Chapter 15
26 января 2018 г., 08:53
Октябрь оказался плодотворным, но утомительным. Последние занятие, Кларк заканчивает отчёт, который делала в течение недели. Огромное достижение для студентки искусства, потому что когда она писала его, две её лучшие подруги трахались, как кролики, и всё время отвлекали. У Рейвен и Ани появилась привычка: каждый день после работы Аня привозила Рейес в Университет «Арк». Рейвен и Октавия проводили время вместе, а Аня исчезала. Кларк задавалась вопросом, что делала Аня всё это время? Может она встречается с кем-то из университета? Почему она тратит несколько часов в день, привозя Рейвен в общежитие? К счастью, Аня ответственная и забирает Рейвен, чем облегчает ночи Кларк.
Кларк собрала вещи и отправилась в кафетерий на территории кампуса, где её подруги и Аня, странное, но не нежелательное дополнение к их узкой группе, ждали её.
Прошло несколько месяцев, после того, как она покинула Лексу, было тяжело, она оставила девушку, которую любила всем сердцем, но Кларк думала, что это к лучшему. Она была настолько злой, такой жестокой и никак не могла исцелиться и быть с Лексой в таком эмоциональном состоянии. Вместо этого она ушла и начала свой процесс преодоления и исцеления, пытаясь двигаться дальше после того, как была раскрыта истина.
По прошествии времени она почувствовала свет, стала свободной от ярости, которая её поглотила. Кларк чувствовала легкость, уходя от той, кем она была к той, какой становилась. Оценки улучшились и рисунки стали менее мрачными и более красочными.
Это не значит, что она забыла Лексу. О, нет. Ей не хватало её, и как бы она ни старалась, она не могла окончательно уйти с орбиты Лексы. Не тогда, когда она продолжала покупать проклятый журнал, как тот, что она прятала в своём рюкзаке прямо сейчас.
Каждый ежемесячный выпуск «Polis Mag» был куплен и прочитан, даже после расставания с Лексой. Она всё ещё её фанатка. Теперь, когда Кларк знает правду, она видит девушку за словами, из-за которых она всё сильнее и сильнее влюбляется в неё. Эта Лекса любит её, Лекса, которая открыта и уязвима только для неё. Не поддельный фасад — Александрия Вудс, которая встречается с фанатами и раздаёт автографы. Это внешний вид, но внутри, была писательница, которая в течение месяца писала о своей возлюбленной, девушка которую она полюбила. И всё же она попросила Лексу двигаться дальше. Кларк знала, что она не может дать ничего хорошего и такого же благородного как Лекса. Было больно, но она должна была отпустить её.
Посмотрев на часы, Кларк заметила, что у неё ещё есть время до встречи с друзьями. Она пошла в парк на территории кампуса и села под большим деревом. Убедившись, что рядом никого нет, она достала журнал.
— Тебе лучше не целоваться ни с кем другим, — сказала Кларк, перелистывая страницы, пока не дошла до знаменитой колонки. Чтение о попытках Лексы двигаться дальше, оставляло горький вкус во рту, но она приняла это. Лекса могла найти кого-то лучшего, более подходящего для поддержки, которая сейчас нужна знаменитой писательнице.
«В последние время я задавалась вопросом о концепции вечности. Когда люди клянутся любить друг друга до последнего вздоха и даже после смерти. Мы любим и отдаём эту любовь кому- то; это может быть член семьи, друг или друг с привилегиями, но иногда эта любовь исчезает, она разваливается, иногда это слишком обидно. Есть ли у вас кто-нибудь, кого вы любите с такой интенсивностью, что не знаете, как сдержать столько эмоций, кто-то кого вы любите каждой клеточкой своего тела и думаете: Я буду любить тебя вечность?
Я думаю так, потому что не перестаю думать о тебе. Я терзаюсь и не понимаю, что со мной происходит. Я понимаю, что ты забрала моё сердце, и я никогда не смогу его вернуть. Я понимаю, что буду любить тебя вечность, до последнего вздоха, и единственное, что я хочу видеть перед ним — это ты. И даже после этого я знаю, что не остановлюсь ни на секунду и буду любить тебя».
Кларк всхлипнула и вытерла слёзы, стекающие по лицу.
