и мы отпразднуем с вами, неудачницы, — Рейвен махнула рукой и вышла из пентхауса.
Лекса вернулась в свою спальню, тихо закрыла дверь и села на большую холодную постель.
В пустой и тёмной комнате сдерживаемые слёзы потекли по лицу. Она всхлипнула, прижала подушку к телу и, наконец, выпустила всю неописуемую боль.
Как сдержать слово и быть счастливой? Она не знала. Кларк её счастье, и она потеряла её, потому что была идиоткой. Ложь — её ошибка, и теперь она платит за неё. Ей следовало доверять Кларк. Лекса не жалела о своём решении уйти в первый раз, но она могла раскрыть Кларк причину.
Хотя это уже не имеет значения, слишком поздно.
Она никогда не могла ненавидеть Кларк, её сердце было полно прощения и любви к ученице. Кларк была в хороших руках, и ей пришлось отступить. Писательство — единственное, что она сохранила, это был единственный шанс выжить в мире без Кларк.
Аня услышала, рыдания Лексы и тихо постучала в дверь, прежде чем войти в спальню.
Видя опустошённую Лексу, Аня вспомнила время, когда они были подростками и над Лексой издевалась команда чирлидеров. У Лексы была чистая душа и самое большое сердце в мире. И будучи свидетелем тех страданий, сердце Ани разрывалось на части. Тот опыт стал причиной того, что она поклялась защищать свою сестрёнку. Вместе они прошли через много дерьма в средней школе, но вместе они были непобедимы. Они были семьёй.
Аня села на кровать и медленно обняла плачущую девушку.
— Это пройдёт, Лекс. Обещаю, боль исчезнет.
— Неужели исчезла та боль, когда Костия отвергла тебя? — Лекса посмотрела на Аню. — Костия тебя не любит. Тебе уже не больно?
Аня утешительно погладила Лексу по спине. Её слова ужалили, но она понимала, откуда они идут.
— Нет. Всё ещё больно. Никто не говорит, что будет легко. Но я надеюсь, что однажды смогу взглянуть на Костию, не чувствуя, что моё сердце разорвано на части. Нам ничего не остаётся, кроме как ждать. Время лечит.
— Я больше не хочу этого слышать!
Крик пронзил сердце Ани. Она никогда не видела Лексу в состоянии такого страдания и отчаяния. Лекса всегда была волевой, храбро переносила все испытания, девушка перестала полагаться на свои чувства и стала каменной, эта девушка никогда не сдавалась. С такой Лексой она подружилась.
Эта же Лекса — девушка с разбитым сердцем, и она стала более человечной, чем когда-либо. Кларк Гриффин сделала это возможным. Лекса открылась ученице и впервые позволила себе быть уязвимой. Аня была удивлена, когда впервые увидела такую Лексу за многие годы дружбы. И она знала, что никто другой не подходит её лучшей подруге. Лекса могла бы снова полюбить. Но уже не с той страстью с которой она любила Кларк Гриффин.
— Я знаю, Лекса. Поверь мне, я хочу, чтобы это прекратилось. Но наши сердца слишком упрямы.
Лекса улыбнулась и направилась в уборную, умылась и приняла душ, прежде чем снова приступить к работе.
Лучшая подруга поняла намёк и оставила её одну.
///
Конец лета был полон работы. Колонка в журнале была популярна, как никогда, а блог посещали миллионы людей каждую неделю. Много людей интересовались жизнью Александрии Вудс, знаменитого автора бестселлера «Между простынями». Фанатская база выросла по экспоненте, а во время тура Лекса встретила разных поклонников; от милых и застенчивых до довольно сумасшедших. Этот сюрреалистический опыт, помог ей заниматься работой. Лекса действительно была счастлива узнать, что помогла кому-то, как простая статья написанная ею, помогала кому-то, кто чувствовал себя одиноким или может быть, облегчила боль тому, кто переживал трудное время.
Именно это она больше всего любила в своей работе — люди. Помогать людям, означает мир для брюнетки.
Холодный августовский вечер, Лекса застряла в отеле в Нью-Йорке и пишет статью для следующего издания журнала. Она отхлебнула чай и продолжила печатать слова, позже она пойдёт на ужин с Онтари, чтобы обсудить следующую книгу.
«Вглядываясь во множество лиц, я поняла, что мир полон красоты, улыбок и любви. Я рада, что поделилась с вами моей книгой и провела время со своими замечательными читателями во время этого тура. Я знаю, что прошло уже какое-то время с тех пор, как я затрагивала такую личную тему, но всякий раз, когда я пишу, я делаю это с сердцем. А сердце моё говорит о тебе и только о тебе.
