Оружие моего хозяина.

Холодно. Тело ломило. Этот зловещий, колючий холод, добрался до костей и поселился в них. Люси уже около месяца находилась в подземелье особняка Минервы. Внутри нее все было сломано. Не физически — морально. Казалось, будто ниточки, отвечающие за эмоции: за грусть и печаль; за то, что вызывает депрессию, ностальгию; за страх и волнение от того, что будет дальше, были давно разорваны и сейчас обрубками ветали у нее в голове. Ей было все равно… Звонкий стук грациозных шагов послышался в коридорах подземелья. После, он сменился звоном цепей. В это время «гниющая» под землей девушка, бездушно подняла голову, поднимаясь на колени. Минерва подошла к решетке, высокомерно бросая взор на жалкую служанку. Жестокий смешок с ее стороны не вызвал никакой реакции у Люси, отчего Минерва все больше раздражалась. Она выдохнула, понимая, что Люси бесполезна и не станет с ней разговаривать. — Знаешь, это может показаться так, будто я дарю тебе щеночка, но не обольщайся… — Минерва широко улыбнулась, сжимая цепь в руке и резко одергивая. Молодой парень, или же, его окровавленное тело, со всех сил Минервы влетел в решетку камеры. Оголенная спина была в рубцах и порезах. Его вишневые волосы сменились на цвет крови. Он был на последнем издыхании и смотрел на происходящее через пелену из длинных ресниц. — А он у тебя красивый… — Шире растянула улыбку Минерва, еще сильнее подопнув мужчину в железную ограду, от чего он издал истошный крик. Люси вздрогнула. Руки ее попытались скрыть нахлынувшие страх и беспокойство. Похоже, Минерва добилась своего. Теперь одна из ниточек связалась в узел и Минерва может вновь потешиться. — Хах, пришла в себя… — Минерва замахнулась, призимляя высокий каблук на запястье почти безжизненного паренька. — Хватит! — Вскрикнула Люси, соскакивая с места. Она примкнула к решетке, вытягивая руку к телу любимого. — Что хватит? Это? — Повторила Минерва. — Нет! Умоляю! — Разревелась девушка, пытаясь за него ухватиться. Минерва залилась смехом, натягивая цепи и поднимая тело мужчины. Она грубо схватила его лицо, показывая Люси. — Смотри, он почти не дышит. — Насмехалась женщина с одним глазом, открывая камеру. Тело мужчина кинулось в объятия Люси. Она сжимала его, боясь, что этого человека могут вновь отобрать. — Он здесь не надолго… Я повторяю — не обольщайся. — Люси залилась слезами, покрывая лицо любимого поцелуями.