— Что за ерунда, Лекса? Ты эмоциональная глупышка, это не то, о чём ты должна писать, — Кларк закрыла журнал и убрала в рюкзак. Она дочитает позже, потому что прямо сейчас она в муках, любезно предоставленными Лексой.
У Кларк появился соблазн по привычке написать Александрии и сказать ей, что она проебалась со своим драматическим дерьмом. Она даже открыла приложение, но увидев свою настоящую любовь, свою бывшею идиотку, счастливую с фанатами, Кларк настигло ещё одно чувство.
— Если бы все эти девушки знали, какая ты тупица, — Кларк улыбнулась глядя на застенчивую улыбку брюнетки. Добрые зелёные глаза, а рядом счастливая фанатка, обнимающая так, будто её жизнь зависит от неё. — Почему они всегда рядом с сиськами? Ублюдки, — пробормотала она убирая телефон в карман и направляясь в «Camp Jaha» где её ждали друзья.
Кафе было довольно близко к общежитию и это было очень удобное и уютное место. Световая фильтрация через окна создавала хорошую атмосферу. Стены в мягких пастельных тонах отражали солнечный свет, а паркетный пол дополнял домашний стиль кафе. В фоновом режиме играла мягкая музыка, а болтовня студентов оживляла это место.
Как только Кларк открыла дверь, она увидела друзей, сидящих за столиком в конце помещения. Она улыбнулась и поздоровалась с тремя девушками:
— Привет всем, как дела?
— Привет, Кларк, мы говорили о планах на выходные. На Хэллоуин будет вечеринка с футбольной командой.
— Мы все должны пойти, — Рейвен улыбнулась и взяла Октавию за руку.
— О боже, нет. Я не буду присоединяться к этим оргиям. — Аня закатила глаза. — Скажи мне адрес, и я тебя отвезу.
— Ох, не будь такой некомпанейской, Аня. К тому же это шанс пригласить мисс Грин, — Рейвен усмехнулась, глядя на лёгкий румянец на щеках Ани.
— Да. Итак, что скажешь, Гриф? — Октавия выжидающе посмотрела на Кларк.
— Эм, конечно. Звучит весело. Я, эм, я пойду, сделаю заказ, — Кларк положила рюкзак на стул и пошла к стойке. Подойдя она улыбнулась своему другу и лучшей бариста — Найле.
— Как обычно? — улыбнулась Найла.
— Да. Как дела? Как отец? — Кларк наклонилась к стойке, глаза следили за стройной блондинкой.
— Я хорошо, а отец уехал. Он хочет открыть свой магазин в Вашингтоне, поэтому… — она начала смешивать кофе, закончив перелив его в пластиковый стакан. — Держи, Кларк и твоя выпечка.
— Спасибо, Найла, — Кларк пошла к столику, остановилась. — Эм, что ты делаешь на Хэллоуин?
— Хм, работаю, но заканчиваю в девять, — карие глаза Найлы сузились.
— Отлично, аа, мне интересно, хочешь ли ты пойти со мной на вечеринку в Хэллоуин?
Широкая улыбка Найлы была достаточным ответом:
— Конечно, звучит весело.
— Так и будет, — Кларк подмигнула и вернулась к столику.
— Серьёзно? — Кларк села рядом с Аней. — Вы пришли сюда, чтобы уткнуться в телефоны?
— Нет. Вовсе нет, — Рейвен быстро убрала телефон, чтобы Кларк не увидела чат группы поддержки Лексы.
— Я показывала весёлый ролик, Кларк. Вот смотри, — Октавия показала ей экран телефона.
— Нет, спасибо. Я пригласила Найлу на вечеринку, вы не против?
Аня подавилась напитком и Рейвен похлопала её по спине.
— Бедная, Аня, она всегда смеётся над этим видео с енотом.
— Если это то, что ты хочешь, то всё в порядке, Кларк, — быстро сказала Октавия.
Наклонив голову и взглянув на своих друзей, Кларк задумалась, о чём они в действительности говорили, поскольку вели они себя странно.
— Хорошо, договорились.
///
На вечеринке были все девушки из футбольной команды и их друзья. Громкая музыка доносилась через аудио систему, установленной в гостиной общежития. Красные чашки с алкоголем передавались из рук в руки.