Да, я знаю, что ты не хочешь меня, как я хочу тебя. Я даже не знаю, читаешь ли ты эти слова. Читаешь или нет, я надеюсь, что ты улыбаешься. Я скучаю по твоей улыбке. Увидев так много улыбок от поклонников, я поняла, что потеряла.
Я пытаюсь выполнить своё обещание. Я весела со своими читателями, и я чувствую себя благословлённой. Каждое слово — честное. Вот как я себя чувствую, и позволь мне сказать тебе — я счастлива или, по крайней мере, настолько счастлива, насколько могу быть без тебя. Надеюсь, ты тоже.
Навсегда твоя, увидимся в следующий раз между простынями».
Лекса сохранила файл и отправила Райдеру, чтобы он мог поработать над последними штрихами для печатного издания.
Она посмотрела на часы и поняла, что настало время встретиться с редактором. Лекса прошла в уборную, заправила белую рубашку в джинсы, быстро причесалась и поправила макияж.
Она направилась в ресторан на нижнем этаже. По пути она встретила пару фанатов и любезно улыбнулась для селфи и раздала автографы. Вероятно, после этого упоминания в Twitter и Instagram взорвутся. Онтари со сладкой улыбкой ждала её в углу.
— Посмотри на себя богатая и знаменитая, — она поцеловала Лексу в щёку, взяла её за руку и повела к столику.
— Это наименьшее, что я могу сделать. Они очень поддерживали меня, даже читали отрывки из книги. Если это не невероятно, то я не знаю, что это, — Лекса выдвинула стул для Онтари, а затем села напротив неё.
Официант быстро предложил меню, и Лекса просмотрела список блюд. Заказав вино и ужин, они начали обсуждать следующий проект.
— Я действительно хочу, чтобы это случилось, Онтари. Эти персонажи потеряли надежду, — Лекса сделала небольшой глоток вина и продолжила: — Боль утихла, и они взаимно уважают друг друга.
Онтари улыбнулась. Красные губы изогнулись в сладкую сексуальную улыбку, которая никогда не привлекала Лексу.
— Лекса, я верю в то, что ты сейчас говоришь, но как только ты начнёшь писать, заверяю тебя, драма будет твоим приоритетом.
— Спасибо, что вернула в реальность, — встряхнув головой, Лекса небрежно рассмеялась.
Онтари плавно опустила свою руку поверх руки Лексы и сжала. Карие глаза смотрели в зелёные писательницы.
— Лекса, ты живёшь в постоянной тоске. Я знаю, что ты хочешь найти быстрое решение, но доверься в этом мне. Твои читатели будут в восторге от сложного воссоединения.
Лекса нахмурилась, она сделала ещё глоток вина, позволяя алкоголю смыть сомнения и внутренние желания.
— Ты права. Сложная задача сделает всё более увлекательным.
— Твоя следующая остановка — Чикаго, все билеты на встречу распроданы. Последняя остановка будет в Лос-Анджелесе в середине декабря. Титус позвонил мне и организовал эксклюзивное интервью на утреннем ток-шоу — твой дебют на телевидении.
— О, это невероятно. Спасибо, что рекомендовала Титуса помочь мне со всем этим. Он довольно серьёзно относится к делу, даже очень увлечённо, — Лекса допила вино и оплатила счёт.
— Я рекомендую только лучшее, Лекса, — она отправила ей кокетливую улыбку.
Две девушки вошли в лифт, подобная прогулка чувствовалась хорошо и была знакома Лексе. Она проводила Онтари до номера, девушка с зелёными глазами убрала руки в карманы, а Онтари открыла дверь ключ картой.
— Хорошо, отдыхай, Онтари, — сказала Лекса.
Онтари обернулась, посмотрела на брюнетку и обхватила её лицо. Она сделала два шага вперёд и мягко поцеловала её в губы. Редактор отстранилась от неё с милой улыбкой на лице, всё ещё держа в руках потрясённое лицо Лексы.
— Почему бы тебе не остаться со мной? — Онтари начала целовать подбородок Лексы. — Останься со мной, — ещё один поцелуй в угол губ.
Лекса закрыла глаза, и Боже, как она скучала по этому контакту — желать, чтобы тебя хотели, чтобы коснулись. Она быстро сократила расстояние между ними и отчаянно поцеловала Онтари. Руки обвились вокруг тонкой талии редактора и притянули ближе.
Онтари переместилась в номер и закрыла дверь, не прерывая поцелуя. Лекса прижала пальцы к нижней части спины девушки, а Онтари укусила её шею, ногти Лексы оставили полумесяцы на бёдрах.