Рейвен, Октавия, Кларк и да, Аня тоже зашли внутрь. Аня скрестила руки на груди, глядя на веселящихся младшекурсников и на более опытных студентов делающих глупые вещи.
Рейвен и Октавия решили надеть похожие костюмы; обе одеты как пираты. Кларк была охотником на вампиров. А Аня была просто Аней.
— Не могу поверить, что позволила вам притащить меня сюда, — прокричала Аня сквозь громкую музыку.
— Аня, я говорила тебе. Лучше быть здесь, чем одной дома, — Рейвен быстро взяла красные стаканчики с подноса и предложила один Октавии. Она достала бутылку и протянула Ане, — Давай повеселимся сегодня вечером.
Аня поражённо вздохнула и сделала глоток холодной жидкости.
— Что за фигня? Вы просто хотите, чтобы я приглядывала за Кларк и была вашим трезвым водителем.
— Да, и это тоже. Мы не можем быть рядом, иначе Кларк разозлится, но ты ненавидишь её, так что это должно сработать. Не позволяй ей перейти черту с Найлой, — Октавия присоединилась к своей девушке и новой подруге.
— Лекса убьёт меня, если узнает, что я здесь, как трахоблок этого отродья.
— Она была бы благодарна. Сделай это для неё, Аня, — Рейвен подмигнула и пошла в сторону Кларк.
Кларк осмотрела комнату и заметила Монро и Эхо. Они поприветствовали друг друга, и она пошла дальше, пока не нашла Найлу.
— Привет, сестричка, — Кларк рассмотрела костюм медсестры, который очень хорошо смотрелся на Найле.
— И тебе привет. Нужно ли мне проверить раны? — Найла указала на рваные джинсы Кларк и кровавую рубашку с поясом для оружия, повязанным вокруг талии.
— Да, только одну, на сердце, — это не должно было прозвучать так грустно, но так оно и было. — Ты можешь это вылечить? — Кларк попыталась поднять настроение. Она знает, что ей нужно заставить себя двигаться дальше. Отпустить брюнетку.
— Я могу попробовать.
Кларк улыбнулась и потянула её на танцпол. Девушки танцевали под громкую музыку, безумно двигаясь и прерываясь на разговоры, когда менялась музыка.
В этот момент Кларк была очень довольна. Бремя, которое давило на неё так долго, едва ли напоминало о себе. Она была Кларк: смелой, забавной и дикой.
Двое танцевали близко друг к другу, чувствуя тепло между телами. Кларк смотрела в карие глаза, которые смотрели в ответ с надеждой; Кларк снова хотела испытать это чувство. Да, она больше не тонет в гневе, но всё ещё чувствует себя пустой. Кларк положила руку на затылок Найлы и притянула к себе, чтобы поцеловать.
Сначала Найла колебалась. Но с небольшим поощрением от Кларк, они углубили поцелуй, наслаждаясь вкусом алкоголя.
Это было незадолго до того, как они стали искать более уединённое место в общежитии. Кларк и Найла пошли на задний двор, целуясь, хихикая и рассказывая забавные истории. Было приятно иметь кого-то с кем можно делиться такими вещами. Кого-то кто мог бы обнимать тебя и целовать.
— Это действительно мило, — прокомментировала Найла, её яркая улыбка вызвала ответную улыбку Кларк.
— Да, это так, — Кларк наклонилась и поцеловала её. — С тобой хорошо, и ты прекрасная компания.
— Благодарю, — Найла засмеялась. — Наверное, я приглашу тебя на другое свидание.
— Я бы очень этого хотела.
Они обнимали друг друга, и вдруг Кларк почувствовала холод. Она обхватила щеки Найлы и поцеловала с большей интенсивностью. Всё стало нагреваться, Кларк хотела этого, потому что ей было холодно. Сейчас ей нужно чьё-то тепло.
— Окееей, время вышло, — Аня потянула Кларк к себе за рубашку, блондинка почти оседлала Найлу.
— Оу?! Какого чёрта, Аня? — заскулила Кларк, пытаясь освободиться от хватки не самой счастливой девушки, но безуспешно. На самом деле у Кларк появились проблемы.
— Ты слишком много выпила. Пошли, — Аня не беспокоилась о том, что Найла смотрит на них и потащила Кларк обратно в здание.
— Что с тобой не так? Я не пьяна!
— Ага, это говорит девушка, которая не может держать себя в штанах. Сегодня ты никого не трахнешь под влиянием алкоголя.
— Ох, спасибо тебе за защиту моей добродетели, Аня, — издевалась Кларк. Ей пришлось сесть на траву, потому что, по крайней мере, она должна признать что подвыпила.
— Меня не волнует твоя добродетель, Кларк. Мне всё равно на тебя, но твои друзья переживают. Я просто делаю им одолжение.
— Ожидаемо. В любом случае нам не обязательно нравится друг другу. Блядь, ты такая злая. Может тебе заняться своими делами, и не лезть в мои? — Кларк притянула колени к груди и положила на них руки. Она опустила голову и закрыла глаза, пытаясь унять головную боль, которая появилась из ниоткуда минуту назад.
— Я бы хотела, но не могу этого сделать. Твоя безопасность мой приоритет, — Аня села рядом. — Кому-то, за кого я очень волнуюсь, было бы грустно, если бы с тобой что-то случилось.
Не было необходимости спрашивать кто это. Кларк знала. Она вздохнула и молча стала ждать подруг, чтобы вернуться домой.
///
Половина месяца знакомства с Найлой, доказала Кларк то, что она уже подозревала. Она снова могла влюбиться, наслаждаться и находить какое-то счастье, но она никогда не полюбит, так как любила Лексу Вудс. Любовь, которую они разделяли, была уникальной, особенной и незаменимой.
Найла действительно замечательная девушка, но Кларк не может обманывать себя, а тем более её. Любовь никогда не будет частью их отношений. Попытка не удалась. Они перестали встречаться и договорились остаться друзьями.
Декабрьские белые тона вымывали красные и оранжевые, а холод в спальне вынудил Кларк поглубже укутаться в одеяло.
Она решила остаться с мамой, на время каникул. Проведение совместного времени помогло им укрепить родственные отношения до такой степени, что всё почти стало, как раньше, до того как они обе потеряли важного человека.
От скуки Кларк включила телевизор и листала каналы, до тех пор, пока не наткнулась на утреннее ток-шоу. «Live with Becca» — популярное ток-шоу, потому что они показывали развлекательные и забавные новости.
После нескольких минут просмотра Кларк рассмеялась, Бекка — ведущая, объявила следующего специального гостя. Кларк жевала чипсы, рассыпанные в постели, наблюдая за женщиной в красном платье, интересно, какой актёр будет сегодня.
— И впервые на телевидении, приветствуем Александрию Вудс! — объявила Бекка. Аудитория громкими аплодисментами приветствовала брюнетку.
Кларк пришлось выплюнуть чипсы, чтобы не задохнуться. Она понятия не имела, что Лексу будут показывать по телевизору.
Её глаза широко распахнулись, когда брюнетка подошла к дивану, под звук оглушительных аплодисментов и криков от некоторых восторженных фанатов.
Лекса была прекрасна. На ней была белая рубашка, чёрные брюки и чёрные босоножки, которые придавали изысканный вид. А её великолепные волосы, были собраны в булочку, немного открывая татуировки.
Интервью началось с обычных вопросов о журнале и идеях для колонки. Потом были вопросы о романе, который Кларк во что бы то ни стало, избегала читать.
Лекса как всегда была красноречива, ответы были изящными, умными и продуманными.
— «Между простынями» увлекательна, и фанаты бредят этой историей. Историей, в которой молодые девушки могут, наконец, идентифицировать себя с героиней. Девушкой, которая влюблена в другую девушку, — прокомментировала ведущая.
— Да, — Лекса кивнула, — я рада, что они нашли в этом персонаже кого-то к кому можно обратиться. Персонаж, который не только не привычной всем сексуальной ориентации, но и имеющий многогранный характер.
— Но финал оставил Ваших фанатов разбитыми. Это было душераздирающе.
— Да, — Лекса усмехнулась, — это было трудно. Я считаю, что их любовь преодолеет любые препятствия, если они действительно любят друг друга и сказать по правде; вот почему они должны были расстаться, чтобы снова быть вместе. Конечно, я не закончила эту историю. Я начну писать сиквел в следующем году.