Конечности путались, пока они неуклюже приблизились к кровати, дойдя до её края, Онтари упала на спину. Лекса быстро ползла сверху, захватывая эти грешные красные губы. Появилась пульсация между ног, прошло какое-то время с тех пор, как Лекса заботилась о себе. Усердно работая между туром и встречами с поклонниками, не оставалось времени для физического удовольствия, за исключением этого момента. Никакой привязанности, только секс. Не нужно обниматься, держаться за руки, никаких звонков после, за исключением того, что они работают вместе.
Лекса почувствовала, как рука скользнула к поясу её джинсов, и открыла глаза, встречаясь взглядом с тёмными глазами, пожирающим её с обещанием греха и удовольствия.
(Нет, не голубой).
Лекса попыталась избавиться от мыслей и тех чувств, что горели внутри неё. Вспоминая, как Кларк запуталась в простынях вместе с ней. Медленные и любящие поцелуи, поклонение телу и желание оставить следы на белой молочной коже. Она прикусила ключицу брюнетки, заставляя ту задыхаться.
(Нет, это не её вздох).
Лекса с сожаление отстранилась от девушки. Она поймала руку Онтари и почтительно убрала её.
— Я не могу. Ты мой редактор!
Онтари разочарованно села, опираясь на изголовье кровати.
— Боже, Лекса, почему ты такая? Ты можешь заняться со мной сексом, клянусь, что наши отношения не изменятся.
Лекса смущённо встала с кровати. Она была настолько возбуждена, что ей нужно было освободиться, как можно скорее.
— Я, эм, это не нормально. Я же говорила, что хочу только рабочие отношения между нами. Ничего личного.
Онтари усмехнулась и покачала головой.
— Лекса, это какое-то дерьмо! Ты так зациклилась на своей блондинке, что даже не допускаешь мысли, что можешь быть с кем-то другим, потому что всё, что тебе нужно — это она.
Ладно, это было больно, но Лексе нечего возразить. Онтари права. Лекса просто не может позволить себе трахнуть другую, когда она думала о голубых глазах и нежной бледной коже.
— Прости, Онтари. Возможно, однажды, я смогу позволить себе это отвлечение, но не сейчас.
(Не тогда, когда она всё ещё надеется, что Кларк сможет полюбить её.)
— Возможно, она никогда не полюбит тебя, Лекса. Почему бы не повеселиться? Это не похоже на измену или что-то еще.
— Я знаю, но я не буду лгать себе. Я ещё не готова. Я не готова открыться и отдать себя кому-то другому.
— Хорошо, но знай, что если придёт тот день, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Одна из моих жизненных целей — оттрахать тебя. Не разрушай мои мечты.
— Я попробую.
Лекса поспешила в свой номер и закончила с собой через пять секунд, только подумав о голубоглазом ангеле, упавшем с неба. И уснула.
///
Тур был беспокойным. Перелёты из города в город без особого отдыха и сна были выматывающими. Постоянно обновляя колонку в журнале время проходило так быстро, что она не могла поверить, что приблизился конец октября.
Лекса была в библиотеке в Бостоне, где должна состояться встреча с поклонниками, которых было так много, что очередь тянулась до конца квартала. Прошло уже несколько часов, когда последний человек подошёл к ней, потому что она хотела встретиться со всеми, кто нашёл время и выдержал холодный день ради Александрии.
Несмотря эту суматоху, она смогла насладиться великолепным видом оранжевых и красных листьев. После встречи Лекса отправилась в парк и решила, что сейчас подходящее время для письма, а потом она вернётся в гостиницу. Тур истощал её и минуты, которые были, только её были немногочисленными и драгоценными. Она достала ноутбук из рюкзака и села на скамейку с чаем в руке, чтобы согреться.
«Правда ли что люди могут забыть кого-то с помощью чужого человека? Не думаю, что могу ответить положительно вам, мои читатели, потому что я не смогла этого сделать. Честно говоря, я попробовала несколько месяцев назад и это не сработало. Я целовала кого-то другого, кто не ты, и я чувствовала себя пустой, это несправедливо. Иногда я задаюсь вопросом: есть ли лекарство от разбитого сердца? Смогу ли я принять таблетку, и забыть о том, что мы разделили, остановить эту боль? Нет. Я выбираю эту боль и знаю, что то, что было между нами было реально.
Признаю что уже не так больно. По крайней мере, я рада, что это не мучительная боль. Тем не менее, самый большой мой страх — это то, что я действительно смогу забыть тебя. Могу ли я это сделать? Время покажет. А пока, я всё ещё думаю о нас, когда мы были между простынями».