Фанаты зашумели, услышав, что Лекса собирается писать продолжение и Кларк была счастлива за бывшую. Лекса заслужила тот уровень успеха и внимания, которые получала.
— Вы услышали это здесь. Александрия напишет сиквел к своему бестселлеру. Теперь фанаты Вас обожают. Они лояльны, и, честно говоря, они хотели бы узнать больше о девушке за милыми и любящими словами.
— Я ценю своих фанатов, Бекка, — Лекса застенчиво улыбнулась и Кларк чуть не умерла от этой мимишности. Лекса покраснела, розовый оттенок распространился на её крошечные уши.
— Вопрос, ответ на который каждый хочет знать. Этот человек, о котором Вы пишите в своей колонке каждый месяц, реален?
Лекса посмотрела на камеру, а затем снова на ведущую, которая пристально смотрела на неё.
— Так же реален, как Вы, Бекка.
— Но ты свободна, правда?
— Абсолютно свободна.
Фанаты закричали от волнения. Кларк закатила глаза и фыркнула.
— Вы можете рассказать больше о человеке, который вдохновил на такую необычную историю? — Бекка подталкивала к ответу.
Лекса задумалась, прежде чем ответить, немного замешкавшись, но потом она это сделала:
— Она замечательный человек. Молодая женщина, добрая и верная своим друзьям и я её очень уважаю. Она особенная.
Аудитория мечтательно вздохнула с оууу и так мило.
— Особенная, конечно. Вы пишите свои статьи с такой любовью к этой девушке, что она наполняет и сердца Ваших читателей, — пошутила Бекка. — Есть ли шанс, что кто-то из фанатов сможет завоевать Ваше сердце?
— Нет, — Лекса улыбнулась, — пока нет. Но я ценю их поддержку.
Аудитория снова сошла с ума.
— Вы услышали это здесь, — Бекка рассмеялась. — Есть шанс завоевать сердце Александрии.
— Пошли к чёрту! — крикнула Кларк, агрессивно хватая чипсы.
— Слова, которые Вы говорите, полны любви, и многие Ваши фанаты влюбились в Вас через каждое ежемесячное издание. Как Вы думаете, почему это произошло?
— Потому что я честна. Я не лгу, когда говорю, что скучаю и, что всегда буду заботиться о ней. Но я также хочу разделить эту любовь с миром, и поэтому я никогда не назначала объекту моей привязанности пол, делая его универсальным. Независимо от того является ли читатель мужчиной или женщиной, он может почувствовать эту связь между нами. Потому что любовь — это любовь, — ответила Лекса, она действительно обнажала себя.
Кларк была удивлена, увидев эту открытость Лексы. Она ясно представляла, скольких успехов добилась Лекса за то время, что они были далеко друг от друга. Она была рада видеть, что вес, тянущий писательницу, был снят.
— Любовь универсальна, и в Вашей книге, любовь бросает вызов временным разногласиям, снова и снова, — добавила Бекка.
— Да, — Лекса подтвердила, слегка опустив подбородок, — в дальнейшем я хочу изучить это. Как персонажи даже после какого-то времени встречаются снова, и как они справятся с этим. Они единственные, кто знает, что произошло между простынями.
— Хорошо, это звучит очень интересно, и мы с нетерпением ждём Вашу следующую книгу. А сейчас, давайте прочитаем вопросы от фанатов из Twitter, — Бекка начала читать вопросы. Некоторые были о книге, другие о симпатиях и антипатиях Александрии. Лекса отвечала как можно лучше, больше открывая Александрию. Но Кларк хорошо её знала; ей не нужно было это слышать, потому что она знала Лексу внутри и снаружи.
— Вопрос от @Alexandriafanclub: «Вы ищете любовь прямо сейчас?»
— Безусловно, — Лекса улыбнулась. — Пока я не встретила девушку, которая бы меня понимала и которую я смогу полюбить. Так что, да, всё ещё ищу.
Фанаты были взволнованы, а Кларк сжала челюсть. Ей не понравился этот ответ.
— Ты не будешь встречаться с одной из этих сумасшедших сук, Лекса, — выплюнула Кларк.
— Вопрос от @BTSthirstyfans: «Не могли бы Вы показать нам свою татуировку?»
— Что, чёрт возьми, не так с этими людьми? — Кларк сердилась.
Девушки в аудитории были в восторге от предвкушения, а Кларк хотела убить их всех, когда Лекса подняла рукав и показала им татуировку.
— Окей, дальше… Пикантный вопрос от @wrenchmonkey: «Спросите Александрию о Princess 69. Сексуальное напряжение было реальным с пользователем Princess 69?»
Лекса побледнела, когда услышала вопрос, она посмотрела на камеру, и можно было заметить внезапное напряжение, когда она выпрямила спину.
— Какого хуя? — Кларк уставилась в телевизор.
— Princess 69 была тем, кому нужен был друг. Сейчас всё кончено. Не о ком беспокоиться.
И сердце Кларк разбилось на куски. Лекса казалась грустной, но решительной. После этого она ничего не слышала, ведущая поблагодарила Лексу, и они ушли на рекламный перерыв.
— Значит, теперь я никто, да? — Кларк упала на кровать, пытаясь успокоиться и горько рассмеялась. — Это то, что ты хотела, не жалуйся. Ты сама просила об этом.
///
Сочельник был весёлым и радостным с мамой, Октавией и Рейвен. Кларк была счастлива. Настолько счастлива, насколько могла быть без девушки, которая владела её сердцем. Друзья могли заполнить пробелы, но не все; Эбби поддерживала её, но всё равно этого было недостаточно, чтобы заполнить пустоту, которую оставила Лекса.
У них был замечательный ужин, они делились планами на предстоящий год. Она 20-летняя студентка-искусствовед, которой всё ещё нужно во всём разобраться. Это слишком беспокоило блондинку. Она так и не приблизилась к цели своей жизни, как она надеялась. Мир ждал, что она станет взрослой, но Кларк занималась повседневными делами. Казалось, что даже у её друзей чувство направления было лучше.
— Расслабься, Кларки. В следующем году будет лучше, — Рейвен обняла её на прощание.
— Надеюсь, Рей. С Рождеством вас, — Кларк поздравила своих лучших подруг.
— С Рождеством, Кларк, — Октавия тоже обняла её и направилась к входной двери со своей девушкой, которая собиралась завершить рождественское празднование с Аней.
Кларк сделала глубокий вдох, наблюдая, как её подруги садятся в такси и едут в квартиру Лексы. Аня проводила этот праздник одна, а Лекса работала в Лос-Анджелесе, продвигая книгу. Две её подруги стали близки со своей бывшей учительницей истории, у них были хорошие отношения. Кларк не была с ними, потому что Аня ненавидит её. Понятно, что она не ожидаемый гость, и Кларк не настроена, создавать напряжённую атмосферу и рушить праздник. Вместо этого она отправилась прямо в постель, раньше обычного, и мечтала о зелёном, зелёном, зелёном.
На следующий день, прежде чем мама проснулась, Кларк села в свою машину и поехала на кладбище, навестить отца. Прошло несколько месяцев с её последнего визита. Это никогда не было легко, но Кларк была более чем готова. Она может справиться с этой болью.
Блондинка припарковалась и направилась к надгробной плите с надписью: «Джейк Гриффин: Любимый отец и муж». Кларк подошла к холодному камню и села рядом с могилой, кончиками пальцев проследив выгравированный золотом шрифт с именем.
— Привет, пап. Прошло много времени. Эм, прости, что не навестила тебя раньше, — Кларк вздохнула и достала из рюкзака журнал «Polis». — Ты никогда не знал, что я люблю Лексу. Ты думал, что она всего лишь обеспокоенный учитель, но она стала для меня чем-то большим. Я влюблялась в неё медленно, но верно, — она застегнула куртку и поправила шапку. — Я всё время думаю, что бы произошло, если бы ты узнал обо мне и Лексе. Может быть, ты бы поддержал меня. Думаю, что ты бы полюбил её, папа.
Кларк открыла журнал, чтобы прочитать отцу отрывок из колонки.
— Видишь? Она красиво пишет и… — она на секунду задумалась. — Я скучаю по ней, папа, так же как и по тебе. Что мне делать? Скажи мне. Что мне делать с Лексой? Пошли мне знак, что угодно. Пожалуйста.