Лекса посмотрела на часы и заметила, что много времени провела в парке. Неудивительно, что она замёрзла.
По пути в гостиницу её мобильный завибрировал, и она достала его. Рейвен бывает ужасно раздражительной.
MechaRay: йоууу, Командующая, возвращайся в игру. Кларк была замечена смеющейся с горячей бариста по имени Найла. Симпатичная, конечно, но не ты.
Лекса вздохнула и набрала быстрый ответ.
Лекса: Я же говорила, что мне не интересно слышать о жизни Кларк. Пусть она делает всё, что хочет.
MechaRay: не будь идиоткой, я здесь стараюсь быть хорошей и помогаю Кларк понять, что Найла не та кто ей нужен. Чтобы сработало мне нужно, чтобы ты собрала своё дерьмо в кучу и позвонила или написала ей. Сделай хоть что-нибудь!!!
Лекса: Кларк не хочет дружить со мной или что-то подобное.
MechaRay: бля, Лекса. Она ревнует всякий раз, когда видит твои фото с поклонниками. Эта придурошная всегда ноет глядя на то, как они обнимают и целуют тебя. Найла горячая и хорошая, но она разрушает мой канон блондинка/брюнетка.
Лекса усмехнулась и набрала свой ответ, прежде чем отправиться в вестибюль.
Лекса: Прости, что порчу твоё ОТП, Рейвен, но, возможно, тебе стоит сосредоточиться на своей девушке, а не на любовном интересе лучшей подруги.
Лекса пошла к лифту, и, конечно, там были фанаты, она отвлеклась на них, подписала автографы и сделала селфи прежде чем, наконец, вернуться в номер.
На экране появилось ещё одно сообщение. Она провела по экрану, и заметила, что пишет уже кто-то другой.
Покахонтас: эээээй, сучки. Лекса, не волнуйся мы сделаем так, что
Кларк будет одна когда ты вернёшься.
Лекса нахмурилась, поняв, что ее включили в чат.
ПринцессаЗемлян: Какого хуя, Рейвен. Что это за хрень?
ZeroGRay: Это группа поддержки Лексы, Аня. Кларк хочет горячую баристу.
ПринцессаЗемлян: Кого, Найлу? Мило.
Лекса: Мило? Аня, почему ты поддерживаешь Кларк с Найлой?
Покахонтас: кто-то попал XD
ПринцессаЗемлян: Я согласна, что она горячая, Лекс, но я не хочу, чтобы Кларк спала с ней. Успокойся. Я даю ей 10/10.
Аня приложила фотографию, и она увидела высокую, стройную, светловолосую девушку с приятной улыбкой и заботливыми карими глазами, разговаривающей с Кларк.
— Чёрт!
Ладно, это плохо. Найла прекрасна, и судорога в животе Лексы — плохой знак.
Лекса: Подожди, ты сейчас там?
ПринцессаЗемлян: Ага :) Эта мартышка заставила меня пообщаться с её командой. Это довольно странно.
ZeroGRay: Аня, признай, что тебе нравится болтаться с нами.
Лекса ясно представила себе взгляд, который Аня бросила в Рейвен прямо сейчас.
Покахонтас: Ок, возвращайся. Мы шутим, командующая. К, хочет только дружить с Найлой, о чём она постоянно болтает в пьяном состоянии так это ты. Какая ты со своими буйными волосами и сладкими губами и всем остальным дерьмом.
ПринцессаЗемлян: мы должны включить в чат всемогущую Ванхеду. Я имею в виду, что здесь нет только её: (
Лекса: Чёрт, нет!
ZeroGRay: Во всяком случае, Лекса, тащи свой зад сюда и верни свою девочку. Мы придержим местечко для тебя.
Лекса улыбнулась, она была счастлива. Кто бы мог подумать, что она будет рада дружбе с Рейвен и компанией? Их дружба была золотой, даже Октавия стала милой, после того, как в самом начале была зла на неё. Она может привыкнуть к тому, что у неё есть больше, чем пара друзей. Единственное что её беспокоило так это Найла. По мнению Лексы никто не может быть достаточно хорошим для Кларк. Однако, если Кларк улыбается и счастлива, то она справится с этим.
///
Лекса переоделась в удобную одежду и решила позвонить Ане по Skype, но, увидев, что та не в сети решила позвонить Костии. Декабрь пришёл быстрее, чем ожидала Лекса. Быть вдали от дома было трудно, но и полезно. Она встретила так много людей, которые были вдохновлены и затронуты Александрией. Это было невероятное путешествие, которое дало ей время сосредоточиться на других аспектах жизни.