Кларк замолчала, а потом усмехнулась; глупо ждать ответа.
— Я люблю тебя, папа. Счастливого Рождества.
Она встала, стряхнула грязь с одежды и вернулась к машине, чтобы отправиться домой.
Вернувшись, она повесила пальто и прошла на кухню. Кларк приготовила завтрак для себя и мамы, которая скоро должна проснуться. Она налила горячий кофе в чашку, поставила две тарелки с беконом и яичницей на стол и стала ждать. Через минуту Эбби спустилась вниз и поздоровалась с дочерью сердечным объятием и поцелуем.
— С Рождеством, Кларк.
— С Рождеством, мама.
— Это восхитительно, спасибо, милая, — Эбби улыбнулась и ласково похлопала её по руке.
— Наслаждайся.
Мать и дочь ели во время лёгкой беседы. Они обсуждали работу, занятия, пытаясь сохранить весёлый и счастливый настрой, также они вспоминали Джейка и то, как они скучаю по нему.
— А сейчас подарки, — Эбби подошла к ёлке и взяла небольшой подарок.
Кларк сделала то же самое и предложила свой подарок матери:
— Это тебе, мама. Надеюсь, понравится.
Эбби поблагодарила Кларк и открыла подарок.
— О, детка, мне нравится, — доктор Гриффин достала из коробки удобный свитер в мягких коричневых тонах, которые соответствовали цвету её глаз. Она обняла дочь и поцеловала в щёку. — Детка, он такой мягкий, мне приятно. Спасибо. — Эбби протянула Кларк подарок. — Надеюсь, тебе понравится.
Кларк хихикнула и быстро разорвала красно-зелёную обёрточную бумагу, в которую была завёрнута книга. Улыбка исчезла, и она в полном замешательстве посмотрела на мать.
— Что? — Кларк посмотрела на книгу в руках. Жирным шрифтом было написано: «Между простынями». Почему?
— Я думаю, ты должна её прочитать, — сказала Эбби, положив руку на плечо дочери. — Знаешь, мне потребовалось время, чтобы заметить, как ты изменилась. Ты слишком быстро выросла, и, хотя для меня ты всегда будешь моей маленькой девочкой, я знаю, что должна позволить тебе самой выбрать свой путь.
— Лекса написала эту книгу, мама, — голубые глаза смотрели на стареющие черты женщины, которая любила её изо всех сил.
— Я знаю, Кларк, — Эбби улыбнулась и обхватила лицо дочери, внимательно глядя на неё. — Я поняла, насколько ты была счастлива, когда вы были вместе. Я совершила ужасную ошибку. Я несправедливо осудила Лексу. Я не дала ей шанс, и я потеряла дочь в печали и гневе, — Эбби поцеловала её в макушку. — Я знаю, что прошло много времени, возможно, Лексе сейчас лучше. Моя единственная надежда состоит в том, что ты тоже исцелишься, и эта книга нужна тебе.
Кларк нахмурилась, с опаской глядя на мать.
— Я читала, дорогая, и тебе тоже нужно её прочитать.
Открыв подарки от Октавии и Рейвен, она отправила им сообщения с пожеланием счастливых праздников, Кларк вернулась в свою спальню. Она закрыла дверь и села на кровать с книгой в руках.
Прислонившись к изголовью, Кларк протянула ноги и положила книгу на колени, глядя на обложку с именем автора: Александрия Вудс.
Последние два рождества Лекса дарила ей книги. Это первое Рождество, когда она ничего ей не дарит. Не то, чтобы Кларк ожидала от неё чего-то. Держать эту книгу в руках было довольно странно, почти жутко.
— Знак, — Кларк посмотрела на фотографию в рамке. — Это твой способ сказать, мне вернуть её, папа?
Посмотрев на обложку, Кларк пролистала несколько страниц, пока не нашла то, что привлекло её внимание. Простая фраза, перед оглавлением.
«Если когда-нибудь ты прочтёшь это, я надеюсь, что, может быть, когда-нибудь, ты позволишь мне любить тебя при свете».
— Может быть, когда-нибудь… — Кларк проследила буквы, сердце билось сильнее, чем когда-либо. Потому что жизнь подарила ей надежду и возможность полюбить снова. — …нам не нужно прятаться между простынями.