Да, о Кларк и Найле очень кратко писали в чате, это были забавные комментарии, но она чувствовала себя одинокой. По их словам Кларк, наконец, поняла, что всё ещё любит её. Но Лекса не смела надеется.
Через пару секунд видеозвонок соединился, тёплые карие глаза и лёгкая улыбка темнокожей девушки, которая была похожа на святую, приветствовали её.
— Привет, Лекса, как дела? Я слышала, что Бостон и Миннесота были успешными. Я горжусь тем, что ты делаешь.
— Спасибо, Кос. Это интересно, но я должна признать, что скучаю по Ане и, конечно же, по тебе.
Костия хихикнула, она наклонилась к столу, оперлась на него локтями и положила голову на ладони.
— Мы тоже скучаем по тебе. Аня часто сердится в школе и постоянно жалуется на Рейвен, Октавию и Кларк. Удивительно, что она присоединилась к ним. По крайней мере, между ними хорошая дружба.
— Да. Удивительно, но они отлично ладят.
Костия рассмеялась.
— Как дела? — спросила Лекса.
— Я организовываю праздники в Нью-Йорке и везу больше работ Кларк в нашу галерею. Эта девушка создала невероятные картины за эти полгода. Она рисует сердцем, и это красиво. Похоже на то, что моя прежняя ученица вернулась.
— Я горжусь ей. Кларк чрезвычайно талантлива.
— Да, — Костия ухмыльнулась и кивнула.
— Как у вас с Аней? — Лексе нужно знать, есть ли шанс, что её подруги могут быть вместе. Она подозревала, что Аня возится с трио только потому, что так она может держаться подальше от Костии.
Костия вздохнула, она заботилась об Ане, и в прошлом они прошли через дерьмо, но вместе им было хорошо, вместе они были сильными. Это серьезный вопрос, почему всё не сработало, когда Аня призналась ей в чувствах.
— У нас всё хорошо, Лекса. Я имею в виду, мы разговариваем на работе, а когда Рейвен, Октавия и Кларк болтаются в «Арк», Аня присоединяется к ним и …
Лекса увидела боль в глазах такую же, как и у неё. Костия заботиться об Ане может быть немного больше, чем может признать в данный момент. Она действительно страдала от отсутствия Ани.
— Эй, Кос. Уверяю, Аня всё ещё любит тебя. То, что она проводит много времени с Рейвен, Октавией и Кларк ни о чём не говорит. Она всё ещё твоя подруга, — заверила Лекса.
Костия прищурилась.
— Что? Это не так?
— Да, мы друзья, но… — Костия запустила руки в волосы. — Наши разговоры всегда короткие. Она почти не смотрит на меня, и я скучаю по её глупым шуткам. Аня дружит, но не так, как раньше, и я скучаю по той Ане.
— Я понимаю, — Лекса ясно понимала, что происходит с Аней, это похоже на ситуацию между ней и Кларк. — Аня всё та же Аня. Проблема в том, что она думает, что разрушила что-то между вами своим признанием, и, конечно же, она не может больше контактировать с тобой, потому что это больно. Я понимаю это, потому что с Кларк у меня тоже самое.
Костия молчала в течение нескольких минут; Лекса заметила изменения в лице Костии. В глазах была надежда, и всё же, язык тела говорил о колебании, даже путанице.
— Это слишком разочаровывает. Во всяком случае, — Костия резко изменила тему, — Кларк всё ещё читает «Polis». Ты знаешь, что это значит?
Эта информация была явно неожиданной. Лекса думала, что Кларк разорвала все связи, а её так называемая группа поддержки ничего ей не говорили или же не знали об этом. Это значит, что Кларк читает в уединении в мастерской вдали от посторонних глаз.
— Читает?
— Да, Кларк выглядит более расслабленной и счастливой, когда читает. Сейчас она знает, что это ты, и у неё такая глупая улыбка, когда она думает, что никто не видит, но я вижу. Ей нравится то, что ты пишешь, Лекса.
— Спасибо, что рассказала об этом, Костия. Прости, я не могу больше разговаривать, я действительно устала. А завтра мне придётся дать живое интервью.
— Мы не можем дождаться, чтобы увидеть тебя по телевизору. Удачи и скорее возвращайся домой.
Лекса закрыла ноутбук, почистила зубы, приняла душ и легла спать с улыбкой на лице. Если Кларк всё ещё читает колонку, это может, значит, что, возможно, она готова простить её раз и навсегда.
Возможно, Кларк может видеть прошлую Александрию и видеть настоящую Лексу. Лексу, которая открылась ей и только для неё.
Возможно, лучше, чем никогда.
